Мастерская Анны - сказочницы

Анна Гринина Тайна Дома на Краю Глава 7 В этот вечер Джулия знала наверняка, что уснуть ей не удастся; слишком ярким было впечатление от неожиданной встречи с хозяином особняка. Нет, ну каков он, этот сноб! - Если у девицы нет манер, чему она научит моих племянников? - перекривила она лорда, и состроила пренебрежительную мину на лице. А то, что его племянники не умели ни читать, ни писать, было в порядке вещей? И где, черт возьми, пропадал любимый дядюшка, когда так нужен был племянникам? Бедных детей предоставили самим себе, если не считать заботы миссис Томпсон. С приездом лорда дом оживился: несмотря на то, что стояла глубокая ночь, ни миссис Томпсон, ни Кейт не знали покоя. Хозяин вызвал женщин к себе в кабинет по-очереди, и что-то им выговаривал. Не обошел вниманием и охранника. До Джулии доносились лишь некоторые обрывки фраз, потому было сложно догадаться, о чем говорил хозяин. Джулия все же легла в постель и стала дожидаться утра; она удивлялась, как от такого шума не проснулись дети. Похоже, что их дядюшка любил эффектное появление. Утро внесло свои коррективы. С первыми лучами солнца в доме послышались торопливые шаги - это встала экономка, чтобы проветрить комнаты. Лорд Вейн нашел их запущенными и обещал прислать в помощь горничных. Ко всему прочему, он ожидал прибытия дворецкого, и миссис Томпсон не знала, как относиться к нововведениям. Она давно привыкла управляться с домом сама, единолично, а теперь придется командовать штатом слуг и приноравливаться к каждому. Но, что еще хуже, ей придется делить "власть" с неким Каримом, дворецким, которого не знала, но ему безоговорочно доверял лорд Вейн. Нет, особняк Дарк-Хаус уже никогда не станет прежним, и это огорчало женщину. Джулия понимала, что лежать в постели более не было смысла, потому быстро встала, умылась, причесалась, надела свое серое платье. Не хотелось слишком выделяться, а напротив, стать неприметной и слиться с окружавшей ее обстановкой; что было маловероятно при броской внешности. Девушка прошла мимо комнаты детей и уловила непонятную возню за дверью; остановилась, прислушалась - так и есть! Дети проснулись, и, кажется, уже давно. Джулия дважды постучала в дверь, а потом открыла ее: на пороге застыли Генри и Эшли, полностью одетые; правда, лохматые волосы и заспанные глаза говорили о том, что дети не выспались. И виноват в этом был их дядя. - Мы слышали шум и голос, похожий на дядин, - начал оправдываться Генри, виновато опустив голову. - Так и есть, он пожаловал ночью, - подтвердила Джулия. Дети изменились в лицах, глаза их заблестели, а на губах появились улыбки. - Ура! Дядя Ричард вернулся! - брат и сестра закружились по комнате, взявшись за руки. - Мисс Метнер, мы срочно должны его увидеть! На все замечания дети реагировали смехом. Джулиии едва удалось совладать с непослушными волосами Эшли, как она выскочила из детской, а следом и Генри. Понимая, что счастливая ребятня сейчас ворвется в покои грозного лорда, девушка побежала за воспитанниками, но опоздала. Эшли и Генри уже повисли на шее дяди и выражали восторг громким визгом, а Ричард пытался их успокоить. Но когда встретился глазами с Джулией, то стал холодным, отстранился от племянников и попросил их выйти. - Мне надо поговорить с вашей гувернанткой, - коротко сказал он, пресекая их попытку остаться. - Присядьте, - бросил он пренебрежительно, даже не глядя на девушку. Джулия села на стул, хотя предпочла бы стоять. Ричард Вейн был бодр, будто проспал всю ночь сном младенца, а не устроил разнос прислуге. Он встал у окна со сложенными за спиной руками. - Мисс, насколько я понимаю, рекомендаций у вас нет? - спросил он. Джулия похолодела, но отвечала ровно, без запинки: - Письма остались в багаже. - Который утерян, правильно? - продолжил он. - Верно. - Джулия знала, что лгать нехорошо, но и подставлять миссис Томпсон не хотела. - Вы раньше работали гувернанткой? - Нет, не доводилось. Но я хорошо лажу с детьми. Лорд круто развернулся и посмотрел на девушку. Одна бровь в удивлении изогнулась. - Хорошо ладите с детьми? У вас нет опыта! - воскликнул он сердито. - Опыт придет со временем. Надо ведь с чего-то начинать, не так ли? Ричард Вейн произнес четко и внятно, словно вколачивал не слова, а гвозди: - Выглядите слишком юной для этой работы. Не хотелось бы, чтобы кто-то тренировался на моих племянниках. Холодная бесстрастность тона вселяла страх в любого, с кем беседовал лорд. И это тот самый мужчина, о котором шептались Кейт и миссис Томпсон? Если верить им, то он был мужчиной редкой привлекательности, блестяще образованный, с безупречными манерами; влиятельный, сыскавший признание самого короля. Якобы, не было в столице ни одной женщины, кого бы не очаровал Ричард Вейн. Вчера, в полутьме Джулия плохо разглядела его, но сейчас отметила, что хозяин дома был привлекателен: высокий, широкоплечий, с крепкими ногами, мощным торсом и с лицом хищника... слишком красивым. Особенно поражали глаза, как два темных омута. - Я старше, чем вы думаете, - сказала Джулия. - К тому же, вы остро нуждаетесь в моих услугах. - Джулия улыбнулась, а лорд нахмурился. - К сожалению, вынужден согласиться. Экономка написала мне о сбежавших гувернантках. Люди боятся необъяснимых вещей... Он осекся, будто сказал то, о чем следовало молчать. - Но речь сейчас не о бывших воспитателях, а об одной молодой особе, которая не очень-то вежлива. Джулия мысленно хмыкнула и опустила глаза; похоже, ее не скоро оставят в покое, и еще долго будут припоминать тот вечер. - Прошу прощения, но возникло недоразумение, - извинилась она. - Я приняла вас за посланника барона фон Вольфа. Ричард Вейн смерил ее взглядом, а затем сказал: - Миссис Томпсон мне все рассказала. Именно поэтому вы все еще здесь. - Если вы так недовольны мною, может, стоит поискать идеальную гувернантку? - Джулия сама удивилась своей смелости. Высокий, подтянутый, в безупречном сюртуке, Ричар Вейн действительно был красив. Только на Джулию это не произвело должного впечатления. Если выразиться точнее - такого, как на других женщин. Властных мужчин она повидала в жизни не мало. В том, что этот человек любил приказывать и не привык, чтобы возражали, сомнений не было. - Идеальных, как я знаю, не существует. У Генри и Эшли уже были профессиональные гувернантки, целых семь. Но все они покинули Дарк-Хаус, а следовательно, детей, - в его голосе сквозило разочарование. - Должно быть, от них требовали слишком много. - Ничего особенного, с чем бы не справилась няня или учитель. - Тогда, возможно их пугал дом? - выдала последний аргумент Джулия. - Вас же он не испугал. - Лорд усмехнулся. - Здесь нет ни привидений, ни фантастических существ. Джулия уже сама не понимала, чего ей хотелось больше - уйти или остаться? - Давайте не станем препираться. Я дам вам испытательный срок. Если справитесь - останетесь в Дарк-Хаусе, при детях, и станете получать жалованье в сто флоринов в месяц. Джулия еще не знала, сколько это, сто флоринов - много или мало? Но глядя на самодовольную ухмылку лорда, подозревала, что сумма там приличная. Но ее больше волновало заявление об испытательном сроке. - Жить будете в Дарк-Хаусе. Если возражений нет, можете быть свободны, - добавил он. - И прошу, не позволяйте детям просто так бегать по дому, заходить в библиотеку и мой кабинет. - Боюсь, сегодня их сложно будет удержать. Они давно не видели дядю и ужасно соскучились, - сказала Джулия. Тут в дверь постучали: миссис Томпсон сообщила, что прибыл дворецкий, а с ним две девушки. И Джулия не стала дожидаться, когда ей укажут на дверь, потому встала и попросила позволения выйти. - Ступайте, мисс Метнер, и помните о нашем уговоре. - Хозяин Дарк-Хауса проводил ее взглядом до двери и сел за стол. Джулия быстро вышла и выдохнула накопившееся напряжение. Нет, не таким она представляла себе лорда Вейна во время его отсутствия. Воображение нарисовало образ красавца-аристократа, уважающего людей независимо от их сословия. Но такого Ричарда не существовало. Он оказался не лучше некоторых компаньонов ее отца, которые кичились своим богатством и положением. А к детям как относится? Не уделил и толики внимания родным племянникам, которых так долго не видел. Может, он считает, что ими сугубо должна заниматься гувернантка? Так думала Джулия, пока проходила через анфиладу комнат. Сколько их тут было? Она точно не знала, так как не успела ознакомиться со всем домом; на мгновение показалось, что их стало больше... Детей она нашла в классной комнате. Выглядели они расстроенными. Эшли нахмурилась, когда увидела гувернантку, и отвернулась. Напряжение витало в воздухе и, несомненно, так на детей повлиял приезд дяди. - Что случилось, Эшли? - спросила Джулия ровным голосом. - Ничего. - Девочка закрывалась от нее, не желая выдавать свои мысли и настоящие чувства. Джулия склонилась над ребенком и ласково коснулась ее руки. - Почему дядя Ричард выставил нас? - спросил Генри, насупившись. - Он только приехал, - объясняла девушка, пытаясь успокоить детей. - Уверена, что дядя найдет для вас время, чуть позже. - Может, он больше нас не любит? - Эшли даже всхлипнула. Джулия присела перед ней на корточки и посмотрела в глаза, которые блестели от невыплаканных слез. - Если бы он не любил вас, то не приехал бы. - Вам-то откуда знать? Вы с ним не знакомы, - ответила Эшли. - Да, полчаса не в счет, - поддержал сестру Генри. - Может, в силу того, что я старше, и опыта у меня больше, я могу судить о том, чего не знаю. У меня тоже есть... Тут она запнулась, но потом продолжила. - Родители и младшая сестренка. У папы никогда не хватало времени, чтобы играть с нами, ходить куда-то. Но мы знали, он делает все возможное, чтобы мы ни в чем не нуждались. И его забота была проявлением любви. Любовь бывает не только на словах, но и в делах. Генри внимательно слушал, что говорила гувернантка, а потом согласился: - Кажется, я понимаю, - вздохнул он. Эшли ничего не сказала; видно было, что она все еще сердилась. Потому Джулия не стала дальше развивать тему, так как не желала обсуждать хозяина дома с детьми, считая это неблагородным делом, и приступила к занятиям. Но мысленно возвращалась к лорду Вейну. Дети сегодня были тихими и понурыми, как-будто их наказали, и сердце Джулии сжималось от жалости. Этот мистер Идеал решил муштровать детей, как солдат в казарме? Безусловно, дисциплина важна, но детям нужна любовь и немного ласки, в особенности таким, как Генри и Эшли. Следует поговорить с миссис Томпсон. Сразу после уроков Джулия отвела детей в детскую и отправилась на кухню, в надежде застать там экономку. Но увидела кухарку и незнакомую девушку в темном платье с белым фартуком с рюшами. Она была миловидной, с темно-русыми волосами, заплетенными в косу. Голову, как корона, венчала белая наколка. Девушка улыбнулась и представилась Аделиной. Выяснилось, что приехала она вместе с дворецким, и сразу была принята на работу. Джулия не захотела отвлекать горничную от работы, потому сослалась на дела; и уже выходила из кухни, но вдруг остановилась, думая, что у нее двоится в глазах. Одна Аделина входила на кухню, другая разговаривала с кухаркой. - Близнецы, - рассмеялась девушка, видя замешательство на лице Джулии. - Эвелина. Гувернантка пропустила горничную и прошла в холл. Экономка стояла там и о чем-то жарко спорила с мужчиной, одетым в строгую одежду. Лицо его было темным, как и волосы, да и сам он походил на человека, в жилах которого текла восточная кровь. Черные глаза смотрели на экономку с некоторой долей лукавства. Завидев Джулию, мужчина приложил руку к груди и с усмешкой произнес: - Мисс, прошу прощения за то, что вы вынуждены наблюдать такую неприятную сцену. Рискну предположить, вы еще не слышали о дворецком? Джулия не удержалась и улыбнулась - от нелепости ситуации. Она ожидала встретить чопорного дворецкого, похожего на своего хозяина-аристократа, а не мудреца из восточных сказок. - Значит, ваше имя Карим? - Могу перевести мое имя. Оно означает "Великодушный". - Карим склонил голову. - Красивое имя, - сказала Джулия. - Позвольте мне тоже восхититься вашей красотой. Там, откуда я родом, женскую красоту воспевают поэты. - Он взял руку Джулии и поцеловал. - Вы только поглядите! Вот, о чем я говорила. Совсем не понимаю лорда Вейна, - миссис Томпсон приложила руку ко лбу. - Какой из него дворецкий? Он не знает норм этикета. - Вынужден не согласиться, - сказал он. - Мы с лордом знакомы много лет, и прекрасно знает, как я отношусь к своим обязанностям. - И я буду делить дом с этим человеком! - простонала экономка. - Но миссис Томпсон, вам же нужна помощь. - Джулия попыталась воззвать к ее благоразумию. - Так еще и близняшек привел, - не унималась женщина. - Ну, что за наказание. Будут друг друга покрывать. И тут позади раздался голос: - Ничего подобного не будет, уверяю вас. Джулия вздрогнула и обернулась - на лестнице стоял лорд Вейн, собственной персоной. Миссис Томпсон вся как-то съежилась, будто хотела стать незаметной, и растерянно улыбнулась. - А мы тут знакомились, - пробормотала она, надеясь, что тот не слышал разговор. Лорд усмехнулся краешком губ; он понимал, что противостояние между экономкой и дворецким неизбежно. Но пройдет время, и они притрутся друг к другу. Но молодая гувернантка... Следовало приглядеться к ней повнимательней. Мужчина приблизился к Джулии и спросил, где она должна сейчас находиться? - С детьми, - ответила Джулия, нисколько не смутившись. - Так ступайте и приведите их в столовую. - Сию минуту, сэр. - Джулия склонилась в шутливом поклоне. Она заметила насмешливый взгляд, который бросил на нее дворецкий и почувствовала симпатию к этому незаурядному человеку. Девушка направлялась в детскую и улыбалась своим мыслям, когда услышала визг и вопли. Это кричала Эшли! Со всех ног гувернантка бросилась на помощь, предполагая самое худшее, но в сердце теплилась надежда, что успеет. А когда оказалась на месте, то увидела, как Эшли и Генри пытаются затушить огонь. Дети тщетно пытались сбить пламя водой из хрустального графина. Джулия без лишних раздумий сдернула покрывало с одной из кроватей и принялась бить им по воспламенившейся ткани. Когда огонь потух, девушка схватила со стола вазу, вытащила цветы и залила водой тлеющую штору. Комната заполнилась запахом гари, и девушка открыла окна настежь. - Дети, вам кто-то дал спички? Вы зажигали свечи? Что тут произошло? - Мы не знаем, - виновато произнес Генри. - Это случилось само по себе. Джулия не поверила детям и просила сказать правду, но те уперлись и стояли на своем. Гувернантка с огорчением смотрела на испорченные портьеры, которые походили на опаленные крылья мотылька. Эшли потерла лицо тыльной