Мой творческий путь

Профайлинг зла «Ну, здравствуй спец, дедукции знаток! Попался безупречно и заглотил крючок. Ты ищешь мотивы, архетип, мой портрет, Психопат и нарцисс, не всегда он стабилен. В этом бреде твоём точного нет, И понять меня ты просто бессилен». Маньяк усмехался, на жертву смотрел, Профайлер молчал, не ломался. Слабым он быть совсем не хотел И панике не поддавался. «Гордыня его – это слабое место, Он хочет власти, он хочет ломать, Чтобы жертва была, как безвольное тесто, Кричала, молила, пыталась сбежать. Начнёт с ней игру жестоко, коварно, Сломит волю, себе подчинит. Садист и безумец, стратег он бездарный, Мне нужно повадки его изучить». «Ну что там бормочешь? Своё заклинанье? Дурак ты наивный, а жить, смотрю, хочешь, Не жаждешь идти, как агнец на закланье, И, как мозгоправ, теории строишь». Маньяк засмеялся издевательски, хрипло, Он к жертве своей подошёл. «Ну что, профайлер, всё триггеры ищешь? Однако сегодня твой метод подвёл». «Психопат и садист, деструктивная личность, Нарциссический тип, холод, надменность». «Какие словечки! Звучит симпатично. Вот только глупец ты просто отменный. Иль мазохист, который беспечно Сидит в ловушке, портрет составляет. Но жизнь, дружочек, не бесконечна, Она злую шутку с тобою сыграет». «Социопат, он импульсивен, Огонь горит в его глазах». «А ты, дружок, совсем наивен, Твои теории потерпят крах». Хруст сломанных пальцев разорвал тишину, Профайлер вскрикнул, не в силах сдержаться. Сознанье померкло, рухнув во тьму, Не сможет он дальше с маньяком сражаться. «Какой слабак, мне даже противно! А так кичился, в героя играл, Портрет "рисовал", будто это картина, А с болью столкнувшись, вдруг заорал». Маньяк утащил свою жертву в подсобку, Он всё приготовил, перчатки надел. «Ты – неудачник! Не профи, не дока. Ты даже боль стерпеть не сумел». Профайлер очнулся снова от боли, Посмотрел на маньяка, занёсшего нож. Смерть занимает победное поле, Коса наготове: «Ты скоро умрёшь». «Он победил? Неужели так быстро? Что я не так просчитал, упустил?» «Заткнись, идиот!» – Прозвучало, как выстрел, И острый металл тело болью пронзил. Дедукция пала, рассыпалась прахом, Анализ бессилен перед сталью немой. Профайлер убит жестоким маньяком, Его метод столкнулся с суровой судьбой.

Смертельный плен Ну что, попалась, дорогая? Меня хотела ты убить? Я ваши все повадки знаю, Не сможешь долго ты прожить. Ну что там ищешь? Бесполезно! Твой пистолет я забрала Да и кинжал – совсем не честно Таскать так много серебра. Какая ненависть во взгляде, Он источает злобы яд! Но ты в цепях в моём подвале, И нет уже пути назад. Ну, что бормочешь? – «Ненавижу!» Но почему так голос дрогнул? Не отпирайся, я же вижу. «Заткнись, мерзавка!» – Что так злобно? Твой запах разжигает обонянье, Я наслаждаюсь ароматом страха, Но короток тот миг свиданья, Он утром обернётся прахом. Ты говоришь, они придут, В беде тебя не бросят, не оставят, И мой подвал они сожгут, А кровопийцу в Ад отправят. Охотница, меня хоть не смеши, О, как же ты глупа, наивна. Постой же, дура, не ори, Опять рычишь, как злая псина. Никто тебя уж не спасёт – Я сразу всё предусмотрела – И за тобою не придёт, Не выйдут уж они на дело. Их кровь испита под луной – Я хорошенько постаралась – И душам не видать покой, И тел, конечно, не осталось. «Ты лжёшь, вампирша! Замолчи! Нет, не надейся, не сломаюсь!» Давай, охотница, кричи, Твоим я страхом наслаждаюсь. Ты говоришь, я – враг? Но ты ошиблась! Нет, замолчи, теперь послушай! Ко лжи вождей своих привыкла, И поглощаешь бред, развесив уши. Они тебя используют, глупышка, И с лёгкостью на смерть послали. Ты, как подопытная мышка, Сидишь теперь в моём подвале. Ну что, добилась ты победы? Смогла Зло мерзкое убить? Но всё равно стан гордо держишь: «Тебе меня не погубить!» Я прожила века, малышка, Я видела империи, разруху, И войны, голод, пандемии вспышки, И Смерть с косой – живёт старуха. Рассвет грядёт, пора прощаться, Закончен долгий разговор. А может, хочешь ты остаться? Нет, вижу я в глазах укор. Прощай, глупышка, ты старалась, Но победить всё ж не смогла, Теперь одна совсем осталась, И вскоре умереть должна. К твоей я шее прикоснулась, Свои клыки в неё вонзив, Ты закричала, встрепенулась, Как я люблю такой мотив. Горячей кровью наслаждаюсь, Но никуда я не спешу, Своею силой наполняет, До дна сосуд я осушу. Лежало тело на камнях, Ты вечным сном теперь уснула, Жизнь прервалась, развеян прах, История твоя минула. А я засну в холодном склепе, И Зло продолжит дальше жить. Во тьме зловеще свищет ветер, Меня, глупцы, вам не убить.

