Хакни психологию, просто о сложном.

"Ты пришла на час раньше меня! Где ужин? Я с работы голодный, а ты разлеглась! Что за наглость к мужу?" "А ты что, инвалид? Или у тебя руки работают только для того, чтобы зарплатную карту из кошелька доставать?" "Я мужчина! И не собираюсь после работы ещё по кухне бегать. Ты жена, вот и выполняй свои обязанности!" "Прекрасно. Тогда с завтрашнего дня ты водишь дочь в садик, забираешь её и моешь посуду. А если не нравится, можешь сразу переезжать к маме. Там тебе ужин подадут по расписанию!" Я никогда не думала, что однажды буду стоять посреди спальни и орать на собственного мужа так, что у меня начнёт першить в горле. Вообще-то я человек спокойный. На работе у меня в подчинении восемнадцать человек, и если бы я каждый день повышала голос, производство давно бы превратилось в филиал дурдома. Но в тот вечер меня словно сорвало с цепи. Пять лет брака, три с половиной года декрета, полгода после выхода на работу, бесконечная готовка, уборка, детский сад, стирка, счета, продукты — всё э

— Марина, давай сразу определимся. Мне сорок три года, я не собираюсь тратить время на женщину с финансовыми проблемами. Ипотека, дети, кредиты — всё это лишняя нагрузка. Я хочу обеспеченную жену, которая сможет что-то привнести в семью, а не сесть мне на шею. Надеюсь, ты понимаешь мою позицию? Я посмотрела на мужчину напротив. Потом перевела взгляд на парковку, где стоял его двадцатилетний Chevrolet с ржавым крылом. За пятнадцать минут свидания Андрей успел выяснить мою зарплату, остаток ипотеки, наличие автомобиля и планы на образование дочери. Теперь сидел с видом банковского специалиста, который обнаружил подозрительные операции по моему счёту. Я решила уточнить одну деталь. — Андрей, а ты сам что собираешься привнести в семью? Квартиру, накопления, хорошую зарплату? Или у тебя какие-то другие активы? Он заметно напрягся. — Я мужчина, Марина. Я предлагаю надёжность, верность и серьёзные намерения. А если женщина с первых минут начинает считать мои деньги, это уже тревожный сигнал.

— Не нравится, как я с тобой разговариваю? Так собирай чемодан и вали к маме! Никто тебя здесь не держит! Я стояла посреди кухни с мокрой тряпкой в руках и смотрела на собственного мужа. Алексей, пятьдесят два года, сидел за столом, пил кофе и смотрел на меня с таким превосходством, будто только что объявил мне условия выселения. — Лёша, повтори, пожалуйста, — попросила я. — Что повторить? Не устраивает семейная жизнь — уходи. Я тебя не держу. — Из моей квартиры? Он открыл рот. Потом закрыл. Я положила тряпку на стол. — Алексей, ты адресом не ошибся? Это моя квартира. Я её купила за восемь лет до нашего знакомства. А ты сюда приехал с двумя сумками и электрической бритвой. Так что чемодан действительно придётся собирать. Только тебе. Муж побледнел. — Ир, ну ты чего? Я же со злости сказал. — А я без злости говорю. Собирай вещи. И знаете, что самое интересное? Ещё минуту назад он был хозяином положения, командовал, повышал голос. А как выяснилось, кому на самом деле принадлежит квартира,

— Ты сейчас деньги за свидание требуешь? — Не за свидание, Лена. За премиальное мужское сопровождение. Ты же видела, на какой машине я приехал? Понимаешь, сколько стоит мужчина моего уровня? Я несколько секунд молчала. Потом не выдержала и рассмеялась. — Подожди. Ты вчера приглашал меня в театр, рассказывал, как мечтаешь встретить искреннюю женщину, а сегодня выставляешь счёт? Максим поправил часы на запястье. — Искренность не означает бесплатность. Мне сорок пять, я отлично выгляжу, обеспечен, умею обращаться с женщинами. За это платят. — Кто платит? — Женщины, которые ценят качество. — А я, значит, вчера случайно воспользовалась платной услугой? Он улыбнулся. — Наконец-то начинаешь понимать. Через несколько минут этот великолепный мужчина уже рылся в моей сумочке. Потом забрал телефон и заявил, что не вернёт мои вещи, пока не получит деньги. А ещё через две минуты сам вылетел из номера, швырнув всё на кровать. И знаете, что меня возмущает больше всего? Не сумма. И даже не его наглост

— Ну что, красавица, соскучилась по своему мужчине?! С этими словами я распахнул халат и сделал шаг навстречу женщине, которая только что открыла мою входную дверь. Она замерла с двумя пакетами в руках. Посмотрела на меня сверху вниз, потом обратно. Один пакет медленно сполз с её руки. — Ой, мамочки! — выдохнула она. — Это что за лечение такое?! И заржала. Именно заржала, другого слова не подберу. На весь подъезд, с визгом и слезами. Я судорожно запахнул халат. Потому что передо мной стояла не моя Мира, а совершенно другая женщина. Лет пятидесяти, в красной куртке, с банкой мёда в пакете. — Вы кто такая?! — рявкнул я. — Света! Подруга Миры! — выдавила она сквозь смех. — Господи, Олег, я же вам молоко принесла, а вы мне такое показываете! Мне пятьдесят шесть лет. Я инженер, уважаемый человек, живу в приличном доме. И за всю жизнь ещё ни разу не оказывался в настолько унизительном положении. А ведь хотел всего лишь сделать любимой женщине романтический сюрприз. С Мирой мы встречались три

