ДЕНЕЖНЫЙ МЕШОК

24 августа 1949 года в Вашингтоне разослали по короткому списку адресатов свежую справку о советском атомном проекте. Ничего нового в ней не было: сроки кочевали из документа в документ уже третий год подряд. 24 августа 1949 года в Вашингтоне разослали по короткому списку адресатов свежую справку о советском атомном проекте. Ничего нового в ней не было: сроки кочевали из документа в документ уже третий год подряд. Через пять дней под Семипалатинском сработал первый советский заряд. Тремя неделями позже, 20 сентября, когда фильтры с радиоактивной пылью уже увезли в лабораторию, аналитики выпустили очередную бумагу и снова назвали середину 1953 года. Трумэн объявил о взрыве спустя три дня. Промах вышел почти в четыре года. Но занятнее другое: на столах у этих же людей лежали донесения, из которых складывался совсем иной ответ. Оценка появилась 31 октября 1946 года и заняла ровно один абзац в общем обзоре по советским оружейным разработкам. Смысл сводился к тому, что довести бомбу до сери

Документа с такими словами нет ни в одном собрании законов, а настоящее распоряжение Петра требовало от подчинённого ровно обратного. Откройте многотомный свод законов империи на 9 декабря 1709 года - там пусто. За этим числом царь не подписал ровным счётом ничего. Документа с такими словами нет ни в одном собрании законов, а настоящее распоряжение Петра требовало от подчинённого ровно обратного. Откройте многотомный свод законов империи на 9 декабря 1709 года - там пусто. За этим числом царь не подписал ровным счётом ничего. Между тем сотни публикаций ставят именно его под знаменитым предписанием: подчинённому положено иметь перед начальником "вид лихой и придурковатый", а объяснение приписано тут же, "дабы разумением своим не смущать начальство". Ходит и вторая дата, 9 декабря 1708 года. Тут бумага действительно нашлась, только речь в ней о рекрутах для уездов вокруг Москвы, а про то, как служилому человеку смотреть на старшего, не сказано вовсе. Подлинные петровские распоряжения при

Хрущёв попросил Рокоссовского написать статью о Сталине - "почерней и погуще". Маршал отказался наотрез и ответил коротко: "Никита Сергеевич, товарищ Сталин для меня святой". Назавтра он лишился поста заместителя министра обороны, теперь уже насовсем, и был переведён в группу генеральных инспекторов - почётную должность для тех, кого решили больше ни к чему не подпускать. Разговор этот случился через 6 лет после съезда, с которого всё началось, и стоил маршалу остатков карьеры. Отказывался не он один. Просто у каждого, кто не захотел присоединиться к общему хору, отняли своё: у кого партбилет, у кого маршальскую звезду, у кого возможность издать уже написанную книгу. Материалы о том, как в 30-е годы перемалывали партийные кадры, Президиум ЦК разбирал за две недели до открытия съезда. Молотов упирался в одном: в докладе обязательно должно прозвучать, что Сталин продолжил дело Ленина. Каганович заходил с другой стороны - пересмотреть, мол, придётся многое, но человек 30 лет стоял во глав

Инспектор городской службы благоустройства подошёл к пенсионеру из флоридского Данидина и обронил, что тому скоро придёт большой счёт из мэрии. Джим Фикен в тот же день купил новую косилку и привёл газон в порядок. Счёт пришёл на 28 976 долларов. Начислять штраф начали двумя месяцами раньше. Пока Фикен был в Южной Каролине и разбирался с квартирой недавно умершей матери, приятель, взявшийся стричь его газон, сам внезапно скончался. Трава поднялась выше разрешённых в городе 10 дюймов, это 25 см, и каждый день обходился в 500 долларов. Столько же в Данидине стоит превышение скорости возле школы. Ни письма, ни звонка от города не было, хотя инспектор приезжал к дому регулярно. Ставку применили максимальную: тремя годами раньше Фикена уже ловили на том же самом, тогда он просто скосил траву и ничего не заплатил, но в базе остался как повторный нарушитель. Денег у пенсионера под семьдесят, живущего на небольшую фиксированную выплату, не было. Просьбу пересмотреть сумму мэрия отклонила и про

Волк способен простоять ночь на льду, который холоднее -30, и утром уйти без единой трещины на подушечках. Тело подводит к коже лапы ровно столько тепла, чтобы ткани не прихватило морозом, и держит эту величину с разбросом меньше градуса: на поверхности подушечки остаётся около -1, даже если лапу целиком опустить в жидкость с температурой -35. У домашней собаки устроено так же. У кошки почти ничего подобного нет, и отсюда начинается разница между двумя соседями по одной квартире. Есть диапазон, в котором животное не тратит на температуру тела ни одной лишней калории: тепла образуется столько же, сколько уходит наружу. У собак он лежит между +20 и +30. Стоит уйти ниже этой границы, и организм начинает подбрасывать дрова в топку: растёт обмен веществ, включается дрожь, увеличивается потребность в еде. Вот только у разных собак граница стоит в совершенно разных местах, и разброс огромный. У короткошёрстных пород без подшёрстка она проходит около +15, то есть в прохладный сентябрьский вече

