Андрей Фурсов

“Аэропортовцев” жертвы простого народа не трогали — только свои и себе подобных. Именно поэтому для них культовым стал роман М.Булгакова “Мастер и Маргарита” — им лестно было отождествить себя с гонимым мастером. Кстати, в этом отождествлении они не поняли до конца ни хитреца Булгакова, ни многодонность его романа. Мастер-то ведь — прав А.Н.Барков — отступник; запутавшись в отношениях и с системой, и с нечистой силой, он сотрудничает с последней, превращая талантливых Иванов (образ Ивана Бездомного — сюжетно-стержневой в романе) в послушных иванушек. В связи именно с этим справедлив вердикт: “Он не заслужил света, он заслужил покой”, то есть смерть. Но это к слову. Показательно и то, что вещь, на мой взгляд, посильнее “Мастера...” — “Записки покойника”, в котором Булгаков изобразил статусно-творческую интеллигенцию как социальную группу, причём группу им презираемую — популярной не стала. Кому же захочется увидеть в зеркале неприглядную физиономию коллективного эгоиста с амбициями, явн

Обуржуазивание советских верхов, чему пытался противостоять Сталин, шло не только по линии “внешний сегмент” (заграница) советской номенклатуры (дипломатия, определённая часть ГБ, внешторг идр.), но и по линии “внутренний сегмент”, прежде всего в сфере культуры. В начале 1980-х годов Г.В. Свиридов писал: “В послевоенное время, особенно со второй половины 50-х годов, с появлением скрыто (а позже и открыто) буржуазных тенденций, в нашем искусстве всё больше стал распространяться тип делового человека, дельца ловкого, небрезгливого [...] Подобного рода тип (в сущности — Чичиков) очень распространяется. Появились: композиторы-Чичиковы (их очень много), певцы-Чичиковы, дирижёры-Чичиковы (их очень много) и прочие. Торговля стала валютной, международной. Торговать стали крупно, до христопродавства. Мелкие выжиги и кулаки... уступили место дельцам международного типа”. Здесь очень важно подчеркнуть международный, включённо-в-западный аспект формирования советской культур-буржуазии без капитал

Ненависть — с разной степенью интенсивности — к Сталину значительной части постсоветских верхов имеет “три источника, три составные части”. Во-первых, сталинский СССР — это созданная, как писали даже не расположенные к нему наши противники на Западе, великая держава. Из аграрной страны с отсталым сельским хозяйством и слабенькой, зависимой от Запада промышленностью, из сырьевого придатка Запада, из страны с огромным социальным неравенством и низким уровнем грамотности сталинский СССР уже к 1937 году превратился в державу, обеспечившую военно-промышленную автономию по отношению к Западу, в промышленную страну современного типа с почти поголовной грамотностью и высокоразвитой наукой. РФ — увы — остаётся сырьевым придатком, если и державой, то региональной, постепенно утрачивающей позиции не только в мире, но даже на постсоветском пространстве. Спасает наличие ядерного оружия — наследства имени Сталина и Берия. О том, что население сталинского СССР росло, а не сокращалось, я уже не говорю

В советское время как при жизни Сталина, так и после его смерти вождя ненавидели главным образом две властные группы и, соответственно, связанные с ними околовластные отряды совинтеллигенции. Во-первых, исходно это та часть советского “истеблишмента”, которая когда-то была заряжена на мировую революцию, на Коминтерн и представители которой считали Сталина предателем дела мировой революции или, как минимум, уклонистом от неё. Речь идёт о левых глобалистах-коминтерновцах, для которых Россия, СССР были лишь плацдармом для мировой революции. Им, естественно, не могли понравиться ни “социализм в одной, отдельно взятой стране” (т.е. возрождение “империи” в “красном варианте”), ни обращение к русским национальным традициям, на которые они привыкли смотреть свысока, ни отмена в 1936 году празднования 7 ноября как Первого дня мировой революции, ни появление в том же 1936 году термина “советский патриотизм”, ни многое другое. Показательно, что уже в середине 1920-х годов Зиновьев, “третий Гришк

«Отдача» была написана в 1998—1999 гг., — пишет Ч. Джонсон. — Моей целью было предупредить американцев о природе и реализации внешней политики США в последние полстолетия, особенно в период после крушения Советского Союза в 1991 г. <…> В течение года после публикации «Отдачу» в основном игнорировали». Ситуация изменилась после 11 сентября 2001 г., когда многие в Америке поняли то, о чем Ч. Джонсон написал во втором издании своей книги (2002; переиздана в 2003 г.): 11 сентября — это лишь начало отдачи от той внешней политики США, которую они проводили во второй половине ХХ в. главным образом в «третьем мире» и особенно в Азии, и отдача эта будет длиться всю первую половину ХХI в. Более того, мировая политика в ХХI в. с наибольшей вероятностью станет определяться незапланированными последствиями холодной войны, с одной стороны, и принципиального решения США продолжать политику времен холодной войны после завершения последней, поскольку ни одна империя, обычная или «неформальная» типа США

