Удивляться разрешено

Чижик, вот Чижик, сгубил ты точно вот меня. Пельмени тут лежат вот в холодильном вот ларе с торговой маркою они Северные рецепты. Да цена еще вот точно привлекательна она как юность наша прошлые года. Написано всё просто 89 рублей за пачку, в которой 400 граммов пельменей торговой марки Северные рецепты. Ах Чижик, сгубил ты точно вот меня. Не могу больше без пельменя домашней классики. И смело из холодильника достал две пачки сразу я. Еще в корзинку положил сладких булочек вот с маком я и на кассе бумажной деньгой рассчитался. А дома. Погибла точно и юность, и надежды всякие остаться без обеда. Метнул их смело на стол на кухонный. Забыв при этом фото сделать обратной стороны. Где меня парнишечку производитель из города Лосино-Островского, там, где Щелковский МПК разместился. Там, где в посёлке городского типа Свердловском делают пельмени Домашнюю Классику по Северным возможно рецепта. Там, на оборотной стороне которой технологи рассказали, как их варить да полностью состав весь расписа

Все списки заранее с вечера составлены и заготовлены дабы не отвлекаться и не кидаться на новые открытия рынка Ростова. Пусть только бумага всё терпит заранее, а мы обсуждаем покупки заблаговременно дабы не спорить на рынке перед продавцами. Не стоит им видеть наше всё. Уложены и подготовлены пакеты с сумкой и рюкзак с фотоаппаратом. Вот с таким радостным настроем отправились спать. Уж осенью весь рынок прям дышал. Хотя солнце говорило совсем иное. Парило, вернее жарило в темечко нещадно, забегая вперёд признаюсь честно, что, вернувшись рынка упали отдыхать. Солнце ну прям не по-осеннему обжигало всех входящих в рынок на Старый. И только натюрморты тыквенные напомнили нам об осени. Осень. Осень. Бродит где-то по базару нашему. Как я завидую тем, кто с него пока еще не вернулся. Ведь столько интересного можно увидеть в нём в разное время. Но у нас и не утро и не полдень. Где-то уже после девяти утра. Сони проснулись. Хотя практика показывает, что раньше на рынке порой и делать нечего. З

Друзья мои, читатели дорогие и ненаглядные. Вот сделал я свой рассказ о поездки в агротур с компанией Дискавери. Рассказал, как с нами занимались там, как обучали катать шарики сырные. Даже дали в подарок всё, что мы натворили своими корявыми и нет руками. Упомянул, что кормили нас уникальной лапшой, узнал я такое по секрету от повара, который ее готовил. Да потом в тексте публикации спрашивал у вас, раскрыть секретный рецепт вам или нет? - Конечно! – пришли пожелания. Как только мы заехали на территорию фермерского хозяйства, а оно так и называется Проферма, так сразу же лично мне в глаза бросился повар, стоящий возле самодельного очага. На нём, сотворённом из дисков колёсных стоял казан большой, но не маленький точно. И в нём варилась, уже кипела и готовилась лапша с мясом сразу на две группы. Примерно человек на 40, точно скажу, что всем хватило и впечатления были потрясающие. На фотографиях хорошо видать все такие моменты. Мы подъезжаем, а лапшу варят. Туристы пошли в беседку чай п

Здравствуйте, люди добрые, степные да городские, те, кто землю чувствует, и те, кто лишь по асфальту ходит. Мир наш нынче скор, суетлив, да и в еде привередлив. Иные диеты выдумывают, что от голода морят, а иные и вовсе от родной земли отворачиваются. А вот вам диковинка, корнями в глубину уходящая: сало в какао с мёдом и орехами. Рецепт моей мамы. Простой, да такой энергоёмкий, что после поедания одной ложки и степь перепахать. Можете начинать ругать, можете пальцами у экранов крутить, но сначала прочитайте. Вдумайтесь. Ведь за каждым продуктом этим — не просто калория, а память поколений, да живая сила наша. Когда пьёшь какаву или ешь ее в продуктах оных и начинаешь чувствовать, как по жилам разливается тёплая, живительная влага. Будит она кровь, гонит прочь холодные тени, дарит сердцу радость, а уму — ясность. Не зря древние народы считали его пищей богов. В нём — антиоксиданты, что берегут нашу молодость, и магний, что нервы наши, истерзанные суетой, успокаивает. Это не просто доба

