БЫЛ ДЕНЬ, БЫЛА ИСТОРИЯ

712 часов ручной работы - именно столько потребовалось времени, чтобы сшить платье, в котором младшая дочь Деми Мур и Брюса Уиллиса, Таллула, вышла замуж 8 августа. Свадьба прошла в Сан-Вэлли, штат Айдахо - скромно, для узкого круга родных. А вот наряд невесты внимание к себе точно привлёк. За неделю до церемонии в отель «Шато Мармон» пустили камеры на финальную примерку, и получившиеся кадры оказались куда трогательнее любого выхода на публичное мероприятие. Таллула стоит перед зеркалом в облаке лёгкого шёлка. На полу рядом сидит её мама и смотрит на дочь снизу вверх. В этот момент роли будто поменялись местами - та, что всегда была в центре внимания, теперь наблюдает со стороны. Кто придумал это платье Автор наряда - Пьерпаоло Пиччоли, новый креативный директор Balenciaga. Свадебная работа для него в новой должности практически первая, и подошёл он к задаче как к скульптуре, а не как к обычному пошиву. Силуэт получился строгим - прямая колонна из плотного шёлкового атласа, подб

В небольшом городе под Москвой владельцы кафе и ресторанов начали получать неожиданные визиты. Кто-то приходит интересоваться выручкой, кто-то предлагает "защиту", а кто-то просто намекает, что без правильных договоренностей работать станет сложнее. Речь о Реутове — городке на сто тысяч человек, где последние годы активно растет количество маленьких частных заведений. Открылись десятки точек с национальной кухней, пекарни, небольшие семейные рестораны. Люди вкладывают последние средства, берут кредиты, обустраивают помещения... А потом выясняется, что оформленных документов и уплаченных налогов недостаточно для спокойной работы. Управляющий одной шашлычной рассказывает коллеге прямо в подсобке, пока на кухне жарится мясо. — Опять эти парни заходили. Уже третий раз за месяц. Спрашивают про выручку и вообще, как дела идут. Напарник устало кивает, откладывая стопку чеков. — У меня тоже были. Сказали, что без их участия долго не проработаем. Мол, помощь нужна, поддержка. И чтобы раз в не

Студента отчислили из института, а отец обвинял во всём любовницу. Только вот сыну было двадцать, а его избраннице — тридцать пять. Владимир Познер всегда признавал, что влюблялся легко и быстро. Его первой большой привязанностью стала... замужняя женщина. Ему едва исполнилось двенадцать, когда он встретил Мэри — подругу своих родителей. Рыжеволосая ирландка с синими глазами буквально заворожила мальчика. Конечно, ничего между ними не произошло — просто подростковая влюблённость. Но Володя запомнил это чувство на всю жизнь. Детство будущего журналиста прошло в постоянных переездах. Родился он в Париже в тридцать четвёртом году, школу заканчивал в Америке, потом семья переехала в Германию, а в пятьдесят втором они обосновались в Советском Союзе. Может, именно эта постоянная смена обстановки сделала Владимира таким... необычным в своих привязанностях. Первый серьёзный опыт случился, когда ему было семнадцать. В Германии его заметила супруга одного из сотрудников советской организации.

— Если я ещё раз услышу, что вы обсуждаете нашу семейную жизнь с посторонними людьми — я прекращу делиться с вами вообще чем-либо, — произнесла Алина спокойно, но с такой твёрдостью в голосе, что за столом на мгновение повисла звенящая тишина. Тамара Игоревна поставила чашку с чаем на блюдце с лёгким звоном, явно застигнутая врасплох подобной прямотой невестки. Алине было тридцать. Она работала менеджером в крупной компании, была замужем за Артёмом четыре года, детей пока не завели, планируя обзавестись собственным жильём для начала — сейчас они снимали квартиру, откладывая на первоначальный взнос по ипотеке. С Тамарой Игоревной, матерью мужа, отношения складывались внешне вполне ровно — свекровь была приветлива, часто приглашала на семейные обеды, интересовалась делами, дарила подарки на праздники. Алина никогда не чувствовала откровенной враждебности с её стороны, скорее некоторую чрезмерную любознательность, которую до поры до времени списывала на естественный материнский интерес к

— Катюш, ну дай мне запасные ключи, — Валентина Ивановна говорила мягко, но настойчиво, потягивая чай на их кухне. — На всякий случай. Вдруг пожар, потоп, с вами что-то случится — я хоть в квартиру попаду. Катя неловко переглянулась с мужем Андреем. Он пожал плечами, мол, решай сама. — Валентина Ивановна, ну... мы же всегда на связи, если что — позвоним... — А если вы в больнице будете? Или в отъезде? — свекровь наклонилась вперёд. — Катенька, я же не злоумышленник какой. Я мама Андрюши. Просто для подстраховки. Катя колебалась. С одной стороны, логика была. С другой — внутри что-то противилось. — Мам, правда, на всякий случай, — поддержал Андрей. — Мало ли. Катя вздохнула. — Хорошо. Только предупреждайте заранее, если соберётесь прийти, ладно? — Конечно, деточка! — Валентина Ивановна просияла. — Я же не хам какой-то, без предупреждения ходить! Катя отдала запасные ключи. И ошиблась. Кате было тридцать лет. Она работала менеджером по продажам в IT-компании, зарабатывала хорошо. Андрей,

