Реальная жизнь

Людмила Райкова. Глава 27. Даша прислала ролик. Восьмимесячный Гордей ползает на перегонки с псом патроном. Пёс описывает круги вокруг Гордюши, подгоняет малого лаем. Гордей тоже мямлет «ав» и виляет попкой в памперсе. Даша жена племянника, который сейчас на СВО. Ребята поссорились и Маня ездила их мирить. Теперь регулярно получает от невестки разные снимки и ролики про своего первенца. Чем чрезвычайно радует двоюродную бабушку. Есть у Мани помимо родных, ещё пара приёмных внуков. Они здесь в Москве, но эта невестка фотками не балует. Маня детей любит, но по мнению родной дочери, уж слишком. Потому что балует их так, что родители после общения с бабулей, не могут найти на чад управу. Под «управой» Юлька с зятем понимают тихое и долгое сидение за компьютером и мгновенное и беспрекословное исполнение их приказов, стоит беднягам попасться родителям на глаза и оторвать их от собственных смартфонов. Маня конечно, утрирует, но не слишком. Она бы воспитывала ребят весёлыми, хулиганистыми. Что

Людмила Райкова. Глава 26. Эсэмэски Маня вообще не отслеживает. И на звонки то реагирует, через час. Особенно, когда на даче – телефон отдельно в доме, а она путешествует по грядкам. Высадила в высокие грядки помидоры, те что поменьше. Толку с них, наверное, не будет, но так, хотя бы шанс. Те что в теплице, тоже не особенно радуют. Поставили дуги, набросили укрывной материал. Пошла проверила. Как солдаты стоят в тенёчке. Муравьи вокруг помидорных деревьев деловито шастают. Ничего их не берёт! Маня вспоминает свою латышскую квартиру. Первые два года они хотя бы зимовали в городе. А потом в соседний подъезд въехала молодая цыганская пара. Зинтра, старшая по дому, встречает Маню расстроенная. - Всё! Пропал дом! Его теперь буду все, цыганским называть. Маня не понимает, чего печалиться. Не кибитки же во дворе поставили. Муж с женой квартиру купили, как все. Ремонт сделали, окна намыли. Вон занавески повесили. Зинтра отмахивается. Мол вам то что уехали к себе на хутор, тишина, спокойствие.

Людмила Райкова. Глава 25. Птицы вьют гнёзда из волоконных кабелей в зоне конфликта на Украине. Бедолаги. У них нет интернета и птичий телеграф не предупреждает об угрозе опасности БПЛА. Движимые природным навигатором, птицы через половину земного шара летят весной в места, где их предки и предки предков вили сезонные гнёзда, выводили птенцов, ставили их на крыло чтобы, выкормив потомство отправиться на зимовку в дальние тёплые края. И пятый год бесконечных выбухов не отменяют правила – прилететь туда, где много зелени, червяков. Где для выведения потомства идеальные условия. Интересно, а после того как выгорели от снарядов целые леса, где они находят деревья для гнёзд? Или устраивают их прямо на столбах. Маня с Глебом видели огромные гнёзда аистов на электрических столбах. Говорят, раньше там неподалеку был хутор. Дом сгорел, хозяева переселились в город. А аисты, согласно их птичьей прописке продолжали прилетать в заданную точку, чтобы как заведено, вывести там потомство. Да поля вок

Людмила Райкова. Глава 24. - В моем возрасте пофиг, как я выгляжу на фото. Главное хорошо выглядеть на УЗИ, КТ и МРТ. Але восемьдесят два, она по-прежнему кокетка. Из дому выходит в исключительных случаях, но маникюр, педикюр и пушистые с рыжинкой волосы, в купе с макияжем, это не отменяет. На застолье Маня с Глебом к соседке не ходят, готовит она вкусно, подаёт красиво. А они будут сидеть перед своими разрешенными 250-ю граммами диетической пищи и портить всем настроение. Вот и сейчас выбрали время, проскользнули к соседке поздравить. Маня ей непрокусываемое платье прикупила. Ничего так, бежевый фон с оранжевыми цветами. Мягкое, лёгкое. Но ткань плотная – комарам не по зубам. Принесли – вот тебе специально для дачи. Высокая талия, хорошая длина. Сядешь на коленочки, подол до самого пола натянешь. А с рук, жужжащих и смахнуть легко. Маня под праздник соседку к себе заманивает. Аля понимает, что, хотя бы летом, надо на улицу выходить. Да, тяжело, нога в любой момент запротестовать может

Людмила Райкова. Глава 23. - Служба спасения? Моя жена разозлилась, залезла в стиральную машину и отъехала. Она всегда так делает. Но сегодня я случайно дверцу закрыл, и машина включилась. Глеб с соседом Лёхой хохочут во всё горло. Дверь к Мане в спальню закрыли и веселятся. Маня, после отдыха на даче прилегла выровнять дыхание. И приснула на полтора часа. Спала бы и дольше, если бы не Юлькин звонок с подробностями её ареста. Остановили на Профсоюзной, велели покинуть машину. Защёлкнули наручники, доставили в участок. Только там догадались документы посмотреть. Перепутали с Ленкой, хорошо ещё продукты из багажника разрешили забрать и такси вызвали. Вместо положенных двадцати ноль ноль, она явилась домой в половине первого. Муж в арест не поверил. Закатил скандал. Теперь не разговаривает. А Маня вчера историю с машиной поняла по-другому. Остановили, убедились, что она не Ленка, предложили вызвать такси. Юлька от радости, что не выписали штраф за отсутствие на её имя страховки, загрузила

