Health Buddy

Предыдущее исследование показало, что ультрапереработанная еда заставляет съедать больше при одинаковом составе. Работа, опубликованная в журнале группы Nature, предлагает объяснение, почему остановиться так трудно. Анализ выполнен на данных UK Biobank — одной из крупнейших биобанковских выборок в мире. Исследователи сопоставили потребление ультрапереработанной пищи с показателями жировой ткани, метаболическим профилем и структурой головного мозга. Высокое потребление оказалось связано не только с неблагоприятным метаболическим профилем, но и с клеточными изменениями в подкорковых областях мозга, участвующих в регуляции пищевого поведения. Существенная деталь: часть эффектов реализовалась независимо от избыточной массы тела. Авторы предполагают, что здесь работают отдельные механизмы — влияние эмульгаторов, конечных продуктов гликирования и подсластителей, способных поддерживать системное воспаление. Ультрапереработанная пища влияет на зоны мозга, управляющие пищевым поведением, что, п

Формула «дело только в калориях» остаётся самой популярной в разговорах о весе. 🏥 Исследование Колумбийского университета показывает, что она описывает картину не полностью. Мышей содержали на рационе западного типа — с высоким содержанием жиров и сахара. Уже через четыре недели у животных развились характерные признаки метаболического синдрома: увеличение массы тела, инсулинорезистентность и нарушение толерантности к глюкозе. Наиболее интересным оказалось не это, а сопутствующая находка. Одновременно с метаболическими изменениями резко поменялся состав кишечной микробиоты. В первую очередь сократилось количество бактерий, стимулирующих иммунные клетки Th17 — популяцию, участвующую в поддержании барьерной функции кишечника и регуляции воспаления. Практический смысл в том, что состав рациона влияет на обмен веществ не только через калорийность. Одинаковое количество энергии, полученное из разных источников, запускает разные процессы. 🗣 Понять, как ваш обмен реагирует на углеводную на

В июле 2026 года в Annals of Internal Medicine опубликована работа исследователей Колумбийского университета, посвящённая не бессоннице, а самой распространённой модели — привычке ложиться позже. Объединили данные двух рандомизированных перекрёстных испытаний: 95 взрослых старше двадцати лет с повышенным кардиометаболическим риском, которые обычно спали не менее семи часов. Каждый участник проходил обе фазы — шесть недель обычного сна и шесть недель со сном, сокращённым на полтора часа, с перерывом между ними. Фактически участники спали на 78 минут меньше. Сон и активность отслеживали браслетами, объём жировой ткани оценивали методом магнитно-резонансной томографии, дополнительно измеряли гормоны натощак. Результаты за шесть недель: масса тела увеличилась в среднем на 0,45 килограмма, окружность талии — на 0,52 сантиметра, уровень лептина натощак вырос. Отдельно зафиксировали, что участники проводили более чем на 17 минут в сутки больше времени бодрствуя без движения. Прибавка выглядит

Начнём с принципиального различия в регуляции. Метаболизм глюкозы контролируется по принципу обратной связи. Ключевой фермент гликолиза тормозится, когда клетка получила достаточно энергии. Система сама себя ограничивает: если энергии в избытке, переработка замедляется. С фруктозой этот механизм не работает. В печени её расщепляет отдельный фермент — фруктокиназа, которая фосфорилирует фруктозу по первому атому углерода. Ключевая деталь: данная реакция не блокируется глюкозой. В научной литературе это формулируют прямо: метаболизм глюкозы тонко регулируется, тогда как фруктолиз потенциально неограничен. Практическое следствие простое. Сколько фруктозы поступило в печень, столько и будет переработано — вне зависимости от того, требуется ли клетке энергия в данный момент. Добавим к этому способ доставки: большая часть всосавшейся в кишечнике фруктозы поглощается гепатоцитами через транспортёр GLUT2, работа которого не зависит от инсулина. Дальнейшие события развиваются последовательно. Б

Логика «убрать сахар полностью» выглядит безупречно. Новое исследование, представленное в июне 2026 года на ENDO — ежегодном конгрессе Эндокринологического общества в Чикаго, — предлагает посмотреть на неё иначе. Учёные Института диабета Дасман в Кувейте на протяжении шестнадцати недель содержали мышей на низкожировой диете, полностью лишённой сахарозы. Контрольная группа получала такой же рацион, но с обычным содержанием сахара. Оценивали толерантность к глюкозе, чувствительность к инсулину, уровень метаболических гормонов, состав кишечной микробиоты и выраженность воспаления в толстой кишке и печени. Масса тела в обеих группах осталась сопоставимой. При этом у животных на бессахарной диете зафиксировали ухудшение контроля глюкозы, инсулинорезистентность, нарушение баланса кишечной микрофлоры, воспаление в кишечнике и изменения, характерные для жировой болезни печени. Наиболее значимой частью результатов исследователи считают именно изменения микробиома: кишечные бактерии участвуют в

