УДачное настроение

Дождь барабанил по крыше моей машины, превращая мир за окном в размытую акварель. Я сидела на парковке торгового центра уже двадцать минут, не в силах заставить себя выйти и зайти внутрь. Телефон вибрировал - четвёртое сообщение от Марины за последние полчаса. "Ну где ты? Примерочная занята, долго не продержу!" Я усмехнулась. Моя подруга умудрялась устраивать драму даже из похода по магазинам. Впрочем, именно за это я её и любила - за способность превращать серые будни в приключение. Не то что... Стоп. Я запретила себе думать о нём. Прошло уже полгода с тех пор, как я ушла от Андрея, и я должна была двигаться дальше. Должна была радоваться своей новой жизни с Максимом. Простой, честной, настоящей жизни без показухи и лжи. Я вышла из машины, натянув капюшон куртки, и побежала ко входу. Внутри пахло свежей выпечкой и дорогими духами - запах, который раньше был мне таким знакомым. Когда я была женой Андрея Соколова, владельца сети автосалонов, подобные торговые центры были моей естествен

Инна несла тяжёлые пакеты с продуктами и мысленно ругала себя за мягкотелость. Сорок пять лет. Середина жизни. А она до сих пор не научилась говорить «нет». Хотела отметить день рождения в ресторане. Романтично, красиво, без готовки и мытья посуды. Сходила на маникюр, покрасила волосы, купила новое платье. Мечтала о бокале вина, вкусной еде и приятной атмосфере. Но Олег сказал: «Зачем тратиться? Дома отметим». И пригласил свою мать. Тамара Ивановна, в свою очередь, позвала младшего сына Олега — Кирилла с женой. Получилась компания из пяти человек. Инна слабо возражала. Ресторан на пятерых — дорого. Да и неудобно как-то — не пригласить будущую свекровь. Хотя Олег до сих пор не делал ей предложения. Пять лет вместе. Пять лет она ждала, когда он наконец решится на официальный брак. Но Олег всегда находил причины отложить: то денег мало, то работы много, то ещё что-то. Инна давно смирилась. Живут вместе, ведут хозяйство, планируют будущее. Разве штамп в паспорте так важен? Она приготовила

Дверь. Я нажала на ручку. Дверь открылась сама. Муж оставил открытой. Ждал меня. Я улыбнулась. Устало. Измученно. Три дня похорон. Три дня без сна. Три дня боли, которую не давали прожить. Документы. Гроб. Венки. Поминки. Гости. Соболезнования. Наконец — всё закончилось. Я дома. С мужем. Сейчас обниму его. Заплачу. Дам себе прочувствовать потерю. На кухне горел свет. Свистел чайник. Я вошла бесшумно. И замерла. У двери стояли красные туфли. Свекровь. Лидия Ивановна. Черт. Какого она сюда принесло в одиннадцать вечера? Я хотела зайти на кухню. Но чайник вдруг резко замолчал. И я услышала голос свекрови. Громкий. Довольный: — Ну ничего! Три года ждали — ещё немного подождём! Ты там послаще с ней, массаж сделай, ужин приготовь! Я замерла в прихожей. Сердце ударило в горло. Голос Германа — мужа — глухой, боязливый: — А если она не захочет? Это же квартира, где она провела всю жизнь… — Делай всё плавно! И не заметишь, как уже едешь на новой машине! Только, Герман, не будь идиотом — оформля