Абьюзер-следопыт Бывший муж простить не может, Что уходишь навсегда, Ревность злая его гложет, Не отпустит никогда. За тобой следить начнёт, Будет по пятам ходить, И любого он убьёт, Кто захочет рядом быть. Сообщенья в Интернете, Словно саранча летят, И разносятся, как ветер, Источая злобы яд. «Эй, немедленно ответь, Напиши, молчать не смей, Смирной стань и не перечь, Будешь всё равно моей!» Он узнает, где ты, с кем ты, Профиль в соцсети́, контакты. Всё найдёт: и документы, Новый статус, письма, факты. Твои фото он собрал И из них коллаж составил – «В дар любимой» – подписал, И тебе, смеясь, отправил. И в машине маячок, Что объект всегда ведёт, А в смартфоне свой жучок, Все он тайны выдаёт. На двери весит записка: «Я узнал твой новый адрес». А под ней ещё приписка: Ржущий смайлик, мерзкий фаллос. А недавно на работе Объявился посетитель. Он стоит и не уходит, И сулит тебе погибель. Вечером шаги ты слышишь, Обернулась – никого. Снова кто-то в спину дышит И бормочет очень зло. В день рожденья ждёт подарок – Кукла Вуду и кольцо. Свечки маленький огарок Светит прямо на лицо. «Нравится презент мой новый? Сильно смог я напугать?» Почерк больно уж знакомый, И тебе ль его не знать. Снова над тобой смеётся И в покое не оставит. Спрятаться не удаётся, Адрес он всегда узнает. «Здравствуй, детка! Что так смотришь? Долго бегала ты нынче, Уговор совсем не помнишь. Не ори! Заткнись ты!! ТИШЕ!!! Я такое не прощу, Не сбежишь уж никогда, И тебя не отпущу, Будешь ты моей всегда. Что вопишь там? Отвали? Нет, малышка, не брыкайся, Лучше ты меня не зли, Слушайся и подчиняйся». Он во тьму тебя тащил, Так сдаваться не хотела, Но отбиться нету сил, И сбежать вновь не успела. Вырвали из лап, спасли, Смог сбежать злодей, мерзавец. Не поймали, не смогли, Ускакал он, словно заяц. За тобой следить продолжит, Будет по пятам ходить, И найти, возможно, сможет, Он не даст спокойно жить. Ты всегда сопротивляйся, Может, выход так найдёшь, И не вздумай, не сдавайся, А иначе ты умрёшь.

