Российское фото

Hasselblad Masters устроен иначе, чем большинство крупных фотоконкурсов. Здесь выбирают не один удачный кадр, а автора с устойчивым визуальным языком. В 2026 году организаторы получили более 108 тысяч изображений из 160 стран и регионов, а звание Hasselblad Master получили семь фотографов — по одному в каждой категории. Объединяет победителей не техника и не жанр. Почти каждый проект сначала кажется понятным, а затем начинает сопротивляться быстрому чтению. Эти серии требуют, чтобы зритель задержался и увидел второй слой — социальный, психологический или экологический. Юдха Кусума Путера снимает коров на полигоне Пиюнган возле Джокьякарты. Спины животных складываются в плотный рельеф и почти повторяют горы мусора вокруг. Кадры не предлагают простого виновника, но показывают систему, в которой отходы богатых территорий всегда оказываются где-то на периферии — страны, города или поля зрения. Кевин Бойл возвращает свет заброшенным общественным зданиям североамериканских городков. Он подсв

Астрофотография — жанр, который легко принять за чистую красоту. Звёзды, туманности, галактики, сияние авроры: всё это само по себе эффектно. Но лучшие работы Astronomy Photographer of the Year показывают не только красоту космоса, а ещё и терпение, инженерную точность, знание неба и умение превращать данные в образ. Победителями ZWO Astronomy Photographer of the Year 2025 стали Weitang Liang, Qi Yang и Chuhong Yu с работой The Andromeda Core. Это изображение ядра галактики Андромеды — одного из самых часто снимаемых объектов ночного неба. И именно поэтому победа особенно интересна: авторы нашли новый визуальный подход к объекту, который, казалось бы, уже видел каждый астрофотограф. Снимок работает не как «вид на галактику целиком», а как почти портрет её внутренней жизни: света, структуры, плотности, движения. В других категориях конкурс тоже собрал сильную визуальную палитру. Tom Rae победил в Skyscapes с The Ridge, James Sinclair — в Our Sun с фрагментом солнечной хромосферы, Ma

В каждой семье есть та самая коробка. Свадебная фотография деда с заломом поперёк лица. Прабабушка, от которой осталось расплывчатое пятно вместо черт. Снимок 1960-х, где цвет давно ушёл в желтизну, а эмульсия пошла мелкой паутиной. Раньше восстановить такой кадр у профессионального ретушёра стоило 3000–8000 ₽ и занимало несколько дней. Сегодня та же работа делается за 20 минут, а навык осваивается за пару вечеров без всякого Photoshop. В чём принципиальное отличие от обычной ретуши Когда ретушёр в Photoshop убирает царапину, он буквально закрашивает её соседними пикселями — клонирует, штампует, латает. Нейросеть работает иначе: она понимает, что должно быть на месте повреждения. Лицо, ткань пиджака, фон с обоями — реконструируется по логике, а не по соседним пикселям. Поэтому AI справляется с тем, на чём ретушёр в Photoshop просто опускал руки: разорванное лицо, утраченный угол, выцветшая половина кадра. Есть честное ограничение: нейросеть не создаёт то, чего на снимке нет. Если лицо

Подводная фотография всегда немного похожа на путешествие в другую физику. Там иначе работает свет, иначе движется тело, иначе звучит тишина. Поэтому хороший подводный кадр — это не только техника, но и умение оказаться рядом с жизнью, не нарушив её ритм. Победителем Underwater Photographer of the Year 2026 стал Matty Smith с работой Rockpool Rookies. На снимке — два детёныша южного морского слона в мелком рокпуле на острове Силион, Фолклендские острова. Кадр получился почти театральным: зритель одновременно видит поверхность, воду и первых «учеников» океана, которые только знакомятся со своей стихией. В нём есть и нежность, и комизм, и та самая точность момента, ради которой фотографы возвращаются на место снова и снова. Сильная сторона UPY — разнообразие категорий. В Wide Angle победила Cecile Gabillon Barats с Happy Baby, в Macro — SeongCheol Cho с Calm at the Heart of Turmoil, в Wrecks — Niclas Andersson с The Guns of the Nagato. Конкурс показывает не один «экзотический океан

