Кардиолог д.м.н. Виталий Зафираки

Разберем на примере мочевой кислоты, гомоцистеина и холестерина. Повышенный уровень мочевой кислоты часто встречается у людей с ожирением, артериальной гипертонией, заболеваниями почек и сердечно-сосудистыми болезнями. На первый взгляд вывод кажется очевидным: если высокая мочевая кислота связана с плохим прогнозом, её снижение должно этот прогноз улучшить. Но клинические исследования показали более сложную картину. Лекарства действительно позволяют эффективно снизить уровень мочевой кислоты. Для пациентов с подагрой это крайне важно и приносит несомненную пользу. Однако попытки улучшить сердечно-сосудистый прогноз только за счёт снижения мочевой кислоты не дали ожидаемого результата. На первый взгляд эта история очень напоминает ситуацию с холестерином ЛПНП. И там, и там врач воздействует на лабораторный показатель. Но между этими ситуациями существует принципиальная разница. Для холестерина ЛПНП было показано, что его снижение сопровождается уменьшением частоты инфаркта миокарда, инс

Пациент обычно видит отклонение и спрашивает: — Как его устранить? Хороший врач задаёт другой вопрос: — Что изменится для пациента, если это отклонение устранить? Именно поэтому медицина не сводится к исправлению анализов, устранению изменений на электрокардиограмме или поиску максимального количества болезней и отклонений от "нормы". Главная задача врача заключается в другом: помочь человеку прожить дольше, избежать тяжёлых осложнений и/или улучшить качество жизни. Возможно даже, что самое распространённое заблуждение о медицине состоит в том, будто хороший врач всегда знает правильный ответ. Нет, не всегда он это знает. На самом деле хороший врач умеет принимать правильные решения даже тогда, когда полной уверенности нет. Именно в этом заключается настоящее искусство клинической медицины. Оно состоит не в том, чтобы найти как можно больше отклонений, и потом их устранять, а в том, чтобы выбрать решение, которое действительно имеет значение для жизни конкретного человека. Допустим,

Когда одно из крупнейших книжных издательств предложило мне написать книгу - я сомневался, стоит ли отнимать у себя еще много часов свободного времени и отдыха. Но потом решил, что писаться она будет не с нуля, что многое уже написано, надо только это всё систематизировать, придать более читабельный и понятный вид, где-то дополнить современными данными, придать материалу структуру - и дело пойдет. Эта книга будет написана для людей, которые хотят лучше понимать, что происходит с их сердечно-сосудистой системой, с их здоровьем, и почему врач рекомендует те или иные обследования, изменения образа жизни или лекарственные препараты. Здесь не будет сложных биохимических схем и академических дискуссий. Вместо этого мы разберём наиболее распространённые вопросы, с которыми приходится сталкиваться пациентам: что означают те или иные лабораторные показатели, когда действительно нужны статины, антиагреганты и другие лекарства, насколько опасны повышенные триглицериды или гомоцистеин, как связан

Мужчина, 59 лет. Исходно масса тела — 139 кг (ИМТ 42 кг/м²). Жалобы на выраженный храп, остановки дыхания во сне, дневную сонливость, снижение работоспособности. По данным кардиореспираторного мониторирования диагностировано тяжелое обструктивное апноэ сна: индекс апноэ-гипопноэ (ИАГ) — 71 событие в час. Т.е. во время сна дыхание останавливается чаще, чем ежеминутно! Артериальное давление на фоне проводимой терапии, с которой он пришел ко мне (телмисартан, моксонидин, бисопролол) колебалось в пределах 135–160/90–100 мм рт. ст. Т.е. недостаточный эффект лечения. Лабораторные показатели до начала лечения: глюкоза натощак — 6,4 ммоль/л; общий холестерин — 6,7 ммоль/л; холестерин ЛПНП — 4,2 ммоль/л; холестерин ЛВП — 1,0 ммоль/л; триглицериды — 4,0 ммоль/л; мочевая кислота — 502 мкмоль/л. Пациенту была назначена аппаратная РАР-терапия, продолжена антигипертензивная терапия и начато лечение тирзепатидом (российским препаратом Тирзетта) с постепенной титрацией дозы. Пациент сразу после начала

