Творческая Мастерская Вячеслава Деревенского

"ТЫ ЦВЕТИ КАЛИНА"--АВТОРСКАЯ

Дунайские волны

Роза на снегу

Там где клен шумит_cover от Сергея Трандафилова (video-converter.com)

На ромашке погдаю

Прощай, февраль!

Большинство мужчин не плачут Наталья Сучкова Куцева Большинство мужчин не плачут, Сердце есть у них и, значит, Боль свою они запрячут В глубину души и только Плачут горько втихомолку, А душа рыдает громко. Только след, ранимый в сердце Остаётся в виде шрама. И об этом говорить Не умеют они прямо Большинства удел хранить Продолжая дальше жить. © Copyright: Наталья Сучкова Куцева, 2014 Свидетельство о публикации №114121305612

По закоулкам памяти ПОГОДА В ДОМЕ «Главней всего – погода в доме, А остальное – суета. Есть я и ты, а всё, что кроме, Легко исправить с помощью зонта!» (Михаил Танич) Я до сих пор уверен, что главное в жизни человека – это... Нет, не деньги, не власть и не слава. И не сила, и не ум, нет. По-моему, главное в жизни человека – это... Вот когда идёт человек с работы домой или возвращается из дальней поездки, а в его родном окне – в полночь или в четыре часа утра, не важно, – горит свет! Значит, человека там ждут! И – любят! Вот это и есть Погода В Доме! По-моему. * * * Сибирь. Середина 60-х. Вечер. За окном завывает вьюга. В печке гудит огонь. Это было в то время, когда в нашей семье ещё даже не было телевизора. Жёлтый абажур уютно освещает маленькую комнатку деревянного барака. Папка сидит за столом перед шахматной доской, готовится к завтрашней турнирной партии, мама на диване что-то шьёт, я на полу возле духовки играю в деревянные прищепки, на которых карандашом написаны номера машин из папкиной автобазы. А по нашему радиоприемнику «Рекорд» идёт передача «Театр у микрофона». Тепло. Уют. Любовь. Вот такой картиной вспоминается мне Погода В Доме моего раннего детства. Все ещё живы: и папа, и мама, и наши милые соседи и знакомые, и многие мои друзья. И вся жизнь ещё впереди, как мне казалось тогда. * * * Мои родители ругались редко, насколько я помню. Может быть, где-то, в стороне от моих ушей они и выясняли отношения, но при мне старались вести себя сдержанно. Правда, если вдруг начинала накаляться атмосфера, то отец молча одевался и уходил: в огород, в стайку, ещё куда-нибудь, хлопал дверью так, что сыпалась с потолка штукатурка. Мама по инерции продолжала ворчать, потом затихала, подходила к окну каждые пять минут, вглядывалась в пустоту. Батя возвращался, и Погода В Доме восстанавливалась сама собой. Поэтому я и не помню каких-то грандиозных скандалов и дебошей. Бывало и так, что мама «пилила» отца, когда он приходил домой выпимши со своих шахматных турниров, но это было редко: отец работал шофёром и, хотя тогда было с этим делом не так строго, как сейчас, за баранкой никогда не пил. Это было его жизненное правило! Да и вообще, к спиртному он был равнодушен, грандиозных застолий не любил. Так, по праздникам иногда выпивал, а больше прятался с кем-нибудь из друзей в лопухах и подворотнях, спорили они там за бутылкой, пока их не разгоняли жены. Крик стоял на всю округу! Ну а я... Где бы я не носился по улице, в дождь или в снег, но всегда стремился домой, потому что там меня ждала мама, папка и, конечно, та самая Погода В Доме, о которой через много лет будет сложена песня с таким славным названием. * * * А потом мы переехали в благоустроенную квартиру, двухкомнатную! Тут уже было где развернуться! И если родители начинали выяснять отношения, то мне конкретно говорили, типа, иди, сынок, делай уроки, да дверь прикрой плотнее, пока мы тут... До меня доносился мамкин крик, папкино буханье, потом хлопала с треском дверь, всё стихало, мама продолжала ворчать, потом бегала к окнам... И так было сорок семь лет их совместной жизни! В новой квартире, учился я тогда уже в пятом классе, Погода В Доме сохранялась каждым из нас: мы с отцом по ночам, как правило, пару раз в неделю смотрели репортажи о футболе-хоккее, мама постоянно что-то читала под нашим розовым торшером, мы с отцом иногда, в ожидании ночного репортажа, уходили в подвал и там то перебирали картошку, то что-то чинили, то тупо рубились в шахматы. * * * А потом я вырос, выучился, женился и теперь уже мне в своей молодой семье приходилось устанавливать свою собственную Погоду В Доме. Я это делал, как умел. Ругаться мы с Ириной почти не ругались по той простой причине, что если она обижалась на меня, чаще всего из-за моих незапланированных застолий на работе, то молчать могла неделями! Боже мой, как я только не подлизыаался, и так, и этак! Фигвам! Она оставалась неприступной, как скала! И Погода В Доме тогда стояла соответственная – тишина, как в лунную ночь в чистом поле. Потом происходило какое-то событие – визит в гости к друзьям, срочная покупка чего-то серьезного или что-то в этом духе. Мы мирились, и Погода В Доме согревала нас до следующей размолвки. Однажды моя немногословная жена мне призналась: — Знаешь, как я люблю наши домашние вечера, когда ты в зале смотришь по телевизору свой футбол, а мы с дочкой здесь, в спальне, засыпаем под твои крики! Вот и пойми этих женщин! А когда подросли наши ребятишки, то устраивал я для своей семьи тёплые семейные вечера: играли мы в настольный хоккей, устраивая чемпионаты, сынишка заносил все наши результаты матчей в специальную тетрадку. Просматривали мы так же всей семьёй диафильмы – непонятно каким образом умудрился я раскопать в сельских библиотеках старые советские плёнки, обменял их на шоколадки. А по пятницам... По пятницам мы играли в «Поле чудес»! Нет, не по телевизору, а дома, за столом. Достал я где-то такую настольную игру с буквами, с разрисованным сектором и настоящим «волчком»! Сынишка был ведущим, очень похоже передразнивал телевизорного Якубовича, мы с женой и дочкой угадывали слова. Смеху и споров было до полуночи! А ещё были наши весёлые дни рождения, новогодние семейные «капустники», когда дочка наряжалась в Снегорочку, а сынишка – в костюм Деда Мороза и поздравлял нас с Ириной голосом Горбачева. Мы смеялись до слёз! И так было все двадцать лет, что мы прожили с Ирой, до последнего её вздоха. Вот так берёг я нашу Погоду В Доме, как только мог. И, честно говоря, упрекнуть меня, собственно, особо и не в чем. * * * Прошли годы, десятилетия... И сегодня Погоду В Доме в нашей семье мы с Ларисой стараемся не нарушать из-за каждого пустяка, взяв за правило наш проверенный девиз: «Всё можно объяснить словами!» Мы стараемся это делать, не доводя ситуацию до крайностей. Садимся на кухне за стол и разговариваем, решая ту или иную спорную ситуацию, помятуя о том, что Старость к человеку должна приходить с Мудростью, а не хоть и в гордом, но одиночестве! ©️ Александр Волков