Lastmag

Иногда гонорар актёра не имеет ничего общего с качеством фильма. Студии платят за имя, за гарантированную кассу, за международные рынки — и в результате звезда получает десятки миллионов долларов за проект, который критики разносят в клочья. Ниже — конкретные случаи, где суммы были огромными, а роли стали символом провала. Гонорар: около $25 млн Пятая часть франшизы превратила культового Джона Макклейна в усталую тень самого себя. Фильм получил разгромные отзывы: критиковали сценарий, плоский экшен и отсутствие фирменной иронии серии. Несмотря на это, Брюс Уиллис получил один из самых крупных гонораров в своей карьере. По сути, студия платила не за роль, а за бренд «Крепкий орешек». Гонорар: около $55 млн (с учетом процента от сборов) Проект Disney с бюджетом более $200 млн провалился в прокате и получил крайне негативные отзывы. Образ Тонто в исполнении Деппа сочли перегруженным, неуместным и карикатурным. Финансовые потери студии оценивались более чем в $150 млн, но гонорар актёра бы

Есть кино, которое выглядит серьёзным, но при ближайшем рассмотрении оказывается довольно поверхностным — по сценарию, персонажам или драматургии. Однако атмосфера, мрачный тон и претензия на философию создают репутацию «глубины». Речь не о спорных шедеврах. А о фильмах, которые сами по себе сделаны средне, но вокруг них возник культ «вы просто не поняли». Фильм активно продвигался как сложная библейская и экологическая аллегория. Его обсуждали как смелое философское высказывание. Но если отбросить символизм, драматургия крайне прямолинейна. Герои существуют скорее как функции аллегории, чем как живые люди. Метафора не развивается — она просто повторяется и усиливается. Идея «человечество разрушает мир» подаётся без нюансов и без внутреннего конфликта. Фильм производит эмоциональный шок, но не предлагает сложной мысли. Фильм часто называют философским исследованием природы зла и искусства. Но значительная часть «глубины» строится на шокирующих сценах и длинных монологах. Идея о творце

Есть фильмы, которые смотришь — и в какой-то момент ловишь себя на ощущении, что это не сюжет, а дорогой рекламный каталог, замаскированный под блокбастер. Камера задерживается на логотипах слишком долго, герои используют бренды с подозрительной демонстративностью, а сцены выглядят как витрина магазина. Формально это кино. По факту — продакт-плейсмент, которому случайно прикрутили сценарий. Вот самые показательные примеры. Эталон рекламного кино. Автомобили Chevrolet, техника GM, военные игрушки, гаджеты — всё блестит, всё снято с любовью, всё в кадре дольше, чем диалоги. В некоторых сценах создаётся ощущение, что роботы дерутся только для того, чтобы камера успела показать марку машины под нужным углом. Сюжет здесь обслуживает рекламу, а не наоборот. Фильмы про Бонда всегда были витриной брендов, но здесь реклама становится почти сюжетной. Часы Omega, машины Aston Martin, алкоголь, техника — всё подано с таким акцентом, что иногда кажется: если убрать бренды, сцены просто развалятся.

Есть фильмы, которые в определённый момент жизни кажутся откровением, а при повторном просмотре вызывают странное чувство: вроде бы всё знакомо, всё на месте — а магии больше нет. И дело не в том, что мы «поумнели». Просто эти фильмы изначально были рассчитаны не на зрелый взгляд. Они работают как эмоциональный удар, как инициация, как первый опыт — и застревают в памяти именно поэтому. Их любят не за киноязык, не за глубину и не за сложность. Их любят за возраст, в котором они были увидены. Чисто подростковый фильм. И это не оскорбление, а ключ к пониманию. Он комиксный по форме, плакатный по эмоции и предельно прямолинейный по мысли. Аронофски не исследует зависимость — он устраивает аттракцион ужаса. Клиповой монтаж, истеричная музыка, повторяющиеся визуальные «удары» — это язык не анализа, а давления.В 15–18 лет он работает идеально: как первый опыт кино, после которого физически плохо. В более взрослом возрасте становится видно, что персонажи — функции, а не люди, а трагедия движе

Мы привыкли думать, что помним фильмы целиком: сцены, реплики, лица. На самом деле память работает иначе. Она цепляется не за сюжет, а за одну конкретную вещь — предмет, который незаметно держит весь фильм. Иногда это мелочь, на которую в кадре почти не обращают внимания. Иногда — вещь, которая мелькает десятки раз, но остаётся «фоном». И всё же именно она запускает историю, двигает героев, определяет финал. Убери её — и фильм просто рассыпается. Чтобы усложнить тест и сделать интереснее, мы отказались от кадров из фильмов. Каждый вопрос - это фото или рисунок предмета, аналогичного тому, что был на экране. Ваша задача — угадать фильм, опираясь не на память о сюжете, а на ощущение: «я это точно видел». PS: листайте карусель вправо, чтобы узнать ответ! 1. Из какого фильма эта вещица? 2. В каком фильме снялось это растение? 3. В каком фильме вы видели этот узор? 4. Вспомните один очень популярный фильм?:) 5. А это откуда? 6. Назовите фильм, который собрал феноменальную кассу 7. А класс

