Рассказы Анисимова

- Вова?! – На лестничной площадке, перед дверью в квартиру, стоял четырнадцатилетний подросток с большим тяжёлым пакетом в руке, и улыбаясь, смотрел на Наталью. Танина мама его сразу и не узнала. - Ты что здесь делаешь? – спросила она с удивлением. – Ты, что ли, вернулся? Навсегда? Мальчик отрицательно замотал головой. - Нет. Я - на пару деньков. Вот, решил зайти… - К Тане? – У женщины в глазах загорелся испуг. - К вам. – Он протянул ей тяжёлый пакет. – Забирайте. Это гостинцы от моей тёти. Для вас. - Для меня? От тёти? Какие ещё гостинцы? Ты что? - Да, всякие гостинцы. Берите, берите, не бойтесь. Там копчёная рыбка, и фрукты разные. У нас там уже всё поспело. - Но я же совсем не знаю твоей тёти. - Зато она вас знает. – Вова почти насильно сунул пакет Наталье в руки. – И очень хорошо знает. - Откуда она меня знает? – Наталья ошарашенно смотрела то на мальчика, то на пакет с продуктами. - А я ей про вас часто рассказывал. - Как это? Зачем? - Просто так. Я же вас вспоминаю. - Да? А ты за

Сегодня у Михаила был удивительный и очень важный день. Сегодня он впервые, в качестве молодого отца – один, без жены - вышел на прогулку с двухмесячной дочкой. Естественно, маленькая Танечка лежала в коляске, и, конечно же, она спала. А Михаил, гордо посматривая по сторонам, катил коляску со своим сокровищем по тротуару, общаясь при этом по мобильному телефону с женой. - Наташа, ты не переживай, - говорил он, делая вид, что совершенно спокоен. – Как только она начнёт просыпаться, я тебе сразу позвоню. А пока - отдыхай. Что значит – ты волнуешься? Ты думаешь, я с ребёнком не справлюсь? Ну, и что, что груди у меня нет? Хорошо, я далеко от дома отходить не буду. Ты видишь меня из окна? Я иду к скамеечке. Там, кстати, кто-то уже с коляской, сидит. Всё, я отключаюсь. Михаил сунул телефон в карман, направил свою коляску к скамейке, где сидел такой же молодой отец, а рядом с ним стояла почти точно такая же детская коляска. Подошёл, сел, поздоровался. - Здравствуйте. Гуляете с малышкой? - У н

- Ты зачем пришёл? – Наталья с удивлением смотрела на двенадцатилетнего Вову, который стоял на лестничной площадке перед дверью в их квартиру, и прятал за спиной обе руки. - Вот… – Подросток вынул из-за спины одну руку, и женщина увидела букет из трёх розочек. – Это вам... - Мне? – Танина мама замерла. – Ты не ошибся? - Нет, не ошибся. Это вам от меня. На память. - На какую ещё память? - На долгую. - Ты, что ли, издеваешься, мальчик? – Наталья не понимала, что происходит. - С чего это ты решил преподнести мне эти цветочки? - Мне мама велела. – У Вовки в глазах была нескрываемая печаль. - Она мне и деньги на эти цветы дала. - Мама? Твоя? Тебе дала деньги на цветы? - Ага. Она сказала, что я, как мужчина, должен оставить после себя только хорошие воспоминания. - Вова, я не поняла… - Наталья окончательно растерялась. - Может, ты эти цветы принёс, всё-таки, Тане? Хочешь с ней помириться, да? Ты извини, но она мне сказала, чтобы я тебя не пускала. Она не хочет тебя видеть. Понимаешь, что это

