Лесная улица

Страсбург, июль 1518-го. Фрау Троффеа выплеснула помои в сточную канаву, вытерла сальные руки о передник и, вместо того чтобы вернуться к мужу, шагнула в пыль. Она начала дергаться. Без музыки. В тишине, нарушаемой только жужжанием жирных зеленых мух. Это не длилось минуту или час. Это продолжалось, пока солнце не выжгло ей затылок. К ней подходили другие — не из солидарности, а потому что их собственные нервы лопнули, как перетянутые струны. Магистрат, вместо того чтобы запереть безумцев, нанял флейтистов. Деньги из городской казны пошли на то, чтобы загнать людей в гроб под ритмичный стук.. Эльзас в те годы принадлежал Священной Римской империи — лоскутному одеялу из княжеств, епископств и вольных городов. Страсбург был гнойником на теле империи. К лету 1518-го река Иль воняла так, что резало глаза — вода стояла низко, обнажив дно с дохлой рыбой и мусором. Зимой морозы полопали трубы в богатых домах, а весной зерно сгнило на корню. Цена на хлеб скакнула с пяти пфеннигов до двенадцати