"Он гений, поэтому имеет право" — эта фраза десятилетиями оправдывала поведение режиссёров-тиранов. Но гениальность и человечность — не взаимоисключающие понятия. Давайте поговорим о режиссёрах, чьё хамство и жестокость на площадке невозможно оправдать никакими шедеврами. Кубрик снял несколько величайших фильмов в истории кино. Но его методы работы были садистскими. "Сияние" (1980): Шелли Дюваль призналась, что съёмки стали худшим опытом в её жизни. Кубрик заставлял её переснимать сцену с бейсбольной битой 127 раз подряд. Не потому что она играла плохо — чтобы довести до истерики. Он хотел настоящего страха и отчаяния. Получил — Дюваль попала в больницу с нервным срывом, и её волосы начали выпадать от стресса. Кубрик намеренно изолировал её от съёмочной группы, запрещал другим актёрам с ней общаться, унижал при всех. Это не режиссура — это психологическое насилие. "Заводной апельсин" (1971): Малкольма Макдауэлла во время съёмки сцены с глазными зажимами реально травмировали — порвали р

Многие из нас в детстве смотрели мультфильмы и семейные фильмы, которые казались безобидными и даже добрыми. Но под этой оболочкой прятались сцены, которые вызывали слёзы, ночные кошмары, фобии и глубокий эмоциональный шок. Родители часто включали их, думая: "Это же для детей", а мы потом годами не могли забыть эти моменты. В этой статье мы разберём конкретные примеры из таких фильмов, объясняя, что именно в них было страшного и почему это травмировало поколения зрителей — от западных детей до советских. Основываясь на воспоминаниях зрителей и анализе сцен, мы собрали в этой подборке картины, которые оставили след в психике миллионов. Классика Disney, которая ввела многих детей в тему смерти. Самая травматичная сцена — смерть мамы-оленихи: маленький Бэмби зовёт её в лесу, раздаётся выстрел охотника, и вдруг — тишина. Бэмби остаётся один, в шоке, под дождём, и отец объясняет, что мама "не вернётся". Это страшно, потому что ребёнок впервые сталкивается с потерей родителя без предупрежден

В Голливуде (и не только) есть актеры-мастера перевоплощений. Однако имеется и особая категория звёзд: те, кого зрители узнают с первых секунд на экране. Не по имени персонажа, а по манере, мимике, интонации и архетипу. Они не перевоплощаются — они приходят в фильм в уже готовом образе. И самое интересное: это не всегда плохо. Зрители часто ходят именно «на них», а студии зарабатывают миллиарды. Почему так происходит и кто эти «вечные» персонажи? Стэтхэм уже 25 лет играет одно и то же: суровый, немногословный, очень опасный мужик, который двигается как танк, говорит сквозь зубы и решает проблемы кулаками/оружием/машиной. Перевозчик, Адреналин, Неудержимые, Мег: Монстр глубины, Гнев человеческий — разница только в декорациях. Почему сходит с рук? Он мастерски делает именно это. Публика приходит за адреналином, а не за драмой. Стэтхэм сам выполняет большинство трюков, у него харизма «парня из рабочего класса», и он честно говорит: «Я не хочу быть великим актером, я хочу делать качественн

Голливуд любит рассказывать, как он прогрессивен и инклюзивен. Но когда речь заходит о женщинах-режиссерах, оказывается, что "Оскары" они получают раз в десятилетие, бюджеты у них в три раза меньше, чем у коллег-мужчин, а в списках "величайших режиссёров всех времён" их нет вообще. Вот рейтинг талантливых режиссёрок, ранжированных не по качеству их работ (они все талантливы), а по масштабу того, как индустрия их игнорирует, недофинансирует и стирает из истории кино. 10 место: Грета Гервиг — недооценена, но хотя бы на слуху Уровень недооценки: 3/10 Главные работы: "Леди Бёрд", "Барби", "Маленькие женщины" Гервиг — это редкий случай, когда режиссёрку действительно знают. "Барби" собрала больше миллиарда, критики её обожают, номинации сыплются. Казалось бы, успех? Но посмотрите внимательнее: за "Барби" Гервиг не получила номинацию на "Оскар" за режиссуру. Фильм номинирован на лучший фильм, но режиссёрка — нет. Это как сказать: "Фильм сам себя снял, Грета просто стояла рядом". А теперь пр

Голливуд десятилетиями кормит нас одними и теми же мужскими архетипами: брутальный мачо, гениальный социопат, одинокий волк-мститель. Но что если эти роли отдать женщинам? Не в формате "женской версии" или римейка, а изначально — просто заменить актёра на актрису, не меняя сценарий. Вот роли, которые стали бы глубже, интереснее и правдивее, если бы их сыграли женщины. 1. Волк с Уолл-стрит — Джордан Белфорт (Леонардо ДиКаприо) Представьте: вместо очередного нарциссичного мужика, которому всё сходит с рук, — женщину-хищницу в мире финансов. Женщина, которая манипулирует системой, созданной мужчинами, и побеждает её же оружием. ДиКаприо играет Белфорта как обаятельного мерзавца, но давайте честно — мы видели это миллион раз. А вот женщина в этой роли разрушила бы все стереотипы о "правильном женском поведении". Её бы не прощали так легко, как прощают ДиКаприо. Её бы ненавидели сильнее. И это сделало бы фильм честнее — показало бы двойные стандарты общества в чистом виде. Кто бы справился