Дачные хитрости № 1.

— Давай сыграем в карты на желание, — предложил парень девушке.

— На какое ещё желание? — насторожилась она.
— Ну… давай на секс, — ответил он.
— Это как? — удивилась девушка.
— Очень просто: если я выиграю, то пересплю с тобой.
— Хм… — задумалась она. — А если выиграю я?
Парень надолго замолчал...
ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ 

НЕВЕСТА БРАТА

Жила у нас семья. Миша да Верочка. Славные такие, работящие. Сынок у них подрастал, Егорушка, шустрый такой мальчонка, всё с отцом на речку бегал, удочки сам строгал. Смотреть на них было - одно утешение. Двор полной чашей, корова Зорька, поросята, куры по двору суетятся. А потом беда пришла, откуда не ждали.
Поехал Миша по осени в лес за дровами на зиму. И то ли дерево как-то неудачно спилил, то ли оступился… В общем, придавило его. Нашли только к вечеру.
Верочка наша после похорон словно постарела разом на десять лет. Приду, бывало, к ней проведать, давление померить, а она сидит на табуретке у печи, руки на коленях сложила, смотрит в одну точку и молчит. И в избе тишина такая стоит, что в ушах звенит. Только Егорушка жмется к матери, глазенки испуганные, не поймет еще, какое горе горькое на них свалилось.
Но мир не без добрых людей. У Миши брат младший остался, Андрей. Парень неженатый, молчаливый, крепкий. Он брата старшего уважал сильно. И вот стал Андрей к Верочке во двор наведываться.
Мужицких рук в хозяйстве деревенском ох как не хватает, сами понимаете. Слышу, бывало, со своего крыльца - стучит топор на Верином подворье. Хрясь, хрясь… Андрей молча придет, молча сделает всё, воды из колодца наносит полные ведра, сена корове даст и уйдет. И с Егоркой возился - то санки ему починит, то у машинки сломанной колесо на место приладит.
Прошла зима, весна наступила, снег таять начал. И поползли по деревне шепотки. Знаете, как оно бывает? Соберутся бабы у автолавки хлеба купить, и давай языками мести.
- А Андрюха-то, глянь, со двора вдовьего не вылезает, - шепчет одна, глаза щуря.
- Да уж понятно, что не только дрова колоть ходит, - поддакивает другая. - Молодая вдова, деверь горячий… И года ведь не прошло, как Мишку схоронили! ...
ЧИТАТЬ ИСТОРИЮ ПОЛНОСТЬЮ

Тихая королева тридцать лет спустя.

