Доктор online

Она внимательно смотрит на себя в зеркало. Надо кардинально что-то решать прямо сейчас! Длинные золотистые локоны красиво обрамляют ее все еще детское лицо. От волос придется избавиться. Парикмахер умоляет ее передумать, но она непреклонна. Ножницы занесены. Чик! И пряди падают на пол, а Мэри вздыхает с облегчением. 21 июля 1928 года Мэри Пикфорд поразила своих поклонников - она отрезала свои знаменитые золотистые локоны. "Забуду ли я тот день в парикмахерской на Пятой авеню. В первый раз ножницы коснулись моей головы", - написала тридцатишестилетняя Мэри в своем дневнике, которую весь мир знал как "девочку с золотыми локонами". Так Пикфорд сделала, по ее мнению, первый шаг чтобы освободиться от навязанного ей Голливудом образа вечного ребенка, но на самом деле это была робкая попытка обратить на себя внимание мужа, известного актера Дугласа Фэрбенкса. Надо сказать, что попытка оказалась удачной. Придя домой и сняв шляпку, Мэри замерла. Дуглас вышел встретить жену, обомлел и заплакал

Все начиналось красиво. Молодая женщина за соседним столиком ресторана показалась ему очаровательной - улыбчивая блондинка с вьющимися волосами и стройной фигуркой. К счастью, ее спутник был знаком с Эрнестом и любезно пригласил его присоединиться к ужину. Дело происходило в Лондоне в 1944 году. В зале ресторана встретились трое - журналистка и военкор Мэри Уэлш и два писателя - Ирвин Шоу и Эрнест Хемингуэй. Знакомство тридцатишестилетней Уэлш и сорокапятилетнего Хемингуэя оказалось судьбоносным, несмотря на то, что оба были несвободны. Кстати, оба писателя увековечат Мэри Уэлш в своих произведениях: Иврин Шоу в образе Луизы в "Молодых львах", а Эрнест Хемингуэй посвятит ей роман "За рекой, в тени деревьев". Хемингуэй практически сразу признался Мэри в любви: "Мэри, я совсем вас не знаю, но хочу жениться на вас. Вы такая живая, такая красивая. Как блесна. Я хочу жениться на вас прямо сейчас. А когда-нибудь и вы захотите выйти за меня замуж. Просто помните, что я на вас женюсь. Сегод

— Доктор, скажите мне честно, я смогу поправиться? Или я обречена? Пронзительные голубые глаза пациентки смотрели на него умоляюще. Доктор Риттер ободряюще произнес: — Не надо отчаиваться. Я бы посоветовал вам сменить берлинский климат на более теплый, отказаться от благ цивилизации, заняться медитациями, полностью исключить из пищи мясо, жить в гармонии с природой - и тогда, я надеюсь, вы будете здоровы. Эта история началась в 1928 году, когда Дора впервые почувствовала себя плохо и попала под наблюдение врачей. Дора Штраух родилась в 1900 году в Берлине. В двадцать три года она вышла замуж за школьного учителя, который был вдвое старше. Их брак не был счастливым. Дора была образованной девушкой и интересовалась трудами немецких философов - Фридриха Ницше и Артура Шопенгауэра. По мере увлечения философией, она сознательно стала вегетарианкой. Однажды вечером у нее закружилась голова. Стены гостиной зашатались, заходили ходуном, пол сорвался с места и ринулся вверх, к ее лицу... Дора

Она специально не заперла дверь и включила ночник, рассчитывая, что поздно вечером он увидит свет в окне и заглянет к ней. Так и вышло. — Я зашел пожелать тебе спокойной ночи. Эмиль стоял на пороге ее спальни. Раньше он никогда не заходил к ней глубокой ночью. Смутившись, Мадлен поправила на груди тонкую полотняную рубашку. — Спасибо, это так приятно. Эмиль, ты так мил и добр ко мне. — Доброта здесь ни причем, Мадлен, я с ума схожу по тебе, - тихо сказал Эмиль и, шагнув вперед, положил руку на ее обнаженное плечо. Она прильнула к нему: — Я так хочу, чтобы ты любил меня! ...Зажмурившись от яркого утреннего солнца, брызнувшего в глаза, Эмиль рывком сел в постели. Черт побери, скверная вышла история. А ведь Мадлен, и правда, оказалась девственницей... Это удивило Эмиля: с самого начала их романа вела она себя как взрослая опытная женщина, как дерзкая соблазнительница. Хорошо, что его никто не видел, когда он покидал спальню Мадлен Гамильтон Смит. Впрочем, Эмиль был доволен: ловушка захл

