Балаболы

Меня зовут Ирина Кобозева. Я логопед, учитель русского языка и литературы. 35 лет я работаю с детьми, у которых есть тяжелые нарушения речи. Но сегодня я хочу поговорить не о речи. Сегодня я хочу поговорить о том, о чём в моём детстве вообще не задумывались. Когда я училась в школе, в нашем классе было больше 40 человек. И все они писали правой рукой. Мы даже не подозревали, что существуют дети, которые пишут, рисуют, вырезают, едят левой рукой. Если мы вдруг встречали такого человека — показывали пальцем и удивлялись: «Какое чудо чудное!». Прошло несколько десятилетий. Сейчас в каждом классе можно увидеть двух, трёх, а иногда и пятерых детей, которые работают левой рукой. Откуда же они взялись? Ниоткуда. Они всегда были. Просто раньше их переучивали. Раньше было просто: всех детей учили есть правой рукой. Потом — писать правой рукой. В детском саду, в школе, дома — везде. Если ребёнок тянулся к ложке левой рукой, ложку перекладывали. Если тянулся к ручке левой рукой — ручку переклады

Меня зовут Ирина Кобозева. Я логопед, учитель русского языка и литературы. 35 лет я работаю с детьми, у которых есть тяжелые нарушения речи. И за эти годы я повидала многое: и счастливые лица родителей, чьи дети заговорили, и слёзы, и отчаяние. Но есть одна категория родительских эмоций, которую я встречаю особенно часто. И она звучит примерно так: «Он испортил обои! Только вчера поклеили! Я так зла, что слов нет!» Я прекрасно вас понимаю. Я сама мама, и мои стены когда-то тоже стали жертвой детского творчества. Гнев, негодование, отчаяние — всё это знакомо. Но сегодня я хочу сказать вам то, что, возможно, немного смягчит боль утраты от новых обоев. Ваш ребёнок развивается нормально. Более того. То, что он сделал, — это не хулиганство и не желание вас позлить. Это важный этап его развития. И если вы сейчас поймёте, почему он это сделал, возможно, вы не только перестанете злиться, но и начнёте помогать ему так, как не помогают никакие пальчиковые упражнения. Давайте разберёмся с анатом

Меня зовут Ирина Кобозева. Я логопед, учитель русского языка и литературы. 35 лет я работаю с детьми, у которых есть тяжелые нарушения речи. И за эти годы я поняла: самые мощные инструменты развития часто лежат прямо у нас под носом. Нужно только уметь их увидеть. Сегодня я хочу рассказать вам историю одного открытия. Открытия, которое случилось случайно, но навсегда изменило мой подход к работе с детьми. И речь пойдёт о… прищепках. Да-да, о самых обычных бельевых прищепках. Тех самых, которые есть в каждом доме. Оказывается, они могут стать настоящим волшебным инструментом, если знать один маленький секрет. Это случилось на занятии с одним мальчиком. Назовём его Миша. У Миши были серьёзные проблемы: слабая мотивация, сложности с концентрацией внимания и, самое главное, очень плохая зрительно-моторная координация. Он почти не смотрел на свои руки во время работы. Взгляд «блуждал» где-то в стороне, а пальцы действовали как будто сами по себе. Вы когда-нибудь пытались застегнуть пуговиц

Меня зовут Ирина Кобозева. Я логопед, учитель русского языка и литературы. 35 лет я работаю с детьми, у которых есть тяжелые нарушения речи. И поверьте, за эти годы я насмотрелась на детские руки — самые разные. Бывают руки ловкие, быстрые, которые легко справляются с любой шнуровкой и мелкими деталями. А бывают руки… слабые. Такие, которые вроде бы и пытаются, а карандаш выскальзывает, пальцы быстро устают, строчки в тетради пляшут, и ребёнок после трёх написанных слов говорит: «Я больше не могу». И вот тут многие родители удивляются: «Как же так? Мы столько занимались! И пальчиковые игры делали, и бусины нанизывали, и лепили. А рука всё равно не слушается». Я вас понимаю. И хочу сказать одну важную вещь, которую сама поняла не сразу. Ловкость пальцев — это ещё не всё. Когда мы с вами идём в тренажёрный зал (если ходим, конечно), мы же не делаем только лёгкие упражнения? Мы берём гантели, делаем подходы, даём мышцам нагрузку. Мы чередуем динамику и статику. Мы знаем: чтобы мышца стал

Меня зовут Ирина Кобозева. Я логопед, учитель русского языка и литературы. Более 35 лет я работаю с детьми, у которых есть тяжелые нарушения речи. И поверьте, за эти годы я поняла одну простую, но важную вещь: ребенка нельзя научить думать через скуку. Если игрушка перестала вызывать интерес — она бесполезна. Даже если это дорогая, красивая и «правильная» с точки зрения педагогов Монтессори-пирамидка. Сегодня я хочу рассказать вам историю о том, как мы с моими учениками «перезагрузили» обычную числовую пирамидку. Ту самую, с квадратиками, на которых вырезаны отверстия. Ту, которая, кажется, создана только для того, чтобы научить ребенка считать до пяти. Оказывается, её потенциал гораздо глубже. И если знать несколько секретов, эта игрушка превращается… в полноценный математический тренажёр. А для детей с нарушениями речи — ещё и в мощный инструмент для развития мышления, без которого, увы, красивая речь не складывается. Ко мне часто приходят родители и жалуются: — Мы купили Монтессори

