С миру по нитке | Помогаем чем можем

— Полина, ну что ты сёмгу так тонко режешь? Не в ресторане. И горячее неси, стынет же на плите. Людмила Борисовна сидела во главе моего стола, в моей кухне и распоряжалась так, будто это я каким-то чудом оказалась у неё в гостях и теперь должна обслуживать семейный банкет. Было воскресенье, половина третьего дня. Я второй месяц почти не видела нормальных выходных: суббота уходила на рынок и магазин, воскресенье — на готовку, сервировку и последующую уборку. — Сейчас принесу, Людмила Борисовна. — И хлеб порежь покрупнее. Виталик любит ломтями. Виталик — муж моей золовки Оксаны — действительно любил всё. Причём молча и основательно. Он накладывал еду на тарелку в два слоя и никогда не спрашивал, можно ли взять добавку. Они с Оксаной приходили к нам практически каждое воскресенье с пустыми руками. А уходили с сумками, которые почему-то становились значительно тяжелее. «Чтоб не пропало» — так называла это свекровь. Я поставила салат на стол. Оксана тут же придвинула миску к себе, попробова

Ранее мы уже помогали Кристине собрать средства на респиратор и необходимые расходные материалы. Благодаря поддержке наших благотворителей тот сбор удалось закрыть. Но после этого семья снова осталась один на один с ежедневными заботами, уходом за Кристиной и надеждой на дальнейшие успехи в реабилитации. Сегодня Кристине вновь нужна наша помощь. После аварии девушка получила тяжелую черепно-мозговую травму. Ее жизнь сильно изменилась, однако родители не опускают руки и продолжают заниматься с дочерью. И результаты уже заметны. Регулярные занятия ЛФК и массаж помогают Кристине становиться активнее. Сейчас она уже самостоятельно поднимает ноги с помощью рук, сгибает и разгибает их, а также может переворачиваться в постели. Для здорового человека такие движения кажутся простыми и естественными, но для Кристины каждое из них — результат огромной работы, терпения и упорства. Теперь родители хотят пройти вместе с Кристиной новый курс реабилитации, включающий массаж и ЛФК, чтобы закрепить д

— Алёна, ты серьёзно хочешь оставить этот цвет? Он же холодный, как в больнице. Мы с Геной тебе нормальные обои привезли — уютные, с веточками. Тамара Семёновна стояла в центре гостиной с рулоном в руках и смотрела на мои светло-серые стены так, будто я не ремонт делала, а совершала преступление против семейных традиций. Я в этот момент докрашивала вторую стену. Цвет выбирала долго: три недели ходила между стендами, прикладывала выкрас, смотрела при дневном и вечернем свете, пару ночей вообще не спала — всё сомневалась. И вот наконец нашла тот самый спокойный серый, который должен был стать фоном для нашей первой собственной квартиры. — Тамара Семёновна, мне нравится серый, — сказала я, не выпуская валик из рук. — А обои с веточками вам лучше забрать себе. На кухню в Воронеж. Свекровь тяжело вздохнула и повернулась к мужу: — Вот, Гена, я же говорила. Не оценит. Геннадий Иванович в это время стоял в коридоре и самозабвенно отдирал плинтус. Тот самый плинтус, который мы с Артёмом прикру

Саше необходимо пройти несколько важных медицинских процедур и получить консультации специалистов. Мальчику предстоит ларингоскопия под общей анестезией, посев мокроты, а также помощь врача при замене трахеостомы. Кроме того, ему нужны консультации анестезиолога и ЛОР-врача. К сожалению, пройти все необходимые обследования и получить эти консультации по ОМС невозможно. Самостоятельно оплатить лечение семья не может, поэтому сейчас необходимо собрать 28 000 рублей. У Саши множество диагнозов — его медицинская история занимает 36 страниц. Один из основных диагнозов — частичная моносомия первой хромосомы. Мальчик не ходит и не говорит, питается через гастростому — специальную трубку, установленную непосредственно в желудок. Из-за проблем с дыханием Саше установлена трахеостома. Уже год ему постоянно требуется кислородная поддержка, поэтому дома он использует кислородный концентратор. Саша живет вместе с родителями. Несмотря на серьезные проблемы со здоровьем, у него есть свои маленькие р

— Оксана, ну какие могут быть расчёты между родными людьми? — сказал Геннадий Ильич, удобно устроившись в кресле. — Ты же не на чужого человека работала. Ты помогала семье. Я стояла посреди его кабинета и пыталась осознать услышанное. Ещё месяц назад он звонил моему мужу Славе почти в панике. Его строительная компания ООО «ТеплоСтрой» получила крупный подряд на монтаж котельных для складского комплекса, но возникла серьёзная проблема. Штатный сметчик ушёл, оставив после себя незаконченные документы. А без полного пакета — локальных смет, расчётов ресурсов, ведомостей объёмов работ и файлов в нужных форматах — заказчик не собирался перечислять аванс и допускать компанию к объекту. Сроки поджимали. За каждый день задержки грозили большие штрафы. Тогда Слава несколько вечеров подряд ходил за мной по квартире. — Ксюша, помоги отцу. Ты же понимаешь, что будет, если он сорвёт этот контракт? У него давление, он переживает. Для тебя это всего несколько недель работы после основных дел. Он ск

