PRO Шоубиз

После развода с Ларисой Долиной Илья Спицын словно исчез с привычной светской карты. Когда-то его имя регулярно всплывало рядом с гастролями, концертами и громкими музыкальными историями, а теперь в его жизни совсем другой ритм. Без софитов, без лишних интервью и, что особенно показательно, почти без разговоров о личном. Сама Долина тоже давно закрыла эту дверь. О романах она молчит, публично обсуждать прошлое не стремится, а силы вкладывает в сцену, любимую внучку и собственное преображение. Со стороны кажется, что одиночество ей не навредило — скорее наоборот. Но если с Ларисой всё более-менее понятно, то судьба её бывшего мужа многим до сих пор любопытна. Куда он пропал? Чем занимается? И почему спустя годы всё же встал на защиту бывшей жены? После расставания со знаменитой певицей Спицын резко свернул с прежнего маршрута. Музыкальная индустрия, продюсерские хлопоты, тусовки и концертная жизнь остались в прошлом. Вместо этого он наконец занялся тем, к чему, похоже, тянуло давно, — х

Пока одни актрисы старательно выстраивают образ «женщины-загадки» с туманными намёками и глянцевыми фотосессиями, Глафира Тарханова давно выбрала другой путь. Без показной драмы, без громких сенсаций, без бесконечной ярмарки личной жизни напоказ. При этом её биография сама по себе вполне тянет на многосерийную историю: десятки ролей, крепкий брак длиной почти в два десятилетия, пятеро детей и детство, в котором взрослеть пришлось слишком рано. На экране ей не раз доставались женщины сложные, нервные, острые, с надломом или тайной. Но за пределами съёмочной площадки Тарханова производит совсем иное впечатление. Не роковая хищница и не капризная звезда, а человек с твёрдым внутренним каркасом, который не так-то просто согнуть обстоятельствами. И, пожалуй, именно в этом весь секрет её убедительности в кадре: она не играет силу — она её прожила. Сегодня Глафира Тарханова — не только известная актриса, но и мама пятерых детей. Для современной медийной среды это уже почти жанр фантастики: ак

О Ярославе Бойко много лет говорили как о человеке семейном, спокойном и почти образцовом. Без лишних скандалов, без бесконечных откровений на публику, без привычного для звёзд жанра «сегодня люблю одну, завтра уже другую». Но, как это часто бывает, за аккуратной картинкой спряталась история, которую предпочитали не выносить на свет. У этой истории есть имя — Ян. Сын Евгении Добровольской, которого с Бойко связывали не только слухи, но и вполне конкретная биография. И если для публики это долго оставалось неудобной темой, то для самой актрисы всё было куда больнее и реальнее. Сегодня Ян уже взрослый. Он строит свою жизнь сам, выходит на сцену, снимается, держится достойно. Но путь к этой взрослости был совсем не похож на красивую кинематографическую сказку, где в финале все непременно всё поняли и друг друга простили. Долгое время Бойко выглядел человеком, у которого в жизни всё выстроено правильно. Рядом — жена Рамуна Ходоркайте, женщина яркая, талантливая, связанная с хореографией. В

На экране Алексей Матошин может быть кем угодно: жёстким, неприятным, опасным, а через сцену — уже благородным и надёжным. Работа у актёра такая: сегодня спасает, завтра пугает, послезавтра трагически страдает в кадре так, что зритель сам устает. Но за всей этой профессиональной каруселью есть совсем другой Матошин — домашний, тёплый, семейный. Именно семья для него давно стала не просто «надёжным тылом», как любят говорить в интервью, а настоящим способом вернуться в себя. После тяжёлых ролей, эмоциональных съёмок и постоянного внутреннего надрыва нужен не отдых в тишине и не пафосные разговоры о перезагрузке, а место, где тебя не оценивают и не требуют ничего играть. У Матошина это место есть. Это дом, жена, дети, привычные семейные маршруты и люди, рядом с которыми можно наконец перестать быть персонажем. В этом, пожалуй, и кроется его настоящая сила. Не в умении эффектно носить мундир или смотреть исподлобья в кадре, а в способности оставаться живым, мягким и внимательным человеком

Семья Юлии Меньшовой и Игоря Гордина много лет существует под прицелом чужих взглядов. Для публики они всегда были той самой интеллигентной парой из мира искусства, где всё должно быть красиво, достойно и почти безупречно. Но, как это обычно бывает, зрители любят не только аплодировать, но и заглядывать за кулисы. Особенно тяжело, по словам знакомых, всё это внимание переносил Гордин. Одно дело — быть просто хорошим актёром, и совсем другое — оказаться в семье, где рядом громкие имена, культовые фигуры и постоянные сравнения. Тут хочешь не хочешь, а будешь жить под лупой. И попробуй ещё не сойти с ума, когда тебя всё время мысленно ставят в очередь после жены, тестя и тёщи. Для Игоря Гордина, как поговаривали в окружении, вопрос личной состоятельности был болезненным. В такой известной семье легко превратиться не в самостоятельную фигуру, а в приложение к громкой фамилии. И, возможно, именно это напряжение когда-то стало одной из причин серьёзного кризиса в браке. Юлия и Игорь в своё в

