Оля Бон

— Мужчина обязан обеспечивать женщину. Иначе я вообще не понимаю, зачем тогда выходить замуж. Лера сказала это без раздражения, продолжая рассматривать свежий маникюр. Антон стоял у кухонного стола с телефоном в руке и смотрел на банковское приложение, где за последние три дня появились салон красоты, ресторан, новое платье и оплата каких-то процедур. — Лер, мы же договаривались в этом месяце немного притормозить. У нас страховка за машину, ипотека и ещё отпуск впереди. — А я что такого купила? — она наконец подняла глаза. — Маникюр и платье теперь считаются роскошью? — Двадцать три тысячи за платье — наверное, всё-таки не предмет первой необходимости. Тем более у тебя в шкафу ещё два с бирками висят. Лера усмехнулась и положила телефон на стол. Она всегда так делала, когда собиралась объяснить Антону, насколько неправильно он понимает семейную жизнь. — Вот поэтому ты никогда не поймёшь действительно успешных мужчин. Нормальный мужчина радуется, когда его женщина хорошо выглядит, а не

Первые два года Антон считал, что с тёщей ему повезло. Лидия Павловна не лезла к ним с советами каждый день, не требовала называть её мамой и при встречах неизменно говорила дочери: «Береги мужа, хороший мужик нынче редкость». Поэтому, когда однажды она попросила забрать её с рынка, Антон без разговоров отложил работу и поехал. Лидия Павловна предупредила, что у неё «всего пара сумок», но возле рынка его ждали четыре пакета, коробка банок и двадцатикилограммовый мешок картошки. — Вот что значит мужчина в семье, — довольно сказала она, пока Антон укладывал покупки в багажник. — А то мне всё самой приходится, соседей же каждый раз просить неудобно. Антон только усмехнулся. Ему действительно было несложно, а главное — он хотел нормальных отношений с матерью жены и прекрасно знал, как тяжело Марине говорить ей «нет». Лидия Павловна одна растила дочь и привыкла напоминать об этом при каждом удобном случае. Стоило Марине возразить матери, как та печально произносила: «Ничего, доченька, я всю

На двадцатую годовщину свадьбы Игорь купил Лене серьги с маленькими синими камнями. Полчаса простоял у витрины, потому что давно не выбирал ей ничего просто так, без слов «надо» и «пригодится». Коробочку он спрятал во внутренний карман пиджака и решил вручить после гостей. Игорь не любил тостов и красивых речей, поэтому представлял всё просто: останутся вдвоём, он поставит чайник, достанет подарок и скажет: «Это тебе». К семи вечера стол был накрыт, салаты заправлены, мясо стояло в духовке. Лена надела новое тёмно-синее платье и трижды спросила мужа, не слишком ли оно её полнит, хотя на любой ответ всё равно собиралась обидеться. Гостей позвали немного: Ленину сестру с мужем, соседей по площадке и двух институтских друзей Игоря. Андрей пришёл один, принёс бутылку коньяка и, разуваясь, тихо сказал Игорю, что тот наконец-то сменил старую рубашку. Они дружили почти тридцать лет, поэтому могли говорить друг другу вещи, на которые остальные обижались бы неделю. Андрей знал и про несостоявше

Когда Лена сказала, что вечером к ним зайдёт Артём, Игорь сначала не понял, о ком речь. Потом увидел выражение её лица и вспомнил имя, которое несколько раз слышал ещё в начале их семейной жизни. — Тот самый Артём? Твой бывший? — спросил он. — Или у нас появился какой-то другой Артём, о котором я не знаю? Лена рассмеялась и полезла в холодильник за курицей. Она говорила так легко, будто речь шла о старом однокласснике, которого случайно встретила в магазине. — Представляешь, столкнулись сегодня у подъезда. Оказывается, он квартиру в соседнем доме снял, — сказала она. — Я сама от неожиданности ляпнула: «Заходи вечером, познакомишься с мужем». Игорь хотел спросить, почему нельзя было сначала познакомить бывшего с мужем где-нибудь во дворе, а потом уже приглашать домой. Но на кухне сидела его мать, Валентина Петровна, приехавшая к ним на выходные, и устраивать спор при ней ему не хотелось. — Раз пригласила, пусть приходит. Только без вечера воспоминаний, ладно? — сказал он. — Мне ваши шко

Когда Вадик достал из подарочного пакета рамку, Олег ещё ничего не понял. Он сидел во главе стола, уже немного раскрасневшийся от поздравлений, и приготовился увидеть очередную фотографию или дурацкий коллаж. — А теперь главный подарок нашему юбиляру! — объявил Вадик и поднял рамку над головой. — Такую награду ещё заслужить надо. Под стеклом красовался напечатанный на цветном принтере диплом: «Главный подкаблучник района». Чуть ниже мелкими буквами значилось: «За беспримерное послушание супруге, отказ от собственного мнения и образцовое выполнение команды “Вынеси мусор”». За столом захохотали так, что сосед Игорь едва не пролил коньяк. Лена смеялась громче всех и несколько раз хлопнула ладонью по столу. — Господи, Вадик, ну это же прямо про него! — выговорила она сквозь смех. — Где ты такую прелесть нашёл? Олег тоже улыбнулся и поднял рамку над головой. Он даже поклонился гостям, потому что двенадцать человек смотрели на него и ждали именно этого. — Завидуйте молча, такую должность ещё

