Я слушаю музыку

Этот музыкант — настоящий светоч в мире «холистического» нью-эйдж. Это не просто музыка, это тихая терапия, которая десятилетиями помогает людям по всему миру. За этими переливающимися синтезаторами и целительными частотами стоит удивительная история человека, который однажды взял в руки кисть, а нашёл себя в звуке. В альбомах для прослушивания я делюсь композициями, которые мне понравились Представьте себе: начинающий художник, который после тяжёлого разрыва в 1980 году переезжает на Гавайи с маленьким ребёнком, чтобы подлечить душу и продавать на пляже аэрографические футболки. Одна из его картин, «Музыка сфер», изображала арфу в окружении планет, и она заставила Aeoliah (Джонатан Фэрчайлд) задуматься: а можно ли добиться такого же эффекта звуком? Так, без музыкального образования, но с огромным желанием, он записывает первую кассету в 1981 году. Все песни были свободной импровизацией — он играл на синтезаторе и арфе, взятой у друзей. Четыре года спустя его четвёртый альбом, Angel L

Эта подборка — как путешествие в машине времени. Тут вам и немецкий шлягер, и британский хаус, и американский синти-поп от будущей звезды соул. Пластинки, которые мы сегодня разбираем, уже не новинки, но в них всё ещё чувствуется та самая энергия эпохи видеосалонов и аналоговых синтезаторов. Пятидесятилетний голландец Берт Франкен (он же Bino) записал на RCA сентиментальную песню про испанский курорт. На одном дыхании, с лёгким флёром итальянского шлягера (Schlager), но с очень немецкой аккуратностью. На обороте — музыкальная зарисовка «Paura». И хотя критики тех лет пожимали плечами, для поклонников жанра эта пластинка — настоящий артефакт начала восьмидесятых. Ранний хаус из Великобритании на лейбле 10 Records — тогдашнем детище босса Virgin Records Ричарда Брэнсона. Атмосфера подпольных лондонских клубов с их кислотными сэмплами и простыми, как кирпич, басами. А стоит за этим проектом Гордон Лейнг Мэттьюман (Gordon Laing Matthewman), известный по псевдониму DJ Edge. Его треки в жанр

Йоко Огиномэ начала свой путь в 1984-м шестнадцатилетней школьницей и к концу десятилетия стала одной из главных звёзд японской диско-сцены. Её история — это не только бесконечные переиздания хита «Dancing Hero», но и удивительные творческие метаморфозы: от подростковых грёз под синтезаторы до зрелых каверов на мужскую поп-классику. Teens Romance (1984) Дебют шестнадцатилетней школьницы на лейбле Victor в сентябре 1984 года. Здесь есть и её первые синглы, и кавер на французскую певицу Марджори Ноэль («Sapphire-iro no Prelude»). Пластинка поднялась до 24-го места в чарте Oricon и разошлась тиражом в 23 000 копий, что для новичка очень достойно. Через 26 лет, к 25-летию карьеры, альбом переиздали с двумя бонус-треками. На японских форумах до сих пор спорят: какая версия «Mirai Kōkai» лучше — оригинальная 84-го или обновлённая 2010-го. Freesia no Ame (1985) Второй альбом, вышедший в марте 1985-го, поднялся до 26-й строчки в Oricon и разошёлся тиражом 16 000 копий. Главное открытие: песню

Этот период стал для Дойтера временем кристаллизации его фирменного звука. От ритуальных медитаций и сотрудничества с мировыми лейблами до экспериментов с этническими инструментами и создания саундтреков для автомобильных заводов — перед нами портрет мастера в расцвете. В альбомах для прослушивания я делюсь композициями, которые мне понравились Reiki: Hands of Light (1998) Считается одним из лучших альбомов для сопровождения практик Рейки. Запись 1998 года в Санта-Фе включает шесть треков с разнообразной медитативной инструментовкой — от синтезаторов до фортепиано. Эта глубокая космическая музыка создаёт идеальный фон для целительских искусств. Koyasan: Reiki Sound Healing (2006) Названный в честь священной японской горы — родины школы буддизма Сингон. Альбом сочетает китайское эрху, японскую флейту сякухати, индийскую тамбуру и тибетские поющие чаши. Один из слушателей отметил: «Это великолепное звуковое полотно, прекрасная ткань музыки». Osho Gourishankar Meditation (2003) Музыкально

Сейчас я расскажу про музыку, которую не включают в мейнстримные плейлисты. Это музыка для тех, кто хочет остановить внутренний диалог и просто побыть наедине с собой. Речь пойдёт о Георге Дойтере, и у нас сегодня на столе целая обойма из его пластинок. В альбомах для прослушивания я делюсь треками, которые мне понравились Георг Дойтер (Georg Deuter) родился в 1945 году в Фалькенхагене (Германия). После войны он самоучкой освоил флейту, гитару и губную гармошку. В 1971 году выпустил дебютный альбом D — классику краут-рока. В начале семидесятых попал в тяжёлую автокатастрофу, которая заставила его пересмотреть жизнь. Он отправился в Азию, нашёл гуру в Бомбее и стал саньясином — учеником Бхагвана Шри Раджниша (Ошо), взяв имя Чайтанья Хари. В индийском ашраме в Пуне он записал несколько плёнок для активных медитаций. В конце восьмидесятых переехал в Санта-Фе (Нью-Мексико), где сотрудничал с лейблом New Earth Records. Сейчас живёт отшельником в лесах, держит пасеку и записывает более 60 ал

