Без стыда

Только что на Нетфликс вышел фильм Вершина (Apex), где Шарлиз Терон играет женщину, которая отправляется в австралийскую глушь. А дальше все по классике тревожного жанра: природа, одиночество, скалы, кровь, арбалет и мужчина, который по ходу дела оказывается монстром. Фильм на первый взгляд представляет собой классический образчик сюжета-преследования (таким он и остается). Женщина бежит, мужчина охотится, опасность приближается, зритель получает понятную структуру: вот угроза, вот борьба, вот шанс выжить. Такой жанр работает, включая нас физиологически. Мы можем сколько угодно делать вид, что пришли за сложной драматургией, но где-то внутри маленький тревожный сурикат уже встал на задние лапки и следит: догонит или не догонит. А особой драматургии вы, понятное дело, не найдете, Но поскольку вы в блоге психолога, мы обратим внимание на еще один слой в этом фильме, из-за которого история становится интереснее. Героиня бежит не только от мужчины с арбалетом. Внутри нее уже есть другая оп

Мы часто разговариваем с собой так, как не стали бы говорить даже с нелюбимым коллегой в плохом настроении. В статье найдете простое упражнение «Монолог друга», которое помогает снизить внутреннюю жесткость и вернуть себе опору без самообмана. Грустный парадокс взрослой жизни состоит в том, что с людьми, которых любим, мы часто разговариваем бережно, а с собой — так, будто у нас внутри поселилась очень нервная скандалистка-самоненавистница. Подруга ошиблась? Мы говорим: «Ну бывает, ты устала, ты не обязана быть идеальной». Сами ошиблись? Внутри сразу открывается филиал самопинания, с классическим набором фраз вроде: «ну конечно»; «как можно было так затупить»; «вечно я все порчу»; «другие справляются, а я как обычно». Особенно обидно, что многие из нас даже не замечают, насколько жестоко с собой разговаривают, потому что такой внутренний голос давно стал единственной нормой. Ругать себя (иногда даже на опережение) становится формой якобы заботы – чтобы не расслабляться, не зазнаватьс

Есть особый жанр интернет-комментария: человек пишет гадость и тут же объясняет, что вам это, наверное, нравится. Например, вот так: В таких репликах прекрасно все. Сначала человек приходит под чужой контент, тратит свое время, оставляет неприятный комментарий, а потом объявляет странной не себя, а автора. Клиническое нарушение логики, которое можно сравнить с ситуацией, когда кто-то врывается в чужую гостиную в грязных ботинках, а потом брезгливо замечает, что пол тут какой-то не очень чистый. Если же обойтись без шуток и метафор, то это очень показательный комментарий. Потому что он, как водится, не про автора, а про попытку обесценить человека, которого не удалось заткнуть.Если перевести это с языка пассивной агрессии на нормальный человеческий, то получится примерно так: «Мне неприятно, что человек на виду. Мне неприятно, что он говорит. Мне неприятно, что его нельзя быстро пристыдить. Поэтому я объясню его поведение так, как будто с ним что-то не так». Это нехитрая схема использу

В детстве я много читала, в том числе настольные книги стерв (не спрашивайте: это были ранние нулевые, мы выживали, как могли). И где-то в дебрях стервологии мне впервые встретилась идея вроде «твоя самооценка должна быть столь же высокой, как шпильки на твоих туфлях». За точность цитаты не ручаюсь, но вайб был именно такой: даже если ты не очень уверена, все равно транслируй уверенность и дерзкий шик, потому что мы помним: «стерва – это женщина-бритва, тронь – и кровь» (да, это еще одна цитата и что вы мне сделаете).    В подростковом возрасте  легко поверить, что «фейк ит тилл ю мейк ит» (притворяйся пока это не станет правдой)  – хорошая идея. В те времена, наполненные ощущением собственной несуразности, я бы не поверила во всякое: «главное – уверенность внутри, ты ценна сама собой, внешность не имеет значения». Мне нравились книжки про стерв и пробовать в таких вот женщин играть. Небезопасная, прямо скажем, стратегия, но мне повезло: я не попала в какие-то прямо совсем непредпочи

Давайте так: с условной Алисой в колонке мы все общаемся давно, но чаще в режиме дай-подай-поставь таймер и без глубоких разговоров. Современный же уровень нейронок привел к тому, что как их только не используют: как юристов, стилистов, психологов и лучших друзей. К ии-собеседнице довольно легко привязаться, особенно если подобрать подходящую вам интонацию – дружелюбную или четкую, мягкую или с легкой иронией. Вот только насколько безопасно такое общение? Самым честным ответом на сегодняшний день будет «мы не знаем». По крайней мере, если ориентироваться на мир доказательности, где просто-напросто не набралось пока исследований в достаточном количестве, чтобы посмотреть: а к чему это будет приводить? Вон, сколько лет соцсети были открыты на вход для любого, пока не подтянулись первые исследования, что для детей подростков по ряду причин общение там может быть опасно. Только сейчас некоторые страны пробуют вводить ограничения для несовершеннолетних. ИИ же в широком доступе явлен нам