В Улан-Удэ задержали человека при попытке передать полицейскому 2 млн. рублей. Случай стал бы рядовым, если бы не личность задержанного — выходец из Таджикистана, чья семья официально считалась малоимущей и получала государственные выплаты. История началась с происшествия на городском мемориале, где дети из двух приехавших семей потушили Вечный огонь. Проверка показала интересные подробности. Отцы в обеих семьях работали частными извозчиками, но в налоговую ничего не платили. При этом одна из семей ежемесячно получала около ста тысяч рублей выплат на детей от государства. Когда власти решили лишить семьи гражданства и отправить обратно, один из отцов попытался решить вопрос привычным для себя способом. Сергей К., который раньше работал в правоохранительных органах, а теперь помогает полиции во время проверок, рассказывает о нескольких источниках доходов приезжих. Особенно интересен последний пункт. В странах Средней Азии денежный подарок чиновнику или влиятельному лицу — обычная пр

Телефон мужа завибрировал на столе, высветив уведомление. Юля машинально глянула. Кристина... Бывшая девушка Дениса. Та самая, с которой он встречался три года до их знакомства. Телефон снова завибрировал. Пальцы сами потянулись к телефону. Она знала пароль — Денис никогда не скрывал, они доверяли друг другу. Или она так думала. Открыла переписку. Страницы сообщений. Десятки. Сотни. Юля листала дальше, и с каждым сообщением внутри холодело. Встречи, обсуждения их прошлого. Воспоминания о том, "как было хорошо". Смайлики с сердечками. Фразы вроде "ты не изменилась, всё такая же красивая". Это не было дружеской перепиской. Это был флирт. Юля услышала, как открывается дверь — Денис вернулся из магазина. — Юль, я булочек купил! — крикнул он весело. Она не ответила. Денис зашёл на кухню и остановился, увидев жену с его телефоном в руках. — Юль? Что случилось? Она медленно подняла глаза. — Кто такая Кристина? Лицо Дениса изменилось. Мгновенно. От беззаботности не осталось следа. — Это... ста

— Лен, ну потерпи ещё чуть-чуть, — Максим говорил примирительно, разводя руками. — Мама же помогает. С Мишкой сидит, готовит... Лена стояла на кухне и уже не могла сдерживать эмоции. — Помогает? — переспросила она. — Макс, она командует. В нашем доме. Уже год... — Ну не год же, — он поморщился. — Ну... девять месяцев максимум... — Лен, я понимаю, что тебе тяжело. Но она же не со зла. Просто хочет помочь. — Помочь, — Лена усмехнулась. — Она критикует каждый мой шаг. Указывает, как мне одевать своего ребёнка. Диктует, что готовить. Переставляет мои вещи. Это помощь? — Ну, у неё свои взгляды на воспитание... — У меня тоже есть взгляды! — голос Лены сорвался. — Это мой сын! Моя квартира! — Лен, тише, мама услышит... — И пусть слышит! Я устала шептаться в своём собственном доме! Максим подошёл, попытался обнять, но Лена отстранилась. — Мне нужно подумать, — тихо сказала она и вышла из кухни. Лене было тридцать лет. Она работала графическим дизайнером на фрилансе, что позволяло работать из д

«У меня тоже есть семья» — У меня своя семья, мне самому сейчас тяжело, — произнёс Сергей в трубку таким тоном, будто оправдывался за что-то незначительное, а не отказывал родной сестре в самый трудный момент её жизни. Марина медленно опустила телефон на стол, чувствуя, как внутри что-то обрывается — не резко, а тихо, будто последняя нить, державшая старую, привычную конструкцию отношений, наконец лопнула сама собой. Ей было сорок три. Она работала главным бухгалтером в компании по продаже строительных материалов — должность, которую получила исключительно благодаря собственному упорству и профессионализму, без чьей-либо протекции. Замужем она была шестнадцать лет, но два месяца назад муж, Дмитрий, объявил, что уходит к другой женщине — коллеге по работе, с которой у него, как оказалось, роман длился уже почти год. Развод дался тяжело — не столько эмоционально, хотя и это, конечно, ранило глубоко, сколько практически. Дмитрий забрал большую часть сбережений, оспаривал раздел квартиры