Сталкер Здравствуй детка! Как дела? Ну, скажи, что ты ждала! Я тебя сегодня ждал, Нашей встречи так желал. Ну, ответь же, не молчи, Лучше ты меня не зли! За тобой я наблюдаю И давно уж изучаю. Очень любишь шоколадки, Жизнь, поверь, не так уж сла́дка, Ты всегда скромна, учтива, Детка, это очень даже мило, Ты выходишь в одно время, Опозданье – это бремя. Выход по часам сверяю, То люблю я, одобряю, До работы провожу, Чтоб дошла ты, прослежу. Это что там за урод? Почему с тобой идёт? Ты зачем с ним говоришь, Уходить так не спешишь? Вот сверну ему я шею, Ведь должна ты быть моею! Дома на тебя смотрю, Я коллекцию люблю. Тут на фото ты в кафе, Тут с подругой на софе, Плачешь, ах, моя бедняжка, Без меня тебе так тяжко. Кто обидел? Ты скажи, На придурка укажи, Мигом с ним я разберусь И гадёнышем займусь! Я нашёл другой твой профиль, У тебя уж новый стиль. Ты мне нравишься любая, Но обновки изучу. Тебе в личку напишу И ответа подожду. Ну, зачем опять игноришь И общения не хочешь? Нет, такое не люблю И тебя я накажу. Скорая уж возле дома, Ситуация знакома. Ты напугана и плачешь, Это очень много значит. Я цветы тебе прислал И ответа вскоре ждал. Что же, снова тишина? Нет, молчать ты не должна! Всё, иду я за тобой, Довела, теперь я злой. Выследил тебя, схватил, Взглядом яростным сверлил. От меня ты не уйдёшь, Не спасёшься. Что орёшь? Ты теперь моя всегда, Не расстанусь никогда. Блеск металла в темноте, Не найдёт никто, нигде. Не досталась никому, Утащу с собой во Тьму.

Лето нынче уж не в моде 2 (моя фантазия о том, каким может стать лето в будущем на основе того, что творится с погодой в последние годы) Лето нынче уж не в моде – То стабильно и хреново, И тепло от нас уходит, Что давно уже не ново. Ну и где то потепленье, Что назвали вы глобальным? Нынче или наводненье, Или снег пойдёт локальный. Теперь нужно отключать Отопленье аж в июле, Холод будет лишь крепчать, Словно горькая пилюля. Новый тренд сего сезона – Криованна прям в сугробе. Можно прыгать аж с балкона – Это новенькое хобби. Юг российский предлагает Покататься на коньках, Море сильно удивляет, Сковано оно во льдах. Полюса вдруг поменялись – Всё у нас теперь вверх дном, А затем они сравнялись – И настал тогда дурдом. Снег в июне – это норма, Дождь в июле – развлеченье. Первый заметёт по окна, А затем вдруг наводненье. Скоро снеговик растает, От жары он разомлел, Очень редко то бывает, Холод снова преуспел. МЧС вдруг присылает SMS-уведомленье, Наводненье обещает, Вынося предупрежденье. Накатил потоп суровый, Сносит всё он на пути. Это нам уже знакомо, Нужно вовремя уйти. Артиллерия небес Мечет градом аж с грейпфрут, Разнесёт она навес, Все в укрытие бегут. Не уйдёшь, ты, идиот, В панике так не мечись! У небес на всё расчёт, Нет, тебе уж не спастись. С неба молнией несётся Ослепительный разряд, Затем грохот раздаётся, Оглушая всех подряд. Утром не узнать округу, Всё мгновенно изменилось: Принесло внезапно вьюгу, Грянул смертоносный минус. Гладь зеркальная блистает В ярких солнечных лучах, Но они не согревают, Ведь тепло потерпит крах. Небо шлёт нам хлопья снега, Падают они на лёд. Вновь зима прогонит лето, И метель всё заметёт. Лето нынче уж не в моде, Всё теперь наоборот: Холод всю жару прогонит, Вместо солнца снег идёт.

Полночный разговор В лесу ночном под полною луной Столкнулись два врага извечных: Волк-оборотень, что скован был судьбой, Вампир бессмертный, чья лента жизни бесконечна. «Явился снова, пёс плешивый! Как долго бегаешь за мной? Аж за версту несёт поганой псиной, И режет слух твой мерзкий вой». «Молчи! Ты – адское созданье, Раб ночи, вечной Тьмы должник! Ты холоден, как льда дыханье, И бледен, словно лунный лик». «Ты тоже раб, заклятьем скован, Как полная луна взойдёт, В звериной шкуре бегать должен И выть ночами напролёт». «Ты солнца, словно кары, избегаешь И прячешься трусливо в тень, Горячие лучи испепеляют, Несёт погибель светлый день». «Я жил века, я видел крах империй, Чуму, холеру,

