Рассказы от Елены Бьёрк

Начало Предыдущая глава Алла намеренно утаила от «профессора» одну важную и очень значимую деталь операции. Рано утром группа захвата обложила его дом с четырёх сторон. Натренированные бойцы несколько часов ждали команды «Штурм», и когда Артём Андреевич присвоил деньги, предназначенные для выкупа, незамедлительно приступили к выполнению. Главарь с его подельником оказали яростное сопротивление и в результате захвата были уничтожены на месте. ―Заложницы в доме не обнаружено, ― сообщение поступило на телефон Юры Семёнова. ―Как нет? Её убили? ―Нет. Совсем нет. Ни живой, ни мёртвой заложницы в доме нет. ―Вы смотрели в кладовке? Там её держали. ―Дверь в кладовку открыта. Весь дом осмотрели, прошерстили все углы. Пусто! Юра тут же сообщил об этом Алле. ―Если Людочка смогла убежать из дома, она будет искать своего мужа. ―Зачем? ―Чтобы отомстить за себя. ― Ты думаешь, она знает, что муж украл деньги, которые предназначались для её выкупа? ―Конечно. Я представляю как орал главарь, когда Рита со

Начало Предыдущая глава Артём Андреевич не чувствовал угрызений совести. В конце концов, он тоже жертвовал. Своей женой, своей карьерой, своим добрым именем. Правда, на какое-то мгновение, он ощутил укол совести, но соблазн был настолько велик, а двадцать миллионов так жгли руки, что он отмахнулся от лучшей половины себя, как от ненужного рудимента. И теперь такси увозило его из города, а на его коленях лежала сумка, набитая пачками пятитысячных купюр. Самооценка Артёма Андреевича взлетела до небес, когда он прокручивал в голове детали хитрого плана мастерски им реализованного сегодня утром. За 12 часов до передачи выкупа. ―Людочка - не единственная женщина на свете! ― убеждал себя Артём Андреевич, когда спешил в торговый центр до его закрытия. Шальная мысль, пришедшая ему в голову сразу же после того, как Алла оставила его в гостинице, так захватила его, что он даже опешил. Всё было просто до неприличности, оставалось только подготовить сумку, набить её скомканной бумагой и спрятать

Начало Предыдущая глава Ни жива, ни мертва Людочка молилась о спасении. Запертая в тёмной кладовке, она прижимала покалеченную руку к груди и старалась не дышать. Лишь бы грабители не вспомнили о ней, лишь бы не зашли. Как мантру она произносила одну фразу, что этот кошмар должен скоро закончиться, но умом понимала, весь ужас растянется надолго. Выдержит ли она? Прислушиваясь к каждому шороху, доносившемуся из гостиной, она так напрягала слух, что заболели уши. Ледяной пот стекал между лопаток, но она не чувствовала его. Напряжение было такое, что руки дёргались, как будто она прикасалась к оголённым проводам. Когда наступила глубокая ночь, и гостиная наполнились рыкающим храпом, она всё ещё слышала гнусавый голос главаря. Истерзанная неизвестностью, к утру она устала бояться. И от страха можно устать! Теперь она знала это точно. И когда она поняла это, мозг вдруг начал выдавать здравые мысли. Лишь вскользь она подумала о своём муже, с ним она разберётся позже, не сейчас. Теперь глав

Марте не везло в любви. Хоть и сворачивали мужики шеи, когда она проходила мимо, хоть и пускали слюни, глядя на её стройную фигуру и густые каштановые локоны, дальше флирта дело не шло. Друзья диву давались, мать очень переживала, почему к тридцати двум годам красивая самодостаточная женщина была одна. Марта и сама задавалась этим вопросом, только ответа никак не находила. И тогда, распрощавшись с мечтой обрести семью, она с головой ушла в работу. Обладая незаурядным умом и деловой хваткой, Марта смогла создать и развить своё предприятие по пошиву детской одежды. Её детище стало и её работой, и её досугом, и предметом её гордости. А личная жизнь сводилась к редким походам в кино да пятничным ужинам в любимом кафе. В тот день Марта припозднилась на работу. Поглядывая на часы, резко затормозила на светофоре. По пешеходному переходу молоденькая воспитательница переводила группу детей. Её внимание привлекли простенькие детские пальтишки, все одинаковые, словно с конвейера. Сердце отчего-

Начало Предыдущая глава ―Планы изменились! ― лицо главаря передёрнулось, ― Где Рита? ―На кухне, рыдает. ―Приведите её. Не успев отойти от шока, Рита соображала с трудом. Разыгравшаяся на её глазах трагедия, слишком сильно потрясла её, теперь ей было ужасно жалко свою хозяйку, которую заперли в тёмной кладовке, да ещё заставили Риту делать ей перевязку. В домашней аптечке она нашла антибиотики, быстро обработала рану и пулей выскочила из кладовки, лишь бы не слышать мольбы Людмилы о помощи. Когда главарь толкнул её на диван в гостиной, и сел напротив, в ушах ещё звенел крик Людочки. Рита никак не могла понять, чего от неё хотят, просто уставилась в стену расширенными от ужаса глазами. ―Да что с тобой? Приди в себя, наконец! ―разозлился главарь, приправив своё возмущение трёхэтажным матом. ―Я на такое не соглашалась! Ты сказал, всё будет мирно, что ты просто пригрозишь Артёму Андреевичу, заберёшь деньги и уйдёшь со своими дружками. ―Ну, извини, пришлось импровизировать, ― отмахнулся он