«Ну что, отличница-неудачница, в школе ты была первой, а чего добилась в жизни?» — язвительно усмехались бывшие одноклассники на вечере встречи спустя тридцать лет. Но буквально через мгновение их лица вытянулись от шока.
Юбилейный банкет с самого начала задумывался как парад тщеславия. Повзрослевшие выпускники арендовали пафосный ресторан, чтобы наперебой хвастаться элитной недвижимостью, дорогими машинами и украшениями. Оля Соколова демонстративно поправляла тяжёлые серьги, Лиза Игнатьева играла бриллиантом на пальце, мужская половина с восторгом делилась новостями о прибыльных стартапах и люксовых иномарках.
На этом фоне появление Веры Пугаёвой, которую в детстве дразнили «Пугалом», выглядело подчёркнуто скромно. Простые джинсы, неприметная водолазка — и мгновенное оживление у разряженных гостей. Игорь ради приличия театрально обнял её, а Серёжа Пятаков даже не попытался скрыть фирменную насмешливую улыбку. Он сразу начал отпускать ядовитые шпильки, вспоминая её бедное детство и ту самую булочку, якобы украденную в школьном буфете.
Остальные не отставали, продолжая воспевать собственные успехи и обесценивать её прежние пятёрки. «Умнее всех себя считала, ну и где твои достижения? Ни нормальной семьи, ни статуса!» — поддакивали гости, поглощая дорогие деликатесы. Вера молчала. Не пыталась оправдываться, не вступала в спор. Она спокойно наблюдала, как вечер скатывается в бесконечное обсуждение денег и престижа, и время от времени поглядывала на часы — словно отсчитывала что-то своё.
И вдруг в зале погас свет. Сквозь тишину прорезался чей-то властный голос, отдавший короткое распоряжение немедленно устранить неполадки. Когда лампы снова вспыхнули, все взгляды скрестились на Вере — и челюсти буквально упали на пол.
Рядом с ней, чуть склонившись к плечу, стоял мужчина в безупречно сшитом тёмно-сером костюме. У двери замерли двое крепких парней с гарнитурами в ушах — те самые, кого до этого никто не заметил среди официантов. А чуть поодаль переминался с ноги на ногу директор ресторана, бледный, как накрахмаленная скатерть, и беспрерывно повторял: «Вера Андреевна, простите за неудобство, всё уже восстановили…»
Самым растерянным выглядел Пятаков. Он застыл с бокалом вина в руке, словно его выключили вместе со светом. Оля медленно опустила серьгу. Лиза забыла, что собиралась сказать. Игорь, до этого игравший роль «массовика-затейника», тихо опустился на стул.
— Вера Андреевна, машина у подъезда, как договаривались, — негромко сказал мужчина в костюме. — Если останетесь — я подожду в холле.
Вера кивнула, и он бесшумно отошёл к двери. Тишина стояла такая, что было слышно, как трещит фитиль декоративной свечи на дальнем столе.
— Это… это что сейчас было? — выдавила Лиза, нервно засмеявшись. — Вер, у тебя что, охрана?
Вера медленно подняла глаза. В них не было ни торжества, ни обиды — только странная, чуть усталая мягкость, какая бывает у людей, давно переставших что-либо доказывать.
— Ребят, — сказала она спокойно, — давайте я всё-таки расскажу. А то вы весь вечер говорите обо мне, а я слушаю и не узнаю эту женщину...
ЧИТАТЬ ИСТОРИЮ ПОЛНОСТЬЮ

Последыш.

Малограмотная мать в вечных домашних стирках, уборках, заботах. Ну чем троих накормить?
На Тимку не обращала никакого внимания. Родился он ненужным последышем. Она не раз пыталась вытравить плод, но ничего не получалось. Так третьим лишним и родился.
Бросит его, бывало, на половик, сунет кусок хлеба или картошку, замкнет в доме и уйдет на работу. Придёт в обед, а он ползает по полу без штанов, весь синий от холода. Старшие - кто на работе, кто в школе. Только после обеда он мог попасть к кому-то на руки. Да и то ненадолго: сестре хочется к подружкам, а брату -семикласснику - к друзьям.
Как только Тимка научился ходить, смог самостоятельно дотянуться до герани на подоконнике и оторвать цветочек «для мамы». За что мама лупила его, как Сидорова козла: ремнем ли, хворостиной, - что попадалось под руки. Тимка забивался в угол и рыдал до хрипоты, пока сестра или брат не вызволяли его,как несмышлёного щенка. Жалели. Старшие дети высказывали матери упреки.
- Ниче, - парировала она, - два не будет. Зато запомнит, што ето делать нельзя...
Тимка имел доброе сердце и, если что делал, то не со зла. Когда пошёл в школу, стал понимать, что в мире много несправедливого и гадкого. Ему было жалко мать. Она вечно бранилась: «Замучили вы меня и присесть-то некавды. То свари им, то заштопай, то беги на работу, - не жисть, а сплошны мучення. Да ишо дети непутевы, хошь бы кака от них помаш. Один етот чё стоит! Ни туды влезет, так суды! Как придёт из школы, бросит книшки и - гаять на весь день. Воздухом чё ли питацца?...
ЧИТАТЬ ИСТОРИЮ ПОЛНОСТЬЮ

Жена звонит мужу на мобильный телефон:

— Ваня, ты где?
— На охоте.
— А кто это так громко дышит?
— Медведь.
— А почему он стонет?
— Так ранил я его...
ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