В лучших кадрах Sony World Photography Awards 2026 есть все: портреты, пожары, вулканы, исчезающие районы и люди, которые пытаются сохранить свою историю. Здесь рядом существуют документальные серии, художественные эксперименты, студенческие проекты, одиночные кадры и youth-фотография. Поэтому итоги конкурса интересны не только как список победителей. Это срез того, о чем сегодня говорят фотографы: о памяти, идентичности, исчезающих ландшафтах и людях, чьи истории редко оказываются в центре внимания. Главной победительницей 2026 года стала Citlali Fabian с серией Bilha, Stories of my Sisters. Проект построен вокруг историй активисток и художниц из коренных сообществ южной Мексики. Это не просто портретная серия. В ней важны сотрудничество, уважение к героиням и сама идея видимости. Автор говорит не от лица своих персонажей, а вместе с ними - и именно поэтому фотографии работают мягко, но очень уверенно. Открытый конкурс выиграла Elle Leontiev с портретом The Barefoot Volcanologist

Ещё пару лет назад приличный портрет для LinkedIn или сайта стоил как хорошие наушники: 15–20 тысяч за студию, полдня на съёмку и две недели ожидания, пока ретушёр доведёт кадры до ума. Сегодня ту же задачу можно закрыть за час, не выходя из квартиры. И речь не про кривые «AI-аватарки», над которыми смеялись в 2023-м, — современные модели делают портреты, которые в ленте уже не отличить от студийных. В чём суть Нейрофотосессия — это генерация фотореалистичных портретов на основе вашего референса и текстового описания. Загружаете пару своих фото, описываете нужный кадр — нейросеть выдаёт вас же, но в студии, на закате, в кафе или под дождём. Главное отличие от обычных AI-картинок: узнаваемость. Это именно ваше лицо, а не «красивая девушка из интернета». Кому это реально нужно Блогерам, которым нужен свежий контент каждую неделю. Экспертам и предпринимателям — для сайта и презентаций. Фрилансерам — для приличного аватара. И отдельная категория — те, кто терпеть не может фотографироваться

Большинство фотографов ищут один идеальный кадр. Итальянец Маурицио Галимберти (Maurizio Galimberti) решил, что одного кадра слишком мало. Вместо этого он создаёт портреты и пейзажи из десятков, а иногда и сотен моментальных снимков Polaroid. Каждый кадр - самостоятельная фотография со своим ракурсом, светом и перспективой. А вместе они складываются в единое изображение, которое будто существует сразу в нескольких моментах времени. Сам Галимберти называет этот метод «полароидной мозаикой». Пока обычный фотограф нажимает кнопку один раз, Галимберти делает десятки снимков, каждый раз немного смещая камеру. Затем он вручную раскладывает карточки так, чтобы лицо оставалось узнаваемым, но при этом приобретало ощущение движения, объёма и времени. Особенно эффектно этот приём работает в портретах. Лицо человека будто распадается на множество взглядов, ракурсов и мгновений, а затем снова собирается воедино. Именно эта техника принесла Галимберти мировую известность. Он снимал Джонни Деппа, Р

Обычно фотография ловит момент: красивый свет, удачное движение или редкое совпадение. Но американский фотограф Уолтер Уик (Walter Wick) пошёл другим путём. Он не ловил идеальный кадр — он строил его с нуля. Именно Уик стал автором легендарных книг I Spy («Я вижу…»), которые разошлись по миру многомиллионными тиражами. Для нескольких поколений детей это были не просто картинки, а настоящая охота за сокровищами: на одной фотографии нужно было найти десятки спрятанных предметов. И самое удивительное — в этих снимках почти нет компьютерной графики. Перед съёмкой фотограф неделями, а иногда и месяцами строил огромные миниатюрные декорации. Игрушки, кубики, бусины, книги, стеклянные шарики, карандаши, детали конструктора — каждый предмет размещался вручную. В некоторых сценах были тысячи объектов, и почти каждый из них оказывался там не случайно. Когда декорация была готова, начиналась не менее сложная работа со светом. Уик использовал методы, которые больше напоминали кино, чем обычную

Каким будет мир через сто лет? Летающие автомобили, роботы-помощники, города под водой или технологии, которые почти перестанут быть заметными? А может быть, человечеству придётся не мечтать о будущем, а бороться с последствиями климатических катастроф? Именно такой вопрос задали участникам конкурса 35AWARDS «Нейрофото: Мир через 100 лет». Более трёх тысяч работ показали, что будущее может выглядеть совершенно по-разному — и далеко не всегда так, как мы привыкли его представлять. Любопытно, что большинство авторов не рисуют привычную антиутопию, где машины победили человека. Напротив, во многих работах искусственный интеллект становится инструментом созидания. Но далеко не все картины будущего выглядят оптимистично. На одном из кадров океан почти поглотил Статую Свободы - очевидная отсылка к изменению климата и повышению уровня моря. На другом Париж напоминает современную Венецию, где улицы превратились в каналы. Такие работы напоминают: технологии сами по себе не спасут планету, если