А зачем с ними контактировать, Лена? Слать куда подальше и не слушать – скажете вы. И до какой-то степени будете в своей эмоциональной реакции правы. Но давайте исходить из того, что критик внутренний – часть вашей психической жизни, буквально плоть от плоти ваша. Так что милосердие не будет лишним. Представьте, что ваши внутренние критики собрались в кружок (по интересам или как те из собрания анонимных алкоголиков) и жалуются друг другу на вас – владелиц и владельцев: «Я сказала, что весь день смотреть видики и вторую неделю не ходить на тренировки – слабозадство, а она от меня отмахнулась и выдала, что контакт ей важнее контроля» «А моя на резонные аргументы, что часики-то тикают, а у нее ни диссертация не защищена, ни резюме не обновлено, вздохнула «ой, опять началась эта мыслемешалка», позвала подруг и устроила вино-караоке, выбрала головную боль похмелья, лишь бы меня не слышать». Внутренних критиков часто критикуют в ответ, мол, они только мешают, вставляют палки в колеса и воо

Как депрессия не лечится советом «просто начни радоваться жизни», так и выгорание невозможно остановить, съездив в отпуск. Мне нравится использовать метафору тлеющего полена: от того, что на него покапали сверху водичкой, полено не остановит внутренние процессы разрушения. Более того, от притока кислорода-отпуска, тление может усилиться. Переводя с метафорического на человеческий: отпуск часто становится катализатором уже начинающегося выгорания и усиливает его. Так что если вы вернулись с отдыха с бОльшим отвращением к работе, то это знак: черта, которая проходит между усталостью и выгоранием была пройдена. Меры вроде пары недель в оллинклюзиве с отключенным телефоном уже не сработают. Как и с любыми тлеющими проблемами, лучший способ не доводить до тяжелых проблем – разобраться с выгоранием на старте, на тех стадиях, где истощенность еще не приняла клиническую форму. Я буду писать о выгорании профессиональном, но важно иметь в виду, – оно бывает еще и эмоциональным: такой вариант мо

Узнали этот мем? Если нет, то ловите гениальную классику описания некоторых наших психических процессов: Некоторые из нас привыкают жить с такой лопатой-самолупилкой с детства, но называют ее обтекаемо – мотивация, развитие, самоанализ, разбираюсь в себе. Хотя все, что происходит на самом деле: вы себя лупите – методично и привычно, гоняя мысли о собственной плохости по кругу, превращая их в руминации. Психолог Пол Гилберт, исследующий стыд и самокритику, отмечал: у многих из нас внутренняя система оценки настроена как строгий надзиратель, а не как поддерживающий наставник. Она не интересуется, а выносит приговор. И вот в такие моменты лопата превращается не в инструмент исследования собственной глубины, а отработку модели «совершенствуюсь через самонаказание». Такие пути тоже есть, но они совершенно точно не терапевтические и не исцеляющие. Привычка себя лупцевать берется из впитанных как привычные сюжетов: вот так со мной обращались, вот такое мне говорили, а вот такое не говорили,

Иногда под фотографией живой реальной женщины с седыми прядями,  с каким-то «не тем» выражением глаз или их формой можно заметить комментарии вроде этих:  От таких слов может стать не по себе, поскольку выглядят они как комок плохо отрефлексированной боли, замаскированной под оценочное «Почему бы ей просто не покраситься?»; «Кому она что доказывает?»; «Что-то с ней не так…».  И где-то между этими строками можно услышать то, что действительно волнует.  Если всмотреться глубже, то за такими комментариями можно опознать не просто субъективный взгляд или слабое владение стетевым этикетом, а целую историю о том, какой должна быть женщина. Мотив такой истории вы угадаете легко: будь удобной для глаза, будь молодой как можно дольше, будь аккуратной, «ухоженной», «правильной». И желательно не проявляйся, а то что это тут за публичность, выскочка что ли?  Исследовательница Наоми Вульф еще в 90-х писала о «мифе красоты» — системе ожиданий, которая держит женщин в постоянном ощущении недостаточн

Все уверенные заявления в духе «женщины завистливые и токсичные» или, наоборот, «это мужчины вечно конкурируют и унижают друг друга, а у женщин тепло и поддержка» не выдерживают проверку реальностью. Но мне здесь хочется не спорить или дискутировать, а скорее заглянуть в ту сторону, что зовется «опытом». И он у нас может быть самым разным. И он чаще всего важнее, чем так называемая истина – как оно происходит на самом деле. Ведь именно наш частный опыт организует все ощущения от нашей частной жизни. Обремененные психологической теорией узнают когнитивное искажение – обобщение. Тверски и Канеман еще называют его «эвристикой доступности». Если я много раз видела одно, то мозг делает вывод: «так устроен мир». Если вы были в теплых женских кругах, то неудивительно, что вы сделаете вывод: «женщины поддерживают». Если вы наблюдали жесткую конкуренцию среди мужчин, то мозг без проблем сложит картинку: «мужчины грызут друг друга». И обе картины – правда, но только локальная, ваша, справедливая