Легкое чтение: рассказы

— Я с ней чувствую себя нужным, — сказал Андрей. Екатерина медленно поставила чашку на стол. — А со мной, значит, не чувствовал? — Катя, ну давай без скандалов. Ты замечательная женщина. У тебя карьера, деньги, ты всё можешь сама. Но рядом с тобой я постоянно ощущал себя каким-то… лишним. Ты мужик в юбке, понимаешь? — А-а… И вот поэтому ты решил переспать со студенткой? — Не надо пошлости. У нас чувства. Екатерине было сорок шесть. Она руководила архитектурным бюро, зарабатывала больше мужа и любила свою работу. Любила красивые платья, увлекательные разговоры и путешествия. Умела настоять на своём, просить о помощи, радоваться подаркам и заботе. А Андрея любила так сильно, что до сих пор не верила в происходящее. Одиннадцать лет брака. И вот — «мужик в юбке». Три дня назад она увидела на его ноутбуке сообщение: «Котик, скучаю. Ты обещал, что скоро всё ей расскажешь». Екатерина не кричала. Она села и попросила объясниться. Он говорил, что «всё сложно» и он «давно не чувствовал себя наст

Первые пятьдесят лет Ольгиной жизни прошли как по учебнику — сначала школа с отличием, потом институт, потом семья, дети. Муж Виктор был инженером и получал достойную зарплату, достаточную, чтобы содержать семью. Ольга работала учительницей начальных классов, а в свободное от работы и семьи время занималась рукоделием. Ей даже предложили вести кружок шитья в школе, и она с радостью согласилась. У нее были два сына, а ей всегда хотелось иметь дочку, чтобы научить ее мастерить что-то руками. Со временем свою просторную квартиру Ольга и Виктор сменили на небольшой загородный дом: дети выросли, и лишние комнаты были ни к чему. Сергей и Максим были гордостью родителей — парни стали военными и служили родине. Единственной проблемой было то, ято видеться часто не удавалось, ведь Сергей служил на Камчатке, а Максим на Байкале. И в родной Лесозаводск, расположенный неподалеку от Хабаровска, ребята наведывались совсем нечасто. Все чаще Ольга ловила себя на мысли, что жизнь уже прошла, и теперь

Олеся полагала, что у нее нормальный характер, однако не все так считали. Вот и в этот раз вышел спор с Димкой, ее двоюродным братом. Дима родился очень удачно – шестого января. Отличное время - выходные дни, зимние каникулы. Можно планировать на этот день что угодно: хоть лыжную вылазку, хоть поездку в областной центр, хоть вечеринку-маскарад. В этом году неистощимый на выдумки Димка захотел вывезти своих друзей на базу отдыха. Ещё в конце ноября он показал Олесе страницу базы «Восход» в интернете. ‒ Смотри, какие классные домики. Две спальни, на двух постояльцев каждая, и общая комната. Холодильник, микроволновка, кулер, интернет есть. Все удобства! Можно зарезервировать два домика. Один для девчонок, один для парней. ‒ Дима, это летом хорошо. А зимой замучаешься весь день в четырёх стенах сидеть. ‒ Зачем сидеть? Есть оборудованные площадки для барбекю и шашлыка. Прикинь, шашлычок пожарим! Можно походить на лыжах по лесу или с горы покататься. ‒ Не люблю лыжи. ‒ Тюбинг или коньки мож

— Молодой человек, а можно здесь вставить молнию? И штанины надставить? — Да, у меня есть обрезки такого цвета. — Спасибо, — женщина средних лет устало перекладывает тяжелый пакет с покупками в другую руку. — Когда будут готовы? — Надо срочно? — мастер поднимает глаза от швейной машинки. — Приходите завтра вечером. А вам чего, бабушка? Старушка протягивает дрожащими руками потрепанную куртку. — Сынок, сможешь подлатать? А то у меня глаза уже ничего не видят. — Бабуля, я вот здесь манжеты поменяю, а внизу широкую резинку пришью. Будет длиннее и теплей. — Дай Бог тебе здоровья, — бабушка тяжело вздыхает и вытирает слезу. Рабочий день закончился, маленькие магазинчики в торговом центре один за другим закрываются на ночь. В конце коридора появляется девушка, держащая за руку маленькую девочку. — Папа! — малышка отпускает руку матери и бежит к мужчине, который ждет их у двери мастерской. Девушка берется за ручки инвалидной коляски и уверенно перевозит ее через высокий порожек. *** Есть така

― Фу, Сашка! Как можно быть такой пацанкой? Ксюша брезгливо отодвинула валяющиеся носки с дороги. Александра повернула голову к сестре и лениво процедила: ― Фу, Ксеня, как можно быть такой фифой? ― Я нормальная! Просто я ухаживаю за собой, а тебе вообще все равно на свою внешность! Вот и не полюбит тебя никто! Останешься одна и в старости будешь с кошками жить! Тогда поймешь, что я была права. ― С кошками не так уж плохо, ― усмехнулась Саша. Она никогда не обращала внимания на нотации старшей (ну, как старшей ― всего на несколько минут), и это злило Ксюшу. Саша и Ксения были двойняшками, похожими внешне, но абсолютно разными по характеру. Александра обожала футбол, все детство носилась с мальчишками, гоняя мяч и прыгая по гаражам. Повзрослев, мало изменилась. Все та же короткая стрижка, мальчишеские повадки, быстрая походка… Зато Ксения была настоящей девочкой. Платья, бусы, игры в куклы, разговоры о девичьем, причудливые прически ― это все была ее стихия. Ей нравилось ухаживать за соб