Мустафо всего 4 года. Он улыбается, любит мультфильмы, играет с игрушками, пытается рисовать и радуется каждому новому слову, которое ему удаётся произнести. Для окружающих он обычный любознательный ребёнок, который хочет познавать мир. Но с самого начала его жизнь складывалась совсем иначе, чем ожидали родители. Мальчик появился на свет вовремя, с хорошими показателями здоровья. Его вес при рождении составил 3450 граммов, а по шкале Апгар врачи оценили состояние ребёнка на 7/8 баллов. Первые недели семья была уверена, что с малышом всё хорошо. Однако вскоре ситуация изменилась. У Мустафо начались сильные колики, постоянный плач, вздутие живота. Появились кожные высыпания, а главное — ребёнок почти перестал набирать вес. Родители начали искать ответы у врачей. Позже специалисты выявили поражение центральной нервной системы. Но почему это произошло и что именно стало причиной таких нарушений, до сих пор остаётся неизвестным. Сегодня Мустафо нуждается в постоянной помощи. Он не может с

— Полиночка, у меня давление двести сорок на сто двадцать! — голос Раисы Павловны в трубке звучал так, будто ситуация была на грани катастрофы. — Диспетчер сказала перемерить и снова звонить, если не снизится. Но мне помощь нужна сейчас! Приезжай, ты же медсестра. Ты клятву давала! Я открыла глаза и посмотрела на часы. Половина седьмого утра. Суббота. Единственный свободный день за всю неделю. Рядом спокойно спал Олег. Телефон лежал на громкой связи, но даже это не смогло его разбудить. Я не стала трогать мужа. Не потому что мне было всё равно. Просто я уже давно понимала: его маме в такие моменты нужна не сыновья забота. Ей нужен специалист, который приедет, измерит, успокоит и решит проблему. — Раиса Павловна, клятву Гиппократа дают врачи. У медсестёр другая профессиональная клятва — Флоренс Найтингейл. И в ней нет пункта про срочные субботние вызовы к тонометру. Каптоприл принимали? — Какой каптоприл? — возмутилась она. — Мне ваши таблетки не нужны. Мне нужен близкий человек рядом!

«Тася очень живая и эмоциональная девочка. Ей интересно всё, что происходит вокруг. Она любит, когда с ней разговаривают, играют, уделяют внимание. Особенно ей нравятся игры, где можно чувствовать разные текстуры, а ещё музыкальные и светящиеся игрушки», — рассказывает мама девочки. Семь лет назад жизнь семьи изменилась навсегда. Во время родов Тася получила тяжёлую травму. Позже к этому добавились цитомегаловирусная инфекция, кислородное голодание и длительное подключение к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Все эти испытания привели к серьёзному поражению центральной нервной системы. Врачи поставили девочке диагноз — тяжёлая форма детского церебрального паралича. Сейчас Таисии 7 лет. Она не может самостоятельно двигаться, сидеть или стоять. Ей сложно общаться с окружающими, потому что речь у девочки отсутствует. Но несмотря на трудности, Тася остаётся ребёнком, которому нужны любовь, внимание и простое человеческое общение. У девочки есть старший брат, ему 16 лет. Между ними о

Лёвушка появился на свет после непростой беременности: его мама узнала, что ждёт ребёнка, когда болела COVID-19. Тогда врачи успокаивали: болезнь не должна сказаться на малыше. Но с первых дней стало понятно — Лёве очень тяжело. Он почти всё время плакал. Круглые сутки. Мама не спала, носила его на руках и не понимала, что происходит и как помочь своему ребёнку. В 4 месяца у Лёвы случился эпилептический приступ. С этого момента больницы стали для мамы и сына почти вторым домом. Обследования, отделения Детской областной больницы, врачи, анализы — начался долгий путь поиска причин. После приступа у малыша нашли сразу несколько серьёзных нарушений: порок развития мозга, гипертензию, ДЦП, обменные нарушения, песок в почках, паховую грыжу. При таком количестве проблем врачи предположили, что у ребёнка может быть генетическое заболевание. Благодаря помощи неравнодушных людей Лёве удалось провести дорогостоящий генетический анализ — полногеномное секвенирование 30X. Результат подтвердил: у м

— Я Вадиму машину дал. Ненадолго, дня на два. Денис сказал это так спокойно, будто сообщил, что купил хлеб по дороге домой. Я как раз вытаскивала из духовки запеканку и сначала даже не поняла смысл его слов. Поставила горячую форму на плиту, сняла прихватки и обернулась. — В каком смысле — дал? — В прямом. Ключи отдал, он уехал. Ему стройматериалы для ванной привезти надо. Я несколько секунд молча смотрела на мужа. — Денис, ты помнишь, что завтра мне надо объехать три салона? Снять кассы, забрать первичку, закрыть квартал. У нас вообще-то одна машина. — Рит, ну всего на пару дней. Это же Вадик. Родной брат. Не мог же я ему отказать. — А меня спросить ты мог? Машину мы покупали вместе. Денис пожал плечами. — Да чего тут спрашивать? Подумаешь, машина. Вот именно эта фраза меня тогда и задела больше всего. За эту «подумаешь, машину» мы платили кредит четыре года. Оставалось всего два месяца до последнего взноса, и я уже выделила его в своей таблице зелёным цветом — как отдельный маленьки