Pherecyde

Когда мы слышим словосочетание «Европа XVI века», обычно представляем нечто совсем другое: великолепные дворцы, картины Леонардо да Винчи, книги, открытие новых земель, богатых купцов и блеск королевских дворов. Это было время Возрождения, великих художников, учёных и географических открытий. Но существовала и другая Европа — та, которую почти не показывают на парадных картинах. Огромная часть населения жила в деревнях, и для миллионов крестьян XVI век был не эпохой великих открытий, а бесконечной борьбой за урожай, еду и безопасность. Представьте обычную европейскую деревню того времени. Солнце ещё не взошло, а человек уже просыпается в холодном или душном помещении, где вместе с ним находятся другие члены семьи, а иногда и домашние животные. Освещения почти нет, стекло остаётся дорогим предметом, поэтому окна небольшие, а зимой внутри царит полумрак. Главным источником тепла служит очаг или печь. Дым нередко остаётся в помещении, особенно если устройство для его отвода далеко от сов

25 октября 1854 года под Балаклавой произошло сражение, которое вошло в историю не только как один из самых известных эпизодов Крымской войны, но и как пример того, насколько опасным может оказаться приказ, переданный несколькими людьми и понятый совершенно не так, как задумывал его тот, кто этот приказ отдавал. Утро началось вовсе не с знаменитой атаки британской лёгкой кавалерии. Сначала русские войска генерала Липранди обрушились на цепь земляных укреплений, прикрывавших подступы к Балаклаве — важнейшей тыловой базе союзников, через которую снабжалась британская армия, осаждавшая Севастополь. Четыре редута возвели всего за несколько недель до сражения, а гарнизоны в них состояли главным образом из турецких солдат, при каждом укреплении находился лишь небольшой британский артиллерийский персонал. Именно на эти позиции утром 13 октября по старому стилю, или 25 октября по новому стилю, и двинулся русский отряд. Первый редут защищался дольше остальных, но и его гарнизон вскоре был разг

Летом 1555 года Иван Шереметев Большой оказался в ловушке, которой не было в первоначальном плане похода. Его отряды только что разгромили крымский обоз и захватили огромные табуны, когда стало ясно: хан Девлет-Гирей не ушёл дальше на север, а развернул своё войско обратно. Теперь между Шереметевым и главными русскими силами оказалась целая армия Крымского ханства. У Судбищ воеводе пришлось принять бой практически в одиночку, не дожидаясь подхода царской рати. В первый день русская конница сумела разбить несколько крымских отрядов и захватить знамя Ширинских князей — одного из наиболее влиятельных родов ханства. Но на следующий день ситуация изменилась радикально: к полю боя подошли основные силы Девлет-Гирея, включая стрелков и артиллерию. Сам Шереметев получил тяжёлое ранение, его конь был убит, а часть русских отрядов оказалась рассеяна. Оставшиеся бойцы отступили к дубраве, начали валить деревья и буквально за считанные минуты превратили лесную опушку в оборонительную линию. Крымс

Весной 1402 года под Анкарой встретились две армии, каждая из которых считала себя практически непобедимой. С одной стороны находился османский султан Баязид I, прозванный Молниеносным. Всего годом ранее он разгромил европейское войско крестоносцев при Никополе, а теперь держал в осаде Константинополь и стремительно расширял владения Османского государства в Малой Азии и на Балканах. Напротив него стоял человек, которого Европа и Восток боялись не меньше, а порой и гораздо сильнее, — Тимур ибн Тарагай, вошедший в историю под именем Тамерлана. Ему было уже около семидесяти лет, он хромал после полученных в молодости ран, но за несколько десятилетий создал огромную державу, простиравшуюся от Средней Азии до Ирана, Индии, Кавказа и земель у границ Руси. К вечеру всё изменилось. Армия Баязида потерпела сокрушительное поражение, сам султан оказался в плену, а осада Константинополя была прекращена. Османское государство, которое ещё недавно казалось неудержимым, погрузилось в двадцатилетнюю

В 1939 году, когда Европа стремительно приближалась к новой мировой войне, французский археолог Пьер Монте сделал в Танисе открытие, способное стать сенсацией для всего научного мира. В одном из погребений он обнаружил практически нетронутую царскую гробницу. Внутри находился саркофаг из электрума — природного сплава золота и серебра, а в нём покоилась мумия с золотой погребальной маской. Перед археологами оказался человек, живший почти три тысячи лет назад. Его имя было известно задолго до того, как египтологи добрались до его гробницы. Это был Шешонк I — фараон, которого библейская традиция связывает с египетским царём Шишаком, совершившим поход против Иерусалима. Ирония заключалась в том, что сенсационное открытие произошло буквально накануне катастрофы, которая вскоре поглотила весь мир. Европа заговорила о войне, и археологическая находка быстро оказалась в тени гораздо более страшных событий. Но история человека, чьё лицо оказалось скрыто под золотом на протяжении тысячелетий, з