Вампир Я знаю точно, наперёд, Сегодня кто-нибудь умрёт. Я выйду в ночь, устрою пир, Я – не маньяк, я – лишь вампир. Здравствуй, детка! Как дела? Знаю, что ты не ждала. Зачем же тёмной ночью лунной Идёшь одна? Как неразумно! Я поджидал тебя во тьме, Ну, иди скорей ко мне! Ну, куда же ты, малыш? От меня не убежишь! Ты дрожишь в моих руках, Тело сковывает страх. Сердце бьётся, пульс твой чую, Я страх, как искушение смакую. Клыки, как нож, вонзились в шею, Я от предчувствия балдею! Прокол, артерия, и хлынет кровь, И вот она – моя любовь! Твой крик, как музыка звучит, А кровь твоя меня манит, Я наслаждаюсь алым соком, Горячим, сладостным потоком. Смакую новой жизни вкус, Смертелен будет мой укус. До дна тебя уже испил, Сосуд элитный осушил. Твой труп я бросил в темноте, Но не найти его нигде. Исчезла жертва навсегда, О ней не вспомнят никогда. Во тьме ночной я растворюсь, Как дым зловещий испарюсь, Летучей мышью обернусь, В свой замок на горе вернусь. В холодном склепе гроб стоит, В нём тело бледное лежит. Но если жажда позовёт, Открою вновь кровавый счёт. Я выйду в ночь, устрою пир, Я – не злодей, я – лишь вампир.

Сущность монстра Свет тусклый, лампа забрана решёткой, Узор из трещин на белой штукатурке, Они, как будто дьявольская сводка, Сплетаются в невидимом рисунке. В тюремной комнате свиданий Сидели двое за столом, Уж затянулось их молчанье, Ведь каждый думал о своём. Вот журналист блокнот открыл, Неловко что-то в нём черкнул, Для интервью ведь повод был, На диктофоне «play» мигнул. «Что ж, расскажите обо всём, Как начался кровавый путь, И как сроднились вы со злом, Как начали в крови тонуть, И расскажите про мотивы. Что заставляет убивать?» «Какой ты всё-таки настырный, Хотя так хочешь убежать». Убийца засмеялся, Сверкнул огонь в глазах, Испугом наслаждался С улыбкой на губах. «Что ж, детство – это старая хрущёвка, Квартира, где нас четверо щенков, Всегда босые и в чужих обносках, Мы жили впроголодь меж двух миров. Мать – шлюха, что была лишь тенью, Рабыней похоти, что позвала, Отец – тиран с верёвкой-плетью, Которого та злоба сожрала. Я сопляком был, но всегда мечталось Жить, как те дети, которых любят и лелеют, Тогда внутри тьма просыпалась, Была она всего милее. О, первая – был выбор, да, Она сама же виновата, Смеялась, издевалась надо мной всегда, Теперь запачкана в крови, распята. Я злой гроссмейстер с шахматной доской, Ходы продуманы, надёжны, Всех пешек отправляю на убой, Ведь партия должна быть сложной. Нет, то не похоть, брат, Оно совсем иное, Я – жнец, хранитель адских врат, Кровавую расправу над душой устрою. Ты спросишь, где раскаянье, хоть капля, А я отвечу, как же все глупы, Вы жаждете Священного Грааля, Святую чашу, искупить свои грехи. Нет, я – не монстр, я – художник, А их тела – мой личный холст. Да, знаю, для тебя всё это сложно, Но я, дружок, не так уж прост. А краски – кровь и нож мой – кисть, Он на холсте оставит штрих, Никто не смог ещё спастись, Я – архитектор жизней их. Не маг, не чародей и не волшебник И даже не являюсь ведьмаком, Мои способности – учебник, Не нужно путать с колдовством. Их лица для меня – услада, А жалкие мольбы – лишь вздор, Их страх – моя законная награда, Мой нож – последний приговор. Ты спросишь, что же будет дальше, А я отвечу, буду жить, Без лести жалкой и без фальши, Создав свой мир, и в нём творить». Убийца замолчал, его глаза горели, Взгляд хищника добычу изучал, А журналист сидел, бледнея, На диктофоне «stop» нажал. Блокнот закрыл и вежливо простился, Убийцу под конвоем увели. Он вышел из тюрьмы и понял, изменился, Часы беседы даром не прошли.

