Доктор Лесков

Ботов и троллей я баню без разговоров. Средняя длительность видимости их комментариев составляет один час. У меня есть личный счет к всевозможному начальству, но какой именно, я писать не буду – не хочу быть уязвимым для тех же ботов. Тем более, что пишу я не о себе, а о коллегах. Им-то тяжело и обидно по-настоящему, но они все больше молчат. А я стараюсь это молчание прервать. Ну как? Народ говорит всякое. Так что давайте возьмем прямую речь - какая нам с вами доступна - и будем ориентироваться на нее. «Оценивать нашу работу доплатой в 7000 рублей несправедливо и обидно. На наших плечах – колоссальная нагрузка и ответственность. Мы спасаем жизни людей…» Из обращения сотрудников подстанции «Скорой помощи» одной из Поволжских республик. «Раньше такого не было, что вот ты пришел на работу, а у тебя пациент каждые пять минут. Ну нет такого, чтобы за пять минут ты бы опросил, осмотрел пациента, дал бы ему рекомендации и пригласил следующего. Ни один врач не может так работать физически. В

Вы знаете, я такой старый, что застал последнее распределение. В трудовой книжке у меня написали: «направлен в распоряжение ГУЗМ», то есть в главное управление здравоохранения Москвы. Означало это в переводе на нормальный русский язык «иди на фиг». Эту фразу мне повторили в разных вариациях сначала во всех детских больницах города, потом – во всех поликлиниках. К осени работу я все же нашел, и выглядела она так, как сейчас выглядит любая провинциальная больница, нуждающаяся в ремонте со дня открытия. «Да, но это ценный опыт» - скажут фанаты Советского Союза. Никто ведь от распределения ещё не умер, правда. Правда. Почти никто. А вот насчёт ценности такого опыта можно очень даже поспорить. Опыт – да, безусловно да. Но ценным его можем сделать только мы сами. Чтобы потом пользоваться им без зазрения совести где только можно. Я поделюсь своим – возможно, молодым коллегам (не дай Бог, конечно) он в ближайшее время пригодится. Как говаривал герой Владимира Этуша в одной позднесоветской коме

Мне тут написала однокурсница. Ей - в московской поликлинике - заплатили за месяц работы аж... тридцать тысяч рублей. Объяснили так, что поликлиника не выполнила план. Это правда - поликлиники в апреле в Москве стояли с пустыми коридорами - сам видел. Но однокурсница - невролог, ее поток пациентов не упал, он вообще не зависит от сезонных колебаний. Работала она весь апрель так же напряженно, как и в марте. Но - поликлиника план не выполнила, так что получите. На “Хедхантере” докторов могут зазывать и на 200 К в месяц, но на деле иногда получается вот так. Кстати, вторая моя однокурсница не так давно получила звание “Московский врач”. Это, между прочим, предполагает приятный бонус в виде доплаты в тридцать тысяч рублей (совпадение?). Работала она на полторы ставки и когда получила свое звание, главный врач... полставки у нее забрал. Видимо, чтобы не повадно было. Честно говоря, я сам давным-давно в поликлиниках не работаю - сначала перешел в науку, а оттуда - в частный сектор. И переше

Вот вы знаете, мне совершенно не хочется спорить с комментаторами, которые говорят “раз вы, доктора, учились за государственный счет, вот теперь и отрабатывайте там, куда пошлет государство”. Давайте опустим здесь обсуждение, почему это в принципе плохая идея - все уже понимают, что приедут не самые лучшие доктора, что они потом всеми правдами и неправдами будут пытаться свалить, что рано или поздно принудительное распределение приведет к тому, что упадет конкурс в медицинские ВУЗы. Ну почешут репу государственные мужи и ответят как всегда продуманно и с прицелом на светлое будущее. Продлят сроки “наставничества” сначала до пяти лет, потом до десяти, отберут у медиков паспорта, наденут на ноги браслеты. Абитуриентов в медицинские ВУЗы и медучилища будут призывать через военкомат. Фельдшеров в ФАПах заменят на ИИ и для надежности сохранения данных россиян отрубят интернет. Зато ФАПов будет... Они же станут дешевыми до безобразия - только представьте себе. Стоит посреди чистого поля будк

Сейчас у меня на рабочем столе лежат две статьи, читать которые будет крайне болезненно и для начальства всех уровней и даже для лоялистски настроенных читателей. - Ну не пиши ты это, не выкладывай – говорят мне. Вспомни, как ты работу полгода искал и все тебе отказывали. Ну да, искал. Было дело. Не знаю, так ли это, но мне кажется, что любой из вас так или иначе, но сталкивался с подобными рекомендациями. В этих словах кроется ловушка, которая всегда переводит все стрелки на вас («Сам виноват, что ты сказал начальнику на корпоративе?»), а заодно очень способствует сохранению любой системы в ее нынешнем виде. Что это за ловушка, я сейчас и расскажу. Если у вас что-то в жизни срывается, обязательно найдется кто-то, кто объяснит вам вашу же неудачу вашими прошлыми ошибками – чаще всего слишком резкими или слишком свободными высказываниями. Ищете работу в топовой клинике? А почему вы в комментариях полгода назад написали, что вакуумное промывание миндалин – это развод на деньги и ничего б

