Строительный мир

Когда впервые узнаешь историю Магнитогорска, цепляет одна деталь: город получил свое имя от горы, которой в прежнем виде больше нет. Не метафорически. Магнитная гора была одним из крупнейших источников железной руды, а промышленная разработка за десятилетия сильно изменила ее рельеф. Для меня, человека, который всю жизнь провел на стройках, в этой истории есть очень понятная логика. Сначала геологи нашли то, ради чего стоило вести железную дорогу через степь. Потом сюда привели промышленность. Потом пришлось построить целый город для людей, которые эту промышленность создавали. А дальше началась уже совсем другая жизнь. Но давайте разберемся, что случилось с той самой горой и почему вокруг нее вырос один из главных промышленных центров страны. Магнитная гора находилась на Южном Урале, рядом с современным Магнитогорском. Месторождение железной руды здесь было известно задолго до советской индустриализации. Еще в XVIII веке на горе добывали руду для небольших металлургических производств

Лет пятнадцать назад мне довелось поработать на объекте одного военного училища, которое как раз в те годы сокращали. Тогда шла масштабная реформа военного образования – многие учебные заведения объединяли или закрывали вовсе. Помню, как мы заканчивали плановый ремонт казарменного корпуса, а буквально через несколько месяцев само училище расформировали. Здание, которое мы только что привели в порядок, долго стояло полупустым. Тогда у меня осталось какое-то смутное чувство сожаления, все-таки училище с историей, с традициями. От него по сути осталась пустая коробка, требующая совсем другого назначения. А сейчас, оказывается, сразу несколько легендарных военных училищ страны возрождают и заново открывают двери для курсантов! Заместитель министра обороны России Виктор Горемыкин рассказал о ходе приемной кампании в военные вузы страны. В новом учебном году в вузах Минобороны начнется обучение сразу по 11 новым и 85 обновленным военным специальностям, а также по 15 дополнительным программам

В строительном деле испокон веков существовала одна незыблемая традиция: знания и мастерство передавались напрямую, от мастера к подмастерью, из рук в руки, через совместную работу на объекте. В старых артелях каменщиков и плотников молодой парень годами ходил рядом с опытным мастером. Сначала подавал инструмент и убирал стружку, потом постепенно доверяли ему все более сложные операции. Только через долгое время он сам становился мастером, способным взять собственных учеников. Дело было не только в технических приемах кладки или резьбы по дереву, мастер передавал ученику отношение к делу, дисциплину, умение держать слово и отвечать за качество своей работы. Эта модель наставничества оказалась настолько эффективной, что пережила века. Сегодня похожая логика передачи опыта работает уже далеко за пределами строительных площадок, в том числе там, где им делятся защитники Отечества. При поддержке Государственного фонда «Защитники Отечества» сегодня более 7300 участников специальной военной

Недавно ехал вдоль железной дороги и застопорился у переезда. Передо мной медленно полз состав с новыми грузовыми вагонами. Сотни платформ и полувагонов, один за другим, и вроде бы картина совершенно обычная. Но я поймал себя на мысли: мы привыкли воспринимать вагон как довольно простую вещь. Стальная коробка на колесах, тележки снизу, тормоза, сцепка — что там сложного? За 40 лет на стройках я привык к таким ошибочным впечатлениям. Чем проще выглядит готовая конструкция, тем больше работы обычно спрятано внутри. С вагоном история примерно такая же. Если завтра сказать заводу: «Давайте выпускайте в два раза больше», это вовсе не означает, что завтра в два раза больше вагонов выйдет за ворота. Можно добавить смену, поставить людей на свободные рабочие места, увеличить загрузку оборудования. Но в какой-то момент производство упрется в совершенно конкретную деталь, без которой вагон дальше не поедет. Я много раз видел похожую ситуацию на стройках. Заказчик смотрит на готовый объект и гово

Несколько лет назад мне пришлось ждать вылета из Норильска дольше, чем планировал. За окном аэропорта метель буквально стирала горизонт, а снег летел так, будто кто-то решил проверить на прочность всю технику сразу. Я тогда поймал себя на мысли: в обычном городе такая погода уже сама по себе становится проблемой. Здесь же аэропорт должен продолжать жить практически в том же режиме, потому что для Норильска авиация — далеко не просто удобный способ добраться из пункта А в пункт Б. Уезжаешь из Норильска по земле — и быстро понимаешь, почему самолет здесь имеет совсем другой статус. Город находится за Полярным кругом, а автомобильной или железнодорожной дороги, связывающей его с остальной сетью России, нет. Основная связь с большой землей идет по воздуху и по Северному морскому пути. Поэтому аэропорт в таком месте проектируют с совсем другой логикой. Здесь нельзя просто взять обычный аэродром, поставить терминал, проложить подъездную дорогу и ждать, пока техника справится с зимой. Зима са