В гаражном кооперативе Виктора Сергеевича уважали. Машину он мог починить почти с закрытыми глазами, а про рыбалку рассказывал так, что даже те, кто последний раз держал удочку в детстве, начинали прислушиваться. Особенно хорошо у Виктора получались истории про крупную рыбу. То сом у него попадался килограммов на двадцать, то щука чуть ли не метровая, то неизвестная рыбина ночью так дёрнула спиннинг, что он потом неделю ходил с больным плечом. Фотографий этих трофеев, правда, почти никто не видел. Один раз Виктор телефон дома забыл, другой раз аккумулятор сел, а одна особенно большая щука якобы сошла уже возле самого берега, когда приятель приготовился фотографировать. Мужики посмеивались, но открыто спорить никто не хотел. Только Геннадий из гаража напротив иногда не выдерживал и спрашивал такие мелочи, после которых Виктор начинал сердиться. — На пятнадцать килограммов сом был, говоришь? А весы где нашёл? — однажды спросил Геннадий. Виктор тогда махнул рукой и ответил, что настоящий

Игорь получил зарплату около полудня и почти сразу перевёл часть денег на ипотеку, продукты и школьные расходы дочери. Оставшееся он несколько минут рассматривал в банковском приложении, словно надеялся, что сумма станет больше, если не закрывать экран. На работе коллега снова поддел его из-за старой куртки. На правом рукаве возле локтя ткань уже блестела, а молния иногда расходилась снизу, но Игорь только отмахнулся и сказал, что до зимы ещё походит. Вообще-то новую куртку он присмотрел ещё месяц назад. Стоила она двенадцать тысяч, и всякий раз, когда Игорь собирался её купить, дома находилось что-нибудь важнее: то дочери нужны были ботинки, то Лена просила добавить на продукты, то внезапно выросла квартплата. Вечером он всё-таки решил немного себя порадовать и по дороге домой купил хороший кофе и небольшой торт. Был день зарплаты, а значит, хотя бы один вечер можно было не считать каждую сотню до следующего перевода. Лена встретила его на кухне и сразу спросила, сколько пришло. Игорь

Когда Лена сказала матери, что они с Андреем разводятся, Валентина Петровна не стала расспрашивать её долго. Дочь сидела на кухне с опухшими глазами, крутила в руках остывшую чашку и повторяла, что больше так не может. — Он давно стал чужим, мам. Мы почти не разговариваем, он постоянно задерживается, а дома смотрит сквозь меня, будто меня вообще нет. Валентина Петровна нахмурилась и придвинулась ближе. Она знала, что у дочери с мужем не всё гладко, но до развода, как ей казалось, дело никогда не доходило. — А Андрей что говорит? Он вообще хочет сохранить семью? Лена опустила глаза и провела пальцем по краю чашки. Ответила она не сразу, будто каждое слово давалось ей тяжело. — Он сказал, что устал и ничего уже не хочет исправлять. Я, наверное, просто слишком долго надеялась. Через полчаса Валентина Петровна уже звонила зятю. Андрей выслушал её молча, хотя после первых же слов понял, какую версию услышала тёща. — Я всегда хорошо к тебе относилась, Андрей, но не понимаю одного. Зачем было

Сергей не сразу заметил, что Лена перестала сердиться из-за его рыбалок. Раньше стоило ему в пятницу достать из кладовки сапоги и ящик со снастями, как жена обязательно находила причину напомнить, что дома тоже полно дел. — Опять собираетесь? — спрашивала она, даже если прекрасно знала ответ. Потом могла добавить, что кран на кухне течёт вторую неделю, а балкон сам себя не разберёт. Поэтому, когда однажды Лена просто сказала: «Ну езжай, раз с Колькой договорились», Сергей даже переспросил. Она пожала плечами и ответила, что ничего страшного не случится, если он один выходной проведёт на озере. Через две недели они снова собрались на рыбалку, теперь уже с ночёвкой. Сергей ожидал обычного недовольства, но Лена лишь посоветовала не возвращаться по тёмной трассе и остаться до утра. — Палатка у вас есть, спальники тоже. Лучше выспитесь и спокойно поедете домой, — сказала она и положила ему в сумку контейнер с котлетами. Сергей тогда только обрадовался. Ему показалось, что после двадцати дву

— Ты и в субботу поедешь? Мы же договаривались хотя бы один день провести вместе, — Лена стояла в дверях кухни и смотрела, как Андрей складывает в старую спортивную сумку шуруповёрт, уровень и коробку с битами. — Можно ведь хоть иногда вспомнить, что у тебя жена есть. — Лен, там кухня, за неё шесть тысяч дают. Если закончу за день, в воскресенье буду дома, — Андрей застегнул сумку и посмотрел на часы. — Нам ещё сто двадцать тысяч Серёге отдавать, ты сама знаешь. Лена знала. После ремонта они остались должны Сергею сто двадцать тысяч, ещё почти сто восемьдесят висело на её кредитной карте, а холодильник и стиральную машину они взяли в рассрочку. Кредитка была оформлена на Лену, но расплачивались ею оба. Поэтому Андрей почти весь заработок с вечерних подработок переводил туда, оставляя себе только на бензин и обеды. — Деньги, деньги, деньги, — сказала Лена. — У нас других разговоров уже нет. — Потому что долги сами не исчезнут. Потерпи ещё несколько месяцев, закроем кредитку и станет лег