стороной ладони и размазала копоть по щекам. Джулия хотела отвести детей умыться, но тут на пороге детской возник тот, кого она меньше всего желала здесь видеть. - Дядя Ричард! - встрепенулся Генри. Джулия одернула платье и встряхнула ладони. Что ж, хорошо, что он появился. Хоть какое-то проявление внимания и родственных чувств. - Поверить не могу, что это снова случилось, - произнес лорд с досадой, так как не желал, чтобы об этом знали посторонние. И вот, на месте первым оказался не он, а гувернантка, которая не известно еще, останется в доме или нет. Дети виновато опустили головы, как нашкодившие котята, и в сердце Джулии закралось подозрение, что эти трое что-то от нее скрывают. Ричард Вейн окинул строгим взглядом детскую. - Портьеры заменить! - бросил он одной из горничных, которые прибежали на шум. - Спросите у экономки. Девушки присели в книксене и молча удалились. Выдержке их можно было только позавидовать: ни одна не стала задавать ненужных вопросов и ставить хозяина дома в неловкое положение. Но Джулия не относилась к безмолвным горничным, а потому спросила: - Выходит, это не единичный случай? Может, кто-то объяснит, что на самом деле происходит? - При всем уважении, мисс, вас это не касается, - ответил Ричард Вейн. - При всем уважении, это имеет прямое отношение ко мне и моим обязанностям, сэр. Потому я требую объяснений, - зло сказала Джулия. - Для начала отведите детей в столовую, чтобы они пообедали. Я жлу вас в зале. Мужчина вышел, оставив гувернантку с племянниками. - Он всегда такой? - проворчала Джулия, причесывая Эшли. - Дядя всегда был строгим, - ответил Генри. - Это не просто строгость. Он похож на глыбу льда, такой же холодный и непробиваемый. Ладно, поспешим, а то ваш дядя будет сердиться. Джулия вывела детей из комнаты, давая горничным возможность заняться уборкой в детской. В столовой их встретил Карим и проводил детей за стол. Лорд Вейн чинно восседал во главе стола, сервированного на четыре персоны. Кто был четвертым, девушка не знала. Может, дворецкий? Или лорд ожидал гостя? В любом случае, Джулии там не место, потому она пожелала всем приятного аппетита, и уже направлялась к выходу, но ее остановили. - Мисс Метнер, останьтесь и пообедайте с нами. Джулия внутренне сжалась, как пружина, но не показала своего беспокойства. - Миссис Томпсон предупредила, что сидеть за одним столом с хозяевами неприемлемо, - сказала гувернантка. - И тем не менее, я настаиваю, - повторил просьбу лорд. Ничего не оставалось, как принять приглашение. Она прошла к столу, а дворецкий отодвинул стул, чтобы мисс села. Она чувствовала себя так, будто попала в какую-то жуткую сказку. Хозяин дома выглядел как антигерой; несмотря на день, в столовой было темно; а тончайший фарфор, столовое серебро и хрусталь навевали неприятные мысли. На обед подали суп с морепродуктами; нежнейшие говяжьи отбивные с кисло-сладким соусом; несколько видов салатов; хрустящие булочки с сыром; а после было чаепитие с фруктовым пирогом. Если бы не сладость и соленость в тех блюдах, к которым привыкла Джулия, обед мог бы считаться поистине королевским. Но Кейт побоялась заниматься нововведением при лорде, а потому сладким вышел только пирог. Мужчина попробовал выпечку и был удивлен: - Кухарка сегодня так торопилась, что перепутала соль с сахаром? - хмыкнул он. - Но вышло неплохо. - Это мисс Метнер подсказала, - объявил Генри. - Она говорит, что в их городе готовят все наоборот: пирожные и конфеты бывают сладкими, а супы и мясо - солеными. Джулии хотелось немедленно провалиться сквозь землю, вернее, пол; от того, с какой торжественностью это было объявлено. И лорд, конечно же, принялся сверлить пытливым взглядом гувернантку. - Интересно, это в каком же городе так готовят? Не просвятите, мисс Метнер? Я много где побывал, но такое пробую впервые. - Городок наш маленький, вы о нем, должно быть, не слышали, - пробормотала Джулия. И мысленно согласилась с пословицей "Язык мой - враг мой". На помощь ей неожиданно пришел Карим: - Там, откуда я родом, тоже так готовят. Конфеты, пирожные, засахаренные орешки, рахат-лукум, оттого все это и зовется сладостями. А мясо, как ни странно, любит соль. - Он улыбнулся Джулии и подмигнул детям. - Это я знаю. - Лорд Вейн раздраженно махнул рукой. - Но мисс Метнер не похожа на женщин вашей страны. Вот мне и стало любопытно, не сочтите за наглость. - Мисс Метнер из Даллона, - вспомнил Генри, а Джулия мысленно простонала. Что, если лорду вздумается навести справки? Тогда ее не просто уволят, но и могут посадить в тюрьму за ложь и сокрытие правды. Ох, ну зачем она согласилась влезть в эту авантюру? Глаза лорда сузились, он как-то недобро взглянул на девушку, повторил за Генри название города, но не стал расспрашивать дальше. Вместо этого он встал, объявил, что обед окончен и предложил всем прогуляться, ссылаясь на хорошую погоду. Генри и Эшли обрадовались, вышли из-за стола и побежали во двор, а их дядя подождал гувернантку. Джулия шла рядом с этим статным мужчиной и понимала, что он специально позвал всех на прогулку, чтобы иметь возможность поговорить с ней. Погода и вправду стояла чудесная. Солнце ласково грело своими лучами землю, отчего воздух был напоен медовым ароматом клевера и свежестью травы. В воздухе кружили бабочки, над цветами звенели пчелы. В кронах деревьев щебетали птицы. Эшли бегала за огромной лимонной бабочкой, а Генри нашел удивительной формы камень, положил на ладонь и разглядывал. Красоту сегодняшнего дня не портило даже соседство с погостом. - Смотрите, мисс Метнер, какая красивая бабочка! - воскликнула Эшли и рассмеялась. Джулия впервые видела ее такой счастливой. - Очень красивая! Только не трогай ее руками, а то придавишь, - сказала Джулия. Ричард наблюдал за племянниками и гувернанткой. Ему хотелось понять, насколько они сблизились. - Так что вы мне можете рассказать, лорд Вейн? - Джулия не забыла о его обещании. - Выходит, вы не из тех, кто сдается? - усмехнулся мужчина. В глазах его вспыхнули искорки смеха, что было очень неожиданно. Джулии уже начало казаться, что смеяться он не умеет вообще. - Да, я очень настойчива, - улыбнулась Джулия. - Не думаете, что правда испугает вас? - Кажется, меня уже ничто не испугает. Лорд и гувернантка сели на скамейку под сенью раскидистого дерева. Джулия только свиду была спокойной, в сердце ее бушевало пламя, такое же, как в детской. Лорд Вейн де, напротив, был спокоен - с детьми ничего не случилось. - Хорошо, будь по-вашему, - сдался он. - У каждой истории есть начало. Моя сестра Элис была очаровательной молодой леди, умной, начитанной. Вместе с этим, она прекрасно танцевала, музицировала, рисовала, а также знала несколько языков. За Элис ухаживали самые достойные молодые люди королевства, но на одном балу она встретила чужестранца, сопровождающего посла, и влюбилась без памяти. Отец узнал об этом, разозлился; он был против, но Элис слышать ничего не желала. Было решено как можно скорее выдать сестру за подходящего человека. Но накануне свадьбы невеста сбежала. Элис и Робер тайно поженились и уехали. Джулия не совсем понимала, к чему лорд сделал такое большое отступление и ввел ее в курс событий многолетней давности; а так же, какое отношение имела мать детей к пожару, но все равно, было интересно. - Я и не предполагала, что между родителями Эшли и Генри были такие сильные чувства. Должно быть, ваш отец сильно гневался? - спросила Джулия. - Не то слово, - Ричард Вейн усмехнулся. - Он рвал и метал, срывал злость на прислуге. Именно тогда слегла наша мать, от переживаний за мужа и дочь, а потом тихо ушла в мир иной. Дарк-Хаус погрузился в печаль. Адам Вейн стал задумчивым, часто запирался в кабинете и смотрел на ее портрет. От Элис не было известий, отец запретил ее искать, но я не терял надежды, что однажды найду ее. И нашел. Я поехал к ней в Моранию. - В Моранию? - переспросила Джулия, силясь понять, что это за город. - Да, Робер оказался графом из старинного рода. Я с трудом попал в их мрачный замок, стоявший на отвесной скале... Не знаю, почему все это вам рассказываю. Думаю, вы правы: нужно знать заранее, с чем столкнешься, чтобы не растерять в сложной ситуации. Джулия согласно кивнула. Похоже, история близилась к завершению, и он сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. - Элис и Робер встретили меня радушно. От печальной новости она расплакалась и попросила прощения за свой поступок, но сказала, что счастлива со своей семьей. И да, их было уже четверо - появились дети. На тот момент Генри было пять, а Эшли три года. - Каким же образом дети оказались в Сайлент Роке? - не скрывала любопытства Джулия. - Я уговорил сестру приехать сюда, помириться с отцом и навестить могилу матери. Думал, что увидев внуков, он забудет прежние обиды. Так и случилось. Как верны суждения о том, что в молодости отцы мало внимания уделяют детям; но когда появляются внуки, вся нерастраченная любовь достается им. Старый лорд души не чаял в детях, и простил дочь за то, что вышла замуж без родительского благословения. Тут Джулия заметила, что воспитанники приблизились к воротам. Помня наказ экономки, она позвала их и попросила не уходить далеко. Лорд Вейн предложил девушке пройтись по саду, чтобы закончить историю. Они медленно шли вдоль ряда фруктовых деревьев, и дети были все время на виду. - Как обычно бывает в таких историях, случилось одно "но"? - высказала предположение гувернантка. - Да, Адам Вейн умер. Это было первым потрясением для Генри и Эшли. Роберт и Элис забрали детей и уехали в Моранию. А через два года случилось несчастье, и у Генри с Эшли не осталось иных родственников, кроме меня. В то время я почти не бывал в Дарк-Хаусе, так как выполнял поручения Его Величества и разъезжал по всему свету. Но племянников пришлось забрать и поселить в особняке, а еще нанять гувернантку, что я и сделал. Дети замкнулись в себе, почти не общались с людьми. Все свободное время они проводили с собакой, которую им подарили родители. К сожалению, мне некогда было заниматься ими. - Кажется, мы уклонились от темы, - напомнила Джулия. - Как это связано с сегодняшним происшествием? - Терпение не входит в число ваших добродетелей? - усмехнулся Ричард. - Что ж, закончу свой рассказ. В тот день, когда исчезла одна из гувернанток, к которой сильно привязались дети, Эшли долго плакала. Миссис Томпсон укладывала детей спать, а когда выходила из детской, увидела, что загорелась скатерть. Экономка тогда сильно испугалась, и из детской унесли все, что может воспламениться. Не оставили ни свечей, ни масляных ламп. Во всем доме теперь горят светильники. - Значит, поджог исключается, - задумчиво произнесла Джулия. - Но как же тогда объяснить пламя на шторах? - Дети, они особенные, - ответил лорд. - Что-то такое говорила миссис Томпсон, когда я спросила, почему их не отдали в приют. Но теперь, зная, кто его возглавляет... - Когда я говорил, что они особенные, я имел ввиду - другие. - Опять вы говорите загадками, - рассердилась Джулия. - Как я смогу помочь им, если от меня все скрывают? Лорд Вейн остановился и посмотрел прямо в глаза гувернантке. - Вы умеете хранить секреты? Если хотите знать, то должны пообещать молчать о том, что я расскажу. - Клянусь, что не проболтаюсь никому, - пообещала Джулия и подняла правую руку. - Все дело в том, что отец Генри и Эшли был... вампиром. Джулия издала нервный смешок, думая, что ослышалась или лорд так шутил. Но на лице его не дрогнул ни один мускул, и Джулия поняла, он говорил серьезно! Боже, эти дети вампиры?! Девушка посмотрела на своих воспитанников, и похолодела. - Вы напуганы? - спросил Ричард. - Но, как же... Они не боятся солнца, едят обычную еду... - От отца им достались некоторые особенности: быстрота реакции, отличные зрение и слух, невероятная скорость. Подозреваю, что и огонь появился не просто так. Даже я не знаю, какие из способностей проявятся со временем. - А прежние гувернантки знали об этом? - спросила Джулия. - Считаю, что некоторые догадывались. Но вы первая, кого я посвятил в тайну. Теперь вы все знаете, и сбежите, как остальные. Или возненавидите детей. - Ни первое, ни второе. Дети ни в чем не виноваты. - Джулия по-новому взглянула на Генри и Эшли. - Помните - вы обещали. Никто не должен узнать, иначе детям будет грозить опасность. #ТайнаДома

Анна Гринина Анна и Джун. Сердце привело меня к тебе Глава 26 Я вернусь через пару дождей, сорок три снегопада пройду, По холодной росе пробегусь, вновь на этой планете вздохну, За тяжелыми тучами дня отыщу я дорогу домой, За холодным окошком пурги захочу снова быть я с тобой! Путь не будет мой лёгок к тебе, на седьмом повороте с небес Я, конечно, сверну не туда, и, конечно, приду не к тебе. И в карманы года потекут, шифры шрамов, поди-разбери, И до одури будем искать мы друг друга с зари до зари! И десятки других, не моих, ты дыханьем согреешь за век В лабиринтах ветвистых дорог. Где ж единственный мой человек? На стекле моё имя пиши и дыханьем его оживляй, Иногда в предрассветной тиши ты свечу на окне оставляй! Даже в самую мрачную тьму я увижу её слабый свет, Негасимой надежды маяк, не забывшего сердца привет. Я в которой, девятой уже, закричу вновь от боли тебя, Захлебнусь, закрывая глаза, зная - дальше так просто нельзя! Вдруг почувствую руки твои, подхватившие тело моё. Как всегда, ты спасаешь меня. Мой любимый, спасибо за всё....* *Елена Тимершина Господин Ким приехал домой только на следующий день. Он сразу прошел в кабинет, где открыл бар и налил в стакан нечто более крепкое, чем соджу. Мисук постучала, и, не дождавшись ответа, вошла. Отец сидел за столом, с пустым стаканом и задумчиво смотрел на газету, которую принес с собой. Увидев дочь, он нахмурился и поставил стакан на стол. - Зачем пришла? - недовольно спросил он. - Хотела узнать, как все прошло... Господин Ким усмехнулся, встал, подошел к бару и взял бутылку, а Мисук смотрела, как стакан доверху наполняется янтарной жидкостью. Осушив стакан, он сел в кресло и сказал: - Как все прошло? Сейчас расскажу. Сначала дело двигалось к тому, чтобы Со Джуна уволили. Но тут появилась старая аджумма, которая оказалась его бабушкой, и все испортила. - Бабушка? У Джуна есть бабушка? - удивилась Мисук. - Неожиданно, правда? - мужчина криво усмехнулся и продолжил. - Ли Бан Сок - одна из богатейших женщин Сеула, и , ко всему прочему - самая влиятельная в корпорации.