Мозаика Прошлого

Пока европейские державы с 1914 года бросали друг против друга миллионные армии, в западной части Тихого океана японский Второй флот занимал крошечные атоллы и острова. Немецких гарнизонов, способных оказать сопротивление, там просто не было. В итоге к концу октября все германские владения в Микронезии перешли под контроль Токио. Японский военно-морской генштаб уже в 1914 году оценивал эти острова как стратегический пояс, который запирает западную часть Тихого океана для любого потенциального противника. Речь шла о будущих базах подводных лодок, аэродромах, стоянках флота. Всё это появится позже, но сама логика была заложена именно тогда, осенью 1914-го. Как вышло, что захват Микронезии, почти незамеченный на фоне мировой бойни, предопределил расстановку сил в Тихом океане на тридцать лет вперёд? И почему этот эпизод стал первой главой в долгом противостоянии Токио и Вашингтона? Давайте разбираться. Статья является частью большого цикла, с которым можно ознакомиться: Прежде чем говорит

18 января 1915 года Япония выдвигает для Китая требования, состоявшие из двадцати одного пункта. Это было пять групп требований, каждая из которых забирает у Китая очередной кусок суверенитета: То есть фактически все это превращало Китай в протекторат. Мы уже видели в предыдущих статьях, как Япония действовала в начале войны. Сначала был захват Циндао, затем оккупация германских островов в Тихом океане. Като Такааки, архитектор японской внешней политики, о котором мы говорили во второй статье, рассматривал эти операции лишь как разминку. Настоящая цель в том, что пока Европа истекает кровью, можно превратить Китай в японскую сферу влияния раз и навсегда. "21 требование" стало самой дерзкой попыткой реализовать этот план. Почему Япония выбрала именно январь 1915 года? Потому что момент был идеален: Россия терпит поражения на Восточном фронте, Британия и Франция завязли в окопной войне, а США вообще далеко и без серьёзного флота на Тихом океане. В Токио рассчитывали, что никто не вмеша

Как вы помните, уже 4 августа Великобритания объявила войну Германии. А к 7 августа в Токио был готов проект ультиматума Берлину, который к 15-му был предъявлен. Формально Япония действовала как союзник, но слишком быстро, слишком самостоятельно, хотя и с "просьбы" британцев. Британский министр иностранных дел сэр Эдвард Грей выражал надежду, что участие Японии ограничится охраной торговых путей от немецких рейдеров. Однако в Токио мыслили совершенно иными категориями. Там видели возможность. Пока европейские державы втягиваются в войну на континенте, их азиатские владения и сферы влияния остаются без прикрытия. Грех было не воспользоваться. Япония объявляла войну Германии, ссылаясь на союзный договор с Британией, но договор этот ничего подобного не требовал. Настоящие мотивы лежали глубже. Как именно Токио удалось превратить формальный альянс в инструмент имперской экспансии и почему Лондон, скрепя сердце, это проглотил? Статья является частью большого цикла, с которым можно ознаком

Август 1914 года. В Европе только началась война, но в Токио уже приняли решение, которое никто не ожидал услышать так быстро. 15 августа Япония предъявляет Германии ультиматум с требованием передать арендованную территорию Цзяо-Чжоу на китайском побережье. При чём здесь Китай и что вообще происходит? Ведь Германия не угрожала японским интересам. При этом Япония буквально с самого начала сама предложила военную помощь британцам, которые в целом согласились и 7 августа британское правительство официально обратилось к Японии с просьбой о помощи в уничтожении Императорских военно-морских сил Германии в китайских водах и вокруг них. Ультиматум остался без ответа и 23 августа Япония официально объявила войну Германии от имени императора Тайсё. Этот эпизод – ключ ко всей японской стратегии в Первую мировую. Токио действовал по своим причинам, поэтому и первые предложили помощь. Пока европейские державы увязли в войне друг с другом, у Японии появилось окно возможностей, которого не было нико

Переместимся с вами в более позднее время, в 1920-е годы. Португалия всё ещё владеет Анголой, Мозамбиком, Гвинеей, островами в Атлантике и осколками владений в Азии. На карте мира её заморские территории все еще выглядят внушительно. Но это оптический обман, карта врёт. Потому что внутри империя прогнила до основания. Война, которая должна была подтвердить статус Португалии как сильной колониальной державы, сделала ровно противоположное, обнажив ее слабость. Оказалось, что метрополия не может защитить свои колонии и что её армия годится только для парадов, а экономика – для выживания, но не для развития. А колонии, ещё вчера бывшие предметом гордости, превратились в обузу, которая тянет на дно. Первая мировая приговорила Португалию к медленной агонии, растянувшейся на полвека. Так почему именно после неё начали трещать колониальные скрепы? И каким образом лиссабонские диктаторы пытались спасти то, что уже нельзя было спасти? Давайте разбираться в финальной статье португальского цикла.

