Сердце России | мир глазами Глеба Брянского

«Гянджа — это полное сокровище в Арране» Хамдуллах Казвини, персидский историк и географ (XIV век). Добрый день, друзья мои. Когда вы проезжаете по шумным улицам Гянджи, мимо мечети Шаха Аббаса и Дома-бутылки, трудно поверить, что под слоями асфальта скрываются следы куда более древних эпох. Город, который мы привыкли называть «восточной жемчужиной», хранит в своих подземных глубинах следы очагов огнепоклонников, наконечники стрел загадочных племён и легенды о сокровищах, не дающие покоя искателям приключений уже полторы тысячи лет. Приглашаю вас в путешествие к истокам — туда, где земля ещё помнит шаги римских легионеров, а воздух полнится легендами о бесстрашных амазонках. Итак, поехали: Вслушайтесь в звучание: Гянджа. Оно напоминает звон монет, которые однажды нашли здесь арабские завоеватели. В самом названии зашифрован код сокровища. Формальная дата основания города — 859 год, однако археологи утверждают: жизнь здесь била ключом ещё до нашей эры. На территории современной Гянд

Почему этот город называли «ключом к Москве-реке», как тверской купец опередил Колумба и где искать «сердце» древней столицы? «Имя Твери возбуждало в народе понятие о чем-то великом и сильном. » Николай Михайлович Карамзин. Добрый день, друзья мои. Есть на карте России города, чьё имя звучит как вызов. Тверь — именно такой. Город, который осмелился бросить перчатку самой Москве, полтора столетия был центром русских земель. Здесь, на высоком правом берегу Волги, родилось тверское княжество — главный соперник Москвы в борьбе за «великое княжение». Здесь купец Афанасий Никитин отправился в «Хождение за три моря», открыв Индию для Европы за тридцать лет до Васко да Гамы. А после пожара 1763 года Екатерина II отстроила Тверь по образу Петербурга, подарив ей трёхлучевую планировку (таких городов в мире всего четыре: Версаль, Петербург, Тверь и Вашингтон). Тверь — город-контраст: парадная имперская архитектура соседствует с заплаканными купеческими особняками, а под землёй — руины кремля,

«Корчула — это греческий остров Коркира, но чёрный; иллирийские пираты и римские легионеры знали её как самое страшное убежище на Адриатике, где даже мёртвые не спали вечно.» Запись венецианского хрониста, XV век. Добрый день, друзья мои. Есть в Адриатике места, чья туристическая открытка ослепляет белым камнем и бирюзой, но древняя душа скрывается в тени — под сенью вековых сосен, в лабиринтах пещер и в мрачных преданиях, которые местные до сих пор пересказывают шёпотом. Корчула — именно такое место. Сегодняшний лощёный курорт когда-то был «Чёрной Коркирой» — названием, внушавшим ужас мореплавателям задолго до венецианцев. Греки дали ей это имя из-за непроходимых тёмных лесов, скрывавших остров от солнца. Но за красотой скрывалась земля древних культов, пиратских гнёзд и столь жутких поверий, что даже римляне обходили её стороной после заката. Вы узнаете, кто первым населял эту землю, как выглядит «кладбище младенцев» бронзового века, почему далматинские острова были оплотом веры в

«Убейте меня одного, но тогда горько будет народу обеих провинций» *Ван Чжи, китайский пират-контрабандист XVI века, перед казнью в 1559 году* Добрый день, друзья мои. Есть в Китае места, чья нынешняя слава так громка, что за ней почти не видно древних корней. Шанхай — именно такое место. Сегодняшний «Париж Востока» ослепляет небоскрёбами, но мало кто помнит, что эта земля когда-то была топкими болотами, рыбацкими хижинами и логовом пиратов, чьи имена внушали ужас императорам. Прежде чем город стал мировым портом, здесь были другие хозяева - духи рек, драконы, пираты-вокоу и безвестные рыбаки. Название «Шанхай» переводится как «Над морем». Но сегодня от моря осталась лишь память — береговая линия отступила, уступив место бетонным джунглям. Однако дух этого места, его древние тайны затаились в старых храмах и в историях, которые до сих пор шепчут потомки первых поселенцев. Итак, поехали: Эта земля никогда не была доброй к человеку. Дельта Янцзы отвоёвывала у моря каждый клочок суш

«В Якутске нужно родиться, чтобы привыкнуть к его морозам. Но тот, кто там побывал, никогда не забудет этого удивительного сочетания ледяного дыхания и горячего человеческого сердца» Влас Дорошевич. Добрый день, друзья мои. Знаете, что общего у якутского народа, шотландцев и эфиопов? Они ценят свою культуру выше всех завоеваний мира. Якутск — город, который стоит на вечной мерзлоте, где жидкий воздух разрывает сталь, а вода, выплеснутая из чайника на -40°, мгновенно превращается в алмазную пыль. Здесь казачьи остроги помнят шаманские бубны, мамонтов откапывают на пляже, а древнее эхо олонхо переплетается с ритмами IT-стартапов. Итак, поехали: Первые люди появились здесь ещё 20 тысяч лет назад. Легенда гласит: с юга пришли два первопредка — суровый Омогой Бай и молодой мудрый Эллэй Боотур. Эллэй научил племена строить юрты, доить кобылиц, взбивать кумыс, варить железо и обрабатывать медь. Он предложил разделить кочевой народ на наслеги — родовые группы. Эллэй и Омогой стали прародите

