Владимир Гордеев

Звезда французского кино Изабель Аджани, только что блеснувшая в "Королеве Марго" (читайте о фильме — ЗДЕСЬ), играет хозяйку католической школы для мальчиков — Мию. Несмотря на высокий статус, она забита мужем-тираном в исполнении Чазза Палминтьери, привыкшего играть гангстеров. У Мии и ее супруга Гая говорящая фамилия — Баран. Но если в случае Гая фамилия Баран символизирует тупость и упертость, то в случае Мии — слабость и беззащитность, как у ягнят, которых ведут на бойню в культовом триллере 90-х "Молчание ягнят" (читайте о нем — ЗДЕСЬ). Всему виной ее прошлое — она была монахиней. Беспрекословное подчинение — жизненное кредо Мии. Она покорно сносит грубости, побои, пока в школе не появляется новая учительница математики в исполнении Шэрон Стоун, холодная, гордая, высокомерная. Николь Хорнер так крута, что непонятно, каким ветром ее занесло в эту паршивую школу для мальчиков-зайчиков. Между двумя красивыми женщинами начинается роман, причем Мия, будучи вроде бы с Николь наравне,

21.01.1956 (Уэрхем, Массачусетс, США) 1. Она создала Институт по гендерным исследованиям в медиа (2004) Поводом стал обычный просмотр мультфильмов с маленькой дочерью. Джина заметила, что во всём детском контенте мальчиков и мужских персонажей непропорционально больше, чем девочек. Она подумала: «Наверное, мне кажется». Решила проверить — и оказалось, что в массовых сценах только 17% женских персонажей, а соотношение говорящих ролей — 3:1 в пользу мужчин. Тогда она основала институт, чтобы собирать данные и на их основе менять индустрию. 2. Её подход — не обвинять, а убеждать цифрами Джина не устраивала скандалов. Она просто приходила к студиям с цифрами и говорила: «Смотрите, это не моё мнение, это статистика. Вы даже не замечаете, что так происходит». И это сработало: почти 70% голливудских студий изменили свои проекты, увеличив число женских персонажей после консультаций с её институтом. 3. Результаты, которые изменили индустрию Благодаря её работе: 4. Её награды за активизм В 2019

Считалось, что дебютный роман Уильяма Берроуза "Голый завтрак" (Naked Lunch) невозможно перевести на русский язык, потому что Берроуз — законченный наркоман, и его роман —такой же. Ничего — перевели. А в 2015 году изъяли из российских библиотек и запретили к распространению. В США роман запретили еще в 1963 году, равно как и в ряде европейских стран, что не помешало ему стать культовым, а впоследствии войти в список 100 главных американских романов столетия. Да и запрет-то длился недолго - уже в 1966 году его реабилитировали на волне хиппарской вседозволенности. Название придумал Джек Керуак, приятель Берроуза, еще один апостол поколения битников. Naked Lunch — a frozen moment when everyone sees what is on the end of every fork ("Голый завтрак — застывшее мгновение, когда каждый видит, что находится на конце каждой вилки"). Также долгое время считалось, что экранизировать роман невозможно — в первую очередь из-за его структуры: сюжет находится где-то на втором плане, а эпизоды переме

Один из самых известных фильмов Стенли Кубрика не получил на родине ни одной награды, не считая двух призов от "Бостонского общества кинокритиков" (за режиссуру и лучшую роль второго плана). И это неудивительно, потому что таких фильмов в Америке не снимали и не снимают. Да, тема провальной вьетнамской войны была обыграна множество раз — запрет рухнул сразу по ее окончанию; она перестала быть табу. В золотой россыпи "Оскаров" искупался "Охотник на оленей" (1975), а накануне "Оболочки" вышел "Взвод" Оливера Стоуна и точно так же получил приз за лучший фильм года (читайте о нем — ЗДЕСЬ), хотя со времен вьетнамской войны прошло уже двадцать лет. Но Кубрик снимает фильм не про вьетнамскую войну, как таковую, а идет против всей военной системы США, не считая военно-промышленного комплекса (потому что в центре повествования — простые люди, "винтики", которые не делают оружие, а его держат). Рассказ ведется от лица Шутника (Jocker), которого играет Мэтью Модайн. Это прозвище он получает от

22.10.1943 (Париж, Франция) Катрин Денев — это псевдоним. Настоящая фамилия — Дорлеак. Она взяла девичью фамилию матери, чтобы не путали со старшей сестрой Франсуазой Дорлеак, которая уже была известной актрисой . Франсуаза была старше на год, успела сняться у Трюффо и Шаброля и считалась восходящей звездой. В 1967 году она погибла в автокатастрофе — ей было 25 лет. Катрин до сих пор не может говорить об этом без боли. Их отец, Морис Дорлеак, был актёром дубляжа. Мать, Рене Симоно, — актрисой. В семье говорили о кино, и девочки с детства знали: другого пути у них нет. В кино Катрин попала случайно — в 13 лет её подружка позвала на массовку. Ей нужны были карманные деньги. Но уже в 1963 году она снялась в «Шербурских зонтиках» Жака Деми — фильме, где все диалоги поются, а она играет девушку, которая ждёт любимого с войны и не дожидается. Этот фильм сделал её звездой во Франции. Тогда же начался её роман с режиссёром Роже Вадимом — тем самым, который открыл Брижит Бардо и снял «И Богу, и