―Он не телок, чтобы я его на привязи держала. Если не уходит к тебе, значит, не хочет, ― отмахнулась Даша. ―А у тебя что? Гордости совсем нет, чтобы после меня с ним спать? ― не унималась Ритка, привлекая всё больше внимания местных зевак. ―Что ты устроила, да ещё у магазина? ― пристыдила её Даша. ―А пусть все знают, что Егор меня любит, а с тобой только из жалости живёт! Щёки у Даши вспыхнули, от стыда некуда было деться, а тут как назло из магазина вышли деревенские сплетницы Наталья Тихоновна и Варвара, её соседка. ―Что ж ты молчишь, Дарья, или правду говорит Ритка? Я много раз видела, как твой Егор от неё по утрам выходит, ― не упустила возможности задеть за живое Наталья Тихоновна. ―А если видишь, так зачем спрашивать? Забыв о том, зачем пришла, Даша побежала назад к своему дому. Стыдно было так, что хоть сквозь землю провалиться. Ритка-то ведь правду говорила, гулял с ней Егор, уж второй год гулял. И плакала она, и просила, и требовала, всё без толку. Ей бы развестись, и дело с

Начало Предыдущая глава ―Где деньги? ―Петренко соскочил со скамейки. ―Говорю же, нет у меня денег! ― Совсем? ―Совсем! ― повесил голову Артём Андреевич. ―А они вообще были эти двадцать миллионов? ―вставая между Петенко и Артёмом, спросила Алла. Она прекрасно знала, что означают сжатые кулаки генерала, и на всякий случай решила стать преградой для них. ―Были. ―Интересно за что платят такие деньжищи? ― Петренко ошалело вращал глазами, соображая, сколько всего он мог бы накупить на такую сумму. ―Это дивиденды за мою разработку. Я учёный с мировым именем! ― гордо вскинул голову Артём Андреевич. ― Слышь ты, учёный, ― Петренко ткнул профессора в бок, ― Как ты собираешься за жену выкуп платить? ―Не знаю, ―в секунду Артём Андреевич съёжился и стал совсем как нашкодивший школьник, ―Бедная моя Людочка! Я здесь, а она там в лапах этих ужасных людей, ― захныкал он. ―Вернуть деньги не получится? ― тряхнула его Алла. ―Нет. ―Почему? ―Я проиграл их в казино. ―Двадцать миллионов? ― Петренко схватился

Так в 54 года Люба узнала правду о своём рождении. ―Мама, почему ты раньше ничего не говорила? ―А зачем? Ты бы расстроилась, да и нам с отцом так спокойнее было. ―А теперь я не расстроилась? ―от обиды голос Любы дрогнул. ―Перестань! Ты взрослая женщина, должна понимать. ―Значит, когда вам было удобно, вы считали меня своей дочерью, а когда имущество делить, так я не дочь? В тот день мир Любы рухнул. А она-то наивная всегда думала, почему мать с отцом её недолюбливают, за что? И всегда старалась угодить им, уделить внимание. В отличие от младшей сестры-вертихвостки она навещала родителей дважды в неделю, приносила продукты, готовила, убирала, помогала, как могла. Это она - Люба, каждый год отправляла родителей в санаторий, это она делала им подарки на дни рождений, это она купила отцу машину на юбилей и сама же за них очень радовалась. ―Мама, ―произнесла по привычке Люба и вдруг осеклась,― А кто мои настоящие родители? ―Почём я знаю? Забулдыги, наверное, какие-нибудь! Мы тебя из детс

У него на пути встал кордон из накачанных охранников. ―Куда прёшь? ―Мужики, здесь моя жена с любовником кувыркается. Понимание промелькнуло в их глазах. ―Иди, мы тебя не видели. Проскакав, как загнанный олень через широкий двор к подъезду, Глеб остановился. ―Так, а что же дальше? Вдруг дверь открылась, старушка -божий одуванчик с французской болонкой на тонком поводке вышла навстречу. ―Спасибо!― выкрикнул он высшим силам, старушка кивнула, приняв благодарность на свой счёт. Пулей взлетев на третий этаж, Глеб с силой вжал палец в звонок. Из-за закрытой двери послышался модный перелив. ―Кто там? ― спросил низкий мужской голос. ―Открывай, увидишь!!! ―Я полицию вызову! ―Саша, это мой муж! Катькин голос ни с каким другим нельзя было спутать. ―Открывай, Саша, не боись, больно не будет! ― издевательски пообещал Глеб. ―Что вам нужно? ―Самую малость, справедливости! Пока Саша размышлял, как выйти из глупого положения, открылась дверь квартиры напротив. ―Что здесь происходит? ― взмахнув наклад

Люся была в своём репертуаре. Накрытый стол ломился, как будто это был вовсе и не завтрак, а банкет по какому-нибудь торжественному случаю. ― Почему ты не ешь ничего? Вот тебе яишенка с беконом, вот тебе блинчики с творогом, вот тебе сырнички с домашней сметанкой, а вот бутербродик с красной рыбкой, ― она подставляла тарелку за тарелкой, и будь на месте Петренко кто-то другой, то уже давно захлебнулся бы слюной. ―Скучно, ―он демонстративно сморщил нос, отвернувшись к окну. ―Что ж мне, канкан тебя сплясать, чтоб тебе весело стало? ―Ну почему сразу канкан? Хотя…, ― Петренко хитро прищурился, представляя картину, где его Люся закидывает ноги в чёрных ажурных колготках выше головы. ―Ах, ты ж зас...ранец! ― кухонное полотенце шлёпнулось на его плечо, ―Ты это что ж так расплылся? ―А ты ещё ничего, ― хохотнул Петренко, ― Ну ладно, давай свой бутербродик. Так уж и быть, съем. ― Спасибо за одолжение! Кушайте, не обляпайтесь! Как говорится, аппетит приходит во время еды. Петренко съел бутерб