Extreme Sound

В конце 2024 года в американской музыкальной индустрии разыгралась сцена, исполненная пронзительного трагизма. Культовую детройтскую группу MC5 (Motor City Five) после полувекового ожидания наконец-то торжественно включили в Зал славы рок-н-ролла в категории «За музыкальное мастерство». Но подняться на подиум и забрать награду было некому. Буквально за несколько месяцев до церемонии ушел из жизни последний остававшийся в живых участник классического состава — барабанщик Деннис Томпсон. Чуть раньше скончались бессменный гитарист Уэйн Крамер и главный идеолог коллектива Джон Синклер. Музыкальный истеблишмент признал историческое величие группы ровно в тот момент, когда ее создатели окончательно ушли в небытие. Они были слишком яростными, слишком громкими и трагически наивными. За десять лет до Sex Pistols и The Clash пятеро парней из рабочих кварталов Детройта выкрутили усилители на предельную мощность, объединили рок-н-ролл со свободным авангардным джазом и искренне поверили, что их

В середине 1970-х годов рок-музыка переживала момент наивысшего интеллектуального триумфа. Жанр, начавшийся в конце 60-х как психоделический бунт, к 1975 году превратился в самое амбициозное, сложное и виртуозное художественное движение планеты — прогрессив-рок (прог-рок). Это было уникальное время: музыканты больше не ограничивали себя рамками трехминутных радиосинглов. Они писали масштабные концептуальные сюиты, нанимали симфонические оркестры, цитировали Баха и средневековые мадригалы, а обложки их виниловых пластинок превращались в произведения сюрреалистической живописи. Но 1975 год стал для жанра не только пиком, но и перекрестком: титаны старой школы искали новые формы, из тени выходили смелые авангардисты из Германии, Франции и США, а на горизонте уже сгущались тучи грядущей панк-революции. Перед вами 17 величайших прог-альбомов 1975 года — от малоизвестных шедевров до монументальных вершин, навсегда вошедших в историю человечества. Американский музыкальный эксцентрик Тодд Ра

В канонических учебниках рок-музыки написано: хэви-метал родился в дождливом британском Бирмингеме в 1970 году, когда дебютный альбом выпустили мрачные парни из Black Sabbath. Другие отдают пальму первенства Led Zeppelin и Deep Purple. Однако за два года до того, как Оззи Осборн запел о тьме, а Джимми Пейдж записал свой первый рифф, на другом конце планеты трое длинноволосых бунтарей врубили свои гитарные усилители на такую запредельную громкость, что у звукорежиссеров в студии едва не лопнули барабанные перепонки. Имя этой группы — Blue Cheer. Именно эти сумасшедшие калифорнийцы в январе 1968 года выпустили пластинку «Vincebus Eruptum», официально открывшую эру перегруженного, грязного, первобытного прото-метала задолго до признанных британских классиков. В 1967 году Сан-Франциско был эпицентром движения «детей цветов»: все вокруг носили венки в волосах, пели под акустические гитары о мире и всеобщей любви и слушали мягкий психоделический фолк-рок. Группа Blue Cheer, собравшаяся

В мире тяжелой музыки произошло событие, о котором поклонники симфо-метала мечтали почти тридцать лет. Две главные музыкальные гордости Суоми — экс-вокалистка Nightwish Тарья Турунен и виртуозные виолончелисты из Apocalyptica — наконец-то объединились в студии и представили монументальный совместный сингл и видеоклип под названием «Tango». Выход трека мгновенно вызвал бурю обсуждений в рок-сообществе — не только из-за филигранной музыкальной работы, но и из-за драматического контекста: премьера совпала с новой волной слухов о судьбе группы Nightwish и их нынешней вокалистки Флор Янсен. Разбираем детали новой работы, редкие студийные подробности и исторический контекст этой долгожданной коллаборации. На первый взгляд название «Tango» может удивить поклонников тяжелого звука. Однако для финнов этот выбор абсолютно естественен. Культурный факт: Мало кто знает, но танго — это национальная страсть Финляндии. Начиная с 1950-х годов в стране существует уникальный феномен — «финское танго» (

Легендарный бас-гитарист и певец Гленн Хьюз, вписавший свое имя в историю тяжелой музыки благодаря работе в Deep Purple и Black Sabbath, перенес сложнейшую 10-часовую операцию на открытом сердце. Музыкант, получивший в индустрии неофициальный титул «The Voice of Rock» («Голос рока»), вышел на связь с поклонниками из своего дома в Лос-Анджелесе после восьми дней, проведенных в реанимации и палатах клиники. Несмотря на то что проблемы со здоровьем вынудили 70-летнего ветерана сцены официально объявить об уходе с больших гастрольных маршрутов, сам Хьюз продемонстрировал поистине фантастическое спокойствие и философскую мудрость. Как легендарный рокер преодолел сложнейшее испытание, почему врачи запретили ему мировые туры и как скромный парень из британской глубинки стал символом несгибаемой жажды жизни — в нашем материале. Операция прошла в одном из ведущих медицинских центров США — клинике имени Рональда Рейгана при Калифорнийском университете (UCLA). Врачам потребовалось десять изнури