Так что, поздравляю, доченька, ты потеряла самого завидного жениха в Корее! Он взял со стола газету и бросил ее дочери. На главной странице она увидела изображение Со Джуна и пожилой женщины, под заголовком: "В корпорации CG-group сменился лидер". - Отец, но откуда мне было знать, - робко начала Мисук. - К тому же, это ты давил на него и его дядю... Господин Ким нахмурился. - Я делал это ради тебя! - рассердился он. - Но вместо того, чтобы крепко держаться за этого парня, ты связалась с проходимцем! Ну, и где же папаша твоего ребенка? Прячется от меня или мотает срок? - Грегори не преступник! - воскликнула Мисук, бледнея. - Прекрати его защищать, нерадивая. И прочь с глаз моих, не желаю тебя видеть! Мисук сжала руки в кулаки, чувствуя бессилие против обстоятельств и гнева отца, и выбежала из кабинета. Не желает видеть- пусть не смотрит. Мисук не обращала внимания на слезы, которые застилали глаза. Она быстро поднялась по лестнице в свою комнату и заперлась на ключ. Оставшись одна, наедине со своими мыслями, девушка упала на кровать и раскинула руки в стороны, представляя себя лежащей на песке на берегу моря. Ласковый ветерок касался ее кожи, а может, это были губы Грегори? Мисук все еще не могла забыть его глаза, руки, слова нежности. Когда все пошло не так, как она мечтала? Точно, во всем был виноват ребенок, нежданный, не желаемый и никому не нужный. Мисук положила руку на живот, пытаясь понять, что чувствует к тому, кто так жестоко лишил ее счастья, и поняла - ни-че-го! Вернее, ничего из того, что должна была испытывать будущая мать. - Ты разрушил мою жизнь, чудовище! Лучше бы ты никогда не родился... Порою, сказанные в сердцах слова сбываются, если в них вложены сильные эмоции; повернуть время вспять не получится, как ни желай. Действительно ли Мисук ненавидела ребенка, или это был минутный порыв, только ночью у нее сильно скрутило живот, да так, что не могла вздохнуть. - Мамочка, - прошептала она, но никто не мог слышать этого. Жуткая боль ослепительной вспышкой словно разрезала пополам, и Мисук закричала. Спустившись с кровати, она согнулась и еле дошла до двери, чтобы открыть, но новый приступ боли пронзил ее, а по ноге заструилось что-то теплое. - Нет, нет, я не хотела, - испуганно прошептала она перед тем, как упасть на пол. * * * Юристы госпожи Ли подали в суд иск, и выиграли дело; теперь корпорация переходила в руки Со Джуна. По этому случаю в CG-group готовился прием, на который были приглашены не только именитые гости, но и все, кто помогал Джуну восстановить доброе имя и вернуться в компанию. Молодой человек гостил в доме бабушки, так как женщина хотела поближе познакомиться с внуком и наверстать упущенное. Парень стоял у большого зеркала, одетый в белоснежный костюм и завязывал на шее "бабочку". Госпожа Ли настояла на этом наряде, и переубедить ее было невозможно. Когда Джун вышел из гардеробной и спустился в зал, Ли Бан Сок довольно улыбнулась и покачала головой: - Каков красавец, а? Настоящий принц! Подойди сюда, мой мальчик, дай посмотреть на тебя. Ты так похож на своего отца! Со Джун смущенно улыбнулся, но подошел к бабушке, которая сидела на стуле в темно-зеленом бархатном платье, сложив кисти рук на набалдашнике трости. Он поклонился, а бабушка обняла его и поцеловала в лоб. - Уверена, ты произведешь впечатление на этих снобов. Со Джун тоже сделал комплимент, сказав, что бабушка прекрасно выглядит и платье ей к лицу. На что госпожа Ли рассмеялась, махнула рукой и сказала: - Какое там "хорошо"? Я похожа на сморщенный абрикос, - но было видно, что ей приятно. Со Джун помог женщине встать, подставил руку, на которую она оперлась и вместе с внуком они вышли из зала во двор дома, где их ожидал помощник. - Джи Юн еще не пришел? - спросил Джун, садясь в лимузин. - Он сказал, что будет на торжестве вместе с Чонхой, господин Кан, - ответили ему. Джун подавил в себе желание позвонить другу, так как знал характер Джи Юна - если тот сказал, то обязательно выполнит. Автомобиль отъехал от дома на довольно большое расстояние, когда Со Джун вспомнил, что оставил телефон на столе, в доме. - Остановите! - сказал он тоном, не терпящим возражений. - Что-то случилось, господин Кан? - поинтересовался помощник госпожи Ли. - Я оставил телефон на столе. - Он у меня, - ответил мужчина, доставая из кармана пиджака гаджет и с улыбкой протянул Джуну. Мужчину можно было назвать волшебником, который угадывает желания. То, как он относился к работе, вызывало настоящий восторг. Госпоже Ли очень повезло встретить однажды такого человека, но и Джуну посчастливилось знать похожего парня. Пока он ехал в машине, то обдумывал план, который неожиданно пришел в голову. Как стало известно, дядя уволил Джи Юна из компании, и тот нашел другое место. Джун намеревался восстановить друга в должности, и даже больше. Но об этом собирался объявить на приеме. Главный вход здания был украшен гирляндами, которые мигали разноцветными огнями. Лимузин остановился у самого входа, и мужчины помогли госпоже Ли выйти. Двигалась она медленно, с трудом поднимаясь по ступенькам - сказывался возраст и последствия болезни. Но двое сопровождающих ни за что не дали бы ей упасть. К удивлению Джуна, из здания вышли журналисты и репортеры и стали его снимать. - Кто позвал сюда журналистов? - спросил он, щурясь от вспышек. - Это сделала я, - ответила Ли Бан Сок, довольная собой. - Событие должно остаться в памяти людей. Первые шаги, которые ты делаешь как генеральный директор компании. - Все-то ты знаешь, бабушка, - Со Джун восхищался острым умом этой женщины. - Мне кажется, ты сама прекрасно управляла бы CG-group. - Я стара для роли директора, к тому же, это слишком большой соблазн. Нет уж, лучше пусть мой дорогой внук займет место, принадлежащее ему по праву наследия, а старой Ли Бан Сок позвольте уйти на покой. Со Джун не стал спорить с нею, только заметил, что бабушка не старая. - Да, конечно, - хмыкнула она. - Надо же, какое открытие дня. Но комплимент оценила и благодарна. В холле виновника торжества встретили акционеры, директора отделов, приглашенные гости и друзья. - Господин Кан, - к Со Джуну подошел секретарь Ким. - Все ждут вас в зале. Госпоже Ли помогли пройти к лифту, а Джун следовал за нею вместе с секретарем, который на ходу объяснял, какую программу подготовили на вечер. Он протянул лист с заготовленной речью, но Джун решительно отверг ее, когда пробежал глазами по написанному. - Я доверяю вам, но хочу высказаться сам, если можно. - Конечно, господин Кан, - сказал секретарь. - Я думал, что так будет легче. - Пусть Со Джун говорит, как чувствует. Это хорошее начало, - согласилась госпожа Ли. Джун давно понял, как ему повезло с бабушкой, которая и поддержит, и на ошибки укажет, и властной рукой на правильный путь наставит. Жалел только, что упущено время, когда можно было помириться еще до поездки в Шотландию. Быть может, тогда удалось бы избежать многих неприятностей. Хотя, как говорила Ли Бан Сок, "трудности закаляют характер и делают нас сильнее". Не случись поездка в Эдинбург, дядя еще долго бы скрывал истинное лицо и, возможно, разорил компанию. А так Джун теперь официально являлся генеральным директором и самым молодым владельцем корпорации во всей Южной Корее. Ли Бан Сок попросили встать рядом с внуком и улыбнуться на камеру, но она сделала это без особого желания, так как считала, что все внимание сегодня должно уделяться внуку. Отмахнувшись от репортеров, которые прикасались к славе, она смахнула с рукава Джуна несуществующую пылинку, поправила ему "бабочку" и сказала ворчливо: - Слышишь, там звучит твое имя? Ну, иди скорей, а то все пропустишь. - А как же ты, бабушка? - беспокоился внук. - Что я? Войду с другого входа и сяду в зале. Помощник госпожи Ли, как вездесущая тень, следовал за женщиной и заверил Джуна, что с его бабушкой ничего не случится. Появившийся секретарь поторопил парня и сказал, что сейчас его выход. Со Джун сильно волновался и чувствовал, как по спине пробегает озноб, а желудок скручивается в тугой узел. Реакция организма на стресс раздражала, потому парень сделал глубокий вдох и вошел в раскрытую дверь. Его тут же ослепил свет ярких ламп и прожекторов, направленных прямо на сцену. Немного поморгав, Джун посмотрел на стоявшего с микрофоном ведущего и кивнул ему. Зал взорвался бурей аплодисментов и овациями, отовсюду доносились возгласы "Со Джун!" - Уважаемые гости и сотрудники компании CG-group! Встречайте: Кан Со Джун! Молодой человек сделал шаг вперед и поклонился во все стороны. Он не обращал внимания на то, как дорого украсили зал живыми цветами, будто на свадьбу; плохо различал лица от слепящих глаза прожекторов. Со Джун впервые чувствовал себя кем-то вроде кинозвезды, человеком, к которому было приковано внимание сотни людей. И чтобы как-то успокоить волнение в зале, он подошел к микрофону, поднял руку и попросил тишины: - Приветствую всех! Представлюсь вам, я Кан Со Джун, генеральный директор корпорации CG-group и отделов LG, CK и KT. Было много трудностей в процессе подготовки, и я немного волнуюсь. Бизнес, которым я собираюсь заниматься - телекоммуникации. И новое название, которое мы вам представим, это "Conscience", что означает "Совесть". По логотипу компании окончательное решение принимал я. Conscience после многих обсуждений станет широко известна в Южной Корее. В зале наступила тишина, лишь изредка нарушаемая щелчками фотокамер; длившаяся до тех пор, пока кто-то не попросил объяснить, для чего менять всем известное название? - Почему? Сейчас я вам отвечу. Человек, который усердно учился в школе, затем сдавал экзамены, надеется в будущем устроиться на хорошую работу. Но рабочих мест нет, на всех не хватает. Справедливо ли, что награда за труд дается не всем? Что касается компании, которую я буду развивать, то я хотел бы создать место, где возможности будут даны каждому, если не брать во внимание прошлое и стараться для будущего. Причина, по которой ты уважаешь человека, заключается не в его деньгах, не в его образовании, не в его власти и красоте. Человека надо уважать исходя из того, какие ценности для него важны и как он строит отношения с людьми. Великие мечты пишутся рукой, ощущаются сердцем, проходятся ногами. У тех, кто мечтал о светлом завтра, даже если он не может жить так, как мечтал, может наполнить ее яркими моментами. Карнеги, родившийся в семье шотландского иммигранта, был ужасно беден, но преуспел. Чарли Чаплин, которому пришлось провести детство в бедности, преодолел трудности и стал великим актером. А Стив Джобс, который воспитывался приемными родителями, стал лучшим в мире генеральным директором после создания "Apple". Мечтайте о светлом завтра, даже если не можете прожить его сейчас. Никогда не забывайте, что мечты поднимают за руку тех, у кого хватает смелости это сделать. Всегда будьте благодарны за скромную пищу и хороших людей. - Простите, господин Кан, многие задаются вопросом, как вы пришли к такому успеху? - спросила молодая журналистка, сидевшая в зале. - В таком возрасте вы стали генеральным директором компании, которая заняла первое место в Корее и с гордостью была признана многими ведущими компаниями. Что было самым сложным на вашем пути? Со Джун обвел взглядом зал. Глаза уже привыкли к яркому свету, и сейчас он мог различить знакомые лица: секретаря Кима, Чонху и Джи Юна; начальника бухгалтерии и его заместителя; госпожу Ли Бан Сок и ее верного помощника. Были в зале и директора других отделов, которые не слишком радовались успеху молодого руководителя. Но с ними Джун намеревался расстаться. - Люди, они - источник всего, как счастья, так и бед, - ответил Джун. - Я сталкивался как с первыми, так и со вторыми. Первые - это люди-сокровища, которых надо держаться. Их поступки, слова мудры, всегда окажут помощь и поддержат в трудную минуту. От вторых же нужно избавляться. Они причиняют вред, боль и во всем ищут только выгоду. Только благодаря любви и поддержке первых мы лидируем на рынке среди множества конкурентов. В 2020 году мое видение этого мира кардинально изменилось. Я научился бросать вызов себе. Без вызова не будет успеха. Со Джун замолчал, а в зале раздались аплодисменты. - Господин Кан, мы все ждали, что вы женитесь на Мисук, но этого не произошло. По какой причине вы не вместе? - Просто в какой-то момент мы поняли, что слишком разные, потому расстались, - ответил Джун. - Это правда, что ваша невеста ждет ребенка? Со Джун сказал, что не станет отвечать на провокационные вопросы. - Господин Кан, если вы расстались с госпожой Ким, то теперь считаетесь завидным холостяком. Что бы вы могли сказать нашим зрительницам? У них есть надежда завоевать ваше сердце? Со Джуну на мгновение показалось, что в зале он видит Анну. Девушка будто бы замерла и ждала, что он скажет. - Должен разочаровать зрительниц, - произнес он. - Во-первых, это мужчина должен завоевывать женщину. А во-вторых, мое сердце уже занято. - Правда? И это надолго? - с улыбкой спросила репортер. - Думаю, навсегда, - ответил Со Джун и гордо поднял голову. Кто-то в зале вздохнул от удивления, а госпожа Ли Бан Сок покачала головой - до чего же он открытый, нельзя быть таким. Ах, как же Со Джун был похож на своего отца! В то же время, женщина испытывала чувство гордости за внука. Пусть он во всеуслышание объявил о своей любви к незнакомой девушке, ее внук заслуживал счастья. - Выключите камеры, - потребовал секретарь. - Это слишком личное. - Нет нужды, пусть снимают, - Со Джун поднял руку и остановил мужчину. - Я открыто заявляю о том, что люблю одну девушку и мечтаю на ней жениться. - Она присутствует в зале? - спросила репортер. - Она всегда здесь, в моем сердце, - Со Джун положил руку на грудь. - Анна была со мной в самый тяжелый период в жизни, даже не зная, кем я являюсь на самом деле. - Какая романтическая история, прямо как в дораме, - восхитилась девушка. - Пользуясь случаем, хочу обратиться к лучшему другу. Джи Юн, назначаю тебя своим помощником. Нет-нет, не отказывайся, это даже не обсуждается. Все, кто поддерживал меня, молился, чтобы я вернулся в Корею - я благодарен вам! Со Джун низко поклонился, а когда выпрямился, то поискал в зале госпожу Ли. - Особую признательность я выражаю прекрасной женщине, самому близкому мне человеку, своей бабушке, госпоже Ли Бан Сок. Благодаря ей я сейчас стою здесь, на сцене. Со Джун низко склонился, и все повернулись в сторону госпожи Ли, которая смахнула слезу. Это был триумф ее мальчика, который он разделил с бабушкой. Женщина расчуствовалась, вознося благодарность небесам за то, что приняла правильное решение и помирилась с внуком. А Джун увидел в зале призрак. Мама стояла среди рядов кресел и с грустной улыбкой смотрела на сына. Она выполнила свою миссию и теперь могла спокойно уйти. Потому в последний раз посмотрела на своего мальчика, помахала рукой и растворилась в воздухе, оставив после себя аромат вишни. - Мама, прощай, - прошептал Джун. Джун был счастлив от того, что вокруг него собрались единомышленники. Предстояло