Он называл себя холстом, на котором женщины рисуют свои мечты. Присущий ему природный магнетизм был так силен, что один его томный взгляд в толпу провоцировал массовую иcтерию. Женщины произносили его имя с придыханием, а на премьеру фильмов собирались как на свидание с любимым, надевая лучшие наряды и украшения. Его поджидали у выхода кинотеатра сотни девушек если вдруг проносился слух, что он посетил премьеру. Ему приходили мешки писем от поклонниц со всего мира. По нему сходили с ума и бросались с небоскребов. Из-за него рыдали в подушку, превращая жизнь в ожидание встречи с ним, идолом красоты. В день его cмерти семь американок пoкончили с собой. Его кинокарьера продлилась всего десять лет, итогом которой стало пятнадцать фильмов, но на его могиле всегда свежие цветы. Феномен Рудольфо Валентино невозможно объяснить: его актерские данные не были выдающимися, а что касается внешности, то в киноиндустрии было немало мужчин гораздо красивее... Но выражение "итальянский любовник" появ

Мать всегда ей внушала, что она уродлива: и лицо-то лошадиное, и веки тяжелые, и зубы кривые, и нос чересчур большой, и плечи сутулые. Замуж таких не берут, твердила дочке миссис Купер Хьюит. И что же дочь? Вот же нахалка! Улыбается и строит глазки этому мальчишке-посыльному, доставившему заказ. И это при том, что мать стоит рядом. Мэрион захотелось больно дернуть Энн за ухо, но дрянная девчонка ловко увернулась. Боже, да она совсем взрослая! Вот уже начала по каталогам сама заказывать себе роскошное нижнее белье из Франции. То ли еще будет! Мэрион, вымотанная своими мрачными мыслями, села в кресло и сжала ладонями виски: надо все обдумать, взвесить и не совершить ошибки. Иначе к чему все это было, весь ее долгий и нелегкий путь к богатству? Ведь мужчина, добившийся успеха, - тот, кто зарабатывает больше , чем может потратить его женщина. А женщина, добившаяся успеха, - та, которая смогла найти такого мужчину . Она, Мэрион, смогла. И это только ее достижение. И она честно заслужила вс

Обе дочери Лили были прелестны, особенно старшая - ангельски красивая, большеглазая, с каштановыми волосами и длинными черными ресницами. Девочка растрогала его до слез, когда прощаясь, ласково обняла обеими руками и прошептала: — До свиданья, отоо-сан. Ты скоро придешь к нам? Джордж Фонтейн удивился, но быстро все понял: Оливия и ее младшая сестра Джоан родились в Токио, где Лили жила с мужем-адвокатом Уолтером де Хэвиллендом. Поэтому малышка обратилась к нему по-японски как к отцу. Это обращение "отоо-сан" и доверие очаровательной Оливии было очень приятно и сыграло решающую роль в его отношениях с Лили: ведь Фонтейн искренне полюбил мать девочек. Джордж никогда не отступал перед препятствиями и решил, что не изменит себе. Он добьется руки Лилиан. Да, ему чуть за пятьдесят. Но не за восемьдесят же! Он еще может стать счастливым. Избранницей Джорджа была Лилиан Августа Руз, английская театральная актриса. Ранее она вышла замуж за преуспевающего адвоката, оставила актерскую карьер

Внезапная жгучая досада на самого себя вдруг овладела им. Да как он мог подумать о ее дурных намерениях? Как мог он заподозрить это милое, несчастное, плачущее создание в бесчестном поступке? ...Апрель 1866 года выдался необычно теплым. Поезд мчался с ветерком и весело постукивал по рельсам колесами. Лес в окнах сменился мельканием деревянных и каменных домиков, окруженных заборами и садами. В купе было невыносимо жарко. Кондуктор объявил: — Господа, следующая остановка - город Клин. Стоянка продлится пятнадцать минут. Хорошенькая темноволосая попутчица в дорожном платье грациозно потянулась: — Отлично, будет повод размять затекшие ноги и подышать воздухом. Юнкер Горожанский, отбросив свою всегдашнюю нерешительность, предложил: — Не хотите ли что-нибудь в станционном буфете? Я принесу. Ему очень хотелось сделать для нее приятное. Барышня благодарно посмотрела на него бархатными глазами и улыбнулась: — Спасибо, вы так любезны. Разве что холодного лимонада? — Сию минуту. Сейчас все будет

В этой некрасивой, но бесконечно очаровательной женщине, было что-то настолько искреннее, пронзительное, что он на минуту растерялся. А в следующую уже понял: любви не избежать. Он вообще был слишком влюбчивым, трепетным, странным созданием. Когда Михаил Врубель встретил главную женщину своей жизни, свою судьбу и великую любовь Надежду Забелу, то разнообразие женских образов навсегда исчезло с его картин. Отныне и до конца он писал только ее одну, свою Надежду. Раньше, как и любой молодой неженатый мужчина, Врубель влюблялся много и страстно. Пассии сменяли одна другую. Часто это были женщины легкомысленные и доступные, из числа натурщиц и богемных дам, искательниц приключений. Михаилу пришлось дорого заплатить за свою любвеобильность. Причем именно тогда, когда он встретил ту, которая ему была суждена и с которой он надеялся стать счастливым. Надежда Ивановна Забела родилась в 1868 году в городе Ковно (ныне Каунас). Ее отец, Иван Петрович, был культурным человеком, интересовался иск