- Ты опять пришёл? – Наталья недовольно смотрела на Вову, который стоял на лестничной площадке перед её дверью. - Таню позовите, - с нескрываемой тоской в голосе попросил мальчик. - Не позову, - строго ответила женщина. - Почему? - Потому что ты опять её научишь чему-нибудь нехорошему. - Чему – нехорошему? - Откуда я знаю? Чему-нибудь. Курить, например. - А чего этому учить-то? – Мальчик вздохнул, и исподлобья посмотрел на маму Тани. - Она уже умеет. - Что ты сказал? – У Натальи глаза полезли на лоб. - Мы уже с ней курили, - спокойно продолжил признаваться в страшных грехах мальчик. - Да вы не бойтесь, тёть Наташ. - Тане не понравилось. Наталье очень хотелось немедленно накричать на этого негодного мальчишку, но она сдержалась. Только, холодно спросила: - А тебе? Понравилось? - И мне тоже не понравилось. Мы же только – чуть-чуть… Ну, позовите Таню. Мне нужно ей кое-что сказать? - Сказать? – Наталья своими глазами почти прожигала его насквозь. - Говори мне, что ты хочешь сказать, и я ей

Не успела Наталья вернуться с работы домой, и попрощаться с мамой, которую она с утра попросила посидеть дома с пятилетней дочкой Танечкой, как в дверь кто-то позвонил. Причём, позвонил очень нервно. Сначала, раздался один длинный звонок, потом сразу несколько коротких. - Федька ключи, что ли, забыл?.. Наверное, сильно в туалет хочет... – пробормотала Наталья, и поспешила в прихожую открывать дверь. Но за дверью оказался вовсе не муж, а какая-то незнакомая женщина, которая с грозным выражением лица держала за руку мальчика лет семи. У мальчика под глазом красовался синяк. - Вы, что ли, Танина мама? – сходу спросила эта гостья, забыв поздороваться, как это делают все нормальные люди. - Я, - кивнула удивлённая Татьяна. – А в чём дело? - Вы что, сами не видите? – Женщина решительно показала своим пальцем на синяк сына. – Вот это было получено от вашей дочки! Понимаете теперь, в чём дело? - Нет, не понимаю… - ещё больше удивилась хозяйка квартиры. – Как это может быть? - А так! Вы почему у

Она вошла в квартиру без какого-либо звонка, и даже без стука в дверь. Пенсионер Семён, который в это время сидел впотьмах на кухне, и от нечего делать смотрел через окно, как во дворе его пятиэтажки кипит жизнь, даже слегка растерялся, увидев пожилую женщину в дверном проёме. Несколько секунд помолчал, потом удивлённо спросил: - А ты как вошла? У меня входная дверь, что ли, была открыта? - Дверь? – усмехнулась гостья, подобрала сзади свой черный балахон, и, заскрипев костями, аккуратно присела на табурет. – Мне, если что, дверь не нужна. Ну? Узнаёшь меня, Сеня? - Погоди-погоди… - Семён стал разглядывать гостью. – Мы с тобой, знакомы, что ли? Чего-то я ослеп. Может, ты свет включишь, чтобы я тебя лучше рассмотрел? - Нет. Мне свет ни к чему, - замотала головой женщина. – Мне свет глаза режет. - Понимаю, - кивнул пенсионер. – Сам от этого последнее время страдаю. Но я, кажется, признал тебя и так. Ты - Элька Сафонова? Правильно? - Чего? – На лице у гостьи появилось недоумение. – Какая ещ

- Вася, тебе не кажется, что мы с тобой как-то неправильно живём? Не весело как-то. Василий, от такого вопроса во время обеда чуть не подавился, закашлялся, и осторожно спросил: - Ты, Верочка, на что сейчас намекаешь? Заскучала, что ли? Снова отдохнуть хочешь? В это раз - без меня? Если так, то, говори прямо. Я могу тебе путёвку купить. Куда хочешь съездить? - Вася, ты меня не так понял. – Жена отложила в сторону свою ложку, потом уткнулась острыми локтями в стол, подпёрла ладонями лицо, и недовольно вздохнула. – Мы живём с тобой не по-человечески. Понимаешь? - Нет, не понимаю. – Муж улыбнулся. – Но, я надеюсь, ты мне сейчас объяснишь, в чём наша с тобой ошибка. Или, ты хочешь сказать, что нам нужно ещё одного ребёночка родить? - Ты с ума сошёл? – Жена испугалась. - Нам хватит с тобой и двоих! - Так в чём же дело, Вера? - А в том, что у нас с тобой как-то всё гладко. Наша семейная жизнь протекает без острых эмоций. - Как это? – Василий искренне удивился. – Мы же недавно вернулись с Кип