решить еще много вопросов, связанных с компанией и наладить связи; на все требовалось время. Но госпожа Ли обещала помочь и наняла лучших специалистов, чтобы те помогли набросать план и выстроить схему работы. Со Джуну пришлось приложить максимум усилий, чтобы все вертелось как шестеренки в отлаженном механизме, после перестановки кадров. Теперь во всем ему помогали секретарь Ким, Джи Юн и Чонха. Отношения нисколько не мешали их работе, а Джун был только рад, что у друзей все серьезно и дело близилось к свадьбе. Но глядя на друзей, он все больше скучал по Анне. Общение по телефону не могло заменить встречу. Первым на это обратил внимание Джи Юн. - Ты что-то не в духе, друг, - сказал он. - Что случилось? - Работы много, - ответил Джун. Он сидел за столом и рассматривал предложенные проекты, но мыслями был где-то далеко. - Мне-то ты можешь рассказать, - не сдавался Джи Юн. - Это касается Анны? Вы поссорились? - Нет, с чего ты взял? У нас все хорошо... Но все это на расстоянии, понимаешь? Я обещал приехать, а тут все закрутилось, и с компанией, и с новыми инвесторами. Джи Юн попросил друга на минуту отвлечься и сказал: - Для чего ты назначил меня своим помощником? Я же не красивое приложение, правда? И не несу функции мебели или стильного аксессуара. Джун, пойми, ты можешь полностью на меня положиться и оставить компанию на пару дней. У тебя много помощников, к тому же, госпожа Ли поставила сюда своего человека, и связываться с нею никто не пожелает, уж поверь мне. Слишком живо воспоминание о том собрании, на котором твоего дядю буквально размазали по стене. Ты же рассказал бабушке об Анне? - Да, - ответил Джун. - Так что же она сказала? Неужели была против? - Бабушка посмотрела фотографии и сказала, что это моя жизнь, и вмешиваться она не станет. Так как однажды совершила ошибку и не желает повторять. Но была рада, что это не Мисук. Джи Юн усмехнулся - Мисук осталась в прошлом, больше похожем на кошмар. И Джи Юн высказал предположение, что Джун боится поездки: - Может, у тебя остался страх? Ну, знаешь, боязнь, что снова потеряешь документы и останешься в другой стране? - Там живет моя любимая девушка, да и бабушка будет знать, куда я направляюсь. - Тогда чего ты ждешь? - воскликнул Джи Юн. - Купи билет и поезжай к ней. Давай, решайся, мы все поддержим тебя. - Спасибо, ты настоящий друг, - улыбнулся Джун. Возможно, он действительно боялся, но не поездки, а того, как примет его Анна. Она познакомилась с обычным работником компании, но как сказать, что он владеет целой корпорацией? Но сомнения развеяла бабушка, которая выслушала всю историю, от начала до конца. - Если любишь - поезжай к ней и выскажи все, что хранишь в душе. Не уподобляйся тем, кто боится взять судьбу в свои руки. В нашем роду не было трусов, а право на ошибку есть у каждого. Я верю, что твоя избранница - умная девушка и примет верное решение. - Это значит... - Да, это значит, что я даю свое благословение. - Бабушка, ты не представляешь, как я счастлив, - Джун склонился перед женщиной. Госпожа Ли знала, что Джун не нуждался в советах, слишком долго он был предоставлен самому себе. Но внуку важно знать, что близкие люди на его стороне. Потому она попросила своего помощника купить для Со Джуна на ближайший рейс до Баку и приготовить подарок. Джун не стал говорить Анне о том, что скоро приедет, чтобы сделать сюрприз. Они все так же общались по телефону, делились друг с другом последними новостями и мечтали о будущем. Анна порадовалась за Джи Юна и Чонху, которые решили пожениться и мечтала увидеть фотографии с их свадьбы. - Даст Бог, сама приедешь и поздравишь их, - сказал Джун. - Вряд ли, я смогу поехать в Корею так скоро, - Анна улыбнулась. - Но я рада, что ты смог вернуться домой. А главное, наладить отношения с бабушкой. Скажи, а что теперь будет с дядей? Джун нахмурился, вспомнив о господине Кане и его жене. Маленькая Наен пошла на поправку, и госпожа Тан посвящала ей все свободное время. Господин Кан запретил Джуну звонить и видеться с девочкой. Он, как раненый тигр, спрятался ото всех и зализывал раны. Простить племяннику свой позор было выше его сил. - Со временем он остынет и поймет, что был не прав, - Анне хотелось в это верить. - Такие люди, как мой дядя, очень не любят проигрывать. Он ненавидит себя сейчас за то, что не смог одержать верх. Мне жаль, что Наен растет в их семье; не хотелось бы, чтобы ей привили чувство ненависти ко мне. - Думаю, девочка подрастает и сама выберет, с кем общаться. - Скрестим за это пальцы, - улыбнулся Джун. - Ты права, все еще может наладиться, но на это требуется время. День отъезда приближался, а Джун не находил себе места. Перепроверил все отчеты, назначил заместителя, навестил Джи Юна и Чонху в их квартиры. Канчо сразу подбежал к парню и весело залаял; он бегал вокруг и радостно вилял хвостом. - Что, дружок, никто за тобой так и не пришел? - Нет, потому он остается с нами, - сказал Джи Юн. - Подержите его у себя, когда вернусь, заберу, - попросил Джун. - Все-таки решился? - Да, поеду. Я должен ее увидеть, Джи Юн. - Передашь от нас привет. Кстати, а с чем ты поедешь? Нельзя явиться вот так, с пустыми руками. К тому же, вы не отмечали ни один день знакомства. Уверен, ты задолжал ей много подарков. - Я привезу ей самый важный подарок, и очень надеюсь, что не откажется принять его. Джун уже знал, что следует подарить той, с кем решил связать жизнь. Потому он отправился в ювелирный магазин и долго выбирал кольцо. Самым сложным было определить размер, но консультант посмотрела на фото и поняла, что предложить молодому человеку. - Возьмите вот это, помолвочное кольцо. Пальцы у девушки тонкие, как раз подойдет. Тонкое изящное золотое колечко с одним камушком, закрепленными лепестками, сверкало и переливалось под светом ламп. - Выберите самую красивую коробочку, - девушка положила на витрину с десяток футляров из бархата, и Джун, не задумываясь, взял красную. Молоденькие продавщицы шептались и бросали в сторону покупателя восторженные взгляды. Интересно, кому же так повезет надеть заветное колечко? Но Джун даже не смотрел в их сторону. Он думал над словами друга, который просил заранее признаться Анне, кем является на самом деле. И намеревался сделать это вечером, между ним и Анной не должно быть тайн. Но вечером ему написал мистер Гордон из отеля "Дю Вин" и попросил помощи. "После твоего отъезда в номере началось нечто невообразимое. Сама собой хлопает входная дверь. Окно открывается и закрывается, как от сквозняка. Согреться невозможно, стоит ужасный холод. Сам по себе включается свет, со стен падают картины. Горничные жалуются, что в номере не дают убраться - кто-то вздыхает и шепчет. Ради всего святого, Джун, что происходит?" "В отеле есть призраки. Много призраков. Одни из них - дети, когда-то лечившиеся в клинике. Другие - пациенты психиатрической больницы. Понятно, что все они мертвы." "Что же делать? Одно время ходили слухи, но я им не верил, считал пустыми сплетнями. Ты уверен, что это призраки?" "Я видел их своими глазами. Отель "Дю Вин" довольно старый, и время никого не пощадило. Им нужно уйти, обрести покой, и с этим поможет священник." "Привести в отель священника? Что подумают наши постояльцы?" "Это должно волновать меньше всего. Призраки не могут покинуть здание, так как не поняли, что умерли. Они все еще считают себя живыми. Помогите им, мистер Гордон." "Постараюсь, по крайней мере, попробую, хоть не уверен, что это поможет. В любом случае, спасибо за совет." "Всего вам доброго. И да пребудет с вами Бог." Джун встал, подошел к стулу, где оставил пиджак, и достал из кармана коробочку. Открыл ее, посмотрел на кольцо и представил, как оно будет смотреться на пальчике Анны. Сердце застучало сильнее от мысли, что они скоро увидятся. Закрыв коробочку, он спрятал ее в карман. Лишь бы не забыть кольцо, когда поедет в аэропорт. С этими мыслями Со Джун отправился спать. А утром так забегался, что вспомнил об обещании Анне только по дороге в аэропорт. Он написал девушке письмо и послал запись с торжественного приема, надеясь, что она посмотрит видео. * * * Анна как раз закончила готовить, когда получила от Со Джуна сообщение. "Здравствуй, мой прекрасный ангел. Я должен сказать тебе что-то очень важное. Прошу, посмотри эту запись,и все поймешь. Я приготовил тебе сюрприз. Скучаю, люблю тебя безмерно, твой Со Джун." Анна включила запись и села на край кровати. Говорили на корейском, но внизу шли субтитры на английском. Это была запись какой-то презентации или вечеринки, и Анна не совсем понимала, для чего это послал Джун. Но тут услышала, как произнесли знакомое имя, и сердце замерло от предчувствия. На сцену вышел ее Со Джун, молодой, красивый, в белоснежном костюме. Он казался таким холодным, как камень, просчитанным до мелочей; взгляд с чувством и осознанием собственного величия и превосходства, даже если это было обманчиво. Далекий, как самая яркая звезда. Когда он заговорил, Анна стала читать перевод, и кровь отлила от лица. Генеральный директор корейской компании? Может, это ошибка перевода? Но нет, все верно, и дальнейшие вопросы журналистов служили тому доказательством. Значит, Джун с самого начала лгал ей, но ради чего? Хотел проверить на меркантильность? Девушка не стала досматривать видео, все и так было понятно. Конечно, запись была послана не просто так, а всего лишь для того, чтобы обозначить ее место. Глава корпорации и обыкновенная писательница, не это ли мезальянс? Анна вздохнула и прошлась по комнате, обнимая себя руками. Вот и все, тысяча и одна ночь закончилась, и Шахерезаду ждет забвение. Сердце заныло, а к горлу подкатил ком и перехватило дыхание, по щекам покатились слезы. Она написала Джуну и попросила объяснить, что он хотел сказать этим видео? Но телефон оказался вне зоны доступа. - Ты хотел устроить сюрприз? - с горечью прошептала она. - Что ж, сюрприз удался. Я все поняла... Ноги ослабли, стали словно бы ватными, потому Анна легла на кровать и укрылась одеялом. Хотелось уснуть и не проснуться... Вторая половина дня не принесла никаких изменений. Анна прогулялась вместе с Вероникой, хотя погода стояла премерзкая, но так было даже лучше; это помогало развеяться и отвлечься от грустных мыслей. Ночь не принесла успокоения. Девушка смотрела фотографии Джуна и вспоминала первый день знакомства. Слова, что он писал, стихи, которые они читали друг другу. Как же она сама не догадалась, когда парень рассказывал о жизни в Лондоне? Что ж, она запомнит того Джуна, с которым общалась все это время. Пусть счастье было не таким долгим... Следующий день выпадал на субботу. В школе не было занятий, потому Вероника осталась дома. Анна решила посвятить день девочке и выкинуть из головы дурные мысли. Приготовила завтрак, убралась в комнатах, позанималась с ребенком и села печатать главу, но постоянно сбивалась. - Да что это такое! Должен же хоть где-то наступить просвет! - уже совсем отчаялась девушка. И тут на телефон пришло сообщение от Джуна. Анна прочитала и не поверила своим глазам: "Мой ангел, я приехал в Баку. Встречай меня через час в аэропорту. Твой Со Джун." - Не может быть, - шептала она. - Почему он ничего не сказал, не предупредил? Ах, ну да, говорил о сюрпризе, а я надумала всякого. Вот дура! Она открыла шифоньер и стала лихорадочно искать, что надеть. У нее в запасе час, Боже, как это мало! Свой выбор она остановила на черном шерстяном платье до колен и бархатном пиджаке. Наспех накрасилась, причесалась и выбежала в коридор. - Ты куда? - спросила ее тетя, когда увидела, как племянница обувается. - А как же Вероника? - У меня срочное дело, пожалуйста, посмотрите за ней, - ответила девушка. - Приду не скоро. - На свидание идешь? - тетя нахмурилась. - С кем? - А хоть бы и на свидание, - Анна надела пальто и повязала шарф. - Могла бы и сказать, - обиделась тетя. - Могла бы, но не скажу, а то дороги не будет. Девушка увидела Веронику, которая вышла из комнаты. Очень не хотелось оставлять ее дома, но не брать же ее с собой в аэропорт. Хорошо, что Александра не было дома, а то мог бы помешать. Анна открыла дверь, а за спиной слышалось недовольное ворчание. Ничего, в конце концов, не так уж часто она уходила. А сегодняшнюю встречу не пропустила бы ни за что. Поймав такси и указав маршрут, Анна села в машину и посмотрела на часы. - Сколько ехать до аэропорта? - спросила она. - Минут сорок, если пробок не будет, - ответил добродушный таксист. - Надеюсь, что успею, - вздохнула Анна и откинулась на спинку сидения. Сердце то бешено отбивало ритм, то замирало. Девушка пыталась унять дрожь в коленях, эмоции захлестывали с головой. И не суть важно, что было раньше и что будет позже. Существовал лишь один момент - здесь и сейчас, вот, что имело подлинную ценность. Губы шептали слова молитвы, будто она могла стать оберегом. Анна смотрела в окно, где мелькали многоэтажки - до аэропорта было еще далеко. Время летело, а дорога все не кончалась. И не имело смысла торопить таксиста, он и без того ехал на приличной скорости. Но вот высотки уступили место маленьким одноэтажным домикам, скопившимся вдоль дороги и похожим на муравейник. - Скоро приедем, - весело объявил шофер, обнадеживая девушку. Когда машина остановилась, Анна расплатилась с таксистом и вбежала в здание аэропорта, прошла двери с металлоискателем и подошла к табло. Все верно, самолет из Кореи приземлился час назад. На вопрос, где сейчас пассажиры, работники ответили, что они проходят паспортный контроль. Девушка всего несколько раз была в аэропорту, но помнила, где располагается самое удобное место - у стеклянной перегородки, прямо напротив эскалатора, откуда весь зал был как на ладони. Как раз сейчас там было свободно, Анна заняла удобное кресло и стала ждать. Телефон она положила на стол и иногда смотрела, не зажегся ли экран? В душе боролись противоречивые чувства - радость и страх. Радость от того, что Джун наконец-то приехал. А страшно становилось при мысли, что в жизни может Джуну не понравиться. Периодически громкоговоритель что-то объявлял, и девушка прислушивалась к голосу. Время шло, а с рейса Сеул-Баку еще никто не появлялся. Анна встала, пошла в кафе, заказала капучино. Вернулась на свое место с пластиковым стаканом в руке и посмотрела на большие белые часы, висевшие на стене - прошли еще полчаса. - Почему он так задерживается? Анна вздохнула и взяла в руки стакан; от кофе он нагрелся и обжигал пальцы. Девушка сняла с него крышку, вдохнула аромат крепкого кофе и карамели. Сделав глоток, она почувствовала тепло, разливающееся по телу. Пусть в зале и работал кондиционер, от долгого сидения мерзли ноги и руки. Девушка осмотрелась: в креслах расположились такие же ожидающие. Одни