В армии меня по молодости определили в инженерные войска. Одна из первых серьезных задач, которые мне доверили, была подготовка замаскированного командного пункта на полевых учениях. Помню, как мы копали, укрепляли брустверы, маскировали позицию ветками и маскировочной сеткой так, чтобы с ближайшей дороги ее было не разглядеть. Офицер потом лично проверял каждый метр периметра, придирался к любой мелочи. Тогда я впервые на своей шкуре понял, что оборона объекта – это про то, кто грамотнее продумал каждую деталь заранее и кто умеет работать в команде, не подводя товарища слева и справа. Уверен, это чувство слаженной, продуманной работы испытали юные участники большой военно-тактической игры в финале «Зарницы 2.0» под Волгоградом. Торжественная церемония открытия первого заезда третьего сезона финала прошла в Волгоградской области 22 августа, в День Государственного флага России. В оборонно-спортивном лагере «Авангард» первыми на гарнизонную службу заступили 240 бойцов армии «Кама», собр

6 сентября в столице России состоится Общемосковский крестный ход. В процессии пронесут частицы мощей святого благоверного князя Дмитрия Донского — символа победы и объединения русских земель. Прежде чем говорить о самом крестном ходе, стоит вспомнить, откуда именно он начнется, ведь Храм Христа Спасителя, пожалуй, одно из самых красноречивых здание в истории российского строительства с точки зрения того, что может пережить архитектурный объект за два столетия. Первоначальный храм возводили несколько десятилетий в девятнадцатом веке в память о победе в Отечественной войне 1812 года. В 1931 году советская власть его полностью взорвала, планируя построить на этом месте гигантский Дворец Советов с колоссальной статуей Ленина на вершине. Проект оказался технически неподъемным: грунт на набережной не выдерживал такой нагрузки, стройка растянулась. С началом Великой Отечественной войны недостроенный металлический каркас и вовсе демонтировали на нужды обороны. Долгие десятилетия на месте хра

Ил-114 как придумали для вполне понятной задачи: связать небольшие российские города с крупными центрами, заменить стареющий парк региональных машин и дать отечественной авиации собственный турбовинтовой самолет. Задача выглядела вполне земной. Самолет рассчитан примерно на сотню пассажиров, может работать на относительно коротких полосах, турбовинтовая схема хорошо подходит для региональных маршрутов. Казалось бы, собрали, испытали, поставили на поток — и дальше дело пойдет. Но прошло много лет, а серийный Ил-114-300 так и остается проектом, вокруг которого постоянно приходится говорить о сроках запуска производства. История Ил-114 показывает, почему в современной авиации недостаточно просто иметь удачную конструкцию. Самолет — это целая промышленная система, и если хотя бы несколько звеньев цепочки требуют восстановления, сроки начинают расползаться. Первый Ил-114 создавали в СССР как региональную машину нового поколения. Работы начались в 1980-е годы, а первый полет состоялся в 1990

Моя старая привычка, профессиональная, наверное: когда проезжаю через незнакомый город, первым делом смотрю не на красивые здания и даже не на дороги. Смотрю, как город устроен. Где промзона, куда идет железная дорога, почему жилые кварталы стоят именно здесь, откуда берется электричество и вода. Так вот, несколько лет назад я оказался в Новоуральске. Ехал туда по работе, и еще до въезда поймал себя на странном ощущении: город вроде обычный, жилой, вполне современный, но вокруг него слишком много леса, а сама история места словно специально спрятана за несколькими слоями времени. Тогда я впервые по-настоящему задумался о том, что когда-то этого города для большинства страны просто не существовало. На картах вместо него могли стоять другие обозначения, а в документах использовалось название Свердловск-44. Почтовый адрес у жителей был фактически пропуском в закрытый мир. В СССР такие города называли закрытыми административно-территориальными образованиями, или ЗАТО. И Новоуральск был одн

Любой строитель знает простое правило: леса вокруг здания держат ровно до того момента, пока объект не готов показать себя миру во всей красе. Пока идет кладка, штукатурят фасад, монтируют последние элементы, конструкцию специально скрывают от посторонних глаз. Со стороны кажется, будто там вообще ничего не происходит. А потом в один день бригада снимает последний щит лесов, и прохожие останавливаются, пораженные тем, каким на самом деле оказался объект под всей этой временной обшивкой. Примерно так последние годы выглядела и ситуация в российском спорте: наших атлетов на годы огородили от международных стартов, отстранили, лишили флага и гимна. Но работа внутри страны тем временем не останавливалась ни на день. И сейчас, когда леса начали снимать одну секцию за другой, миру открывается результат, от которого захватывает дух. Пока за рубежом обсуждали, стоит ли вообще пускать российских спортсменов обратно на международную арену, наши тренеры и атлеты продолжали методичную, будничную р