Когда Степан увидел над магазином странную вывеску с одним единственным словом «Молодость», он автоматически остановился, и замер, как обычно замирает маленький ребёнок перед яркой игрушкой в «Детском мире». Постояв немного, пенсионер, неуверенно подошёл к двери этого магазина, толкнул её и оказался внутри. И тут же поморщился от разочарования. Это был обычный шмоточный маркет, где продавали одежду для современной молодёжи. Чего здесь только не было: и футболки с причудливыми принтами, и драные джинсы, и смешные шорты, и пляжные трусы, и, даже, носки с гетрами. Но всё это Степана давно уже не интересовало. Малочисленные посетители лениво пялились на прилавки, пытаясь выглядеть для себя что-нибудь эдакое. Только один молодой человек, с пышной шевелюрой на голове, с неимоверной тоской смотрел на молодёжную одежду, и, тоже, слегка при этом морщился. Степан горько вздохнул. Когда-то и он был молодым и очень модным. Правда, мода тогда была совсем другая, но, такая же странная, и даже – по-с

- Яша, сегодня мы пойдём с тобой в торговый центр, - мягко сказала во время завтрака Софочка. - Так что, тебе лучше съесть не один бутерброд, а два. - И что мы в нём забыли, в этом центре? – немедленно спросил муж недовольным тоном. - Твои ботинки. - Какие ещё ботинки? - Новые. - Но мне не нужны новые ботинки. - А что тебе нужно? Модные кроссовки? - Мне ничего не нужно, – гордо сказал Яша. - У меня всё есть, и для любого сезона. - Тогда мы купим тебе тряпочку. – На лице у жены появилась сердитая маска, которая обычно повергала Яшу в трепет. Вот и сейчас он насторожился, и неуверенно спросил: - Какую ещё тряпочку? - В которую ты будешь молчать. Что у тебя за привычка, постоянно спорить со своей женой? Если она сказала, что мужу нужна новая обувь, значит, она ему нужна. Ей же со стороны виднее! Она же ходит с тобой рядом, и краснеет, вместо тебя. А тебе – как всегда – хоть бы что. Или ты не согласен, что мне видней? - Согласен, Софочка, - покорно кивнул Яша. - Так и быть, я согласен. И,

- А-а-а-а!!! Папа, мышка! – Семилетняя дочка Варя, которая до этого играла на полу на ковре в гостиной, визжала так громко, что у родителей заложило в ушах. - Где мышка? – Татьяна мгновенно выскочила из кухни, и огромными глазами уставилась на дочку. - Там! – Варя указала пальцем на щель под диваном. – Такая маленькая… Такая серенькая… - Не может быть! – Игорь, которому из-за визга дочки пришлось оторваться от своего компьютера, подошёл к дивану, грохнулся перед ним на колени, и стал заглядывать в эту щель. – Где она? Куда она могла убежать? И, вообще, откуда у нас может быть мышь, если мы живём в квартире? Может, тебе показалось, Варя? - Нет, - уверенно сказала дочка, и упала на колени рядом с папой. – Я, правда, её видела. Честно-честно. Она хвостиком махнула, и исчезла. Наверное, там у неё норка. - Какая ещё норка? У нас полы из ламината. В нём норок быть не может. Может, она под плинтус залезла? – Игорь вскочил на ноги, и принялся отодвигать диван от стены. - Этого нам ещё не хват