Собрала себя заново

Лето. Самое счастливое время — каникулы. Мы с бабушкой в саду. Я рву ярко-жёлтые одуванчики и пытаюсь плести из них венок. У моих старших сестёр это получается лучше. Бабушка смотрит на нас и говорит: — Девчонки, а вы знаете, что мы делали салат из одуванчиков? Мы такие: — Фуууу, он же горький. Бабушка говорит: — Сбегайте, принесите листьев одуванчиков. Сделаем вместе салат — и вы удивитесь, что вовсе они и не горькие. Тем более всё, что надо для салата, растёт у вас под ногами. Огурцы, редис, укроп, петрушка, лук. А масло и уксус у нас есть. Оказывается, главный секрет был в том, чтобы нарвать молодых листьев и замочить их в холодной подсоленной воде. Однажды мы так же варили суп из крапивы. И суп с щавелем. Моя бабушка была из деревенской семьи, где родилось десять детей. И только пятеро дожили до совершеннолетия. Войну она встретила восьмилетней. Голод, холод. Все мужчины, в том числе два брата и отец, ушли на фронт. Рассказывая о голоде, она учила нас бережно относиться

В первую беременность я до 12 недель никому, кроме самых близких, не говорила. Я всегда боялась говорить раньше. А вдруг что-то случится с малышом? И мне придётся потом всем рассказывать, что случилось. Боялась, что сглазят. Или кто-то сильно позавидует — и мне от этого будет плохо. Поэтому для меня 12 недель — это как рубеж. До него всё внутри прикрепляется как надо. И если всё хорошо — значит, никуда не денется. Вот тогда и можно говорить. Но здесь всё было иначе. Двойня. Во-первых, скрывать было бы сложно: я быстро поправлялась, животик рос на глазах. Во-вторых, моя команда привыкла видеть меня впереди планеты всей. Где-то помочь донести, где-то быстрее всех бежать, куда-то залезть. А тут надо было беречься, носить себя, как хрустальную вазу. И это было очень заметно. Я не стала тянуть. На 8–9 неделе собралась с духом и рассказала команде. Как раз в это же время в нашей и без того небольшой команде мы уже ждали пополнение буквально с недели на неделю. Наш менеджер и моя под

Не один раз в своей жизни я занималась проблемой лишнего веса. И делала это с разными подходами, с разной мотивацией и с разными последствиями. Когда я впервые пошла обследоваться по поводу бесплодия, мне говорили, что одной из самых важных причин может быть лишний вес. Советовали похудеть — и всё наладится. Лишний вес — это моя пожизненная проблема. Я была жирненьким ребёночком после того, как мне лечили гепатит гормонами. Я набрала много лишних килограммов. Дедушка с бабушкой всегда говорили, что ребёнок должен хорошо кушать. И что я нормальная. Бабушка стряпала очень вкусные булочки. А дедушка угощал меня самолепленными пельменями. Я не скажу, что меня прямо травили или, как сейчас говорят, буллили. Но когда у оппонента заканчивались аргументы, он сыпал обидными словами: — Жирная свинья. — Жирная корова. — Толстуха. И так далее. Во втором классе один мой одноклассник решил меня дразнить жирной коровой. За что и получил. Правда, его родители потом пошли жаловаться на меня.

Мы с Сашей решили взять ребёнка из дома малютки. И не стали откладывать начало нашего пути к родительству. Это было в августе 2011-го. Мы только что зарегистрировали брак после 8 лет жизни вместе. Встали и пошли делать. Первым делом мы пришли в Отдел опеки и попечительства. Там взяли актуальный список документов, чтобы стать кандидатами. Тогда нам очень помогали друзья, которые уже прошли этот путь. Они нас поддерживали и делились знаниями. Без них было бы гораздо сложнее. Всё начинается со списка документов. Пока вы не соберёте документы, с вами дальше даже никто не будет разговаривать. А проверять будут три главных критерия: 1. Доход. 2. Жилищные условия. 3. Здоровье. Важно: возможно, сейчас условия и требования к опекунам изменились. Но тогда это было так. Про доход Для допуска к усыновлению доход супругов должен обеспечивать ребёнку прожиточный минимум в регионе. Это требование закреплено в п. 1 ст. 127 Семейного кодекса. Оценивается совокупный доход обоих супругов. Учит

Ещё до подсадки я спросила у врача, сколько будем подсаживать эмбрионов. Я просто не знала, как это делается. Мне ответили: — Подсаживаем один. Двойня нам не нужна — возраст, большие риски. И в этот момент я просто подумала: «Вам, может, и не нужна, а я бы не отказалась». Потом была подсадка. Я ехала туда одна. Внутри меня переполняло волнение, меня даже немного потряхивало. Мысленно молилась: — Пусть всё получится. Сегодня во мне появится новая жизнь. Меня переодели и повели в операционную. Я понимала, что для врачей это всего лишь обычная манипуляция. Но я, наблюдая на экране, как помещают внутрь светящуюся точку, представляла себе дар Божий. После процедуры нужно было полчаса полежать — и можно было ехать домой. В тот день я взяла выходной. И, как предписывали, старалась больше лежать. Где-то с третьего или четвёртого дня я начала ощущать внутри живота небольшой тяжёлый мячик. И это ощущение не проходило. И всё это время я вспоминала слова своей подруги, которая прошла не

