Ужасно злой доктор

Бывает одолевает меня необъяснимое влечение к определённым местам. Посетить их хочется нестерпимо, до замирания в груди. Вроде бы и знаешь, что нет там ничего особенного, но всё равно хочется. Здесь я имею в виду места приличные, а не злачные Неподалёку от нашего товарищества есть старинная мощёная дорога, ведущая к райцентру. Узкая она и ухабистая, машины по ней редко ездят, за день одна-две, не более. По обе части идут лесополосы, за которыми с одной стороны поле, с другой – ивняк и лес. Ещё лет десять назад эти лесополосы были грибными. Как пройдёшься по ним, корзинку гарантированно наберёшь. Да не абы чего, а белых, подосиновиков, подберёзовиков. Теперь же там пусто, в лучшем случае попадётся несколько расхристанных сыроежек. Выродились грибницы и появятся ли новые, неизвестно. В общем, как сейчас принято говорить, места бесперспективные. Несмотря ни на что, меня вдруг туда потянуло. Сильно и нестерпимо. Возникло странное чувство, будто дорога эта волшебная, ведущая к чему-то свет

Признаться, моя личность порой раздваивается. Её рациональная, сугубо прагматичная часть заявляет жёстко и безапелляционно: «Не надейся на чудеса, потому как их не бывает. Вера в чудеса – это глупости, бред и галлюцинации». А другая часть, взбалмошная и чуждая рациональности, утверждает обратное. «Не слушай никого! Верь в чудеса и полагайся на них! Не забивай голову дурацкой реальностью!» - кричит она словно базарная торговка. В отношении психического состояния Альбины Петровны я не питал благостных иллюзий. Знал твёрдо: в этот раз на хороший исход рассчитывать нечего. Однако безрассудность и слепая надежда на чудо одержали верх. А вдруг вопреки всем психиатрическим канонам, Альбина Петровна пойдёт на поправку? Вернётся, как ни в чём ни бывало, разумная и деятельная? Но после госпитализации прошла всего одна неделя, этот срок ничтожный, ждать каких-то положительных изменений попросту несерьёзно. Тем не менее, поддался я на уговоры супруги и сестры Альбины Петровны. Мол, в больнице посе

В психбольнице я частый гость, каждую смену приезжаю в качестве доктора. А вот пациентом сего специфического заведения бывать не приходилось и думал, что никогда не придётся. Но индюк, как известно, тоже думал. Нет, туда меня не положили. Психбольница сама ко мне явилась, с доставкой на дом. Впрочем, психбольница в данном случае – слово чересчур интеллигентное. Это был дурдом в самом худшем понимании. Соседка Альбина Петровна, женщина глубоко пожилая, невысокая, щупленькая. Ни дать ни взять божий одуванчик. И вот этот одуванчик превратился в колючий чертополох, от которого нет спасенья. Каждый божий день, да не по одному разу, повадилась приходить к нам с безумными идеями. Просто не открывать было невозможно, иначе она начинала ломиться в дверь не хуже отбитого пьяного дебошира. После моих многократных звонков и жёстких разговоров её сестре, та стала наведываться чаще, но это не имело никакого эффекта. Она только ногу за порог, а Альбина Петровна тут как тут. Последней каплей, переполн

Некоторые психические болезни сходны с онкологическими. Во-первых, их течение так же непредсказуемо. Обычно как бывает? Лечение принесло отличный результат, наступила ремиссия. Время идёт, больной и его близкие успокаиваются, уверенные, что беда навсегда осталась в прошлом. И вдруг болезнь внезапно возвращается, словно из засады нападает. Во-вторых, определённые психические болезни тоже к смерти приводят. Только не к физической, а к личностной. Человек жив, но это уже не личность, это биологический объект, лишённый разума. Про свою соседку Альбину Петровну я давненько не рассказывал. Пройдя курс лечения в психиатрическом стационаре, она жила-поживала тихо и мирно. Сама себя обслуживала, с повседневными делами справлялась, на здоровье особо не жаловалась. Правда, в отличие от себя прежней, стала тихой и, простите, малость пришибленной. Но это даже к лучшему, поскольку была она слишком уж шебутной и взбалмошной. Лично я прекрасно знал, что болезнь может вернуться, однако вопреки всему ув

Изменился я с возрастом и совсем не в лучшую сторону. Стал брюзгой, вечно чем-то недовольным. Всё-то мне не по душе. Беспрестанно жалуюсь на жару и холод, на сырость и сухость. Да не только на это, есть много всего, вызывающего неудовольствие. Вот и сейчас начну с нытья. Установилась жара тридцатиградусная. Небо чистое, солнце палит как озверелое, ветерок подувает лишь изредка, не принося ощутимой свежести. Для дачников-огородников это сущее наказание. Полноценно заниматься делами можно лишь утром и вечером. Конечно, есть уникумы, которые и в самое пекло трудятся, выставив вверх пятую точку. Но такой безбашенный трудоголизм является русской рулеткой. Инсульт, тепловой удар, гипертонический криз заполучить можно запросто. Только зачем рисковать? Ведь никакой урожай не перевесит по ценности жизнь и здоровье. В стародавние времена земледелие для крестьян было не хобби и даже не подспорьем, а жизненной необходимостью. И несмотря на это, они не работали в полуденный зной. Хоть и не знали т