Особенно активно этот вопрос обсуждался во время эпидемии, когда маски чуть ли не принудительно побуждали носить. А что теперь? Одни уверены, что это простая формальность и никакой пользы от неё нет. Другие считают маску защитой от вирусов и бактерий. Самое интересное, что многие люди до сих пор не понимают главного: медицинская маска изначально создавалась не для того, чтобы защищать её владельца. Именно здесь кроется причина большинства заблуждений. Когда человек кашляет, чихает или даже просто разговаривает, в воздух выбрасываются тысячи мельчайших капель. Если он болен, вместе с этими каплями распространяются возбудители инфекции. Маска работает как своеобразный барьер, задерживая значительную часть таких капель ещё на выходе.Поэтому врачи уже много десятилетий используют маски в операционных, инфекционных отделениях и других медицинских учреждениях. Проще говоря, маска прежде всего защищает окружающих от заболевшего человека. Но означает ли это, что здоровому человеку маска сов

Кто-то считает, будто "все болезни от нервов". Кто-то - что влияние стресса на сердце сильно преувеличено. Проясню вопрос через интересный и показательный случай. Несколько лет назад в нашу клинику поступила женщина около шестидесяти лет. За несколько дней до этого умер ее муж, с которым она прожила почти сорок лет. После похорон появились боли за грудиной, одышка и выраженная слабость. По симптомам, электрокардиограмме и анализам крови ситуация очень напоминала острый инфаркт миокарда. Пациентку конечно же направили на коронарографию. Однако перекрытия коронарной артерии, которое могло бы объяснить такую картину, не нашли. Зато эхокардиография показала характерное нарушение сократимости левого желудочка. Это был «синдром такоцубо» — состояние, которое часто называют синдромом разбитого сердца. Название кажется литературным, но болезнь вполне реальна. После тяжелого эмоционального потрясения сердце иногда может временно изменяться настолько, что клиническая картина становится почти нео

Большинство людей не задумываются о том, как именно стареет их сердце. Появляется одышка, снижается выносливость, становится труднее переносить привычные нагрузки. Дело еще и в том, что сердце может стареть десятилетиями почти незаметно. Человек чувствует себя вполне нормально, ходит на работу, ездит на дачу, гуляет с внуками и даже не подозревает, что его сердце уже работает совсем не так, как в молодости. Более того, иногда паспортный возраст и возраст сердца отличаются на 10-20 лет. Что же происходит с сердцем по мере старения? Прежде всего оно становится более жестким. В молодости сердечная мышца легко расслабляется после каждого сокращения и быстро наполняется кровью. С возрастом часть мышечных клеток утрачивается, между ними постепенно накапливается соединительная ткань. Проще говоря, в сердце становится больше своеобразных микроскопических рубцов. Кардиологи называют этот процесс фиброзом. В результате сердце начинает хуже расслабляться. Возникает так называемая диастолическая д

На этой неделе на консультации у меня был пациент с холестерином выше 14 ммоль/л. Разумеется, дело не в питании, поскольку это генетическое заболевание, семейная гиперхолестеринемия — наследственное заболевание, при котором человек может вести вполне здоровый образ жизни, но уровень холестерина у него остается запредельно высоким. Семейная история была тревожной. Дядя умер внезапно в 37 лет. Матери в 55 лет потребовалось аортокоронарное шунтирование. У самого пациента уже обнаружены атеросклеротические бляшки в сонных артериях и артериях ног. Но больше всего впечатляли анализы. Общий холестерин — 14,2 ммоль/л. ХС ЛПНП — 10,4 ммоль/л. Для понимания: речь идет не о риске атеросклероза в будущем. Атеросклероз уже есть. И есть возможный сценарий жизни - как у близких родственников. Ранее пациент принимал статин в высокой дозе, но появились мышечные боли, и лечение он отменил. Последние четыре месяца он не принимал ничего. Разговор начался с того, что он рассказал о прочитанном в интерн

Современный человек окружён медициной как никогда. Мы регулярно измеряем давление, сдаём анализы, контролируем холестерин, следим за уровнем глюкозы в крови. Миллионы людей ежедневно принимают лекарства для профилактики инфарктов и инсультов. Врачи располагают средствами лечения, о которых ещё полвека назад могли только мечтать. Казалось бы, всё это должно было привести к многократному снижению сердечно-сосудистых заболеваний. Однако медицинская статистика рисует совсем другую картину. Кардиологи всё чаще говорят о том, что серьёзные проблемы с сердцем возникают у людей в возрасте, который раньше считался относительно молодым. Инфаркт в сорок лет как явление частое - уже давно перестал быть медицинской сенсацией, а гипертония всё чаще обнаруживается у тех, кто ещё не достиг даже среднего возраста. И даже у детей. На этом фоне возникает неудобный вопрос. Если лекарств становится всё больше, а медицина развивается невероятными темпами, почему болезни сердца не отступают? И не означает