В собрании тюремных наколок, которое десятилетиями вёл надзиратель ленинградских "Крестов", есть лист с рисунками мужа и жены, обоих из воровской среды. Колючки на проволоке там надо пересчитать пальцем: восемь штук, восемь лет по приговору. Рядом тюльпан и роза, и это тоже цифры - 16 и 18 лет, возраст, который хозяева наколок встретили за решёткой. Кожа заменяла человеку анкету. По наколкам определяли, сколько раз он судим, какое место занимает среди своих, какой срок получил и сколько уже отсидел, как держится с начальством. Поэтому и следили, чтобы рисунок не врал: обнаружилось несоответствие - с самозванцем разбирались по внутренним правилам. Проволока прежде всего означала срок. Один шип - один год. Рисунок при этом оставался незаконченным: человек сидел дальше, и на проволоке появлялась очередная колючка. Такой счёт заменял зарубки на стене камеры. Иногда шипами отмечали не годы, а побеги. Счётные знаки вообще оказались самой живучей частью этого языка. Точки на костяшках пальцев

На 94 древних поселениях в Мексике, Гватемале и Гондурасе собрали 1515 скелетов майя. Почти 89% черепов из них оказались изменены искусственно. Доля держалась такой больше тысячи лет и под конец даже немного выросла. На 94 древних поселениях в Мексике, Гватемале и Гондурасе собрали 1515 скелетов майя. Почти 89% черепов из них оказались изменены искусственно. Доля держалась такой больше тысячи лет и под конец даже немного выросла. Долго считалось, что вытянутая голова была знаком высокого рождения, но кости показали обратное: у верхушки чаще встречалась как раз другая, короткая и широкая форма. Переделывали головы всем: мальчикам и девочкам, детям правителей и детям крестьян. Образец, под который подгоняли лицо, у майя стоял перед глазами с малолетства - на расписных сосудах, на лепных масках храмов. Бога кукурузы изображали неизменно молодым и красивым: голова сужается кверху, как початок, а волосы выстрижены так, что пряди свисают вниз, будто нити на кукурузном рыльце. Люди, по их пре

В овальном зале туполевского КБ развесили плакаты с чертежами нового бомбардировщика. Главком дальней авиации Василий Решетников выдержал минут десять доклада, потом поднялся с места и сказал, что дальше комиссия смотреть не намерена. Алексей Туполев спорить не стал. Он молча прошёл к самому большому листу на стенде и сдёрнул его вниз. Ватман треснул на весь зал. Дело было не в капризе военного. На плакатах комиссия узнала знакомые обводы Ту-144 - того самого сверхзвукового лайнера, от которого открещивался "Аэрофлот". Туполевцы предлагали врезать в его фюзеляж грузовые отсеки и сделать из пассажирской машины носитель тяжёлых ракет. Причину Решетников назвал сразу: машину, которую рисовали под перевозку людей, никакая переделка не избавит от гражданских повадок, а требованиям к стратегическому бомбардировщику она всё равно не ответит. Поводом стали дошедшие до Москвы сведения о том, что за океаном всерьёз взялись за программу AMSA - "перспективный пилотируемый стратегический самолёт".

Четыре тяжёлые ракеты, 2 240 км дальности и 2 часа 26 минут в воздухе - это МиГ-31. Самолёту, который задумали ему на смену, записали в задание 11 000 км без единой дозаправки. Вся остальная конструкция выросла из этой одной строчки, и получилась машина, на истребитель похожая очень отдалённо. Тема называлась МДП - многофункциональный дальний перехватчик. В бумагах фирмы она проходила как изделие 7.01, в открытой печати позже прижилось название МиГ-701. Работу начали во второй половине 80-х, примерно тогда же, когда на Микояне взялись за истребитель пятого поколения по программе МФИ. Северная граница тянется на тысячи километров, и прикрывать её нечем: наземных радиолокационных постов там мало, аэродромов ещё меньше, а новые полосы под машины такого класса в тех краях никто класть не собирался - слишком дорого обошлась бы такая оборона. Перехватчику остаётся работать самому: искать цель своим радаром, выходить на неё без команд с земли, а при случае подсказывать соседям. Так и был устр

Весь походный припас казацкого челна умещался в одну большую бочку и два бочонка поменьше. Бочку, метра три длиной и больше метра в поперечнике, привязывали к борту, и сухари вынимали из неё через отверстие в боку. В одном бочонке лежало варёное пшено, в другом кислое жидкое тесто, и это тесто ели, размешав с той самой кашей. Такая смесь шла у казака и за обед, и за питьё разом, отдельной похлёбки в дорогу никто не брал. Звалась она саламахой, а название переводили примерно как "лакомая пища". Французский военный инженер Гийом де Боплан, проживший в этих краях 17 лет и ходивший с казаками, честно писал, что никакого лакомства в этой каше не распробовал и ел её только потому, что ничего другого под рукой не было. Выбирать и правда было не из чего: на челне сидело от 50 до 70 человек, до турецкого берега гребли полтора суток без передышки, и годилось только то, что не портится месяцами. Дома, в куренях, меню отличалось от походного не сильно. В основе лежали мука и кипяток, а разница меж