Пончик с лимоном

“Ты самая ужасная сестра на свете. Жаль, что мы родственники” - получила Ира открытку вместо подарка. Получила и расплакалась, будто она снова малышка. День Рождения и так не удался - Ира поссорилась с подругой, которая вообще забыла ее поздравить, потом упала и потянула ногу, а теперь еще и старшая сестра “порадовала”. Мама хмуро посмотрела и пробубнила: - Довела сестру? Теперь чего рыдать? Нечего быть такой эгоисткой! От матери сочувствия не дождешься. Тогда Ира пошла к отцу, который сегодня в ночную смену в их магазине. - Что стряслось у моей крохи? - он распаковывал ящик с макаронами, когда заметил Иру. - Пап, не называй меня так… Я уже не кроха. - А почему плачешь? - Посмотри, - она отдала ему открытку. Признаться, у них всегда команда Полина и мама играет против команды Ира и папа. Папа на ее стороне. - Уф… - вздохнул он, - Полина у нас… эмоциональная девочка. Сначала говорит, а потом думает. Ничего, завтра сама придет извиняться. - Не придет. *** А ведь раньше все было иначе. Ир

- Тебя сюда никто не звал, - отрезал Саша, когда она барабанила в дверь. - Как твоя мать, я имею право получить хотя бы объяснения от тебя! Куда ты пропал? Как ты мог сбежать, не предупредив? И где мои деньги?? Саша выскочил к ней. - Твои?? Твои у тебя! Забудь про меня! *** Саше было шестнадцать, когда он потерял отца. Невероятно, как быстро рушится привычный мир, когда из него испаряется один человек. Его отец ушел внезапно, оставив после себя не только пустоту в доме, но и ошеломляющее наследство. Цифры, которые прозвучали на встрече с нотариусом, были не просто большими - они были такими, от которых кружилась голова. Миллионы. Заоблачные суммы… Саша, живший жизнью обычного подростка, хоть и из обеспеченной семьи, раньше отцовские деньги не считал, поэтому пребывал в ступоре. Мама, словно очнувшись ото сна, преобразилась. Из тихонькой домохозяйки, боявшейся собственной тени, она превратилась в… другого человека. Вернее, в новую версию, где главную роль играла ее внезапно обретенная ф

- Зачем дарить квартиру еще при жизни? - удивлялась и негодовала сестра, - Ты еще не старая. Но, если так хочешь, то напиши завещание. Хотя его и писать не наго. У тебя же один сын, все ему и достанется. Зачем так торопиться? И ты не боишься без жилья остаться? Марта таких речей не понимала. - Хочешь сказать, что мой Миша может меня из дока вышвырнуть? - покосилась Марта на сестру, - Такого ты мнения о племяннике? - Нет! - покачала головой София, - Но… - Тогда что? - Хотя бы то, что он женат! И в игру вступает и его жена. - Я на 100% доверяю и своему сыну, и своей невестке, - ответила Марта, - А переписать квартиру надо. Мне так будет спокойнее. В жизни всякое бывает! Вдруг я из ума выживу? И перепишу все на мошенников? - Угу, или он перепишет… - проворчала София, - Молодые не меньше попадаются на всякие аферы. Или продаст и в бизнес вложит. Или проиграет. - Мой Мишенька? Ни за что. - Хоть Мишенька, хоть кто. Ни в ком нельзя быть уверенной, как ты говоришь, на 100%. Единственное жилье

- Я к ним не пойду! Мам, я лучше одна дома посижу… - сопротивлялась Вера, когда мама вручила ей ее детский рюкзачок. - И что на тебя нашло? Вер, что за прихоти? Мы же условились с твоим дядей, что иногда выходные его сыновья проводят у нас дома, иногда - ты у них. Мне на работу нужно сегодня выйти, за двойную зарплату. Я просто не могу отказаться. Вер, ну что ты за ребенок такой? - Они меня обижают… - созналась Вера. - Как? Конфету не дали? - возмущенно спросила Света, - Вер, я это уже слышала. Я не буду из-за конфет ссориться с братом, да и мне не с кем тебя оставить. Пойдешь туда. Как миленькая. Вера - в слезы. Тащить к дяде с тетей ее всегда приходилось то с уговорами, то с криками. Жуть. Мама отказывалась даже слышать о том, что Вере там плохо. Дядя Слава со своей женой, тетей Наташей, тогда жили ощутимо богаче Веры и ее мамы, да и большинства Вериных подруг. У них и компы были мощнее, и сладости на любой вкус, и даже бассейн возле дома. И чего, спрашивается, Вера так протестовала,

- Подъем. Я там поел. Приберись, посуду помой, и на обед что-нибудь придумай, - кричал дядя Толя у нее над ухом. Она протерла глаза. - А когда это у нас дома прислуга появилась? - спросила Алиса, - Сами поели - сами за собой и убирайте. Я тут каким боком? До того, как дядя Толя переехал к ним, Алиса и не знала, что может так отвечать взрослым людям. - Не будешь слушаться? - Буду спать! - ответила она, замотавшись в одеяло. Но это одеяло было резко сдернуто, а на Алису вылит стакан воды. - А-а-а! Вы что?! - она соскочила с мокрой кровати. - Теперь тебе не только посуду мыть, но и постельное менять и сушить, - сказал дядя Толя, - А могли бы и без этого обойтись. И скажи-ка мне, где твой брат? Ночевать не пришел, мать до слез довел. - Сами у него спросите! - Алиса выставила его из комнаты и закрылась. Пижама, одеяло, простынь - все вымокло. Зато она взбодрилась моментально! Присев на мокрую простынь, Алиса открыла телефон и прочитала сообщение от брата “извинись за меня перед мамой, сегод