Сегодня Юлию Барановскую уже давно не воспринимают как приложение к чужой громкой фамилии. У неё свой ритм, свои деньги, свои правила и та жизнь, которую она выстроила практически с нуля. Причём без привычного для светской хроники сценария: не через выгодный брак, не через спасителя на белом «Гелендвагене», а через работу, упрямство и очень крепкие нервы. Хотя если отмотать назад, картина была совсем другой. В начале десятых Барановская оказалась в положении, которое со стороны выглядело почти безвыходным. Чужая страна, двое детей, третий ребёнок на подходе, а с юридической точки зрения — никакой защищённости. Ни официального брака, ни понятного статуса, ни тех гарантий, на которые обычно надеются женщины рядом со знаменитыми и обеспеченными мужчинами. На другом полюсе в это время был Андрей Аршавин — футбольная звезда, медийный любимец, человек, у которого, казалось, всё складывается по высшему разряду. На таком фоне Юлия для многих оставалась лишь «женой известного спортсмена», пусть

Алексей Воробьёв давно живёт по правилам человека, у которого в сутках явно не 24 часа. Музыка, кино, шоу, поездки, съёмки, новые проекты — он много лет умудрялся быть везде и сразу, при этом о самом важном предпочитал особо не распространяться. Пресса то и дело приписывала ему громкие романы, поклонницы вздыхали, а сам артист будто только подливал масла в огонь: где-то улыбнётся, где-то отшутится, а где-то просто промолчит. На этом фоне за ним крепко закрепился образ мужчины, который жениться не спешит. И, казалось, всё его вполне устраивает: карьера идёт, внимание есть, личная жизнь покрыта удобной дымкой таинственности. Но, как обычно бывает в таких историях, однажды нашлась женщина, рядом с которой даже самый убеждённый холостяк решил снять броню. Вообще, судьба у Воробьёва могла сложиться совсем иначе. В детстве и юности он вовсе не выглядел человеком, который обязательно уйдёт в шоу-бизнес с головой. В родной Туле он серьёзно занимался футболом, играл за городскую команду и подав

Для Сергея Городничего сериал «Ландыши» оказался историей не только про работу. Да, проект заметно подтолкнул его карьеру. Но куда важнее другое: именно там у актёра сложилась личная жизнь, причём по-настоящему, без киношной бутафории. На площадку он приехал как артист, а уехал оттуда уже человеком, для которого всё изменилось: рядом появилась будущая жена, а вскоре - и сын. Иногда один сериал даёт роль. Иногда - узнаваемость. А иногда, как в этом случае, выдает полный комплект: любовь, семью и новый этап жизни. Редкий, надо сказать, бонус для съёмочного процесса. Сейчас Сергея знают как актёра театра и сериалов, но его маршрут в профессию был далеко не прямой. В детстве и юности он вовсе не строил планов покорять сцену или экран. Его куда сильнее интересовал спорт: он серьёзно занимался тхэквондо и думал совсем о другой вершине - олимпийской. Рос Сергей в Купчино, в Петербурге. Район без лишней романтики, зато отлично закаляющий характер. Там быстро понимаешь, что просто так ничего не

Для миллионов зрителей Анна Ковальчук - почти символ порядка. Строгая, собранная, спокойная, будто в её жизни всё разложено по папкам и подписано аккуратным почерком. Но экранный образ, как это часто бывает, существует отдельно, а реальность - со своими нервами, компромиссами и родительскими перегибами - отдельно. И вот там уже не кабинет следователя, а вполне житейская история: ранний успех, трудный брак, развод, чувство вины перед ребёнком и дочь, которая выросла не просто в достатке, а, скажем так, с очень хорошим стартовым набором. О дочери Ковальчук публика заговорила не вчера. Злата с самого начала была не просто “ребёнком известной актрисы”, а фигурой почти медийной. Причём в её случае это не образное выражение. Её появление на свет фактически стало частью телевизионной истории, и такой старт, мягко говоря, выпадает не каждому. С возрастом интерес только усилился. Публика наблюдала, как из довольно скромной, тихой девочки она постепенно превращается в уверенную в себе молодую же

Они не устроили публичную войну, не обменялись колкостями в интервью и не превратили расставание в бесконечный сериал с серией «ответ бывшему». И именно это, как ни странно, насторожило публику сильнее всего. Когда речь идёт о Ксении Собчак и Константине Богомолове, тишина всегда звучит подозрительно громко. Вокруг их разрыва снова поползли разговоры. Одни уверяют, что это был обычный кризис двух сильных и упрямых людей. Другие шепчутся о куда более болезненном сценарии. И чем дольше оба хранят спокойствие, тем охотнее публика дорисовывает за них недостающие детали. С виду всё было почти образцово. Никаких истерик в медиаполе, никаких обличительных постов, никаких шоу в жанре «я молчала, но теперь скажу». После расставания Собчак выбрала сухую, почти деловую манеру общения. Богомолов и вовсе будто закрыл эту дверь без лишних звуков. Но, как часто бывает, именно внешняя сдержанность и заставила наблюдателей искать скрытый смысл. Когда люди расстаются слишком цивилизованно, публика почем