— Марина, я всё решил. Сын теперь будет жить со мной. Я увольняюсь с работы, займусь его воспитанием, а ты будешь переводить мне по сто тысяч в месяц. С твоими доходами даже не заметишь. — Андрей, ты сейчас серьёзно? С чего вдруг сын должен переезжать к тебе? — Потому что ты мать только по документам! Всё работаешь, командировки, проекты. А ребёнку нужен родитель рядом. Вот я им и буду. — А на что ты собираешься жить, если уволишься? — Я же сказал. Ты будешь платить алименты. Я несколько секунд молчала, пытаясь понять, не шутит ли бывший муж. Но Андрей говорил совершенно серьёзно. Более того, нашего десятилетнего сына он уже забрал из школы и отказывался возвращать домой. И всё это началось после того, как ребёнок похвастался папе, что мама купила участок и собирается строить дом. Меня зовут Марина, мне сорок лет. Шесть лет назад я развелась с Андреем. Тогда нашему сыну Мише было четыре года. Сейчас ему десять, он учится в четвёртом классе, ходит на плавание, обожает конструкторы и меч

— Люда, давай раз в неделю приезжаешь ко мне, готовишь нормальный ужин, немного прибираешься. Потом отдыхаем, остаёшься ночевать. Тебе хорошо, мне хорошо. Никаких обязательств, никакой свадьбы. — Подожди, Николай. Ты предлагаешь мне готовить тебе еду и убирать квартиру? — Ну да. А что такого? Я же не бесплатно тебя зову. Будет мужское внимание, ласка, близость. Тебе сорок девять лет, ты тоже не девочка. Для здоровья полезно. Людмила несколько секунд смотрела на меня, потом вдруг расхохоталась. — Коля, ты сейчас серьёзно предлагаешь мне мыть твой туалет за возможность с тобой переспать? — Люда, зачем ты так грубо? Я о нормальных отношениях говорю! — А я тебе нормально отвечаю. Для здоровья я молодого найду. И такого, который из меня прислугу делать не будет! Она схватила сумочку и направилась к двери. Я даже опешил. Три месяца встречались, четыре раза ночевала у меня, всё было прекрасно. Стоило предложить женщине проявить немного заботы — и меня выставили чуть ли не старым извращенцем.

— Женщина, вы чего ломитесь?! Я за квартиру заплатил! У меня ещё два часа оплачено! Передо мной стоял незнакомый мужчина лет сорока. В одних трусах, с телефоном в руке и таким возмущённым лицом, будто это я ворвалась к нему домой. А ведь стояли мы на пороге моей квартиры. Той самой, за которую мы с мужем десять лет платили ипотеку. — Простите, — сказала я, — а вы вообще кто? — Я квартиру снял! А вы кто такая? — Хозяйка. Мужчина посмотрел на меня, потом на дверь, потом снова на меня. — В смысле хозяйка? Мне её женщина сдала. Я деньги перевёл! — Какая женщина? — Валентина Петровна. Она сказала, что квартира её! Я прислонилась к дверному косяку. Валентина Петровна — моя свекровь. И вот так, в сорок четыре года, я узнала, что у меня есть собственный гостиничный бизнес. Правда, управляла им свекровь, доходы забирала себе, а постояльцы почему-то спали на моих простынях. Меня зовут Инга. С мужем Сергеем мы женаты шестнадцать лет. У нас общий сын Артём, ему четырнадцать. Есть ещё мой старший с

— Стас, это что? — Чемоданы, Танюш. Не видишь, что ли? — Вижу. Я спрашиваю, почему они стоят в моей прихожей. — А чего мне туда-сюда кататься? Мы же всё равно вместе ночуем. Я подумал, что лучше сразу к тебе переехать. Ты же не против? — Против. — В смысле? — В прямом. Забирай чемоданы и езжай домой. Он посмотрел на меня так, будто я только что выгнала на мороз беременную кошку. — Таня, ты серьёзно? Я ради тебя ужин приготовил, вещи перевёз, а ты меня выставляешь? — Стас, я тебя об этом просила? — Господи, ну какие же вы, женщины, меркантильные! Нормального мужика рядом не цените! Вот так я в сорок семь лет узнала, что меркантильная женщина — это та, которая не хочет бесплатно кормить и селить у себя мужчину. А ведь началось всё с обычного приглашения на чай. Меня зовут Татьяна, мне сорок семь лет. Я разведена, дочь взрослая, живёт отдельно. Работаю в торговой компании, занимаюсь договорами с поставщиками. Зарплата нормальная, квартира собственная, двухкомнатная. Ипотеку выплатила четы

— Тамара, ну чего ты обиделась? Я же правду сказал. Женщина с ребёнком — это уже второй сорт на брачном рынке. Нормальный мужчина хочет свою семью создавать, а не чужого ребёнка воспитывать. — Ярослав, тебе сорок восемь лет. Ты никогда не был женат, детей у тебя нет, живёшь с мамой. И ты сейчас рассуждаешь, кто здесь первый сорт? — А что такого? Я за матерью присматриваю! — Конечно. И она за тобой. Особенно когда носки стирает, рубашки гладит и котлеты на работу складывает. Знаешь, Ярослав, из тебя тоже так себе жених. Чемодан без ручки: вроде взрослый мужчина, а без мамы никуда. Он смотрел на меня так, будто я только что оскорбила всю его родословную до седьмого колена. А ведь буквально минуту назад совершенно спокойно объяснял, что я, сорокаоднолетняя женщина с хорошей работой, собственной квартирой и сыном, недостаточно качественный товар для такого замечательного мужчины, как он. Самое интересное случилось через неделю. Мне позвонила его мама и предложила вернуться к Ярославу. Оказ