сидели и листали ленту в телефоне, другие с беспокойством смотрели на часы и огромное табло. Кто-то просто ходил по залу, чтобы размять затекшие ноги. Анна допила капучино и выбросила пустой стакан в урну. И тут почувствовала едва уловимое изменение в самом воздухе. Она посмотрела на эскалатор, где стояли люди с чемоданами и сумками, среди них было много корейцев, но Джуна она узнала сразу. Он был одет в темный костюм и черное пальто и держал за ручку красный чемодан. Анна встретилась с ним глазами и забыла обо всем на свете. Джун тоже был взволнован, это было видно по тому, как он спешил к Анне. Они стояли напротив друг друга, не в силах что-либо сказать. Молодой человек первым сделал шаг и заключил девушку в объятия. - Саранханын тансин, аннёнхасэйо, - сказал он по-корейски, и тут же перешел на английский. - Я мечтал увидеть тебя, мой прекрасный ангел. Голос его был низким, бархатным, он просто сводил с ума, а по коже бежали мурашки. - Я счастлива, что ты здесь, - произнесла Анна. - Потому что думала, ты никогда не приедешь. - Я же обещал, - Джун смотрел ей прямо в глаза, пытаясь передать то, что чувствовал. - Ты прислал то видео... Мне показалось, что оно прощальное, - Анна с трудом подбирала слова, путаясь от волнения. - Что пришло время сказать "Прощай". Джун нахмурился и взял ее руки в свои, и это прикосновение отозвалось нежностью в душе. - Ты не досмотрела его до конца, верно? - догадался он. - А что было в конце? - она затаила дыхание. Со Джун опустил руку в карман и достал бархатную коробочку. - Я сказал всем, что люблю девушку и хочу на ней жениться. Но как же невеста будет без кольца? Потому прими этот скромный подарок. На бархатной подложке лежало кольцо, такое красивое, нежное, и, наверное, безумно дорогое. На глаза навернулись слезы. - Не плачь, мой прекрасный ангел, и надень кольцо. Моя бабушка сказала, что если не уговорю тебя сделать это, домой могу не возвращаться, - пошутил он. - Какая строгая у тебя бабушка. Только ради нее надену, а то домой не пустит. Перед мысленным взором Джуна пронеслись все моменты, что выпали на долю его и Анны. Он сжал ее в своих объятиях, боясь, что девушка сейчас исчезнет. Люди, ставшие случайными свидетелями милой сцены, стали аплодировать, а когда Джун надел кольцо на палец Анне, стали настаивать на поцелуе. - Я просто должен благодарить Бога за то, что ты есть в моей жизни. Я правда люблю тебя. Джун с нежностью прикоснулся к губам Анны. Голова девушки закружилась от невероятного счастья. Весь мир перестал существовать для них. Джун что-то шептал ей по-корейски, не желая отпускать. Люди проходили мимо и улыбались, глядя на влюбленную пару. А за окном тихо падали хлопья снега, будто сотни ангелов разом поднялись в небеса и обронили белоснежные перья, которые кружили в воздухе и мягко ложились на землю. Конец #АннаДжун

Мои книжечки "переодеваются"). Дорогие читатели, позвольте представить вам новые обложки🌹🌞🦋

Анна Гринина Тайна дома на краю Глава 6 Оба ребенка покинули грязный чердак, и вместе с гувернанткой прошли в ванную комнату, чтобы умыться и привести одежду в порядок. Джулия то и дело поглядывала на них и качала головой: умудриться так испачкаться и изваляться в пуху. Девочка чуть прихрамывала, и гувернантка обеспокоившись данным фактом, попросила приподнять подол платья; коленка была ободрана и на ранке запеклась кровь. Должно быть, Эшли упала на чердаке. В том, что она хромала, не было ничего хорошего. Джулия не знала, что делать в таких случаях. Придется обратиться за помощью к экономке. Дети умылись, причесались, а Джулия помогла им почистить одежду щеткой, которую нашла на полке. Коленку Эшли тоже не обошли вниманием; вода помогла смыть грязь и притупить боль. Интересно, есть ли в этом месте антисептик, или тут пользуются деревенскими методами? Сама Джулия навскидку не смогла бы назвать и пяти средств для обработки ран. Перекись, йод, зеленка и спирт, вот и все познания в медицине. Зато хорошо разбиралась в моде и последних новинках бьюти-трендов; бесполезные знания, которые в этом мире ей не пригодятся. Кто бы сказал, что однажды ей придется заниматься не ведением модного блога, а воспитанием двух сирот, ни за что бы не поверила! Миссис Томпсон ждала детей на кухне и совсем не удивилась, что девушка их нашла. Казалось, она умела не только притягивать неприятности, но и решать проблемы, с которыми сталкивалась. Конечно же, средство от ран и ссадин у экономки имелось. Но прежде, чем обработать колено девочки, женщина провела с детьми воспитательную беседу. Она объяснила, что мисс Метнер не задержится в доме, если не научится справляться с воспитанниками. И тогда в Дарк-Хаусе снова появится барон фон Вольф со своей свитой. - Барон Волк с мисс Крысой и миссис Лисой! - прыснул со смеху Генри. Ребенок быстро запомнил их фамилии и провел ассоциацию с животными. - Точно! Так звучали их фамилии, - вспомнила Джулия. - И вовсе не смешно, - произнесла экономка, смачивая кусочек ваты раствором из маленького хрустального пузырька. Запахло спиртом, и Джулия приготовилась к тому, что ребенок сейчас заверещит. К ее удивлению, девочка стойко перенесла боль и жжение. Следом за этим последовала мазь, пахнувшая медом и какой-то травой. Руки миссис Томпсон делали все быстро и точно, будто она всю жизнь только тем и занималась, что лечила детей. А Генри как-то странно повел себя, что не ускользнуло от внимания гувернантки: он старательно отворачивался и старался задержать воздух, от чего его щеки немного покраснели. Когда она закончила неприятную процедуру, то встала со стула и отошла, чтобы посмотреть на свой труд издали. - Чудно. Подожди пару часов, и все заживет, даже места не останется. Джулии было странно слышать такое из уст взрослого человека. В ее мире самая маленькая царапина заживала несколько дней. Что это, способность здешних жителей к быстрой регенерации или эффект чудодейственного снадобья? У экономки она бы ни за что не спросила. Сославшись на занятость, миссис Томпсон выпроводила Джулию и детей, чтобы позволить той приступить к своим прямым обязанностям; а именно - к занятиям. Генри шел справа, а Эшли - слева от Джулии. Это была ее маленькая, пусть крошечная, но все же победа. Она ощущала в руках тепло от двух маленьких ладошек и едва заметно улыбалась. Тем временем миссис Томпсон предалась любимому делу - сплетням с кухаркой. О ком они судачили? Конечно же, о новой гувернантке. Кейт сомневалась в ее компетентности, а экономка напротив, верила, что у новенькой все получится. - Не каждая сумела бы вот так отстаивать интересы детей, - поделилась женщина своими соображениями. - У девочки есть стержень, и этого не отнять. Сдается мне, наша гувернантка не из Сайлент Рока, и даже не из соседней Империи. Кейт ахнула и прикрыла рот пухлой ладошкой. Глаза ее округлились от удивления. - Откуда же тогда? Говорит и читает, вроде бы, по-нашему. Есть какая-то мысль по этому поводу? - сердце кухарки замерло в предвкушении открытия тайны. - Мне кажется, она из другого мира, - экономка даже голос понизила, вдруг кто услышит? И у стен есть уши. - Но все это - только мое предположение. - Ох, что делается, - прошептала Кейт, но тут же махнула рукой. - Да ну вас, быть такого не может. - А я говорю, что может, - нахмурилась миссис Томпсон. - Помочь ей надо, только не знаю, как. Ничего, приедет лорд Вейн, сам решит, как поступить. - Уж поскорее бы, - вздохнула Кейт, вытирая мокрую посуду льняным полотенцем с вензелями. - Дому нужен хозяин, иначе зачахнет он без твердой мужской руки. - Твоя правда, Кейт. Вон, и краски поблекли, стены осыпаются, крышу подлатать надо бы; а кто этим заниматься должен, если не хозяин? Как стал служить в Тайной канцелярии, так дома почти не бывает. Еще и поездки эти... - Лишь бы ничего с ним не случилось, в той стране. Говорят, живут там люди с дикими нравами. - Ты бы за языком следила, что говоришь, - рассердилась экономка. - Еще беду накличешь! Что я тогда делать буду? И так у сироток никого не осталось. - Да я - что? Мое дело маленькое. Готовлю и посуду мою, - смутилась Кейт. - Беспокоюсь просто, как и вы. Больно долго нет его, словно совсем про племянников забыл. - Говорю же, дела у него, Се-крет-ные. Сам король отдал распоряжение, чтобы лорд Вейн туда отправился. - Чего же тогда барон приперся? - насупилась кухарка. - Не знает разве, чей теперь дом? - Знает. Но решил воспользоваться отсутствием хозяина и делишки свои прикрыть законом. Слышала я, что говорят про этого фон Вольфа: детей из приюта выбирает - тех, что получше, и по морю отправляет в другие страны. Концов их потом не могут найти. А тех, кто здесь остается, заставляют работать. - Куда же директриса смотрит? - ужаснулась впечатлительная Кейт. - Откуда денежки плывут, туда и смотрит, - зло усмехнулась экономка. - Ладно, хватит языками чесать; за работу! * * * Томас прождал Джулию целые сутки, несмотря на доводы старика Стенли, но она так и не появилась. Из уютного дома под старой вишней парень перебрался в маленький мотель и прождал еще один день; чтобы не сидеть без дела, он направился в местную библиотеку, попытать счастья. Вдруг именно там найдется информация о затерянном городе и способ туда попасть? Серое обшарпанное здание, мало чем примечательное, кроме своей вывески, пряталось в тени деревьев. "Как и все в этом городишке", - подумал Томас и открыл дверь; зазвенел колокольчик. Он тут же погрузился в запах старых книг, похожий на шлейф духов, забытых в комоде и пролежавших там без пользы пятьдесят лет; и нежный аромат превратился в затхлый и удушающий. То же самое можно было сказать о книгах, которые редко кто читал. Молодой человек прошел по видавшей виды ковровой дорожке и огляделся. У окна за столом сидела женщина лет шестидесяти, с короткой стрижкой, в очках и в коричневом платье. Она читала книгу и совсем не обращала внимания на посетителя. В зале, помимо Томаса и библиотекаря, никого не было, и это давало свои преимущества. Поинтересовавшись, в каком отделе можно найти литературу о Кембриджшире и Или, молодой человек прошел к указанной полке и сумел отыскать около десяти книг, пять из которых его заинтересовали. Вместе со стопкой он прошел в самый дальний угол и принялся за изучение материала. Три часа пролетели, как одно мгновение. В библиотеке появились еще несколько человек, двое из которых были студентами. Но Томас так увлекся, что абсолютно никого не замечал. И, наконец, спустя четыре часа бесплодных поисков, ему удалось наткнуться на любопытную запись в легендах о городке. Там говорилось о городе-призраке, в котором время течет иначе, да и все там, хоть внешне и похоже на наше, а другое. Смотришь туда, и словно бы видишь все в зеркальном отображении. Каким образом тот жуткий город возникает - никому не ведомо. Но если поглотит город свою жертву, то ни за что не выпустит обратно. Томас положил в книгу листок бумаги вместо закладки, закрыл и отложил в сторону. Все, о чем там было написано, ему рассказал старый Стенли, и даже больше. Город-призрак появляется только тогда, когда проливается невинная кровь. Жуткая история; и Томас никогда бы не поверил в нее, если бы не увидел все своими глазами. Сделав на телефон фото страницы и ссылку на источник, чтобы при удобном случае показать и не быть голословным, парень вернул книги на место, поблагодарил работницу библиотеки за помощь и вышел на улицу. Часы показывали половину шестого; так долго в библиотеке он еще не засиживался. Молодой человек поехал в мотель за вещами; тогда-то он твердо решил рассказать обо всем родителям Джулии. Он считал, что в этой ситуации сделал все, от него зависящее. Возможно, отец девушки увидит другой выход. В Лондоне Томас оказался только к позднему вечеру. Город встретил его светом неоновых вывесок и яркими огнями рекламных щитов. Темное небо уже утратило розово-лиловые разводы, и на нем зажглись холодные звезды. Все дышало покоем, и никому во всем мире не было дела до того, что переживал парень. Поверит ли отец в то, что дочь пропала или обрушит подозрения на голову парня? Того, кто был все это время с ней рядом? Зачем вообще они отправились в этот Или! С холодеющим сердцем Томас припарковался у большого дома с воротами и позвонил отцу Джулии, не надеясь, что ему ответят. Но телефон взяли, а спустя несколько минут ворота с металлическим лязгом раскрылись, и на пороге появился высокий крепкий мужчина в синей футболке и штанах. Машина въехала на территорию дома, и ворота за ней закрылись. На втором этаже в окне вспыхнул свет; должно быть, это проснулась мать Джулии. Томас вышел из машины, провел рукой по гладкому капоту авто, как бы мысленно прощаясь, и вошел в дом. В холле горели яркие лампы, освещая не только зал, но и лестницу. - Проходи. - Мужчина указал на маленький диванчик у стены. - Садись. И тут он будто почувствовал неладное. В глазах промелькнула тревога. - А Джулия не с тобой? Томас чувствовал, как страх сжимает сердце: вот он, момент истины! - Прошу, только не нервничайте... Дело в том, что она пропала. Спускавшаяся по лестнице женщина тихо вскрикнула и через мгновение очутилась возле парня. - Как это - пропала? - Женщина надеялась, что ослышалась. Томас просил родителей девушки успокоиться и обещал все объяснить. Как только рассказ закончился, женщина с мольбою посмотрела на мужа. - Сделай что-нибудь, Жора! - И она упала на диван, закрывая лицо руками. - Послушай, если ты мне врешь, то разговор будет коротким. - Георгий Николаевич нахмурился и сжал кулак. - Клянусь, ты пожалеешь, что родился на свет, если виноват в исчезновении моей дочери! Елена Степановна не выдержала и разрыдалась, а муж принялся ее утешать, как мог. - Обратись в полицию! - Женщина не доверяла парню. Да и как можно было верить его истории? - Не шуми, Наташку разбудишь. - Муж быстро соображал, что делать. - Никакой полиции пока, слышишь? Если все так, как говорит... Томас, там может быть аномальная зона. Представь, сколько туда набежит желающих все увидеть своими глазами; и репортеров. Поднимется шумиха, дело дойдет до властей. Как думаешь, с какой целью они будут искать Юлю? Бедная мать только сейчас поняла, о чем говорил муж. Конечно, если их дочь найдут те, кого интересует паранормальное, ей не дадут спокойно жить. - Понимаешь, о чем я? - Георгий Николаевич вопросительно поднял бровь. - Ладно. Сейчас пойдем спать, а утром с молодым человеком соберемся и поедем туда, где все произошло. Томаса провели в гостевую комнату на втором этаже. Само это уже говорило о том, что его словам поверили. Парень не стал уделять внимание окружавшей его роскоши. Он остался в комнате один, наедине со своими мыслями. Позже снял рубашку, брюки, лег в постель,а через полчаса забылся