Фильм Чжана Имоу часто сравнивают с "Крадущимся тигром, затаившимся драконом" Энга Ли. Мол, оба про летающих воинов, оба красивые до невозможности, оба собирали кассу на Западе. Но, на самом деле, "Герой" про другое. В центре сюжета — Безымянный (Джет Ли). Он приходит во дворец императора Цинь Шихуана, того самого, который потом прикажет построить Великую стену и сжечь все книги, и докладывает, что убил трёх главных врагов императора — Небо, Сломанный Меч и Летящий Снег. За это ему положена награда: приблизиться к императору на десять шагов. И Безымянный начинает рассказывать, как всё было. Дальше фильм превращается в детектив. Сначала мы видим одну версию событий, потом другую, потом третью. И каждая версия окрашена в свой цвет: красный, синий, зелёный, белый. Это не просто красиво — это ключ к пониманию. В китайской традиции цвета имеют огромное значение. Красный — это страсть и ложь, синий — холодная правда, белый — истина и смерть. Имоу не случайно перекрашивает каждую главу: он п

С пришествием телевидения кинематограф начал борьбу за выживание. Продюсеры и режиссеры были подавлен тем обстоятельством, что классические сюжеты "для масс" (комедии, мелодрамы, детективы) запросто воспроизводились на ТВ, а потом с легкостью размножались: серия за серией. Причем для зрителя это ничего стоило, он просто подсаживался на бесплатный вечерник наркотик. бесплатно еще и тиражировались серия за серией. На такую дерзкую экспансию традиционный кинематограф ответил тяжелой артиллерией. На стороне Голливуда были цвет, широкий экран, стереозвук, 3D, несоизмеримо бОльшие финансовые и технические возможности. Беда пришла, откуда не ждали. Французская "новая волна", была одним из фронтов этой войны. Фильмы новой волны снимали журналисты. Годар, Риветт, Трюффо и Шаброль думали, что сражаются со "старым кино", однако, на самом деле они сражались с трупом. Язык кино претерпевал изменения на глазах. Был, в частности, такой режиссер, как Жорж Франжю. Он снял киноленту под названием "Г

Предпоследний вестерн с Гойко Митичем из снятых в советскую эпоху (последним стал "Охотники в прериях Мексики", — в советский кинопрокат не выходил). Предпоследний — и один из самых лучших. Мне вообще нравятся вестерны Конрада Петцольда, он снял еще два: "Оцеолу" (1971) и "Белых волков" (1969, читайте о фильме - ЗДЕСЬ). "Вождь Белое перо" снят совместно с монгольскими кинематографистами. Ну, а где монголы - там и лошади:) Практически в каждом кадре тут присутствуют кони, целый табун! Фильм, как говорится, "основан на реальной истории". В конце 1870-х годов, когда войны с сиу уже отгремели, армия США взялась за остатки разрозненых племен. Их сгоняют с земель предков, гоняют из одной резервации в другую, с каждым разом ухудшая условия для жизни. Вот и тут! В племя мирных рыбаков и охотников приезжают американцы и велят уматывать на другую землю - вот правительственный указ. Это уже не те англичане и французы, с которыми индейцы воевали то "за", то "против" в романах Фенимора Купера и

Неожиданный фильм от Роберта Маллигана, постановщика таких известных детско-подростковых картин как "Убить пересмешника" (читайте о фильме - ЗДЕСЬ), "Лето 42-го" (читайте о фильме - ЗДЕСЬ), "Вверх по лестнице, ведущей вниз" (читайте о фильме - ЗДЕСЬ). "Другой" – тоже фильм про детей, но сделанный в жанре хоррора. Причем фильм по-настоящему жуткий, даже в каких-то моментах неприятный, с очень сильной, обескураживающей концовкой. Маллиган умеет снимать атмосферно. Его летний фильм пронизан солнечным светом и наполнен жутью. Камера движется быстро, поскольку снимает непосед – десятилетнего Найлза и его брата-близнеца Холланда. Маллиган очень часто использует крупные планы, чтобы погрузить зрителя прямо в действие, которое разворачивается на ферме, где живет большая семья. У семьи как бы две ветви. Одна ветвь – здоровая, счастливая. Это дядя Найлза, его жена, дети. Другая ветвь, сухая и кривая, – Найлз, его мать, страдающая психическим заболеванием после странной гибели мужа (крышка пог

Приключения в Африке накануне и во время Первой Мировой войны. Этот комедийно-приключенческий фильм выглядит предтечей франшизы "Индиана Джонс" (достаточно взглянуть на Роджера Мура в шляпе и полурасстегнутой белой рубахе, лихо расправляющегося с немчурой), но у обоих режиссеров, что у Питера Ханта, что у Стивена Спилберга, были, конечно, разные источники вдохновения. Хант ("Позови дьявола"), в первую очередь вдохновлялся "Африканской королевой" Джона Хьюстона (читайте о фильме - ЗДЕСЬ). Седовласый бодрячок Ли Марвин играет американского авантюриста Флинна, охотника на слонов и пропойцу. Если взять среднее между юношеским задором героев Эррола Флинна и опытом старого пирата Флинта, то получится герой Ли Марвина. Кстати, примерно таким человеком был режиссер Джон Хьюстон, если верить биографическому фильму Клинта Иствуда про Хьюстона "Белый охотник, черное сердце". Прагматичный американец впутывает в свои авантюры британского аристократа Себастьяна Олдсмита, который вознамерился свал