Арт-видео.инфо

Свершилось: того самого азербайджанца, что строил свои схемы, наконец выслали из страны Люди наконец вздохнули с облегчением. Этот человек, который вечно всех провоцировал и строил из себя крутого бандита, решал только свои вопросы — и вот наконец его выдворили из России. Кажется, российская земля наконец очистилась от него — и теперь можно дышать спокойно. Бахтияр Гасанов много лет был заметной фигурой в московской диаспоре. Он возглавлял «Национально-культурную автономию азербайджанцев Москвы» и везде подчёркивал свою принадлежность к национальности — не просто говорил о ней, а буквально выпячивал. На встречах, в интервью, на общественных мероприятиях он постоянно сравнивал свою национальность с другими и открыто заявлял, что она лучше. Для него это был не вопрос культуры, а рычаг влияния: он строил на этом репутацию и одновременно — бизнес. При этом жил и зарабатывал он в России, причём зарабатывал на россиянах. Схема была простой и жёсткой: прикрывая нелегальную миграцию, он помо

Рустам приехал в Россию из Узбекистана два года назад. Не ради приключений — ради денег. Дома осталась мама, сестра, младший брат, которому надо было помогать с учёбой. В Ташкенте Рустам работал на мебельной фабрике, но платили мало, а тут знакомый сказал: «На стройке в Казани нормально поднимают, жильё дают, кормежка есть». Рустам подумал, собрал сумку, купил билет — и поехал. В Казани его сразу взяли на объект — возводили жилой комплекс на окраине. Сначала ставили опалубку, потом заливали бетон, потом снова опалубку. Работа тяжёлая, но привычная. Рустам не жаловался. Снимал комнату в общежитии вместе с тремя парнями из Таджикистана. В комнате тесно, но чисто. По вечерам пили чай, говорили про дома, про урожай, про то, как у кого дела. Рустам почти каждый день звонил маме, говорил: «Всё нормально, не переживай, скоро пришлю». Он старался держаться. Одевался тепло, в обед ел горячий суп, старался не простывать. Но в какой-то момент начал кашлять. Сначала думал — пыль. На стройке её

Вскрылись долги, штрафы, отсутствие воинского учёта и выплаты, которые им не полагались В июле две тысячи двадцать шестого года в парке «Мемориал Победы» в Улан-Удэ двое подростков из семей таджикских мигрантов, которые уже получили российское гражданство, потушили Вечный огонь. Подростков сразу задержали. Они не смогли объяснить свой поступок и не считали его серьёзным нарушением — говорили, что не понимали, почему их задержали. Двенадцатилетний Рустам и тринадцатилетний Далер, сыновья двух семей из Таджикистана, решили «потушить огонь ради шутки». Они не думали, что Вечный огонь — это не просто пламя, а символ памяти. Для них это, скорее всего, был просто костёр, который почему-то не гаснет. Они выросли в среде, где не было привычки уважать великие и горькие символы нашей страны — и просто не понимали, почему их поступок считается серьёзным нарушением. Дети вообще ничего не знали о наших ценностях — родители ничего им об этом не рассказывали. Взрослые приехали в Россию только ради

Петербурженка явно удивилась, когда увидела списания с карты, которую разрезала и выбросила 5 лет назад. Оказалось, подсуетился приезжий, который работает на вывозе мусора Рамиль Каримов устроился на вывоз мусора не ради больших денег. Зарплата подсобного рабочего в компании «Эко-поток» была скромной, смены длинные, а работа — тяжёлой. Но Рамиль быстро понял: мусор — это иногда вовсе не мусор. Это чужая жизнь, рассыпавшаяся по пакетам, и порой — очень большие деньги. Чего там только не находят: забытые кошельки, телефоны, украшения, старые гаджеты, которые ещё годятся на запчасти. Для кого-то это отходы, а для внимательного человека — золотая ниша. И Рамиль смекнул, что в этой нише можно быстро «поднять» лишнюю сумму. Тот день ничем не отличался от остальных. Обычная смена во Фрунзенском районе Петербурга, сортировка брикетов с отходами. Рамиль методично перебирал содержимое: пластик, бумага, остатки еды, пакеты. И вдруг среди хлама мелькнуло что-то знакомое — кусочек пластика с чипом.