В истории рок-музыки 1970-х не было более безжалостных перфекционистов, чем Дональд Фейген и Уолтер Бекер — создатели и бессменные лидеры группы Steely Dan. Строго говоря, Steely Dan никогда не были «группой» в привычном понимании: после 1974 года они наотрез отказались от живых гастролей, заперлись в лучших студиях Америки и превратили свой проект в элитную лабораторию изысканного джаз-рока, фанка и интеллектуального попа. О маниакальной дотошности дуэта ходили легенды. Они могли выписать из другого конца страны лучшего гитариста мира, заставить его сделать 40 дублей подряд, забраковать запись из-за микроскопической неточности, выставить музыканта за дверь и позвать следующего. Для записи своего шедевра — альбома «Aja» (1977) — они наняли 29 лучших студийных инструменталистов планеты! Но те, чьи партии все-таки попадали на финальный винил, моментально вписывали свое имя в историю. Перед вами 5 невероятных историй о сессионных музыкантах, которых безжалостный фильтр Steely Dan превра

Фронтмен Deep Purple Иэн Гиллан в свои почтенные годы остается одним из самых остроумных, парадоксальных и откровенных джентльменов мировой рок-сцены. Пока молодые музыканты отчаянно борются за ярлыки и статусы, 81-летний голос классического рока продолжает рушить стереотипы. В недавних беседах с британской прессой Гиллан сделал сразу несколько громких признаний: он наотрез отказался считать Deep Purple «хэви-металом», подшутил над манерой игры барабанщика Metallica Ларса Ульриха, назвал Тони Айомми отцом гранжа и анонсировал свой сольный разговорный тур «Talking Gib’rish», в котором намерен без купюр выложить всю подноготную шести десятилетий жизни в рок-н-ролле. Мы объединили главные откровения легендарного вокалиста в один большой материал. И когда в интервью журналу The Chap Гиллана спросили, к какому же лагерю на самом деле принадлежат Deep Purple, певец категорично расставил точки над «i»: «Если уж выбирать жанр, то я однозначно назову нашу музыку хард-роком, а не "хэви". Прос

В мировом роке разгорелся нешуточный конфликт между двумя мастодонтами сцены, представляющими две полярные вселенные. С одной стороны — 80-летний Роджер Уотерс, экс-лидер Pink Floyd, превративший свои сольные шоу в яростные политические трибуны. С другой — фронтмен Metallica Джеймс Хэтфилд, который уже больше сорока лет упорно повторяет одно и то же: музыка существует для того, чтобы объединять людей, а не втягивать их в партийные распри. Искрой, из которой разгорелось пламя, стали слова Хэтфилда во время грандиозных концертов в Лас-Вегасе. Ответ Уотерса оказался настолько токсичным и прямолинейным, что в шоке остались фанаты обеих групп. Выступая перед переполненной ареной, Хэтфилд решил поблагодарить фанатов за то, что они преодолели огромные расстояния и потратили немалые деньги ради двух часов живого звука. А затем обратился к залу с программной речью: «Если вы не живете в Вегасе, вы проделали чертовски долгий путь, чтобы побыть с Metallica. И я просто обязан сказать: мы здесь н

Первый трек на альбоме — это не просто песня. Это заявление о намерениях. Это правый хук в челюсть, который должен с первых секунд прижать слушателя к канатам и не давать перевести дыхание. В эпоху винила выбор открывающей композиции решал судьбу пластинки: если первая песня на стороне «А» не цепляла иглу вашего внимания, альбом рисковал отправиться пылиться на полку. Великие открывашки работают как портал: они мгновенно задают настроение, звук, нерв и масштаб всей последующей работы. От зловещего колокольного звона Black Sabbath до панковского взрыва Ramones и бунтарского гимна Nirvana — перед вами 25 безупречных открывающих треков в истории рока, каждый из которых стал легендой. Каждая из этих 25 песен совершила маленькое чудо: она заставила человека замереть перед проигрывателем, забыть обо всем на свете и дослушать альбом до последней ноты. Они доказали, что в рок-н-ролле нет второго шанса произвести первое впечатление. Чей стартовый рифф сносит вам крышу