СОЛОМКА — креативное PR агентство

Безработица в России достигла рекордно низких значений — 2,1% в 2025 году. Рынок труда изменился: компании борются за каждого квалифицированного специалиста, а соискатели диктуют условия. В этой новой реальности зарплата перестала быть главным аргументом. Кандидаты ищут не просто работу — они ищут лидера, за которым готовы идти. И здесь на первый план выходит личный бренд CEO. Исследования показывают прямую связь между публичностью первого лица и способностью компании привлекать таланты. Личный бренд руководителя напрямую влияет на HR-бренд компании, помогая формировать доверие среди сотрудников и кандидатов, особенно на конкурентных рынках труда. Разбираем, почему это работает и как использовать личный бренд CEO в борьбе за кадры. 55% соискателей в возрасте 18–24 лет признались, что им важно, насколько известен топ-менеджер потенциального работодателя. Для 44% из них публичность CEO повышает уровень доверия к работодателю, а 11% ценят возможность гордиться своей организацией. Среди ст

Российские предприниматели всё чаще задумываются о международной экспансии. Кто-то движется по бизнес-логике, кто-то руководствуется личными мотивами. Общий вектор очевиден: сегодня интерес к зарубежным рынкам стал массовым. Только за последние два года предприниматели из РФ открыли за рубежом 11 тысяч представительств. Но успех на домашнем рынке совсем не гарантирует лёгкий выход за рубеж. Один из главных уроков, который выносят предприниматели, прошедшие через международную экспансию, — необходимость адаптировать личный бренд и бизнес-подход к новой культуре. Важность культурного контекста, особенностей поведения и привычек людей в разных странах невозможно переоценить. Именно недооценка этого фактора становится главной причиной провалов. Кейс: основатель Get4click и Swopstore — опыт работы в Индии Предприниматель, работавший на индийском рынке, рассказывал, что у индусов очень быстрый темп речи, и часто приходится переспрашивать, особенно в онлайне. Культурные особенности сильно вли

В 1990-е годы в России не было маркетинга. Был дефицит, был дикий рынок, была жажда. И были люди, которые чувствовали это нутром. Один из них — Владимир Довгань. Человек, который, возможно, первым в стране сделал личный бренд основой бизнес-стратегии. Он не просто продавал водку, сигареты, пельмени и крупы. Он продавал себя. Своё имя. Своё лицо. Свою репутацию. В эпоху, когда никто не знал слова «личный бренд», Довгань уже жил по его законам. Владимир Довгань родился в 1964 году в посёлке Ерофей Павлович Амурской области, в семье машиниста и продавщицы. В Тольятти, куда переехала семья, он перепробовал всё: спорт (гребля, кандидат в мастера спорта), армию, институт, работу на АвтоВАЗе. Именно на заводе он впервые почувствовал, что хочет другого. Увидел серую толпу, бредущую к станкам, и понял: он не хочет быть частью этой машины. Параллельно с основной работой он вёл секцию восточных единоборств и даже написал методичку по карате. Тираж в 40 тысяч экземпляров разошёлся за месяц, дав пе

Артем Карисалов — фигура, вызывающая полярные мнения: для одних он харизматичный гастроблогер с феноменальным чутьем на тренды, для других — выскочка с завышенной самооценкой, пытающийся пробиться в высший свет на отцовском имени. Но что действительно интересно, так это сам его путь. Сын генерального директора «Сибура» Михаила Карисалова, он не пошел по стопам отца в нефтехимию, а с 17 лет начал работать официантом, чистить мидии и мыть полы на кухне, чтобы в итоге стать одним из самых обсуждаемых рестораторов и блогеров Москвы . Его бренд строится на парадоксальном сочетании имиджа «наследника империи» и образа «самодельного» эксперта, прошедшего все круги ресторанного ада — от фейсконтроля до горячего цеха . В этой статье мы разберем, как Артем Карисалов создает свой личный бренд, на чем он держится и почему его постоянно сопровождают скандалы, которые, возможно, только работают на его узнаваемость. Артем Карисалов родился в Ленинграде в 1989 году. Его отец, Михаил Карисалов, стал от

Когда на пленарной сессии Восточного экономического форума создатель «Тинькофф» Олег Тиньков сказал, что «все дипфейки делают по заказу спецслужб», он лишь подтвердил то, о чём эксперты говорят уже не первый год: репутация публичного человека перестала быть его собственностью. Ещё пять лет назад дипфейки были технологической диковинкой. Сегодня — это полноценный инструмент давления, шантажа и дезинформации. За первые пять месяцев 2025 года число дипфейков в России выросло на 32% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и в 4 раза — по сравнению с 2023 годом. В 2025 году интернет наводнили более 8 миллионов дипфейковых видео. Идентификация личности онлайн может быть подделана, а корпоративная репутация — скомпрометирована за считанные минуты. Но главное даже не в цифрах. Главное — в том, что ваш образ может быть украден и использован против вас, пока вы спите. И вы узнаете об этом только тогда, когда ущерб уже нанесён. Дипфейк — это синтезированное изображение, видео или аудио,