Размышления о жизни Бегут года, летят года, И не успеешь осознать, Как совершит замах коса, Костлявая спешит тебя забрать. Но что-то мрачно начала Своё стихотворение, Тогда давайте, господа, Улучшим настроение. «Да что такое – эти годы, Когда ты молод, ещё свеж! Их не касаются невзгоды, А старость – дальний тот рубеж». Но молодость не вечна, Со временем пройдёт, И жизнь не бесконечна, Её срок истечёт. С годами начинаешь Быть больше реалистом, И ценишь, уважаешь Простую жизнь без рисков. Но я не предлагаю В отшельники податься, И всех не призываю В квартирах запираться. А время скоротечно, Отсчитывает годы, Жить нужно не беспечно, Преодолеть невзгоды. Взрослея, смотришь по-другому На т

Исповедь дампира Я – девушка обычная, не выделяюсь, Смешаюсь с лёгкостью с толпой. Никто особенность не замечает, Для всех привычен образ мой. Но то – враньё, лишь оболочка, Чтоб истинную сущность скрыть. Опасный хищник, одиночка – Нельзя об этом мне забыть. Я – полукровка, дочь вампира, Дитя земного человека, Отвергнутая мёртвым миром, Видать, за то, что ближе к свету. Таких, как я, зовут дампиры, Мы – дети порочные ночи и света. И тьма внутри так жаждет пира, Но свет наложит своё вето. Но из-за силы той ужасной, Что нам досталась от вампира, Мы все становимся опасны Для женщины, что нас носила. Мы причиняем боль, не зная, Что монстрами являлись до рожденья, На свет рождаясь, забираем Жизнь той, которая терпела все мученья, Или калечим, таз ломая И превращая в инвалида. Но нас всегда она прощает, Запрятана на хищника обида. Я внешне от людей не отличаюсь, Лишь небольшая бледность выдаёт. Когда я злюсь или смущаюсь, Румянец на щеках моих цветёт. Наследие отца сжигает, И никогда мне не забыть О том, где зверь голодный обитает, Внутри меня всегда он будет жить. И вот агония в груди Внезапно разум пожирает, То жажда адская внутри, Мгновенно она возникает. Вы скажете: «Попей воды!» Но не поможет ваш совет. Вам то не ведомо, увы, Я знаю это много лет. Водою невозможно Ту жажду утолить, Зато другая жидкость сможет На время зверя усмирить. Течёт по вашим венам Горячая, живая, Кровь алая мгновенно Своею силой насыщает. Всегда я презирала И ненавидела ту жажду, Но всё же точно знала, Что поборю её однажды. Но в детстве было тяжело, Я плакала от жара, В груди моей пекло, В тисках была кошмара. А мама лишь жалела И кровь свою давала. Я пить то не хотела, Но слабость побеждала. Теперь всё под контролем, Себя могу сдержать, Но всё ж от этой боли, Похоже, не сбежать. Но есть и то другое, Что в помощь мне идёт, И пользуюсь порою, Но свой на то расчёт. Я с силой богатырской Всегда помочь могу, И камень исполинский Одной рукой несу. Мгновенно я схватила Того воришку наглеца И с ним поговорила, Теперь не видно подлеца. Ко мне тянулись люди, Как мотыльки на свет, Но близких никогда не будет, На то я сделала запрет. Сближаться не желаю, Так будет лучше для них всех. Меня совсем не знают, Зато я знаю многих, всех. Я с лёгкостью бы увела, Как крысолов, всех за собой, И что угодно бы смогла Устроить с жалкой их судьбой. . Но этого не будет никогда, Я не поддамся тьме своей, Закрою двери навсегда, Отрежу путь к свободе ей. Я в темноте прекрасно вижу, Ночь для меня, как белый день. Не бойтесь, вас я не обижу, Не нужно прятаться так в тень. Да, я другая, это знаю, Всегда старалась быть своей, Что то не просто, понимаю, Но не скажу я правды всей. Я – полукровка, я – иная, Но больше это мне не важно. Хоть не видать совсем уж Рая, Но это мне теперь не страшно. Дампир – не кара, не проклятье, А тьма – не смертный приговор. То – просто жизнь, то – просто счастье, А сущность злая – просто вздор. Я приняла себя отныне, Я – полукровка, та, что есть. Я существую, я едина, И это – радостная весть.