В январе 1750 года в Москве, в церкви святого Лазаря Александро-Невской лавры, хоронили восьмидесятидвухлетнего старика. За его гробом уходила в землю целая эпоха. Это был генерал-фельдмаршал Иван Юрьевич Трубецкой — соратник Петра Великого, человек, переживший восемнадцать лет шведского плена, смену нескольких монархов и грандиозное превращение России из старого Московского царства в новую империю. Вместе с ним фактически исчезло целое сословие. Трубецкой стал последним человеком в России, официально носившим титул боярина. Но чтобы понять, почему его смерть стала символическим концом боярства, нужно вернуться на семь-восемь столетий назад. В Древней Руси боярин был далеко не просто богатым или знатным человеком. Это был ближайший соратник князя — воевода, советник, управленец, человек, которому доверяли сбор дани, управление городами и командование войском. Первоначально положение боярина во многом зависело от личного доверия князя. Но постепенно служебный статус начал превращаться в

Около конца XIII — начала XII века до нашей эры на побережье Эгейского мира произошло событие, которое спустя столетия превратилось в одну из величайших историй человечества. Город на холме у проливов оказался разрушен, его улицы заполнились обломками, следами пожара и свидетельствами насильственной смерти. Позже греческие поэты расскажут о десяти годах осады, Ахиллесе, Гекторе, Одиссее и деревянном коне. Но когда археологи впервые начали искать сам город, возник простой вопрос: существовала ли Троя вообще? Долгое время многие исследователи считали её частью мифологического мира Гомера. Всё изменилось во второй половине XIX века, когда Генрих Шлиман начал раскопки на холме Гиссарлык на территории современной Турции. Он ориентировался на описание местности в «Илиаде» и обнаружил не один город, а целую археологическую последовательность: разные поселения возникали на одном и том же месте, разрушались и вновь отстраивались. Шлиман поспешил связать найденные им сокровища с царём Приамом,

Летом 1677 года Османская империя решила силой закрепиться на Правобережной Украине. Главной целью стал Чигирин — важнейшая крепость, контроль над которой позволял удерживать позиции на Днепре и влиять на весь регион. К городу подошла крупная османско-крымская армия под командованием силистрийского бейлербея Ибрагим-паши, которого современники называли «Шайтаном». Чигиринский гарнизон насчитывал несколько тысяч русских стрельцов и казаков во главе с Афанасием Траурнихтом. Османская артиллерия начала разрушать укрепления, пехота неоднократно предпринимала атаки, но защитники продолжали удерживать крепость. Положение становилось всё тяжелее: стены повреждались, боеприпасы расходовались, а осаждённые прекрасно понимали, что долго продержаться без помощи не смогут. На выручку Чигирину двигалась армия князя Григория Ромодановского и гетмана Ивана Самойловича. Её численность значительно превосходила гарнизон крепости, но между армией и осаждённым городом находился Днепр. Переправить десятк

Астраханское ханство исчезло с политической карты не после многомесячной осады и не после грандиозного штурма крепостных стен. Его судьбу решили два стремительных похода, проведённых с разницей всего в два года, а во второй кампании важнейшим оружием оказались не огромные армии, а скорость, внезапность и страх перед неизвестной численностью противника. В середине XVI века Астрахань занимала чрезвычайно важное положение: город контролировал нижнюю Волгу и торговые пути, связывавшие Восточную Европу с Каспием, Персией и Кавказом. После падения Казанского ханства в 1552 году Москва получила контроль над значительной частью Волги, но её путь к Каспийскому морю всё ещё оставался незавершённым. Астраханское ханство превращалось в последний крупный политический узел на нижней Волге, который отделял Русское государство от каспийских торговых путей. Само ханство при этом было сравнительно небольшим и постоянно зависело от более сильных соседей. Его правители лавировали между Москвой, Крымским х

В кино лучник часто выглядит почти бесконечным источником стрел: он натягивает тетиву, выпускает одну за другой, и над полем боя постоянно висит настоящий смертоносный ливень. В реальности всё было гораздо прозаичнее. У стрелка имелся ограниченный боезапас, и рано или поздно наступал момент, когда последний десяток стрел покидал колчан. После этого лучник вовсе не исчезал с поля боя. Наоборот — для многих начиналась самая опасная часть сражения. Английский пеший лучник позднего Средневековья мог отправляться в бой с несколькими колчанами, суммарно содержащими несколько десятков стрел. Точное количество сильно зависело от эпохи, армии и конкретного похода, поэтому универсальной цифры здесь нет. Сама идея носить с собой сотни стрел была неудобной: стрелы занимали место, увеличивали вес и мешали быстро двигаться. К тому же хорошая стрела была далеко не примитивной деревянной палкой. Требовалось подходящее древко, наконечник, оперение и тщательная сборка. Для крупных европейских армий про