«Боже, какая солнечная гора!» Императрица Екатерина II, 1767 год (по легенде) Добрый день, друзья мои. Есть под Москвой города, чьё название звучит как поэтическая строка. Солнечногорск — именно такой. Раскинувшийся на берегах огромного озера Сенеж, он вот уже три столетия манит путешественников, историков и ценителей русской природы. Расположенный в 60 км от столицы, на высоком водоразделе между Москвой-рекой и Волгой, он всегда был местом силы. Здесь Пётр I чуть не погиб, провалившись под лёд, Дмитрий Менделеев изучал торфяные болота, а основатель русской исторической науки Василий Татищев провёл последние годы, работая над «Историей Российской». Итак, поехали: Холодным утром 1767 года императрица Екатерина II, путешествуя из Петербурга в Москву, подъезжала ко второй почтовой станции. Внезапно из-за холмов показалось огромное солнце, залив золотом заснеженные поля, сосны и купола деревянной церквушки. Поражённая красотой, императрица воскликнула - «Боже, какая солнечная гора!». С

«Пределом для земного величия суждено было послужить малому городку, в имени которого недаром скрывалось слово слава.» Л. Кавелин, историк. Добрый день, друзья мои. Есть города, которые называют «щитом Москвы». Малоярославец — именно такой. Здесь нет метро и ночных клубов, зато есть особая атмосфера провинциального города, где время течёт медленно, купеческие особняки соседствуют со стенами древнего монастыря, хранящего следы от пуль. Именно здесь, в октябре 1812 года, русская армия преградила путь Наполеону. И здесь же, в 1941-м, курсанты подольских училищ ценой жизни задержали танки Гудериана. Итак, поехали: В конце XIV века на высоком берегу Лужи появилась крепость. Её основал князь Владимир Андреевич Серпуховской — тот самый, чей засадный полк решил исход Куликовской битвы. Князь назвал укрепление в честь своего четвёртого сына — Ярославцем. В 1485 году город отошёл к Москве, и чтобы избежать путаницы с великим Ярославлем на Волге, его стали величать Ярославцем Малым, или Мал

«Это место должно быть местом священных воспоминаний... и одновременно — местом общей молитвы. Ничто так не примиряет людей, как общее страдание.» Патриарх Кирилл. Добрый день, друзья мои. Есть на карте России места, где земля становится символом, а лес — немым свидетелем. Катынь — именно такое. В 18 км от Смоленска, среди сосен и берёз, покоятся десятки тысяч людей. И здесь же возвышается белокаменный храм Воскресения Христова — не просто церковь, а памятник покаянию, примирению и надежде. Катынь — место, где боль стала общей, а память — вечной. Итак, поехали: Катынский лес Патриарх Кирилл назвал «Смоленской Голгофой». Здесь не менее 150 могильников: около 10 тысяч советских граждан и более 4 тысяч польских офицеров. Первые жертвы появились ещё в 1918 году. Затем — волны репрессий 1922, 1929, 1930-х. В 1937–1938 годах людей уничтожали «по лимиту»: только в Смоленской области должны были расстрелять 1000 человек. 8 декабря 1937 года здесь убили более 70 человек, включая архиепископ

«Кто хочет овладеть крепостью, тому придется сначала овладеть собственной душой» Милорад Павич, «Биография Белграда» Добрый день, друзья мои. Есть на карте Европы города, чья история — это хроника выживания. Белград — именно такой. За свою жизнь он пережил более 115 сражений и был 44 раза стёрт с лица земли. И каждый раз, словно птица Феникс, восставал из пепла. Сегодня мы спустимся в 55‑метровый Римский колодец, где бесследно исчезали нацистские водолазы, и поднимемся на стены, с которых открывался рай древним грекам. Итак, поехали: Не поймёшь Белград, пока не встанешь на вершину Калемегдана. Справа — Сава, слева — Дунай. Греческие аргонавты, вернувшись с золотым руном, назвали одну из проток «Западным Дунаем» — так Сава впервые попала на карту. Турки дали месту мрачное прозвище Dar al‑Jihad — «Врата войн». И действительно, ключ к Балканам. Белградская крепость — единственное место, где римские камни Сингидунума соседствуют с византийской кладкой, венгерскими бастионами и османским

«Каппадокия — это бедная почва, где посеяна богатая вера» Священник Павел Флоренский. Добрый день, друзья мои. Есть места, глядя на которые перестаёшь верить, что ты на Земле. Каппадокия — именно такая. Среди бескрайних плоскогорий центральной Анатолии сама природа вместе с человеком создали один из самых невероятных музеев под открытым небом. Мягкий вулканический туф, ветер и вода выточили «каменные грибы» — «перибаджалары» («пристанище фей»). А люди вырубили в камне целые подземные города, где рождалось и крепло христианство. Итак, поехали: 70 миллионов лет назад здесь бушевали вулканы. Лава и пепел покрыли плато слоем до 100 метров. Ветры и воды превратили мягкий туф в тысячи причудливых столбов, конусов и пирамид. В свежесрезанном виде туф мягок — его можно резать ножом. Но на воздухе он твердеет, становясь природным бетоном. В вырубленных кельях зимой тепло, летом прохладно, нет плесени и насекомых. Название «Каппадокия» в переводе с хеттского или персидского — «страна прекрасных