Алексей Утин — практикующий кардиолог и сердечно-сосудистый хирург, сумевший выйти за пределы операционной и создать один из самых узнаваемых медицинских брендов в российском интернете. Его имя ассоциируется с современным, харизматичным подходом к медицине, где сочетаются глубокая академическая экспертиза и доступный язык общения с аудиторией. В отличие от многих медицинских блогеров, он не просто популяризатор здорового образа жизни. Утин — действующий практик и руководитель клиники, что обеспечивает его бренду критически важное доверие. Он выступает как последовательный борец с медицинскими мифами и сторонник принципов доказательной медицины, делая акцент на профилактике сердечно-сосудистых заболеваний, которые являются основной причиной смертности в России. Алексей Утин родился в Ульяновске в 1979 году. Выбор профессии врача для него не был детской мечтой — в школьные годы ему нравилась химия. Однако, выиграв олимпиаду, он получил предложение поступить без экзаменов в два университе

Популярная российская блогерша Катя Адушкина подала в суд на своего бывшего продюсера Елизавету Павлухину. Сумма иска — 5,5 миллиона рублей. Ещё недавно Адушкина называла Павлухину своей «правой рукой», ключевым экспертом и благодарила за построение сильной команды продажников . Теперь их отношения — предмет разбирательств в суде. Что именно пошло не так? По данным Baza, иск связан с долгом и процентами по договору, заключённому в конце февраля . Блогерша требует вернуть деньги. Продюсер, в свою очередь, заявляет, что с начала года «переживает сложный период»: в мае она перенесла острый ларингит, находилась в реанимации и два месяца не выходила на связь . Теперь, по её словам, у неё «произошла тотальная переоценка ценностей» . Для блога PR-агентства эта история — не про разбор чужого конфликта. Она про то, что происходит, когда в индустрии, построенной на доверии, забывают о юридической гигиене. И про сигнал, который должен услышать каждый, кто строит личный бренд или нанимает продюсе

Выстроили безупречную репутацию в СМИ? Отлично. Но это только половина дела. Вторая, часто более важная половина происходит там, куда не заглядывают журналисты. В закрытых чатах топ-менеджеров, за кулисами советов директоров, в элитных бизнес-клубах. Там, где нет масштаба, но есть влияние. Там, где каждый участник — лицо, принимающее решения. И где одно неосторожное слово или «тихий бойкот» могут стоить вам контракта, партнёрства или места в совете директоров. Разбираем, как устроена репутационная кухня в закрытых каналах и как в ней выживать. Совет директоров сегодня перестаёт быть просто обязательным атрибутом корпоративного управления. В условиях, когда скорость изменений ставит бизнес перед сложными решениями каждую неделю, совет становится пространством зрелости, где обсуждения важнее регалий. Всё больше компаний осознают: управленческие решения не могут рождаться в одиночку. Им нужна интеллектуальная среда, где идеи проходят проверку, где звучат неудобные вопросы, и где присутств

В российском интернете — новый мем. Фитнес-блогер Екатерина Войлокова готовит еду для себя и своего мужа Владислава. Себе — обычную порцию. Ему — кастрюлю каши или килограмм риса с индейкой. И каждый раз в кадре звучит фраза: «И Владу». Ролики завирусились. Пользователей шокировали размеры порций, в комментариях шутили, что Влад — это алабай, медведь или отдельное государство. На самом деле Влад — мужчина ростом 190 см, бодибилдер, который съедает до 5 тысяч калорий в день. Пара вместе уже 10 лет, и Екатерина просто заботится о муже. Но интернет сделал из этой заботы мем. А дальше случилось то, что происходит с каждым вирусным фрагментом: фразу подхватили крупные компании. Бренды начали использовать «и Владу» в рекламе без упоминания автора. Екатерине это не понравилось — она подала заявку на регистрацию фразы как товарного знака. Для блога PR-агентства эта история — не про мемы. Она про то, как работает интеллектуальная собственность в эпоху виральности. И про сигнал, который должен у

На прошлой неделе Гагаринский суд Москвы поставил точку в одном из самых громких дел последних лет. Валерию Чекалину, известную как блогер Лерчек, приговорили к пяти годам условно, назначили штраф и, что самое болезненное для публичного человека, — запретили на три года продвигать свой личный бренд в интернете. В этом материале нет места оценкам законности или морали — для этого есть суд. Но как эксперты в области репутации и личных брендов, мы не можем пройти мимо этого кейса. Потому что это уже не просто новость из раздела «криминал». Это маркер того, как меняются правила игры на поле публичности. Согласитесь, цифры штрафов и сроки — это скучно и далеко. А вот запрет на продвижение личного бренда — это момент, который заставляет задуматься каждого, кто зарабатывает своим именем. Три года без права «светиться», раскачивать аудиторию и запускать новые проекты — это в современном интернете вечность. За это время подписчики отвыкают, алгоритмы забывают, конкуренты перехватывают внимание,