Белок остаётся одним из главных трендов в питании, и посыл звучит просто: чем больше, тем лучше. Одно из самых цитируемых исследований в геронтологии показывает картину сложнее — и она зависит от возраста. Работа опубликована в Cell Metabolism. Отправной точкой послужили люди с синдромом Ларона — редким генетическим дефектом рецептора гормона роста. У них крайне низкий уровень инсулиноподобного фактора роста IGF-1, и при этом они почти не болеют раком и диабетом. Поскольку ограничение белка снижает активность той же оси, исследователи проверили, связано ли потребление белка со смертностью у обычных людей. Наблюдение за 6381 американцем старше 50 лет в течение 18 лет, эксперименты на мышах с оценкой роста опухолей и клеточные исследования механизма. В возрастной группе 50–65 лет при высоком потреблении белка — от 20% калорийности рациона — общая смертность за период наблюдения оказалась выше на 75%, смертность от онкологических заболеваний — в четыре раза. При преимущественно растительн

Рекомендуемая суточная норма добавленного сахара — 50 граммов для мужчин и 25 для женщин. В чайных ложках это примерно 12 и 6. Человек, который не пьёт газировку и не ест десерты, обычно уверен, что укладывается с большим запасом. Проблема в том, что основная часть добавленного сахара поступает не из очевидных источников. Роспотребнадзор относит к продуктам со скрытым сахаром следующие категории: ▫️ хлеб и хлебобулочные изделия; ▫️ заправки для салатов, кетчуп и другие соусы; ▫️ низкокалорийные йогурты с добавками; ▫️ колбасы и мясные полуфабрикаты; ▫️ хлопья для завтрака и злаковые батончики; ▫️ каши быстрого приготовления. Перечень этим не ограничивается. Добавленный сахар обнаруживается в творожной массе, а иногда и в самом твороге, в овощных консервах — включая банку зелёного горошка или кукурузы, в консервированных фруктах, в промышленных маринадах для мяса и даже в готовом борще. Полезный ориентир для быстрой оценки: четыре грамма сахара соответствуют одной чайной ложке. Несколь

В Nature Medicine опубликованы двухлетние результаты крупного рандомизированного плацебо-контролируемого исследования COSMOS. Анализ выполнен специалистами Mass General Brigham. В работу вошли 958 участников со средним возрастом 70 лет, распределённых на четыре группы: экстракт какао вместе с поливитаминами, какао с плацебо, поливитамины с плацебо и двойное плацебо. Оценивали при этом не самочувствие и не заболеваемость, а пять эпигенетических часов — маркеров биологического возраста, основанных на характере метилирования ДНК. В группе поливитаминов замедление было зафиксировано по всем пяти эпигенетическим часам, причём по двум из них — статистически значимое. Разница составила 0,113 года в год, что за два года соответствует примерно четырём месяцам меньшего биологического старения. Наибольший эффект получен у участников, чей биологический возраст исходно опережал хронологический. Экстракт какао при этом эффекта не показал. Важно понимать масштаб результата. Четыре месяца за два года

Определение глюкозы натощак остаётся основным методом скрининга нарушений углеводного обмена. При этом данный показатель изменяется последним в последовательности патологических событий: к моменту, когда он выходит за референсные пределы, гликемическая кривая деформирована уже несколько лет. Разберём, что именно нарушается первым и почему стандартный скрининг систематически пропускает раннюю стадию. Секреторный ответ поджелудочной железы на поступление нутриентов состоит из двух фаз с различной кинетикой и различным физиологическим смыслом. Первая фаза начинается в течение двух минут после начала приёма пищи и продолжается 10–15 минут. Это высвобождение уже синтезированного инсулина из секреторных гранул бета-клеток — заранее подготовленного резерва. Объём выброса значителен, нарастание быстрое. Вторая фаза следует непосредственно за первой и представляет собой секрецию вновь синтезируемого инсулина. Она продолжается до восстановления нормогликемии, характеризуется более пологим нараст