Впервые я рожала в 34. И тогда я считалась старородящей. Мне все говорили про риски. Дочь задерживалась с выходом, и меня, напугав, что потом череп уже не будет таким эластичным и будут проблемы с родами, отправили на стимуляцию. А теперь представьте, что говорили мне в 45. Что я слышала — Тебе что, скучно стало? — Надо уже внуков ждать. — Представь, твои дети пойдут в школу, а их будет провожать бабка. — Тебе ещё старших поднимать. — Чего тебе в жизни не хватало? — Как ты вообще на такое решилась? — В этом возрасте уже надо жить для себя. — Что будет с ними, если ты рано уйдёшь из жизни или сильно будешь болеть и будешь немощной? Меня пугали, что беременность подорвёт моё здоровье. Что малыш в таком возрасте может родиться больным. А в комментариях мне уже прилетело: «Беременная бабка — это страшно и неестественно». А я ходила счастливая Я ходила счастливая и гордая своей беременностью. Я чувствовала себя немного избранной, ведь во мне сразу две жизни. Как мне сказал кто-то

Когда появляются малыши, кажется, что жизнь остановилась. Всё крутится вокруг них: сон, еда, подгузники. И я очень боялась, что потеряю себя. Я трудоголик и пахарь. Мне нужно чувствовать себя не бесполезной. Хотя головой я понимаю: я делаю каждый день огромное дело — люблю и воспитываю малышей и старших детей, организую их быт и обучение. Но моя психика начинает впадать в уныние и апатию. И я не буду обманывать и говорить, что всё, что я сделала, было легко. Нет, было сложно. Нужно было многое делать ночами с телефона. Или в ногах у малышей с ноутбуком. В любой момент их сна я работала. Так делают многие мамы. Слышите? Я вас понимаю и обнимаю. Какие-то дни я так уставала, что на следующий день говорила себе: — Дай себе передышку, сегодня только дети. И ставила себе небольшой план на день: сегодня заказать продукты, завтра найти несколько позиций в доставку по аукциону, послезавтра позвонить и прицениться по плитке. С двумя малышами сложно разорваться, когда срочно надо выйти к

У вас было такое, что самый дешёвый «Доширак» нужно поделить на два дня, потому что больше нечего кушать? А когда на семью из трёх человек ты делишь курицу на шесть блюд? Мазали самоиспечённый хлеб «из топора» — мокрый и липкий — серым маргарином и посыпали чесноком, потому что это единственное лакомство, которое у вас есть? А вы знаете 10 блюд из серых макарон последнего сорта? Я знаю. С чесноком, с жареными огурцами, с луком, с луком и морковью... Высшее наслаждение — колбаса, поделённая на два тонких кусочка на каждого члена семьи? Испытывали самое настоящее горе, если в этом году картошка не уродилась? И даже из того, что есть, муторно делаешь крахмал? Вместо пасты — зубной порошок? Вместо туалетной бумаги — газеты? Было? Мы так жили в 90-е — многодетная семья, сложности с зарплатой и работой. Потом я жила одна. Сама себя обеспечивала — и было тоже голодно. Потом мы жили с Сашей и сыном Владиком. Времена были неспокойные, и тоже было по-разному. Потом я была долгое вре

Сегодня для меня особенный день. Я — человек без кредитов. И я даже уже не помню, когда это было в последний раз. Но давайте по порядку. Первый кредит У нас дома стояла стиральная машина, оставшаяся ещё от бабушки. Металлический бак с лопастным диском внизу. Стирать было сложно, особенно постельное бельё, а потом полоскать его в ванной. И вот она сломалась. Я почему-то придумала: когда-то сделаю ремонт на кухне. Всё будет в тёплых тонах. И там будет стоять золотая стиральная машина. И не поверите: затащил меня Саша посмотреть стиральные машины. И вот она стоит — дорогая моя, золотая. Как сейчас помню, стоила 10 000. Мы как-то по карманам наскребли на первый взнос, типа 1 000 рублей, и взяли первый кредит в виде рассрочки на 20 месяцев. До этого у меня были только деньги в долг у родственников на покупку оборудования. Но их мы уже отдали. Первая ипотека В 2007 году мы взяли первую ипотеку. Как было страшно — не описать словами. Мы, как люди, работающие сами на себя, не могли п

Мне было 44. У меня был дом, бизнес, дети. А я хотела ещё одного ребёнка. И это было самое трудное решение в моей жизни. Знаете, бывает, что вроде всё есть, а чего-то не хватает. Я начала думать о том, что меня мотивирует и даёт мне энергию жить. Новая машина — нет, не радует. Новый дом — зачем? Я люблю тот, в котором живу. Новые достижения в работе — не интересно, я уже всё себе доказала. И тут я осознала: я очень хочу сына. Дети меня всегда вдохновляли и мотивировали. Они в своё время помогли мне справиться с горем и потерей, научили вновь радоваться каждому мгновению, придавали смысл всем моим достижениям. И я поняла, что вновь хочу стать мамой. Только теперь — насладиться этим этапом. Не выживая, а проживая с любовью, нежностью, в моменте. После рождения Таи я очень долго не хотела детей. На это повлияли и тяжёлые роды, и первые месяцы после, и характер Таи. И жизненная ситуация: переезд, стройка. Надо было выживать, зарабатывать, строить. И при этом любить и воспитыват