- Я? Я вам никаких денег не дам. Все, лавочка закрывается. Я не то, что вам помогать не буду, я вас по миру пущу, - произнесла Лена, оглядывая весь честной народ, толпившийся у нее на крыльце в ожидании объяснений. Но она расшаркиваться перед ними не собиралась. Она им ничего не должна. - Леночка, как же так… Это не по-человечески… Что бы сказал Гена? - А нет его больше! - выкрикнула Лена, выталкивая всех, - Нет! Из-за вас! Толпа родственников сразу зашепталась. - Что она мелет… - Причем тут мы… - С ума сошла… - Пусть сходит, но деньги-то наши нам положены… А ничего им теперь не положено. Лена - единственный Генин наследник, так что всем спасибо, все свободны. *** Гена был отзывчивым человеком. Скромным, неравнодушным, ответственным. Из разряда “таких уже не делает”. Он сам не поест, но ближнего накормит. На чем и выезжали все, кому не лень. И всех он выручал, никому не отказывал. Как будто награда за его доброту - Гене легко доставались хорошие должности и повышения, его нередко преми

Татьяна Николаевна делала все, чтобы невестки больше не было в ее жизни. Ни конкретно этой невестки, ни какой-либо другой. - Сашенька, ты посмотри на эту кофточку! - ворчала Татьяна Николаевна, маяча на кухне, пока сын пытался починить вечно текущий кран, - Это ж синтетика сплошная! Она тебя заморозит. Ты простудишься, а она будет на работе сидеть, ей плевать! За тобой даже ухаживать будет некому… Зачем она такой покупает? Надо же следить за твоим здоровьем. Саша ударился головой о тумбу. Кран в этой битве побеждал. А еще мама под руку говорит. - Мам, Аня работает врачом… - потирал он затылок, - Если я простужусь, она меня вылечит. Мама перешла к коронному аргументу: - И худенький какой стал… В чем душа держится… Она же тебя не кормит совсем… Твоя эта... даже яичницу пожарить толком не может! Я видела, как она скорлупу в сковородку роняет. - Мама, это был один раз, и скорлупа упала случайно, потому что кошка под ногами крутилась, - парировал Саша, понимая, что ни кран, ни маму ему не п

- Алина! Ты что, хочешь пригласить свою маму к нам? Этому не бывать! Алина стояла у плиты, пытаясь спасти безнадежно подгоревшую курицу. Игнат жаждал разборок. Он был не просто зол - он был в том состоянии праведного гнева, когда человек искренне верит, что его несправедливо обидели все и всё. - О чем ты? Алина выключила плиту и, стараясь не дышать дымом, повернулась к мужу. - Твоя мама на нашу годовщину не должна приходить. Алине показалось, что она ослышалась. Или это уже галлюцинации от усталости? - Куда она не должна приходить? - У тебя со слухом все в порядке? - язвительно ответил он, - Я сказал: твоя мать на нашу годовщину не приходит. Точка. Интересно он ставит точно с учетом того, то они это даже не обсудили. - Как это не позвать мою маму? - спросила Алина, - Игнат, ты в своем уме? Это же годовщина! Что я ей скажу? Это так-то семейный праздник. - Вот именно, что семейный, - сказал он, - А твоя мать - это не семья. Вернее, она не хочет быть с нами семьей. Каждый раз, когда она п

- Зачем тебе оплачивать билеты всем? Оставьте Леру дома, она ж тебе чужая. Смысл на нее тратиться? - коллега, которого Кирилл подвозил до дома, не понимал, чего ради Кирилл так упахивается, сэкономил бы. - Макс, у тебя тоже двое детей. Ты представь, что младшего возьмешь на отдых, а старшему скажешь - извини, на тебя мы тратиться не хотим? - скептически хмыкнул Кирилл. - Они-то оба мои, - ответил Максим, - Чужих бы я никуда не возил. - У нас дележки нет. Я принял Леру, как свою, и Таня приняла мою Машу, как свою. Мы никого не обделяем. Они обе наши дочери. - Не поймешь вас… Да Кирилл и не стремился к тому, чтобы их понимали. У них все по-честному, никто на себя одеяло не перетягивает. Обеим дочкам дают все, чтобы те были счастливы. - Я бы на твоем месте сэкономил… - произнес Макс, вылезая из машины. - Без тебя разберусь. Тот надулся. - Сам на работу буду ездить! - Напугал! Вот надо же обязательно нахамить, а вечер был такой хороший… Но дома Кирилл оттаял и успокоился. Не такие уж они с

Вещи Оксаны были кучей свалены в коридоре. Сама Оксана была в… в полном недоумении, когда пришла домой. Ну, на ограбление это не похоже. Вещи методично выносились только из одной комнаты и складывались стопочками друг на друга. Вряд ли грабители были бы столь щепетильны в данном вопросе. Что тогда? Гости? Ни у кого нет ключей от ее квартиры, да и в семье никто не был замечен в такой наглости. На ум пришло страшное - ее выселяют. Вот так без предупреждения, одним днем гонят на улицу. И сейчас, после работы, надо будет срочно куда-то вывозить котомки. - Ау! - крикнула Оксана тому, кто шуршал в комнате, - Пардон, но я вам не мешаю выкидывать мои вещи? Она обозлилась. Если там даже грабители, то Оксана сейчас злая. Из комнаты высунулся кудрявый, нескладный дядечка. За ним - такой же кудрявый и нескладный молодой человек, только моложе. Очевидно, его сын. Странные грабители. - Не выкидываем мы, - ответит тот, что постарше, - А комнату освобождаем. - Стесняюсь спросить - для чего? - глаза у