тревожным сном без сновидений. Утро разбудило его теплым лучом солнца и громким чириканьем воробьев за окном. Хозяева дома уже поднялись; Томас слышал из голоса. Потому наспех оделся, спустился на первый этаж, чтобы умыться, и встретил младшую сестру Джулии, девочку лет тринадцати; с голубыми глазами, но с волосами чуть темнее, чем у сестры. - О, Томас, доброе утро, - поздоровалась она. - А где Юля? Томас понял, что родители не посвятили девочку в тайну, потому не стал отвечать на вопрос, неопределенно махнув рукой. - Уже проснулся? - раздался за спиной голос хозяина дома. - Пошли завтракать, а потом поедем в чертов Или. Девочка стояла, навострив уши и ловила каждое слово. Она проследовала за мужчинами в столовую, где домработница накрыла стол к завтраку. Родители будто намеренно говорили на отвлеченные темы, избегая упоминания о вчерашнем договоре. Наташа все порывалась спросить, почему сестра не приехала домой, но Метнеры стали расспрашивать гостя об успехах в учебе. Наконец девочка не выдержала и задала вопрос, мучивший ее все утро. - Она осталась в Или. Там возникла проблема с документами, потому папа поедет с Томасом, - ответила мать. - А-а, тогда понятно, почему все такие хмурые, - успокоилась Наташа. - Папа все решит, можете не сомневаться. Хотел бы и Томас быть таким уверенным (хоть наполовину)в том, что отец его девушки сможет решить проблему. После завтрака Георгий Николаевич взял нужные бумаги, вызвал своего шофера и вместе с Томасом они вышли из дома. У ворот стоял черный внедорожник, и Томасу отчего-то стало не по себе. Георгий Николаевич занял переднее сидение, парня посадили сзади. Всю дорогу мужчина говорил по телефону, отдавал распоряжения то по-английски, то на русском, и тогда Томас его не понимал. Когда на трассе появился щит с названием города, мужчина выключил телефон и стал собранным. Он уже внимательно следил за дорогой, не отвлекаясь на телефон, который буквально разрывался от звонков. - Настырные какие, - бросил он и выставил режим "полет". Трели тут же оборвались. Водитель, хорошо знавший характер начальника, только усмехнулся краешком губ; он понимал, что господин Метнер обдумывал план. Очутившись на месте, мужчины вышли из машины и направились в сторону поваленного дерева. - Здесь? - коротко спросил Георгий Николаевич, немного сомневаясь. Водитель, скромно стоявший в сторонке, качнул головой. Начальник и подчиненный переглянулись: место казалось совсем обычным. - Показывай, где живет старик, - потребовал мужчина. Томас не хотел вмешивать старика в это дело, но догадывался, что отец Джулии мог найти его сам. Парню скрывать было нечего, потому он показал дом, в котором ему оказали гостеприимство. Старый Стенли сидел на низкой скамейке возле дома и задумчиво смотрел вдаль. Своего гостя он узнал сразу; что касалось двух других, то догадался, кто это. Мужчины обменялись приветствиями и рукопожатиями. Старик пригласил приезжих в свой дом, и Георгий Николаевич принял приглашение. В доме было скромно, но чисто и уютно. Добродушный хозяин поделился с товарищем по несчастью всем, что знал сам. Выслушав историю, отец Джулии решил, что займется поисками дочери самостоятельно и наймет лучшего детектива в городе. - Я обращусь в мэрию города и попробую выкупить тот участок земли, - заявил Георгий Николаевич пораженным слушателям. - Зачем? - удивился Томас. - Построю на нем коттедж. Я сделаю все, чтобы вернуть дочь. Знаю, будь у вас мои возможности, вы сделали бы то же самое. Эти слова предназначались старому Стенли. * * * Джулия сидела в классной комнате и читала вслух книгу сказок, которую нашла в книжном шкафу. Дети вели себя на удивление хорошо и слушали мелодичный голос гувернантки. Генри буквально затаил дыхание; ему вспоминались такие чтения с мамой, в их с Эшли детской, когда мама крепко обнимала его и сестренку, а на коленях лежала раскрытая книга с лучшими в мире (так считал Генри) сказками и красочными иллюстрациями. Отец тогда стоял у камина, облокотившись на каминную полку и с улыбкой смотрел на любимую жену и детей. Что думал он в такие минуты? У ног Генри и Эшли лежала Герта, завсегдатай домашних чтений. Она вытягивала лапы, дремала, изредка подергивая ухом - слушала голос хозяйки; возможно, собаки видела во сне одну из сказок... Кто знает? Генри тяжело вздохнул и отвернулся, чтобы скрыть слезы, а Джулия подумала, что дети устали; и решила отложить чтение на завтра. Вместе с гувернанткой ребятишки пошли на кузню, где их ждал ужин. Миссис Томпсон, в знак благодарности за то, что Джулия выпроводила барона с его "мамзелями" - как выразилась Кейт, решилась на совместный ужин. Аромат кофе и свежих булочек витал по всему дому. Джулия не удержалась и взяла одну. Каково же было удивление, когда она почувствовала вкус сладости, а не горечи на языке, и подняла удивленные глаза на кухарку. - Решила попробовать, что из этого получится, - рассмеялась та, глядя на пораженные лица детей и экономки. - Да это же просто восхитительно! - миссис Томпсон блаженно закрыла глаза. - Никогда бы не додумалась положить туда сахар. Дети переглянулись и потянулись к пышной сдобе. Сначала не уверенно, но откусили по кусочку, а потом уже с радостью тянулись за добавкой, пока на блюде не осталось ни крошки. Перепачкавшись сладкой начинкой, ребятишки с удовольствием допили свое молоко из больших фаянсовых кружек. Глаза их стали закрываться под тяжестью век, а головы клонились к столу, потому Джулия умыла детей, а потом переодела и уложила спать. Эшли сонным голосом просила не выключать ночник, который мерцал слабым голубым свечением. Джулия была удивлена, как быстро дети уснули. Она в детстве никогда не засыпала без сказки, которую непременно читала няня или мама. Тихий голос, рассказывая захватывающие истории, переносил девочку в волшебные миры. Могла ли она тогда знать, что однажды попадет в один из них? Убедившись, что дети крепко спят, девушка выполнила просьбу - не стала гасить свет - и, выйдя из комнаты, закрыла дверь. В доме стало тихо, но из кухни доносились тихие голоса и звук льющейся воды - это Кейт мыла посуду. Миссис Томпсон, сидя у окна, составляла меню на завтра, потому Джулия решила им не мешать, и вышла во двор. Она неторопливо шла по дорожке, наслаждаясь прохладой летнего вечера и остановилась, чтобы полюбоваться на звезды. Здесь они были намного крупнее и ярче, чем в ее мире. Джулия подняла голову и вдохнула воздух полной грудью; аромат клевера, свежей зелени и цветов кружил голову. В траве раздавался стрекот цикад, а с расположенного неподалеку озера доносилось кваканье лягушек. И в этой ночной тиши вдруг послышался скрип открываемых ворот и тихие шаги. Джулия вся превратилась в слух; затаив дыхание, она ждала появления того, кто нарушил покой, и жалела, что не захватила с собой ничего увесистого. Девушка спряталась за деревом, и в тот момент, когда человек вышел из тени, она выпрыгнула из своего укрытия, чем несомненно, напугала мужчину. - Стойте на месте, и не двигайтесь, а то я закричу! - предупредила она, и заняла оборонительную позицию. Вот, где пригодились уроки мастера боевых искусств. Девушка была напряжена, но это не мешало рассматривать мужчину. Да, это был еще тот красавчик: высокий, подтянутый, в строгой форме. Взгляд карих глаз пронизывал насквозь. Губы, сжатые в одну полоску, тонкий нос и острый подбородок придавали лицу аристократическую надменность. Мужчина не испугался, но был немного озадачен. - Вы кто? - спросил он и одарил девушку таким взглядом, будто она была всего лишь назойливым комаром, жужжащим над ухом. - Это вы кто? - Джулия по-прежнему стояла в стойке, нисколько не задумываясь, насколько нелепо сейчас выглядит. В ее понимании мужчина, пусть и чертовски привлекательный, был ее врагом. - Отвечайте: вас прислал барон? Решили ночью доделать то, что днем не вышло? - Какой барон? - мужчина терял терпение. - Кто вы такая и что делаете в Дарк-Хаусе? - Нет, вы только поглядите: забрался во двор, как какой-то воришка. А когда поймали, пытается выкрутиться. Нет, голубчик, не выйдет! - прошипела Джулия, как разъяренная кошка. Тут подоспел охранник. Увидев мужчину, он не поднял тревогу; напротив, учтиво поклонился и поприветствовал: - Лорд Вейн, какая неожиданность! Почему вы не предупредили, что приедете сегодня? - Добрый вечер, Джон. Не думал, что приеду сегодня. Кто эта ненормальная, пугающая людей? И почему ее пустили в дом? Сердце Джулии ушло в пятки: она набросилась на хозяина особняка! На шум выбежала экономка. Завидев лорда, она несказанно обрадовалась , но сцена вызвала недоумение. - Что тут происходит? - Это я хотел бы узнать у вас, - бросил лорд Вейн. - С каких пор хозяев встречают воинственные особы? Кто эта девушка, миссис Томпсон? - Наша новая гувернантка, - миссис Томпсон старалась скрыть за улыбкой неловкость. - У нее сегодня первый день работы. Лорд бросил недовольный взгляд в ее сторону и подал привратнику свой небольшой саквояж. - Час от часу не легче. Если у девицы нет манер, чему она научит моих племянников? Никаких объяснений он слушать не стал и отодвинул растерянную девушку со своего пути. А еще предупредил, что утром прибудет новый дворецкий; и твердым шагом направился в дом. Следом за ним торопливо шел Джон с саквояжем. - Уж не знаю, что тут случилось, но хозяин сильно разозлился, - сказала экономка, приноравливаясь к шагу Джулии. - Что вы ему сказали? - Сравнила с вором, - с огорчением вздохнула девушка. Миссис Томпсон схватилась за сердце. - Ну, за что мне такое наказание? - причитала она. - Надеюсь, вас не уволят за такую дерзость. Хотя, вы же не знали, как выглядит лорд. Надо же было такому случиться... Действительно, следовало бы уже избавиться от воинственного настроя. Здесь, в Сайлент Роке, отдавали предпочтение спокойным уравновешенным особам. У Джулии было одно оправдание: в тот момент она думала о детях. #ТайнаДома

КУДА ЗОВЕТ МИСТРАЛЬ Анна Гринина Глава 4. Сколько продолжался путь, Николь не знала. Она совершенно выпала из времени. Ноги ее терлись о жесткую шершавую спину коня и уже зудели. Поправить платье она не могла, как и попросить об этом незнакомца. Приходилось молча страдать. От лошади пахло потом, а от наездника, держащего ее, разило рыбой. Все эти запахи смешались в единый, тошнотворный и только ветер не давал ей потерять сознание. Девушка однажды ездила верхом в обществе дальнего родственника, да и то это была всего лишь небольшая конная прогулка шагом. Сейчас же ее трясло, подкидывало вверх на всех ухабах и неровностях. Это было невыносимо. Хорошо еще, что она сегодня почти ничего не ела, судьба еды была бы предрешена. А что, если ей схитрить? Нужно оглядеться по сторонам, много ли здесь деревьев. Деревья были, но росли негусто, так, небольшой подлесок. В воздухе пахло лавандой и сосновой смолой. Попытаться все же нужно: - Pardonne Moi, месье,- начала она. - Не могли бы вы позволить мне отойти по нужде?.. Она сказала это, но стала пунцовой. Мужчина даже не остановился, но расхохотался в ответ: - Думаешь, умнее всех, лиса? Сейчас я тебя отпущу, а опосля буду шнырять здесь по лесу, ломая ноги? Нет, не выйдет. Сиди молча и жди своего часа. Он только крепче сжал поводья и гаркнул на лошадь. Та понеслась, догоняя остальных. Николь была разочарована. Хитрость не удалась и надежда на спасение таяла, как снег на ладони. Она ехала, словно в дреме, не замечая ничего вокруг. Девушка прислонилась к груди седовласого и закрыла глаза. Под одеждой на нем была кольчуга и она щекою чувствовала ее выпуклую вязь. В голове ее спутника творилось что- то невообразимое. С одной стороны он подозревал эту странную особу, с другой, заглянув в эти синие, как бездонное море, глаза, он стал сомневаться в правильности своего намерения. Ведь если выяснится, что она каким- то образом причастна к ранению младшего сеньора, его могущественный брат не пощадит девчонку. Не сносить ей тогда головы и будет она казнена прямо на городской площади. Жаль такую красавицу, пропадет ни за грош. Но преданный вассал сеньора де Бо не должен вершить суд саморучно, это было привилегией знати. Так что, придется везти девчонку с собой, какая бы участь ей ни была уготовлена. Оливер вздохнул и коснулся девушки рукою. - Мы у ворот города. Не спи. Николь вздрогнула и раскрыла глаза. Высокие ворота были снабжены железной решеткой. Стражник из примыкавшей к каменной стене- ограде башни, поглядел на всадников. - Поднять решетку, болван,- скомандовал Оливер.- Скорее, хозяину худо! Стражник и его помощник бросились выполнять приказ и зубья тяжелой решетки поднялись. Мужчины во все глаза уставились на въезжающих, но больше остальных их удивило присутствие Николь. - Месье Оливер, а это кто такая?- спросил стражник, тыча в нее пальцем. - Не твоего ума забота,- грубо оборвал его Оливер.- Поди ж ты, все ему надобно знать! Он проскакал вперед, увозя девушку подальше от хищных взглядов. - Ведьма то,- услышала она голос одного из сопровождавших их воинов. - Господина Гюго рубанула. - Да что ты такое мелешь,- ответил тот.- Для чего ведьме резать кого- то. Они зельем опаивают и порчу насылают. - А кровь его ей понадобилась,- важно продолжил тот. Стражник перекрестился и сплюнул на землю. - Развелось их тут немерено, вот и гадят христианскому роду. Долина то, " адская", так кишмя и кишит теми чудовищами. И что сеньоры носятся с ними? На кол их, а поболе того- в кипящее масло, тогда и прок будет от их ворожбы. Стражники расхохотались. И хорошо, что Николь уже не слышала их диалога, иначе лишилась бы разума. Лошади медленно поднимались вверх. Николь судорожно прижалась к мужчине, боясь упасть. И больше от увиденного, нежели от боязни высоты. Наверху, вместо руин, она увидела огромный замок, а окружал его небольшой городок. В нем кипела жизнь! Они проезжали мимо заведений с вывесками вместо надписей. Вот- лавка булочника, на ней, на деревянном щите нарисован хлеб ярко- желтого цвета. А там, дальше, лавка мясника с картинкой коровьей головы. И нигде не было тихо. Мычали коровы, пищали цыплята, лаяли собаки, а где- то заревел осел. Как это отличалось от того, что она видела сегодня с Джейн. Джейн. Как она там? Что она подумала и останется ли ждать? А может, испугается миссис Смитт и вернется в Лондон? А Кэтрин, что она сказала по этому поводу? Ее слова, что " нужно бояться луча солнца на камне". А еще она предрекала неземную любовь. И где же обещанное счастье? Пока видно повсюду грубых фермеров, а не галантных кавалеров. Гюго? Нет, тот и взглянул на нее всего лишь раз, да и то в бреду. А, месье Оливер. Николь поежилась, мечтать расхотелось. Она еще до конца отказывалась верить в закравшуюся догадку, но та упорно требовала внимания. Очнись, ты попала в средневековье! " Бред,- успокаивала себя Николь.