1919 год. Париж. В Версальском дворец решают судьбу мира. Именно здесь Клемансо выбивает из немцев репарации, Ллойд Джордж торгуется за колонии, Вильсон проповедует самоопределение наций. И где-то с краю этого великого торга находится португальская делегация. Эти люди приехали не с пустыми руками, они тоже воевали, даже отправили 55 тысяч солдат. А еще помните про разорённые колонии в Африке, по которым прошлись немецкие аскари? Так вот Португалия, старейший союзник Британии, ждала благодарности и что ей перепадёт хоть что-то с барского стола победителей. Но в Версале действовали другие законы, поэтому маленькая страна, которая не могла похвастаться ни мощной армией, ни полновесным золотым запасом, ни политическим весом, быстро поняла, что её здесь терпят, но не слушают. Португальцы просили расширить колонии, но что они получили? Просили репараций, а почему отказали? Просили уважения, но что дали взамен?. Как "младшего партнёра" отодвинули в сторону? Давайте разбираться! Статья являет

Пока португальские солдаты сидели в окопах Фландрии, а немецкие аскари грабили Мозамбик, внутри самой Португалии зрел переворот. Не такой, как его претставляют, нет, этот был в какой-то степени тихим. 5 декабря 1917 года майор Сидониу Паиш встал во главе колонны верных ему войск, вошёл в Лиссабон и за три дня сверг республиканское правительство. Так в Португалии родилась "Новая республика", еще до Салазара. Страна, которая гордилась тем, что в 1910-м сбросила монархию и установила демократию, теперь сама призвала штыки, чтобы спасти себя от хаоса. Почему война, которая должна была сплотить нацию, привела к краху республики? И почему новый правитель, столь много обещавшее, закончил жизнь пулей на вокзале? Давайте пройдемся по этой португальской катастрофе. Статья является частью большого цикла, с которым можно ознакомиться: К 1917 году португальская экономика была в плачевном состоянии. Страна вступила в войну с пустой казной, унаследованной от монархии, а дальше стало только хуже, в

Пока одни португальские солдаты были в окопах Фландрии и гибли под немецкими газами да пулями у реки Лис, на другом конце света, в африканском буше, разворачивалась совсем другая война. Там был один противник, которого звали Пауль фон Леттов-Форбек. Немецкий генерал, гений асимметричной войны, человек, который с горсткой аскари и белых офицеров четыре года водил за нос всю Британскую империю. И теперь, в 1917-м, его взгляд упал на юг, на португальский Мозамбик. Колонии в Африке – Ангола и Мозамбик – были последним, что напоминало о былом имперском величии Португалии. Португальские гарнизоны в Африке были малочисленны, плохо обучены и ещё хуже снабжались. Когда немецкие штурмовые отряды фон Леттов-Форбека перешли границу, они не встретили серьёзного сопротивления. Маленькая метрополия, пославшая 55 тысяч солдат умирать за чужие интересы в Европу, оказалась неспособной защитить собственные владения в Африке. Так как же эта колониальная драма стала последним гвоздём в крышку португальско

Португальский экспедиционный корпус – Corpo Expedicionário Português (CEP) – был самой масштабной попыткой Лиссабона доказать, что он достоин звания союзника. 55 тысяч человек для страны с населением в шесть миллионов это было достаточно много. Их отправили в самое пекло, во Фландрию, где британцы держали фронт. И там, без понимания за что они вообще воюют, португальцы провели два года. А потом пришёл апрель 1918-го и битва на Лисе, которая стала для Португалии тем же, чем для нас Цусима, а для французов – Седан. Почему союзники бросили их на убой? Как португальцы, вооружённые антиквариатом, сражались против кайзеровских штурмовиков? Сегодня разбираемся. Статья является частью большого цикла, с которым можно ознакомиться: Когда в 1916 году Лиссабон объявил о формировании экспедиционного корпуса, это прозвучало гордо. Правительство Афонсу Кошты хотело показать, что они – настоящие союзники и воюют наравне с великими державами. Но между политическими амбициями и окопной реальностью лежа