Anugama (настоящее имя — Вернер Хаген) родился в 1952 году в Кёльне в музыкальной семье. С восьми лет он начал осваивать флейту, а к двенадцати увлёкся гитарой. В подростковом возрасте его захватили ударные, и в 19 лет он уже играл в соул-группах в Гамбурге, где подрабатывал в музыкальном магазине. Этот опыт позволил ему экспериментировать с самыми разными инструментами. В 20 лет Хаген отправился в длительное путешествие по Азии, которое растянулось на пять лет и стало переломным моментом в его жизни. Там он увлёкся восточными духовными учениями и медитацией, которые органично вплелись в его творчество. Он не получил формального музыкального образования, однако его ремесло всегда отличалось естественностью и талантом. Став мультиинструменталистом, он в своих записях использует акустическую и фламенко-гитары, блокфлейту, флейты (включая сякухати и индейскую), ситару, кору и самые разные барабаны. Активную карьеру в жанрах нью-эйдж и эмбиент он начал в 80-х годах. Первые пластинки выходи

Это два совершенно разных взгляда на расслабленную музыку. Первый — клавишник из легендарной британской фанк-группы Shakatak и его путешествие в сторону соул-джаза и дэнс-попа. Второй — культовый британский диджей, голос «нежного радио» и человек, который, по сути, придумал саундтрек к жизни в зоне комфорта. В альбомах для прослушивания я делюсь композициями, которые мне понравились Bill Sharpe – Famous People (1985) Заглавная вещь «Famous People» начинается с гитарного риффа Митча Далтона, а голос Тессы Найлс (той самой, что пела у Роберта Палмера в «Addicted to Love») напоминает, что Шарп — не просто джазовый исполнитель. На «Remix, Remake, Re-Model» он сам поет о любви к творчеству, аритмично перестраивая поп-структуры. Лонгплей напоминает пульсирующий танцпол лондонского клуба начала восьмидесятых: смесь мод, джазовых связок Ричарда Найлса и неонового синт-попа. На «Silhouettes» уже слышны отголоски его основной группы Shakatak, но звук стал плотнее и взрослее. Sharpe & Numan – Aut

В 2007 году двадцатилетний московский музыкант Ник Клименко, выступающий под псевдонимом Chronos, выпускает свой дебютный альбом «Steps to the Great Knowledge» на канадском лейбле Sunline Records (всего за несколько дней сотворив его из любви к культуре Майя, используя живые этнические инструменты). Это был не просто релиз, это было событие для поклонников пси-чилла по всему миру — с первых аккордов «The Gates» слушатель погружался в атмосферу древних храмов и шаманских ритуалов. Фактически, именно «Шаги к великому знанию» заложили фундамент того самого узнаваемого звука Chronos — плавного, медитативного downtempo с этническими мотивами. В альбомах для прослушивания я делюсь композициями, которые мне понравились Альбом, вышедший на канадском лейбле Sunline Records в 2007 году, стал смелым экспериментом молодого москвича. Композиции с названиями вроде «Mayan Artifact» и «Shamora Ritual» погружают в первобытный мир мистических ритуалов. Особого внимания заслуживают перкуссионные партии и

В этой подборке я собрал для вас релизы, которые редко встречаются в топах рекомендаций, но точно заслуживают вашего внимания. Здесь и супергруппы в поддержку экологии, и легенды гонконгского эмбиента, и американская новая волна. Приготовьте наушники, мы начинаем. В альбомах для прослушивания я делюсь треками, которые мне понравились Artists United For Nature – Yes We Can (1989) Это масштабный благотворительный проект под управлением продюсера Кёртиса Бриггса, созданный для сбора средств на спасение тропических лесов. Сингл Yes We Can вышел в ноябре 1989 года на легендарном лейбле Virgin Records. Песню сложили и спродюсировали Харольд Фальтермайер (композитор полицейской саги «Полицейский из Беверли-Хиллз») и Крис Томпсон (экс-Manfred Mann's Earth Band). Список приглашённых звёзд зашкаливает: гитарист Queen Брайан Мэй, флейтист Jethro Tull Иэн Андерсон, маг джаз-фьюжна Хёрби Хэнкок, харизматичный Джо Кокер, легенда соула Майкл Макдональд, фронтмен T’Pau Кэрол Декер, Чака Хан, Стефани

Этот немецкий композитор по-настоящему вдохнул новую жизнь в старую «берлинскую школу». Его путь — от простых кассет до культовых 8-дисковых бокс-сетов — показывает нам, как сильно может быть увлечение синтезаторами. Бернд Кистенмахер родился 26 октября 1960 года в Западном Берлине. Уже в ранние годы его захватили новые звуки прогрессивного рока и музыки авангарда, а в начале 1970-х он навсегда попал под влияние электронных пионеров: Клауса Шульце, Tangerine Dream и Ash Ra Tempel. Первые шаги в музыке Кистенмахер сделал, осваивая синтезаторы самостоятельно — без формального образования, упорно читая книги и экспериментируя со звуком. Его первым инструментом стал Korg Mono/Poly, купленный в ноябре 1982 года. В 1982 году он познакомился с берлинским электронщиком Марио Шёнвельдером (владельцем лейбла Manikin Records), с которым начал сотрудничать. Первые записи вышли в 1984 году на кассетах. Уже через два года Кистенмахер получил признание: на конкурсе WDR «Schwingungen» его признали «Лу