Частенько я жалуюсь на стремительный бег времени и каждый раз допускаю грубую неточность. Дело в том, что его скорость неравномерна. Ожидание хорошего тянется долго и нудно, а когда оно наступает, то проносится со свистом, подобно снаряду. Но, наплевать на эту скорость, от нашей воли она всё равно не зависит. Главное, что пришла наконец красавица весна. Да, похолодания ещё будут, однако лютая стужа с морозами и снегом уже не вернётся. Сия благословенная пора мне приятно кружит голову, без вина пьянит. Возникает нечто похожее на гипоманию, когда настроение не просто хорошее, а блистательное. Хочется радостной движухи, единения с природой, любовного копания в земле. Вот он, непревзойдённый кайф! В огороде у меня есть аптечный уголок, где всякие полезности растут: иссоп, душица, лофант, репешок, мелисса. Так вот, все они благополучно перезимовали, радуют теперь юной зеленью. В этот раз я эту компанию увеличил, посадил лимонник китайский, бадан толстолистный, шалфей лекарственный. В ближай

Тревожит меня погода и напрягаться заставляет. Уже не просто охота выругаться, а нечто похожее на панику одолевает. Беспрестанный холод с дождями, сырость и грязь кругом. Пора бы уж дачный сезон открывать, да куда в такую мерзопакость? Лишь второго мая сухой и тёплый день обещают, только вряд ли удастся что-то поделать. Ведь всё залито по самое не могу, надо ждать пока просохнет хоть немного. А значит огородные работы придётся отложить незнамо насколько. Мы с Фёдором словно кони, запертые в стойле, на волю рвёмся, на широкий простор. Весенних грибов хочется, с металлоискателем побродить, да и потерянный таз не мешало бы отыскать. Только безуспешны все наши порывы, воля покамест недосягаемой остаётся. Наши жёны, наоборот, сохраняют на этот счёт философское спокойствие. Да оно и правильно. Природные закидоны от нашего желания не зависят. Можно хоть до психоза себя довести, но толку всё равно не будет. Это рабочее утро, впрочем, как и все прежние, выдалось промозглым, снег с дождём сыпал.

На прошлой неделе едва переворот не случился. Несмотря на истекший срок полномочий, зима попыталась вновь прийти к власти. Подморозило, снежищу намело, всё вокруг белым-бело сделалось. Да ещё и ветер дул пронзительно-холодный, пробиравший до печёнок. Приуныл я, ну всё, думаю, не видать нам весны раньше мая. Однако ж через три дня всё волшебным образом переменилось. Снег весь сошёл, полностью. И свеженанесённый, и с зимы остававшийся. Тепло установилось хоть и не летнее, но вполне себе приятное. На деревьях почки набухли, а кое-где уже и листочки проклюнулись, на клумбах крокусы с пролесками цветут. Такая благодать нас с Фёдором на очередные подвиги вдохновляет. Каждый год одно и то же происходит: возникает нестерпимое желание рвануть прочь из города, на дачу, в леса и поля. Чтобы слиться с природой, в земле покопаться, первых грибов набрать, молодой растительностью полюбоваться. И каждый раз нас жёны останавливают, все поползновения на корню пресекают, мол, рано ещё. Досадно, конечно,

Бескорыстная доброта, конечно, штука хорошая и даже полезная. В большом дефиците она сейчас и оттого имеет немалую моральную ценность. Однако бывают случаи, когда проявив доброту, в ответ получаешь одни лишь неприятности. Твой душевный порыв оказывается неоценённым и воспринятым в штыки. А виной всему что? Да прежде всего отсутствие взаимопонимания. Вот такая история и приключилась давеча между мной и осой. Самой обычной осой, которая с тонкой талией и полосатой попой. – Юр, ты смотри, оса и муха летают как у себя дома! – сказала супруга. И действительно, муха ошалело металась, совершая чудеса высшего пилотажа, а оса с грозным жужжанием кружила над столом. Видать сладкая парочка очнулась от зимней спячки и жизни радовалась. С мухами и комарами у меня разговор короткий, уничтожаю решительно и сразу. Других же летающих насекомых на улицу выгоняю, жалко мне их. – Юр, прибей их, – попросила супруга, но в этот раз я отказался становиться киллером: – Нет, не буду, жалко. Они зиму пережили, у