Амина была замужем, растила дочку Лейлу, ждала мужа с заработков. Он уехал в соседнюю республику — нужны были деньги на ремонт дома и на осенние вещи для девочки. Амина знала, что вернётся он не скоро, и старалась держаться спокойно: «Ничего, справимся. Главное — чтобы всё было хорошо». Спокойствие закончилось в тот день, когда к её калитке подошёл Гаджимурад. Ему было пятьдесят девять. Он жил на другом конце села, но в последнее время будто специально кружил возле её двора. Сначала он приносил яблоки — «просто так, от души». Потом стал задерживаться у калитки, говорить, что «женщина не должна быть одна», что «ей нужен сильный человек рядом». Амина вежливо благодарила, возвращала пакеты, просила не приходить. Она не хотела никого обидеть, но и не собиралась давать ни малейшего повода думать, что ей это нужно. Гаджимурад не понимал слова «нет». Для него отказ был не правом женщины решать, а личным оскорблением. В его голове отказ означал унижение, а унижение — повод для мести. Он не

Не “гости”, а хозяева по умолчанию. Как музыка из старых “Жигулей” довела целый двор до грани. Вечер в Долгопрудном. В ЖК «Лукино‑Варино» зажигаются окна, мамы зовут детей домой, пенсионеры выходят подышать перед сном. Обычная картина спального района. Но в последние недели этот привычный ритм сбился. И теперь люди боятся открывать окна. Всё началось с музыки. Громкой, назойливой, льющейся из старых «Жигулей», которые, казалось, вообще не должны были ездить. В машине — пятеро парней. Самый заметный из них — Рустам. Он сидел на пассажирском сиденье, высунувшись в окно, и смеялся, будто весь мир — его сцена. Рядом с ним — Алик, который постоянно выкрикивал что‑то в сторону прохожих. Остальные просто кивали и улыбались. Первой не выдержала Татьяна, мама двоих детей. Она вышла во двор, когда её младший сын в очередной раз пожаловался, что не может уснуть из‑за грохота. Татьяна подошла к машине и спокойно попросила сделать потише. — Чего тебе? — грубо бросил Алик. — Мы кайфуем. Не меш

Конфликт, который обсуждают в сети: священник Павел Островский обратил внимание на ролик блогерши, где та снимает свою пожилую маму. Видео быстро разлетелось, а реакция оказалась жёсткой. Люди не столько спорят о религии, сколько о самом подходе: нормально ли делать контент на близких, если человеку тяжело формулировать мысли из‑за возраста? Суть простая: в кадре — пожилая женщина, она говорит сбивчиво, эмоции у неё яркие, и именно это становится главным «крючком» ролика. Для алгоритмов соцсетей такие моменты — золото: сильные эмоции, конфликт, узнаваемые роли «молодая и дерзкая дочь» против «неловкого старшего поколения». Отсюда и охваты: видео попадает в рекомендации, его репостят, обсуждают. Но вместе с просмотрами приходит и обратная реакция: многим кажется, что это уже перебор. Павел Островский высказался прямо: ему не нравится, когда на уязвимости родных делают просмотры. Его позиция понятна многим зрителям: есть границы, за которыми контент перестаёт быть развлечением и стано

Они думали, что никто не видит: как банда из Китая попалась на краже в самолётах 25 августа 2026 года в аэропорту Кольцово обычный рейс в Стамбул едва не стал сценой для идеально отлаженной кражи. Пассажиры спешили на посадку, проверяли посадочные талоны, перекладывали вещи из карманов в ручную кладь. В этой суете трое граждан Китая действовали почти незаметно — ровно настолько, чтобы никто не

Сборы наспех, маршруты наготове: как выглядит массовый настрой у границы. Люди честно поделились, почему не намерены ждать Такого массового пересечения границы на пункте пропуска «Верхний Ларс» не фиксировали с сентября 2022 года. При этом ни одно крупное российское СМИ в первых сообщениях не уточняло главное: в какую сторону люди массово едут. Мы собрали данные и разобрались: основной поток — из России в сторону Грузии. Речь идёт о россиянах, которые пересекают границу на автомобилях. Статистика говорит сама за себя. За одну неделю через МАПП «Верхний Ларс» прошли более 113 тысяч человек и свыше 33 тысяч машин. Такие цифры привёл заместитель председателя правительства Северной Осетии Ирбек Томаев на еженедельном аппаратном совещании. Среднесуточный пассажиропоток в середине августа доходил до 20 тысяч человек — это рекорд для текущего года. К 25 августа поток остался высоким, но уже немного ниже пиковых значений. Ситуация напоминает события сентября 2022 года, когда на границе тоже