БФ«Движение-Жизнь» для людей с Паркинсоном

Друзья, здравствуйте! Меня зовут Заикина Елена Сергеевна, я логопед отделения неврологии ФГБУ ГНЦ РФ ФМБЦ им. Бурназяна. Я хочу поговорить с вами на тему, о которой многие стесняются или не знают, как заговорить. Речь и глотание. При болезни Паркинсона и схожих состояниях это не просто неудобства — это вопросы безопасности и качества жизни. Почему мы молчим об этом? Потому что эти процессы настолько естественны, что мы замечаем их, только когда они дают сбой. А сбой — это чувство неловкости, мысли «я сам виноват, надо стараться сильнее». Человек замыкается, меньше общается, избегает встреч за столом. И это первая проблема — социальная изоляция. Вторая проблема серьезнее. Нарушения глотания — это прямой риск поперхивания. Еда или питье могут попасть в дыхательные пути и привести к тяжелейшей аспирационной пневмонии. Игнорировать эти симптомы — все равно что игнорировать горящую лампочку «проверьте двигатель» в машине. Сегодня мы научимся эту «лампочку» считывать. Болезнь — это не прям

Здравствуйте, дорогие друзья, здравствуйте, наши слушатели, все, кто решил провести сегодняшний вечер с нами. Меня зовут Ольга Сергеевна Зимнякова. Я врач-невролог, паркинсонолог, кандидат медицинских наук, доцент. Мой стаж работы с нейродегенеративными заболеваниями, и в частности с болезнью Паркинсона, — пятнадцать лет. Тема нашего общения звучит так: «Пройдет само или нет? То есть, когда нельзя ждать». И о чем мы будем говорить? О тех симптомах, на которые нужно обращать внимание. Нельзя ждать в некоторых ситуациях, потому что это чревато разными последствиями. Я попытаюсь разделить эти симптомы на связанные с заболеванием, с болезнью Паркинсона, и не связанные с ней. Конечно, мне бы хотелось остановиться именно на симптомах, которые не связаны с болезнью Паркинсона, потому что их много, но здесь всегда возникают проблемы: что с ними делать? Проблем много как со стороны пациентов, так и с нашей, врачебной, стороны. Сегодня я хочу показать вам это на примерах и вместе попытаться ра

Здравствуйте! Меня зовут Ольга Викторовна Яковлева, я врач-невролог, паркинсонолог и сомнолог. Сегодня мы поговорим о проблеме, которая отравляет жизнь многим, — о нарушениях сна при болезни Паркинсона. Мы тратим треть жизни на сон, и это не просто «выключение». Это сложный процесс восстановления энергии, очистки мозга и «перезагрузки» нервной системы. Когда он ломается, страдает все. Часто ко мне приходят пациенты и говорят: «Доктор, я не сплю». Но за этой фразой может скрываться четыре совершенно разные проблемы. Давайте разберем каждую. 1. Бессонница: когда кровать становится полем боя «Самая частая жалоба — это именно бессонница, или инсомния, — объясняю я пациентам. — Но важно понять: это когда вы не можете заснуть больше 30 минут, постоянно просыпаетесь ночью и не можете уснуть снова, или вскакиваете раньше будильника. И ключевое — все это портит ваше самочувствие днем». Почему это происходит при Паркинсоне? Причин много: ночью может нарастать скованность и боль (ночной паркинс

Юлия Александровна Князькина — практикующий врач-невролог, паркинсолог и дементолог из Пензы. Ее стаж в экстрапирамидной патологии — 15 лет, и столько же она занимается когнитивными расстройствами. Юлия Александровна — не просто теоретик. Она «топ, топ специалист» (как ее характеризуют в фонде), который с самого основания Благотворительного фонда «Движение-жизнь» является сердцем проекта «Паркинсонолог ОНЛАЙН». Вот уже почти пять лет она помогает пациентам со всей страны, работая «быстро, четко, конкретно». Это врач, который видит проблему системно: она не просто корректирует дозы препаратов от тремора, а пристально следит за тем, что происходит с мышлением, памятью и эмоциональным состоянием пациента. Ее ключевая мысль: лечить нужно не болезнь, а человека в целом. А теперь — дадим слово самой Юлии Александровне. Сегодня она подробно, на примерах из своей практики, объясняет одну из самых сложных и болезненных тем. Часть 1: «Это не возраст. Это уже не норма». С чего вообще начинаются