- Это все декорации. Или я сплю". Она ущипнула свою ногу, извернувшись, и чуть не упала с лошади. - Что ж ты вертлявая такая,- рассердился ее соглядатай.- Не терпится скорее в темницу? Мало осталось. Девушка похолодела. Нет, она не спит и этот бред продолжается. Она сама в нем участвует. По дороге им стали попадаться жители городка, одетые бедно, в холщовые штаны, льняные рубахи и платья. На головах женщин были белые чепцы, на мужчинах же- странные головные уборы в виде шапок или капюшонов. Все они смотрели на путников и оборачивались вслед. В городке слухи распостранялись быстро, в чем уже успела убедиться Николь. Она поняла это по тому, как многие крестились и плевали на землю. - Эк, сколько ты вызвала у них ненависти,- сказал Оливер.- Не завидую я тебе, коль ты виновна. - Это не я, всхлипнула Николь.- Как вы не можете понять, я подбежала к нему тогда, когда его оставили те рыцари. - А вот это расскажешь господину Раймунду. Замок был великолепен! Николь ощущала его мощь каждой клеточкой тела и как архитектор, была в полном восторге. Белоснежный замок был высечен прямо в скале. Над главной его башней развевалось алое знамя со звездой, но оно было значительно больше того, что она видела ранее. Вокруг замков вырывали ров, заполняли водой. Здесь это не требовалось, замок был неприступен. Огромная скала служила ему основанием. Замок охраняли дозорные, по очереди сменяли друг друга. Красные черепичные крыши маленьких домиков позолотило солнце. Из труб на крышах поднимались струйки дыма, люди готовили ужин. Маленькие ребятишки бегали друг за другом, совсем босые. Их длинные холщовые рубахи были схвачены на талии грубыми веревками. Дети рисковали попасть под колеса повозок, похожих на крытые кибитки цыган. По пыльной дороге мальчишки постарше гнали с пастбищ коз. В кузнице крепкие мужчины в кожаных фартуках трудились мускулистыми руками. Жители были заняты повседневными делами. Никто не обращал внимания на стражника, что вез пленницу. Скорее всего, они были привычны к такому зрелищу. Николь с интересом налюдала за прачками, что стирали одежду в огромной каменной выемке. Интересно, как они будут спускать воду? К ее удивлению, улицы не были грязными, как она представляла. Ученые мужи со страниц интернета вещали: средневековье погрязло в нечистотах. Напротив, тут все было продуманно до мелочей: высокая стена вокруг городка, и лавки, и дороги для выезда за пределы замка. Николь вряд ли что могла сейчас разглядеть, слишком неудобна была ее поза. Все тело затекло, голова гудела, а длинные волосы спутались. Вот когда пригодился бы подарок Джейн. " Ну и вид, должно быть, у меня". Растительность вокруг была не настолько буйной, как внизу. Все больше оливы, рододендроны и лаванда. Кое- где видны были туи. Жители, как могли, украшали свои дома горшочками с цветами. Это показалось Николь весьма странным. " Идилию" нарушило появление высокой женщины в шелках. За нею следовали две девушки не так роскошно одетые, и два стражника. На вид ей было лет сорок, что по меркам того времени могло считаться преклонным возрастом. В женщине была видна стать, это подчеркивал ее властный вид. Она не заламывала картинно руки, не стенала, а просто с надеждой в голосе спросила у Оливера: - Где мой сын? Оливер поклонился ей, спешившись, и махнул рукой в другом направлении. - Мадам, его понесли в замок другой дорогой. Мы не хотели сеять среди народа смуту. - О, Оливер, ответь, жив ли Гюго? В голосе ее чувствовалась мольба. Оливер склонился еще ниже и приложил руку к сердцу. - Да будет вам известно, мадам, ваш сын ранен, но Господь сохранил ему жизнь. Мужайтесь. - На все воля Божья,- перекрестилась она и поцеловала висевшее на шее распятие. - Аминь,- Оливер тоже перекрестился. Николь выжидала. Ей совсем не хотелось говорить с этой леди, но та уже разглядывала ее с пристальным вниманием. - Кто это, Оливер? - Мы еще толком не знаем, мадам. Полагаем, что она- виновница преступления. - Что?!- вскричала она и лицо ее исказила боль.- Мерзавка! Гореть тебе в аду! Что сделал тебе мой мальчик? За что ты его покарала?! - Мадам, успокойтесь!- Оливер еле оттащил ее от бедной Николь, которая дрожала. Девушка опасалась гнева безутешной матери, но более всего она страшилась несправедливой расплаты. - Мадам, все решит ваш старший сын, граф Раймунд, на суде. Ибо не было сведетелей сему преступлению. И может статься, мы накажем безвинную душу. - Твой долг- оберегать своих господ, Оливер, а не заниматься работой отца Бернарда. Проповеди я слушала давеча, в день воскресения Христова. - Прошу вас о милости для несчастной, госпожа. Ее двурогий головной убор с длинной вуалью каким- то чудом удерживался на голове. На лицах девушек Николь прочла презрение. - Отправь эту дьяволицу в острог,- отрезала дама. Вся троица повернулась и зашагала вверх по улочке. За ними последовали двое стражников с алебардами, гремя латами. Николь вздохнула. Нет в мире справедливости. Она помогла незнакомцу, а ее обвинили в причинении вреда. Уже сидя в тесной каменной камере, Николь вспоминала сегодняшнее утро. Ведь ничто не предвещало беды, разве что Кэтрин с ее росказнями подлила масла в огонь. Но что теперь горевать и вспоминать прошлое...В данном случае- будущее. Николь горько усмехнулась. Она сидела на сухой соломе. Через решетку в камеру попадали скупые лучи заходящего солнца. Неужели ночь ей придется провести здесь? Было ужасно холодно, сыро, пахло плесенью и крысами. В подтверждение последней мысли в сене что- то зашуршало и пискнуло. - Ай, помогите! Здесь крысы! Она в ужасе запрыгнула на лавку. К решетке подошел охранник. - Ты что горланишь? Ну, крысы. И что, ты их в жизни не видала? Эка невидаль. Да откуда ты взялась, девка, хуже дитя малого! Он стал насвистывать песенку, мотив которой Николь не был знаком. - Погоди до утра. Ужо господин с тобою разберется... Коль доживешь до утра,- добавил он. - Крысы. Хм... Охранник отошел от дверей. Николь поняла, никто ее не спасет. И ей придется пережить самую кошмарную ночь в жизни. И ни где- нибудь, а в тюрьме замка Ле Бо, в XII веке. #КудаЗоветМистраль

Анна Гринина Тайна дома на краю Глава 5 Джулия призвала на помощь все свое самообладание и вышла вслед за миссис Томпсон, которая шла, не оглядываясь; но в каждом ее движении читалось напряженность. "Детей оставили наедине с незнакомыми людьми!" - стремительно пронеслась мысль в голове девушки, от чего стало как-то не по себе. Она прибавила шаг, чтобы поскорее добраться до гостиной. Именно там, по мнению Джулии, находились малыши. И не ошиблась, так как миссис Томпсон замедлила шаг у входа в комнату и обернулась, приложив указательный палец к губам. Джулия кивнула ей, показывая этим, что все поняла. Только после этого женщина тихонько отворила дверь, чтобы потревожить собравшихся там людей. Взору предстала такая картина: две дамы, одетые в одинаковые синие платья с интересом осматривали гостиную, а мужчина в темном френче, брюках и шляпе задавал странные вопросы детям. Дети ощетинились, как ежики, нахмурились и не желали отвечать. Стоило экономке появиться в дверях, как все лица немедленно, словно по команде, повернулись в ее сторону. - Прошу прощения за то, что заставила вас ждать, - произнесла она с улыбкой, однако Джулия знала, что за нею скрывалось. Одна из женщин, что была чуть постарше, заметила девушку, стоявшую за спиной экономки. - Полагаю, это и есть та самая гувернантка? - спросила она, подходя к Джулии и говоря о ней в третьем лице. - Вам не кажется, что она слишком уж молода? Миссис Томпсон упомянула , что среди прежних гувернанток тоже встречались молодые, однако это не мешало им учить детей. - Итог всем известен, - съязвила дама, нервно взмахнув рукой. - У меня начало складываться впечатление, что на Дарк-Хаусе лежит проклятие. Вы позволите нам сесть и поговорить с мисс? Миссис Томпсон, мысленно ругая дамочек, предложила им сесть на диван, жалея, что под ним нет ямы, куда бы гости могли провалиться. А Джулию предложили стул. Девушка почувствовала себя не в своей тарелке, когда три пары глаз устремились на нее. Хуже всего было то, что дети тоже присутствовали, и могли слышать разговор. - Может, вы отпустите детей? - спросила она. - Не стоит им присутствовать при разговоре взрослых. Дама постарше свела брови к переносице и одарила девушку холодным взглядом. - Пусть остаются, - твердым голосом сказала она. - Будет полезно послушать, о чем говорят взрослые. К тому же, мы намерены забрать их отсюда, и чем скорее это произойдет, тем будет лучше для всех. Генри и Эшли изменились в лице, и с мольбою посмотрели на экономку, будто искали у нее защиты. - Мы не поедем с вами! - воскликнула девочка, крепче прижимаясь к брату. Джулия видела, как брезгливо поморщились гостьи, а мужчина всем своим видом демонстрировал безразличие. Очевидно, в их головах давно созрел план, и от детей ожидали повиновения. - Исключено, - заявила Джулия, и дамы переключили внимание на нее. - Мисс и мистер Вейн останутся в Дарк-Хаусе. - Вот уж, чьим мнением мы станем руководствоваться в последнюю очередь, - насмешливо произнес мужчина. - Дом нуждается в реставрации, и слуг здесь не хватает. А это ужасное кладбище? Нет, определенно, это место не для них. - Да неужели? - усмехнулась Джулия, чувствуя, как внутри растет недовольство, поднимается вверх, грозя смести все на своем пути. - По-вашему, в приюте для сирот им будет лучше? - Так считает Совет, - важно заявил мужчина с акцентом. - Детям нужно общение со сверстниками, там они получат его сполна. Он щелчком пальцев стряхнул с плеча несуществующую соринку, как-будто хотел показать этим, насколько неважно для него мнение какой-то там гувернантки. - Господа, а вы не представились, - вдруг сказала Джулия. - Насколько я знаю, у вас при себе должен быть документ, подтверждающий личность и распоряжение, подписанное главой комитета и директором приюта. Могу я взглянуть на бумаги? Джулия придала себе скромным вид бедной учительницы. Миссис Томпсон только рот раскрыла от удивления, не ожидая от девушки такой смелости; и замерла, предвосхищая резкий ответ. - Барон Отто фон Вольф, - представился мужчина. - Глава комитета по делам несовершеннолетних Сайлент Рока. А это помощницы директора приюта святой Энджелы, миссис Фокс и мисс Рет. - Очень приятно, - пробормотала испуганная экономка. - Не могу сказать того же, - Джулия ждала, когда господа предъявят бумаги и перестанут давить своим авторитетом. Не раз присутствовавшая на деловых встречах и заключениях сделок отца, девушка хорошо помнила о весе юридических бумаг. Без них не обходилось ни одно совещание. А эти господа заявились, чтобы незаконно отобрать детей. "Как интересно, фон Вольф - немец?" Тут в гостиную вошла Кейт с подносом в руках, уставленном чашками, блюдцами, вазочками с вареньем, выпечкой и совершенно немыслимыми воздушными пирожными. Посередине всего возвышался расписной фарфоровый чайник. При одной мысли о том, что десерт жгуче-соленый, Джулии стало дурно. Миссис Фокс и мисс Рет отказались от "сладкого", ссылаясь на то, что это вредно для талии, и ограничились одним чаем. А господин фон Вольф ни в чем себе не отказывал. На повторную просьбу предъявить письменное уведомление комитета, он недовольно ответил, что прямого распоряжения нет, и это была его личная инициатива. - Скажите тогда, о чем вы спрашивали детей, пока экономка ходила за мной? - поинтересовалась Джулия. Дамы изменились в лице, глаза их тут же забегали, а барон вкрадчивым голосом пояснил, что детей просили назвать имена. Но маленькие мисс и мистер Вейн чрезвычайно упрямы и не воспитаны, потому им не помешало бы научиться вести себя, как положено будущим леди и джентльмену. - Что до вас, мисс, мы тут посоветовались и решили, что вы не подходите на роль гувернантки. Миссис Томпсон пыталась возразить, но высокий гость не желал ничего слышать. Он окинул мальчика оценивающим взглядом, и на губах появилась чуть заметная улыбка. В голове уже проскользнула мысль, где бы мог пригодиться этот симпатичный малый. Девочка интересовала его чуть меньше. Она была похожа на мокрого галчонка, который нахохлился и пытался клюнуть любого, кто протянет руку; будь то недруг или спаситель. Таких детей в приюте ждет незавидная участь - их подвернут как телесным, так и моральным наказаниям. О, в этом фон Вольф знал толк, как никто другой. Джулия следила за масляными глазками господина и понимала, о чем тот думал, глядя на маленьких сирот. Где же, (черт побери!)