Отношение в России к руководителям — царям, генсекам, президентам — интересная штука в силу своей, по крайней мере внешне, парадоксальности. В русской истории было три крутых властителя — Иван Грозный, Пётр I и Иосиф Сталин. Классовое содержание их власти и правления было, разумеется, принципиально различным. Сам Сталин, когда кто-то пытался проводить параллели между ним и двумя царями, подчёркивал, что он выражал и представлял интересы трудящихся, тогда как Иван и Пётр — интересы класса эксплуататоров. Наиболее жестокой и разрушительной была деятельность Петра I: в его правление убыль населения составила около 25% (народ мёр, разбегался, растекался по стране); на момент смерти Петра казна была практически пуста, хозяйство разорено. Своими реформами Пётр довёл экономику страны “до ручки”. 1 февраля 1725 года генерал-прокурор граф Ягужинский в записке Екатерине I писал, что Пётр, конечно, был велик, но дальнейшее следование его курсом будет означать экономическую катастрофу. Экономика в

После снятия Хрущёва с должности идеолог партии М. А. Суслов определит его действия, прежде всего в идеологической сфере, т.е. развенчание Сталина, как огромнейший вред. Впрочем, брежневское руководство не решилось на реабилитацию Сталина. Какую-то роль в этом сыграло и организованное в 1966 году, в канун XXIII съезда КПСС определённой частью КГБ активное мероприятие — письмо 25 известных деятелей культуры и науки против планировавшейся (по крайней мере, по их мнению) реабилитации Сталина. Подписи собирал старый коминтерновский разведчик, ярый ненавистник Сталина Эрнст Генри. Тем не менее, с конца 1960-х годов Сталин стал появляться в художественных фильмах о войне, причём его появление на экране нередко вызывало аплодисменты в зале, тем более что за Сталина возвысили свой голос и многие фронтовики. Но не дремала и противоположная сторона. К антисталинской линии Хрущёва, прочерченной на XXII съезде, в качестве “мусорщиков” присоединились наиболее рьяные из так называемых “шестидесятни

Обречённые на свободу. Тёмная изнанка прогресса. XXI век станет временем жесточайшей борьбы за будущее, когда целые государства, этносы, культуры будут нещадно, без сантиментов, стираться Ластиком Истории. Мировая игра на выбывание начинается не только среди низов, но и среди элит. Часть элиты деградирует до такой степени, что замкнётся в своём мире. Стоит отметить, что не весь мировой правящий слой выступает с той позиции «внутреннего ада», которую сейчас пытаются воплотить в био-эко-технофашизм. Многие из них понимают, что это самоуничтожение. Дело в том, что любое техническое средство можно обернуть против того, кто им пользуется. Поэтому я повторяю: весь XXI век нас ждёт борьба на всех уровнях — внутри элиты, между элитой и средним слоем, между средним слоем, низами и элитой, внутри низов. Это именно то, что характерно для эпох Тёмных веков. У кого более сложная ситуация — сказать трудно, ведь дело не только в экономике, дело и в социальных проблемах. Они острые и в Китае, и в США.

Не прошло и нескольких лет после смерти вождя, как один из главных “стахановцев террора” 1930-х годов Н.Хрущёв (именно на его запросе увеличить “квоты” на расстрел Сталин написал: “Уймись, дурак”) начал поливать вождя грязью. Хрущёв не был первым в этом плане: систематический полив грязью Сталина (но при этом вместе с серьёзной критикой) начал Троцкий, ну а не вышедший большим умом бывший троцкист Хрущёв оставил только полив. Появление хрущёвского доклада было обусловлено несколькими причинами. На поверхности — борьба за власть в кремлёвской верхушке — антикультовский доклад должен был ослабить позиции противников Хрущёва типа Молотова, Кагановича и др. Чуть под поверхностью — игры старых коминтерновцев, левых глобалистов типа О.В.Куусинена, которые решили, что пришло время взять реванш у Сталина, поквитаться с ним. Следующий уровень — логика оформления номенклатуры как властной группы. Сталин — демиург советской системы и партноменклатуры как её системообразующего элемента, её генети