Болезнь Паркинсона часто ассоциируется только с двигательными нарушениями: тремором, скованностью. Но это лишь верхушка айсберга. Гораздо больше на качество жизни влияют изменения в психике и поведении. О них, а также о том, как лечение может как помочь, так и осложнить ситуацию, мы поговорили с неврологом-паркинсонологом, руководителем центра в Оренбурге, Татьяной Александровной Кутниковой. Татьяна Александровна, с чего начинаются изменения в психике при болезни Паркинсона? Есть ли особый «паркинсонический» тип личности? «Больше ста лет назад врачи стали отмечать определенные черты личности, характерные для человека с болезнью Паркинсона. Эти изменения появляются еще до первых двигательных симптомов. Что же это за черты? Это определенный консерватизм взглядов, отсутствие гибкости в мышлении, не склонность к новизне. Это осторожность, высокий уровень невротизма, пессимизм. Но также это люди трудолюбивые, с высокими моральными принципами, пунктуальные, верные своему делу, часто достига

Когда мы слышим «болезнь Паркинсона», в голове возникают образы тремора, скованности, замедленности движений. Но для тысяч пациентов и их семей настоящим адом становятся симптомы, о которых не говорят вслух. Симптомы, которые изолируют от общества, крадут сон и уничтожают остатки самостоятельности. Гиперактивный мочевой пузырь — это не просто «частые позывы». Это панический страх не успеть в туалет, это десятки ночных пробуждений, это жизнь в радиусе пяти метров от уборной. Мы записали откровенный разговор с уникальным специалистом, Екатериной Коршуновой — врачом-нейроурологом, которая посвятила свою карьеру решению именно этих «неудобных» проблем при болезни Паркинсона, рассеянном склерозе и других неврологических заболеваниях. Она не только объяснила суть проблемы, но и подробно разобрала три современных метода лечения, которые реально работают, когда обычные таблетки бессильны или опасны. Часть 1: «Это не стыдно, это болезнь» — природа деликатной проблемы — Екатерина, почему проб

В мире болезни Паркинсона есть парадокс. Существует препарат, который уже более полувека является «золотым стандартом» терапии, способным возвращать движение, речь, возможность жить. И существует мощный, почти суеверный страх перед ним — леводофобия. На недавней онлайн-встрече, организованной Благотворительным Фондом «Движение - жизнь» паркинсонолог доктор ТЭО провел исторический ликбез. Он показал, как медицинское сообщество прошло путь от открытия чуда до создания мифа, который до сих пор вредит пациентам. Давайте разберемся в этой истории вместе. Акт I: Открытие чуда (1950-е — 1970-е) Вначале было незнание. В середине XX века считалось, что дофамин — бесполезная «мука», из которой организм «печет» другие вещества. Русский ученый Константин Третьяков обнаружил в мозге пациентов специфические тельца, но связь с дофамином была неочевидна. Прорыв, за который дали Нобелевку... через 50 лет. В 1957 году швед Арвид Карлсон ставит элегантный опыт на кроликах. Он искусственно вызвал у них

Изначально хотел подвергнуть  всё, что происходит изнутри и вокруг Игр Паркинсона бессистемному, основанному лишь на моих ощущениях, анализу, т.е. описать свои наблюдения эмоциональными мазками, фрагментами, которые сюжетно на первый взгляд не связаны друг с другом..., Но свелось опять к структурированию, к систематизации, выявлению причинно-следственных связей и их закономерностей. Это можно считать приобретённым профессиональным аутизмом.   Просто я иначе не могу, иначе плохо получается. Чтобы получилось хорошо, нужно постараться. Вот я и пытаюсь стараться выйти из своих собственных привычных рамок-клише. Но этому мешает лень, доставшаяся нам, отряду млекопитающих,  от рептилий, для экономного расходования накопленной энергии. Это так бывает обычно, в нормальном, адекватном состоянии. Поскольку я некоторое время назад, начиная с последних Игр Паркинсона,  весьма отдалился от такого состояния, и на меня раз за разом накатывают волны вдохновения, то есть основания полагать, что у меня

Приветствую вас, прекрасные люди! Я счастлива здесь присутствовать: столько красивых и талантливых людей в одном месте! Испытываю такое чувство, как будто домой вернулась. Здесь исцеляющая атмосфера. Надеюсь, моя история будет вам интересной, а может быть кому-нибудь и полезной. Хотя у меня до сих пор горло перехватывает, когда её вспоминаю… Зовут меня Светлана, мне 51 год. Я родом из Узбекистана, жизнь проживаю в Белгородской области. Замужем, имею двоих чудесных сыновей. Диагноз болезнь Паркинсона мне поставили в 2014 году, хотя первые признаки были еще в 2007 году. Случаев заболевания этой болезнью в моём роду не было. Отправной точкой стал 2010 год. С этого года болезнь стала прогрессировать уже довольно быстро. К врачу обратилась с жалобами на такие симптомы: сильную скованность левой руки, скованность в шее, плечах. Провели обследование, сделали МРТ, ничего особо не нашли серьезного. Поставили диагноз: остеохондроз. Назначили лечение. Ну, вроде как полегчало. Этот год был очень-