Дорогие родители! Сегодня я хочу поговорить с вами на тему, о которой часто молчат, которую стесняются обсуждать вслух, но которая болит у многих. Я слышала это десятки раз на консультациях: «Меня самого в детстве поколачивали, и ничего, человеком вырос». «Ну шлепнула пару раз, подумаешь». «Бью только за дело, когда по-другому не понимает». Давайте остановимся и честно посмотрим на эту привычную для многих семей картину. Ко мне на занятия пришла чудесная девочка Аня. Яркая, живая, любознательная. Но во время игр с другими детьми она часто толкалась, могла ударить, отобрать игрушку без видимой причины. Мама жаловалась: «Ума не приложу, что делать! Мы же её воспитываем, наказываем. Вчера отец отшлёпал за такое поведение, а она опять за своё!» А потом я увидела, как мама реагирует на очередную выходку дочери во дворе. Она подлетела к Ане с криком, схватила за волосы, оттащила, шлёпнула по губам и заорала: «Сколько раз тебе повторять: НЕЛЬЗЯ бить других!» Вы чувствуете этот разрыв? Ребёнк

Друзья, приветствую! Меня зовут Кобозева Ирина. Я логопед, учитель русского языка и литературы школы для детей̆ с тяжелыми нарушениями речи. Имею большой̆ опыт профессиональной̆ деятельности, более 35 лет. Работаю с детьми, начиная с младенческого и до подросткового возраста, а также со взрослыми. Являюсь организатором студии развития детей̆ от 0 до 14 лет, «Балаболы», которая создана для того, чтобы оказывать профессиональную помощь, прежде всего, родителям, в воспитании и развитии собственных детей и профессиональному сообществу, которое занимается коррекционной работой. • Новорождённости. В 6-8 недель ребёнок интуитивно начинает осознавать свое существование и всячески привлекает к себе внимание взрослых. Плача, он умолкает на руках или груди, часто засыпает только с мамой. • Первого года. В год-полтора ребёнок уже умеет ходить, но боится отделения от мамы. Проявляетупрямство, требует невозможного. • Трёх лет. В 2-4 года ребёнок начинает понимать, что он — это «я». А мама - не «я»

За годы своей работы я встречала тысячи семей и видела, как в стенах родного дома не только растёт личность, но и формируется уникальный голос ребёнка. Речь — это не просто набор звуков. Это смелость высказывать свои мысли, право на собственное мнение и инструмент для взаимодействия с миром. И то, каким будет этот инструмент, во многом зависит от климата в семье, от того невидимого стиля воспитания, который мы, взрослые, создаём, порой даже не задумываясь. Представьте дом, где слово родителя — закон, не терпящий обсуждений. Где инициатива и вопросы ребёнка воспринимаются как дерзость, а самостоятельность пресекается на корню. В такой атмосфере вербальное общение сведено к минимуму: это не диалог, а система приказов и запретов. Что происходит с речью? У меня на занятии был мальчик, Саша. В семь лет он говорил тихо, отрывисто, проглатывая окончания. На любой вопрос: «Что ты думаешь?» — он испуганно смотрел на меня и повторял: «Я не знаю... Как надо?». Его речь была не его речью. Это был

Друзья, здравствуйте! Продолжая разговор о развитии пятилетнего ребенка, будем обсуждать его интеллектуальное и речевое развитие. Благодаря активному познавательному интересу к 5 годам малыш уже имеет достаточно большой запас представлений об окружающем мире. Меня зовут Кобозева Ирина. Я логопед, учитель русского языка и литературы школы для детей̆ с тяжелыми нарушениями речи. Имею большой̆ опыт профессиональной̆ деятельности, более 35 лет. Работаю с детьми, начиная с младенческого и до подросткового возраста, а также со взрослыми. Являюсь организатором студии развития детей̆ от 0 до 14 лет, «Балаболы», которая создана для того, чтобы оказывать профессиональную помощь, прежде всего, родителям, в воспитании и развитии собственных детей и профессиональному сообществу, которое занимается коррекционной работой. • удерживать внимание на задании в течение 15-20 минут; • считать до 5 и обратно; • измерять и сравнивать предметы, прикладывая их друг к другу; • находить различия и сходства предм

Сегодня хочу продолжить новую рубрику. Дорогие мамы и папы, бабушки и дедушки! Позвольте мне поделиться с вами тем, что я узнала за тридцать пять лет работы с детьми. Я видела, как зарождается речь у младенцев, как борются со своими трудностями подростки и как заново учатся говорить взрослые. И я пришла к одному простому и очень важному выводу: речь ребенка — это прямое отражение его внутреннего мира, его представления о себе. И это представление в первую очередь складывается из того, что он видит в наших глазах, глазах взрослых. Когда я смотрю на ребёнка, который с трудом выговаривает слова, я понимаю: чтобы помочь ему говорить, нужно сначала помочь ему почувствовать себя в безопасности. Безопасно ошибаться. Безопасно пробовать. Безопасно быть собой — даже если «р» пока больше похоже на «л», а «ш» выходит шепотом. Представьте, что каждый взрослый, особенно родитель, носит с собой большое волшебное зеркало. Когда ребёнок подходит к нам, он смотрится в это зеркало и видит там не своё р