Я начал работать врачом в 90-е годы. Чего я тогда искренне не понимал, так это того, почему медики все еще ходили на работу, а пациенты в больницы или поликлиники. Стены осыпались, зарплату не платили (реально, задержки достигали 8 месяцев), оборудование, не вышедшее из строя, было редкостью, а из лекарств – как в программе «Куклы» - в наличии были только йод и градусники. Старшая медсестра учитывала расход бинтов. Нет, то есть в некоторых местах очень даже можно было работать. В федеральных центрах, например, доктора собирали с пациентов конверты и раз в месяц несли долю заведующему отделением. Заведующий отщипывал что-то себе и нес выше. Где эта цепочка заканчивалась, лучше было даже не спрашивать. Опасно это было, знаете ли. На всякий случай по поликлиникам ходили какие-то средних лет дамы, которые вызывали врачей по одному в канцелярию и под расписку давали ознакомиться с предупреждением, что, если, мол, вы примете участи в забастовке, вас лишат диплома. Ну а если медик (хоть врач,

Сразу после пандемии мне пришлось искать работу. И умные люди надоумили: а не пойти ли тебе работать в городскую поликлинику. Платят вроде нормально, прием строго по записи, поликлиника отремонтирована… Попробуй, а? Тебя с твоим опытом с руками оторвут… Ну я и попробовал – обратился к шапочному знакомому, который трудится в Депздраве Москвы. Тот посмотрел мои документы, его все устроило, и он согласился ответить на некоторые мои вопросы, касающиеся будущей работы. Что оказалось? Во-первых, работа в системе Депздрава – это ТОЛЬКО районная детская поликлиника. Больше они предложить ничего не могут. Физически. Во-вторых, если я приду туда работать, то и проработаю на должности врача-отоларинголога до тех пор, пока не напишу заявления об увольнении. Ну или пока не вынесут ногами вперед. И наконец, в-третьих. Курсы повышения квалификации раз в пять лет, любая самодеятельность в виде стажировок в ведущих клиниках или дополнительные курсы – освоение эндоскопии, например, тимпанометрии, фониат

Честное пионерское, я до сих пор удивляюсь, почему в аптеках все еще есть импортные лекарства. Как оплачиваются поставки при отключенном SWIFT? Или это локализация производства? А субстанции тогда откуда? Старые запасы? Но тогда срок годности должен истечь как раз сейчас. Нет, решительно не понимаю. Возможно, со временем мы научимся делать лекарства сами, воспроизводя рецептуру каких-нибудь западных аналогов. Пес с ним, с качеством, но научимся. А вот чтобы создавать то-то новое - извините, нет. Сейчас объясню почему. Сразу говорю - часть данной статьи представляет собой достаточно вольный пересказ книги Джонатана Эйга “Рождение таблетки”, вышедшей в издательстве “Лайвбук” в 2020 году. Она и сейчас продается в книжных магазинах, вот только допечатки тиража точно не будет, а то, что осталось, вполне могут изъять из продажи за рассказ о “чуждых ценностях”. Итак, предположим, что где-то в тропиках у животных выявлен новый вирус (назовем его “державовирус”), потенциально опасный для челове

Даже не знаю., как начать эту историю. Хронологически она началась весной 2020 года, в первые месяцы пандемии. Тогда все боялись всего - даже выход на улицу грозил грабительскими штрафами, а госпитализация - часто принудительная - могла означать вообще конец всему. Лаборатории чуть не метлами отгоняли от своих дверей людей, пришедших сдавать анализы - карантин! А люди продолжали болеть не только КОВИДом, но и обычными ОРЗ. Пациенты мне писали: “у нашего малыша сопельки! Помогите! В поликлинику выйти не можем - страшно!” А чем я мог помочь без осмотра? Посоветовать сдать анализ и ориентироваться на его результаты? А где сдавать? (см предыдущий абзац). А как определить, что это за “сопельки”? ОРВИ? Аллергия? Менингококк, не к ночи будь помянут? Ну хоть какой-нибудь примитивный анализ, чтобы сориентироваться... По счастью, это все же был 2020 год, а не 2022-й. На “Озоне” было много интересных штук (курьеры, что странно, работали как прежде). И я там нашел-таки решение. Продавались такие т