Тайны донского края, история Ростова-на-Дону, мистика набережной и культ личности. Погружаемся в атмосферу ушедшей эпохи. Дон умеет хранить секреты. Его свинцовые зимние воды, скованные льдом, и густые туманы, что ползут с реки на город, не раз укрывали то, что не предназначалось для глаз обывателя. История Ростова-на-Дону соткана не только из официальных хроник, но и из шепота старых тополей на набережной, из скрипа портовых кранов и из человеческой памяти, которая порой играет с нами странные, почти детективные шутки. Перенесемся в декабрь 1961 года. Время переломное, время великих строек и еще более великих иллюзий. Страна жила в ритме очередных партийных съездов, где нещадно критиковали «культ личности». Но на донской земле, в Ростове, история решила сыграть с реальностью великолепную шутку, которая до сих пор будоражит умы краеведов и старожилов. Начнем наш рассказ с того, что события, о которых пойдет речь, окутаны морозной дымкой. Вечер 20 декабря 1961 года выдался на удивление

Вот начну свой рассказ с признания и тоже честного. Делал уже фотографии для обзора этого продукта, когда готовил говядину в томатах, но только не опубликовал ничего. Говядина получилась вкусной и прекрасной, сможете по окончанию этого рассказа приобщиться и к тому. Но вот не провёл полной и правильной дегустации томатов томатных. Не разобрал их по косточками и кожуре. Именно по этой причине и не выдержал опять в Чижике отправился. Прикупил баночку томатов в томатном соке. Ну как не тавтологически получается? Дык как есть. Томаты в томатном соке торговой марки Довгань продолжаются красоваться на полке в торговом зале магазина Чижик. Цена у них прежняя и составляет 119 рублей. Значит, конечно, именно с ней одной, с баночкой, на кассу бегом, тем более что пельменей тоже не было ни по приложению, ни в наличии. Холодильник даже был один пустой в магазине. А потом уже под солнцем осенним стал рассматривать подробнее на столе и фотографировать еще раз и подробнее. В более спокойной обстановк

Эх, широка степь донская, да не только простором в ней сила, но и открытой душой. Издревле ходили казаки в дальние походы, от Азова до берегов Каспия, Кавказ и до песков Средней Азии. Возвращались домой не только с боевой славой, да с заморскими диковинками, но и с новыми вкусами, которые оседали на донском земле, пускали корни и ассимилировались, приспосабливаясь к нашему родному климату, к нашему степному ветру и времени. Так и кулинарный шедевр, именуемый лагманом, пришел сегодня и к нам, на Тихий Дон. Как в старые добрые времена, когда на Дон-батюшку съезжались купцы и кулинары со всего света, привозя свои особенные блюда, так и ныне чужие рецепты становятся нашими, родными. Лагман — блюдо в кулинарии очень популярное, истинный хит Средней Азии. За его историю, за его истинное происхождение и тонкости пользы можно, право слово, целые научные диссертации писать, да тома фолиантов издавать. Но я сегодня расскажу вам не о сухих академических выкладках, а о том, как я готовлю его быстр

Да друзья мои. Выходным днем помчался не на рынок Ростова, не в другой город или станицу Донского края, а по магазину окружным. Тем, что практически рядом с домом. С фотоаппаратом и блокнотиком. Записывая впечатления, вдогонку увиденному. И тут же принял решение рассказать всем моим читателям об этом. Ну как же без такого подвига. Рассказ будем вести не по порядку моего прохода. А начнём, наверное, с самого дорого сахара в округе, который мне даже и сфотографировать не удалось. Стоит он за мощной спиной продавщицы. Такой казачки Донского края. Выросшей на молоке да масле сливочном степного края. Но показала она мне пачку и цену назвала. В полиэтиленовой пачке 800 граммов и продают в магазине по 95 рублей. Когда она достала и говорить начала, что кило, но ведь видать уже. Опытным глазом можно уже отличить и 800 грамм от 1 кг. На втором месте у нас сразу два сетевых магазина. Магнит и Пятёрочка. В которых килограмм сахара стоит одинаково. 89 рублей за килограммовую пачку. Но первенство в

Тихо шелестит камыш на донских протоках, и кажется, что сам степной ветер шепчет нам имена тех, кто ходил по этой земле до нас. В нашем Донском краю, где бескрайняя степь обнимает небо, издревле повелось: рождаясь, дитя вбирало в себя не только материнское тепло, но и отцовскую честь. Отчество… Как много в этом донском слове! С ним парень выходит на казачий круг, с ним девушка ведет свой неспешный хоровод. Имя отца — словно крепкая сбруя, что держит человека на прямом пути. Зовут тебя по батюшке — значит, за тобой стоит род, значит, ты не перекати-поле, а дерево с глубокими корнями. Но что же делать, коли батюшка этот — лишь чернильный росчерк в свидетельстве да редкие, холодные, как зимний ветер, деньги? Справедливо ли, чтобы сын или дочь носили имя того, кто не плел с ним лапти, не учил держать шашку и удочку, кто не грел их у своего очага? Вырастет такое дитя, выйдет на крыльцо, посмотрит на звездное небо и спросит у близких: «А где же он, мой отец?» А мать, чтобы не ранить нежную д