— Ну что, рассказывайте, — немолодой полицейский, крепкий, щекастый, похожий на гриб-боровик, обвел взглядом сидящих напротив женщин. — Что там у вас с этим Олегом произошло? Мастерицы парикмахерского салона жались друг к другу на тесном диванчике. Наконец, самая старшая, крашеная блондинка по имени Виктория, осторожно осведомилась: — А в чем, собственно, дело? — Дело-то? Дело серьезнее некуда. И статья нехорошая вырисовывается, — хмыкнул майор. — Так что давайте с самого начала. * * * — Знакомьтесь, это Олег. Наш новый мужской мастер. Из-за дородной фигуры администратора салона выглядывал невысокий парнишка в приталенной рубашке и узеньких джинсиках. На его миловидном лице играла застенчивая улыбка. Администратор посторонилась и вытолкнула паренька вперед. — Принимайте мальчика в свой дружный коллектив. Закончил с отличием колледж и уже успел показать себя на международном конкурсе. — Здравствуйте, — смущенно выдавил «мальчик». Три мастерицы салона оценивающе разглядывали молодого чел

― Отец, ты куда собрался? ― Коля вышел в прихожую и очень удивился. Отец натягивал большие резиновые сапоги, а рядом стояла клетчатая сумка. Та самая, с которой папа пришел к нему. ― Пора мне, ― не посмотрел он на сына. ― Куда? Ты чего, мы же договаривались... ― сын был немного растерян и не понимал, почему отец так скоропостижно уходит. Договор был на два месяца, из которых прошло всего две недели. ― Так вышло, ― отец даже не поднял глаз, пожал руку, коротко поблагодарил и вышел. * * * Леонид Иванович работал на заводе и приносил домой копейки. Жена ушла от него, когда Коле было всего десять. Но тут стоит отметить, что жена ушла и от Коли. Оставив сына с отцом и заявив: «Больше жить с тобой не намерена!» ― она хлопнула дверью. Коля стоял и смотрел на всю картину из своей комнаты. Он не побежал останавливать, не стал плакать, большой все-таки уже. Просто запомнил этот момент. И даже не надеялся почему-то, что мама еще придет. Мама больше и не пришла. Леонид старался для сына, как мог.

— Папа, а ты не боишься, что, когда вернёшься из командировки, найдёшь одного очень довольного Борьку и один хорошо обглоданный скелет? Отец расхохотался. — Никусь, ну что ты выдумываешь! Борька смирный, мухи не обидит! Ника посмотрела на собаку. Собака посмотрела на Нику. Борька был кане-корсо. Огромный, чёрный, с широкой грудью, мощными лапами и такой мордой, что при встрече с ним хотелось немедленно сознаться во всех преступлениях, включая те, которых не совершал. Весил Борис пятьдесят восемь килограммов. Ника — шестьдесят два. — А если он однажды воспылает чувствами к голубю и унесёт меня за собой куда-нибудь очень далеко? — продолжала она. — Например, в соседнюю область? — Не унесёт! Он команды знает. Воспитанный пёс! Борька в этот момент попытался устроиться у отца на коленях. Отец крякнул. — Боря! Ну куда ты, маленький! Ника прикрыла глаза. Маленький. Господи помилуй. * * * Ника работала дизайнером, жила одна в уютной квартире и весила немногим больше хорошего мешка цемента. Её

К Павлу Семеновичу на дачу приехал внук. На этот раз сам, без родителей. Ну как на дачу… Это для внука дом деда был дачей, а для самого Павла Семеновича вообще-то полноценным жильем. Когда Матвей неожиданно появился на пороге дома, Павел Семенович удивился: — О, внучек! А чего не предупредил, что приедешь? — спросил он вместо приветствия. Внук поправил прядь длинных растрепанных по последней моде волос и потянул ворот черной футболки, не глядя на своего прародителя. — А че, родаки не позвонили? — Нет. Обычно звонят. — И че, типа не пустишь теперь? — Хех! Пущу, конечно! Что за глупые вопросы. Проходи! — и Павел Семенович впустил в дом своего видоизменившегося внучка. Раньше Матвей был милым маленьким ребенком, пухлым и розовощеким. Но пубертатный период никого не щадит. Теперь он был с ног до головы одет в бесформенную черную одежду, под которой вообще непонятно, какой он комплекции, волосы торчали в разные стороны. Глядя, как внук затаскивается в дом, не задумываясь над необходимостью

— Зачем тебе к психологу? Работать надо лучше, и некогда будет на ерунду всякую отвлекаться! — Я и так работаю, — обиженно пропищала дочь. — Значит, больше работай. Или бабушке на даче помогай. А то совсем разленилась! Раньше никому психологов не надо было: с утра до вечера на заводе пашешь от звонка до звонка. А сейчас все изнеженные стали! — Знаешь, сколько еще лет мне придется бороться с ошибками твоего воспитания, мама? Это вообще чудо, что я с Витей познакомилась. А если бы все твои советы слушала, вообще бы мужчин боялась, как огня. Светлана Николаевна обиженно поджала губы. *** Светлана Николаевна рано овдовела. Осталась с маленькой дочерью на руках. Повезло, что с малышкой помогали родители, а муж успел заработать на просторную квартиру в центре. Сначала Светлана хранила верность памяти мужа, но годы летели, а сердце все еще хотело счастья. «Ты еще молодая! — твердили все вокруг, от соседок до знакомых из родительского комитета. — Зачем себя раньше времени закапывать? Найди муж