Людмила Райкова. Глава 22. - Верить никому нельзя! Мне – можно! Не меньше пятидесяти раз в своей жизни Маня слышала эту фразу. И уже к пенсии убедилась, что чистая правда заключается только в первой её половине. Накануне, Глебу позвонила хозяйка Рено, которое они купили в рассрочку. И теперь каждый месяц переводят на счёт, указанные в договоре 25000 рублей. Машину помог найти одноклассник. Хозяин, с которым сначала договаривались, тоже оказался знакомым, он возглавлял управляющую компанию их военного городка. Судя по состоянию управляемого объекта, верить этому хозяину нельзя ни на грамм. Но им без машины никак. Фольксваген задурил так, что Глебу приходилось даже на работу ездить на электричке, да и Мане на операцию тоже. В общем намучились. Суммы для такого солидного приобретения разом, в бюджете нет. В общем посмотрели, договорились. Оказалось, хозяин в процессе развода и раздела имущества, но бывшая супруга, которую они в глаза не видели, клятвенно пообещала на автомобиль не претен

Людмила Райкова. Глава 21. После смены муж с женой принялись за экипировку. Выбрали куртку с глубокими внутренними карманами. Уточнили расписание и разработали маршрут. По всему получалось, что в пути Глеб провёдет больше шести часов, а значит надо прихватить с собой две порции еды и воды. Всё поместилось в небольшой пакет. Но Маня потребовала прихватить с собой зонт и пауэрбанк. Финансовый курьер должен быть постоянно на связи. Решено было, что еду с зонтом муж положит в рюкзак. В семнадцать тридцать, полностью экипированный муж, трижды перекрещенный Маней, выкатился из подъезда. Маня волнуется, смотрит в окно как муж выходит из подъезда, и слышит: - Мой друг в поход собрался, на какой Эверест теперь? Глеб меняет маршрут на противоположный, вытягивает для приветствия руку и на весь двор объявляет семейный секрет: - За деньгами еду, первую часть из Латвии привезли. Сосед Лёха одобрительно похлопывает ладошкой по рюкзаку: - Котомка не маловата. Если через окно разговор слышит Маня, знач

Людмила Райкова. Глава 20. Наверное, у всех по-разному, но у Мани неизвестность в отношении родных, или незавершённые во́время домашние дела, что-то вроде тяжёлых мешков с песком, подвешенных над головой. Раньше всё горело в руках. Разобрать на время отложенные в углу коробки с сезонной обувью или вещами, получалось буквально за пол часа. Снять и разобрать одни, поднять и упаковать другие, пропылесосить, помыть протереть. С возрастом, время ликвидации всяких недоделок растягивалось строго пропорционально прожитым годам. Теперь, за один день помыть сразу четыре окна, нереально. Совместить приготовление обеда, и прогулку с пылесосом по квартире или даже гостиной, невозможно. Но судьба - дама толерантная. Часть подвешенных тяжёлых мешков, сбрасывает самостоятельно. Самый тяжёлый и большой – например, доставка в Россию уже полученной за квартиру в Латвии части денег. Сергей позвонил и обрадовал: - Мама выехала в Москву, будет в среду привезёт деньги. Сколько, они даже не уточняли, сам факт

Людмила Райкова. Глава 19. Что с арифметикой не так. Маня читает новость – экс сенатору Арашукову за несколько убийств и хищение газа на 4,4 миллиарда рублей, вместе с отцом дали пожизненный срок и назначили штраф в размере 120 миллионов рублей. Сопоставила цифры и отложила новости в сторону. Ни слова о конфискации нажитого сенатором, его родственниками и ближайшим окружением. Пересчитывает нули, прибавляет к шести миллионным ещё три миллиардных. И чувствует, что ярость благородная вскипает как волна. Справляться с ней граждане отечества научились. Кто укрощает тягу к вилам и сапёрным лопаткам водочкой, а Маня на этом фоне сворачивает горы домашних дел. Не повезёт тому, кто попадётся на пути. Сегодня первым пострадавшим мог оказаться Глеб. Как всегда, в межсезонье они вынимают одни коробки с одеждой и убирают другие. Подписанные «Осень» и «Зима», уже перекочевали на антресоли. А летние на диван в гостиной. По мере надобности, например, шорты для жары в тридцать градусов, коробки вскрыв

Людмила Райкова. Глава 18. Любой дом легко и просто превратить в сумасшедший. Теперь Маня понимает, почему Лёнька после декретного отпуска не собирается возвращаться на службу. Маня только неделю, и то косвенно, участвует в расследовании, а уже в доме полный кавардак. Приезжают все кто хочет и когда вздумается. Растворяются за пару минут, как будто их и не было. А Маня виновата. Не уследила, куда пропала Ленка. А как? Никто её наручниками, чтобы пристегнуть бывшую невестку к батарее, не обеспечивал. Выкручивайся сама, действуй силой слова. А то, оставила дамочку на десять минут без присмотра. Та успела обшмонать всю квартиру, убедится, что телефона Вадика нет, легко и просто узнала куда пропал порученец. Сложила два плюс два и поняла, что скрыть её участие в этой убойной истории, уже не получится. Даже выехала из городка невидимкой. После того, как Глеб с Чуровым выяснили, на какой машине ездит Ленка, поняли её манёвр. Пока Маня посвящала Алю в детективные детали семейной истории, Ленк