их дядя, который так нужен сейчас, чтобы поставить на место зарвавшихся лицемеров, строящих из себя благодетелей? Девушка призвала на помощь все свое мужество, чтобы не спасовать перед трудностями и попыталась воспроизвести в голове отрывок случайно подслушанного разговора. - Скажите, миссис Фокс, и вы, господин фон Вольф, о каком склепе вы спрашивали мальчика? Барон замер, а мадам чуть было не выронила чашку. Оба они пытались отрицать то, что задавали детям подобный вопрос, но Эшли почувствовала - ситуация может как-то повлиять на гадких людишек, и подтвердила слова Джулии. - Зачем вам информация о склепе, в который детям ход воспрещен? - спросила гувернантка, прищурившись. - Если вам так интересно, задайте этот вопрос их дяде. Лорд Вейн совсем скоро приедет в Сайлент Рок. И детей вы не заберете. - И кто же нам помешает? - немного нервно улыбнулась мисс Рет. Уверенность таяла на глазах. - Я не отдам вам своих воспитанников, - заявила Джулия. - Мне доверили этих детей, и я вижу угрозу в вашем лице. Миссис Томпсон, проводите наших незваных гостей. Дамы уже закончили чаепитие и встали, одергивая платья. А барон чувствовал себя глубоко оскорбленным. Он поднялся с дивана, бросил на стол салфетку и со злостью потребовал у Джулии документы. И все могло бы закончиться плохо, если бы на сей раз не вмешалась экономка. - Я отослала их лорду Вейну. Посему не стоит вам задерживаться. Когда хозяин вернется, тогда и обсудите с ним выход из ситуации. Лицо господина побагровело. Вот уже вторая женщина в этом треклятом доме посмела ему перечить. Неслыханная дерзость! Но что он мог противопоставить им? У детей есть гувернантка, не весть какая, но все же. В доме чисто, дети сыты и хорошо одеты - не придраться. Каким он был самонадеянным, когда решил явиться сюда без указа. Кто ожидал от девушки такой сообразительности? Мужчина еще раз посмотрел на молодую гувернантку и встретился с пронзительным взглядом голубых глаз. - Я этого так не оставлю, - бросил он, направляясь к выходу. - Мы еще сюда вернемся, но уже с распоряжением! - Это вряд ли, - ответила Джулия, чувствуя, как напряжение спадает и оставляет ее опустошенной. - В противном случае я подам жалобу Его Величеству. Фраза, брошенная в сердцах, заставила господина поморщиться. Кто знал, что экономка так быстро найдет замену той гувернантке, да еще такую языкастую? Мисс Рет последовала за бароном, а вторая дама на минуту задержалась возле Джулии и прошипела: - Не завидую вам, мисс. Вам, наверное, еще не известно, что одна из воспитательниц погибла? Жизнь так быстротечна, а еще полна сюрпризов, не всегда приятных. - Вы что, мне сейчас угрожаете? - Джулия хорошо понимала разницу между пустыми словами и угрозами. - Всего лишь хочу пролить свет на некоторые события, случившиеся в этом доме. Можете считать это дружеским предостережением. Джулия проводила ее взглядом, полным ярости. Дружеское предостережение? Старая грымза! Миссис Томпсон была вынуждена проводить неприятных гостей, а Джулия осталась с детьми в гостиной. Эшли и Генри смотрели на девушку и поверить не могли, что она так просто выставила злыдней, но все еще не доверяли ей. - Они вернутся? - угрюмо спросил Генри. - Может, и вернутся, но не сегодня, - устало произнесла Джулия. - Я нарушила их планы, на время придется залечь на дно. Но не исключено, что попытаются подобраться вновь. Надеюсь, тогда уже ваш дядя будет рядом, чтобы суметь защитить вас. - Не думайте, что из-за сегодняшнего мы сразу станем друзьями, - предупредила Эшли, но уже не так уверенно, как прежде. Эшли хотелось думать, что она по-прежнему ненавидит Джулию, но в душе боролись противоречивые чувства. В гостиной появилась кухарка и стала собирать со стола посуду. Он сообщила "по-секрету", что гости уехали ужасно злые и кляли гувернантку, на чем свет стоит. А высокий господин со всей силы ударил ногой по решетке, за что получил замечание от охранника. - Ничего, надеюсь, он сильно ушибся или сломал палец, - сердито сказала экономка, которая вернулась в гостиную. - Будет ему наука, как шастать по чужим домам и измываться над бедными сиротами. Мне вот одно интересно, как ты догадалась про бумагу? - на сей раз обращение адресовали Джулии. - Ты что-нибудь в законах смыслишь? Джулия не могла рассказать обо всем, что знала, но на ходу сочинила историю, похожую на правду: - К нам однажды приходили представители закона, и в руках у главного была бумага с печатью. Странно, что вы этого не знали, миссис Томпсон. Разве можно впускать посторонних в отсутствие хозяев? Экономка насупилась. - На что вы намекаете, мисс Метнер? Хотите сказать, я умышленно сделала это? - от возмущения лицо женщины покраснело и стало похоже на неспелую сливу. - Я служу в этом доме вот уже тридцать лет. Разве смогла бы я причинить вред детям этого семейства? Джулия даже не думала о подобном. Она имела ввиду лишь то, что женщине не мешало бы подучить законы, чтобы знать свои права. - Миссис Томпсон, я вовсе не хотела вас обидеть. Но представьте на минуту, что бы случилось, окажись на моем месте другая? Вы бы так просто отдали им детей? - Вот-вот, - отозвалась Кейт, которая собрала посуду на поднос и поправляла скатерть. - Неспроста эта братия явилась в дом, когда тут нет лорда Вейна. И о гувернантках осведомлены. Не иначе, им кто-то все докладывает. Миссис Томпсон никогда не приходила в голову такая мысль. Что, если кто-то из сбежавших гувернанток как-то связан с приютом? Ох, не к добру это. - Миссис Фокс очень доходчиво расписала мне, что может произойти с прислугой в этом доме, - поделилась с женщиной Джулия. - Что, прямо так и сказала? - ахнула Кейт, чуть не выронив поднос. - Эта лиса мне сразу не понравилась, - экономка подошла к окну и посмотрела на ворота, которые снова заперли. - И барон этот - подозрительный тип. Генри и Эшли, вдоволь наслушавшись историй, взялись за руки и тихо вышли из гостиной. Их сердечки все еще сжимались от страха перед будущим, а воображение рисовало мрачные картины. Но неприятные личности покинули Дарк-Хаус, не забрав никого с собой. В этот раз победили миссис Томпсон и гувернантка... Дети осторожно поднимались по старой заброшенной лестнице на пыльный чердак, засиженный птицами. Когда-то там была голубятня. Генри помнил тихое воркование по утрам и шелест крыльев, будто кто-то враз встряхнул сотни простыней. Мама говорила, что птицы ближе всего к ангелам. "Генри, ты можешь загадать любое желание и покормить птичек. А когда они взлетят к небесам, то непременно передадут твои просьбы ангелам." Вот только когда не стало деда, голубятня опустела. А следом ушли родители. Мальчик не раз бегал в сад и крошил птицам хлеб; он желал всей душой, чтобы мама и папа вернулись. Но, то ли птицы не понимали его, то ли ангелов не существовало, родители так и не вернулись. Генри толкнул низкую дверь, которая не поддавалась. - Эшли, помоги, - попросил он. Вместе дети навалились на дверь, и та со зловещим скрипом отворилась, а ребятишки от неожиданности упали и растянулись на полу. Эшли втянула воздух сквозь сжатые зубы, поднялась на ноги и потерла ушибленную коленку. - Больно? - спросил Генри, тоже поднимаясь и отряхивая штанины. - Не очень. - Эшли улыбнулась. Дети прошли к маленькой скамейке под слуховым окошком. Мальчик сел с краю, а девочка взобралась на скамью, прислонилась к стене и руками обхватила колени. Волосы ее растрепались, на платье налипла солома, которая в изобилии была разбросана по всему полу голубятни. В волосах тоже застряли соломинки, которые заметил Генри, вытащил и бросил в сторону. - Здесь грязно и дует, - произнес мальчик. - Зато никто не мешает, - отозвалась Эшли. - Давай закроем окно. Генри встал на скамейку, прикрыл створку, после чего повернул ручку; щелкнула какая-то пружина. Мальчик осторожно опустился на место и прислушался к звукам, доносившимся из сада. Там чирикали воробьи, будто спорили между собой. Он взглянул на сестру; та выглядела злой, а не расстроенной. Ноздри раздувались, а губы подрагивали. Генри хотелось успокоить, защитить, вселить уверенность в сестру. Но что маленький мальчик мог сделать? - Сегодня во сне я видел маму, - начал Генри. Эшли молчала. - Она была такая красивая, в голубом платье со звездами, похожая на принцессу. И сказала, что все вскоре наладится, нужно только немного подождать, - продолжал брат. - Я тебе не верю, - заявила сестра. - Почему она не приходит ко мне, а снится только тебе? - Девочка чувствовала, как в груди растет ком и подкатывает к горлу. - Наверное, ты стала забывать ее, потому и не видишь, - предположил Генри. - Нет! Я никогда не забуду маму! - вскричала Эшли и заплакала, размазывая по лицу слезы, которые вырвались наружу из самого сердца; похожие на бушующую реку, которая снесла плотину и затопила берега. Генри понимал отчаяние сестры и испытывал то же самое, только не мог открыто показать свои чувства, так как считал, что он старше, а потому сильнее. - Я думаю, мисс Метнер надо простить, - сказал вдруг Генри и почувствовал, как Эшли напряглась. - Ты забыл про Герту? Никогда не прощу, - прошептала девочка. - Только она сможет заступиться за нас, пока нет дяди Ричарда. - Предатель, - обиделась сестра. - Хочешь сказать, она не виновата? - Виновата. Но вдруг это вышло случайно? Мисс не похожа на плохую. - Для меня всегда будет плохой. Я любила нашу собачку, ведь ее подарили папа и мама. Теперь ни их, ни собаки. Эшли всхлипнула и уткнулась в плечо брата. - Не плачь, они всегда будут с нами. Так говорит Бетси. Эшли позволила брату обнять себя. Она давно перестала верить экономке. Будь родители где-то рядом, давно бы показались. Но оттуда, куда они ушли, нет дороги назад. Если только...не применить колдовство! Девочка вдруг вспомнила про книгу, о которой упоминал однажды дядя, когда говорил с отцом в кабинете. - Я знаю, что делать! - девочка схватила брата за руку. Глаза блестели от возбуждения. - Ну, и что ты там придумала? - Нужно найти Гримуар! Помнишь, я тебе говорила? - Дядя мог придумать это, - с сомнением произнес мальчик. - И даже если найдем книгу, сможем ли прочитать? - Тогда пусть гувернантка нас научит, - загорелась идеей Эшли. - Тогда мы вернем Герту. А может, и папу с мамой. Мальчику не нравилась эта мысль. Было в ней что-то неправильное. Вряд ли книга существовала на самом деле; и дядя не позволил бы взять ее. Но если сестру это успокаивает, пусть мечтает. Дети немного успокоились и сами не заметили, как уснули, сказалось напряжение дня. И даже не знали, что экономка с гувернанткой разыскивали их. * * * Джулия обошла весь дом, спустилась в сад и даже дошла до ворот. Маленьких разбойников нигде не было. Второй раз за день подставляли ее. Запыхавшаяся экономка, хватаясь за сердце, звала детей, не забывая ругать нерадивую гувернантку. - Вдруг их похитили? - причитала она. - Барон давно уехал, - сказала Джулия. - А что, если бедняжки упали в подвал? - фантазия у экономки была бурная, и сюжеты подсовывала один страшнее другого. - Я была там. На дверях висит большой амбарный замок. Джулия попыталась представить себя на месте детей. Куда бы она сбежала от назойливого внимания няни? Девушка повернулась лицом к фасаду здания и посмотрела издалека на первый этаж, на второй, на крышу, и тут заметила под ней маленькое окно. - Миссис Томпсон, а что на чердаке? - Была голубятня, но сейчас... - Дети там, - быстро сообразила Джулия, и бросилась в дом. В считанные минуты она поднялась по ступенькам и замерла у старой обшарпанной двери. За ней было тихо, но это не остановило девушку. Дверь поддалась не сразу, но когда открылась, Джулия с облегчением вздохнула, так как нашла потеряшек. На скамейке, обнявшись, склонив головы, будто два озябших птенца, сидели и спали дети. От резкого звука они открыли глаза и увидели гувернантку. - Мисс Метнер, как вы нас нашли? - удивился Генри и протер глаза. - Пришлось оббегать весь дом. И надо признаться, мне порядком это надоело, - сердилась Джулия, заглушая истинные чувства. - Может, стоит привязать вас к себе и не отпускать? - Не надо, - ответил Генри. - Мы больше не будем убегать. Эшли не ответила, но кивнула головой, опасаясь, что гувернантка не станет их учить. Или, того хуже, вообще уйдет из Дарк-Хауса, и на ее место придет кто-то похуже. - Вы совсем не понимаете, что мы испугались? - сказала девушка менее сурово. - Сразу после визита барона вы исчезли. Что нам оставалось думать? Меня уволят, точно вам говорю. - Не уволят, - обнадежила ее Эшли. - Мы поговорим с Бетси. Но обещайте, что научите меня хорошо читать. Джулия была несколько удивлена такой просьбе, но дала обещание. Эшли изъявила желание учиться! Что задумал этот ребенок? Девушка не стала делиться с детьми подозрениями, но решила понаблюдать. Пусть все идет своим чередом. Рано или поздно, правда выйдет наружу. #ТайнаДома

ПРАВИЛА ГРУППЫ! (читаем до конца!) Приветствуем всех! Группа создана для чтения мистических романов и общения автора c читателями, интересующимися этой темой. Если вам интересен мир Магии, вы развиваете свои способности – добро пожаловать к нам! Участникам группы интересна тема мистики, волшебства и паранормальных явлений, поэтому споры по поводу неприятия любой из них вести запрещено. Уважайте каждого, ибо каждый есть составляющий этого Мира. Когда человек приходит в свой дом, он снимает обувь, оставляет плохое за дверью, чтобы не выплеснуть негативные эмоции на близких. Эта группа такой же дом, дом писателя, для которого читатели стали близкими людьми. Если вы глубоко религиозны, но по какой-то причине пришли сюда, то будьте готовы выйти из группы, если публикуемый материал вас возмущает. Комментарии вроде “гореть вам в аду” и “бог вас накажет” - тут не работают. Общение на позитиве, группа имеет не только развлекательный характер. Это одна большая семья, здесь собрались друзья по интересам. Просим вас придерживаться таких общих правил, за нарушение которых без предупреждения можно покинуть группу: 1. Комментировать публикации может любой участник группы. Но публикации проходят премодерацию. Администрация оставляет за собой право решать, пропускать или нет ваш комментарий. Ваше мнение может не совпадать с нашим. 2. Перепосты из других групп и с личных страниц запрещены! 3. Посты публиковать желательно на понятном всем языке. Т.к. география участников группы обширна, не все знают ваш родной язык. И по этой же причине прессовать людей за неграмотный текст тут запрещено! 4. Реклама и самореклама в постах, в комментариях и в никнеймах (именах) запрещена. 5. Призывы в личку запрещены! Если есть что сказать по теме вопроса, обсуждать в комментариях. 6. Мат, грубость, хамство, оскорбление, переход на личности в группе запрещены! Чувство собственной важности оставлять на пороге группы! Помним: Заходя в дом, мы снимаем обувь. Дискуссии ведутся конструктивно и мирно. Если вас возмущает тема поста, сделайте глубокий вдох и прокрутите дальше! Т.к. тут присутствуют люди разных вероисповеданий, здесь уважают каждого! Поэтому войны, провокации и выяснения отношений в этой группе не ведутся! 7. ПЕРЕПЕЧАТЫВАНИЕ И КОПИРОВАНИЕ ТЕКСТОВ ЗАПРЕЩЕНЫ! ВСЕ КНИГИ И РАССКАЗЫ ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ. 8. Спам запрещен. 9. Обсуждать и спорить на тему политики, национальной и гендерной приналдежности, сексуальной ориентации, оскорблять и унижать на этой почве запрещено! Сразу вечный бан! За хамство и грубость дается временный молчаливый бан. За систематическое нарушение правил – бан и удаление из группы. 10. Автор собирает материал для книг. Затем пишет романы сначала на бумаге, после печатает в группе. На это уходит время. Писатель не небожитель, он обычный человек со своими достоинствами и недостатками. Удивительно, но автор тоже питается пищей, работает, отдыхает. У него есть семья и ответственность перед нею. У писателя тоже может быть плохое настроение, неудачный день, отсутствие вдохновения или плохое самочувствие. Посему особенно нетерпеливых друзей просим понять и принять это. Автор ни в коей мере не пользуется своим положением и не испытывает ваше терпение. 11. Запрещена резкая критика в адрес автора, провоцирование других участников на хамство и оскорбление писателя. Автор не обязан терпеть критику в свой адрес. Он старается для вас, причем абсолютно безвозмездно. Давайте же будем чуточку терпимее. 12. В комментариях приветствуется живое слово. Общение должно быть комфортным для всех. С уважением, Администрация группы.

Анна Гринина Тайна Дома на Краю Глава 4 Джулия со вздохом поправила воротничок и задумалась, чему станет обучать детей. Мысленно она благодарила родителей за то, что те в свое время были строги к ней, заставляли хорошо учиться, и даже нанимали репетиторов. А занятия с маленькой сестренкой давали представление о том, что проходят в школе в начальных классах. Наташа, как же она будет скучать по сестре... Джулия посмотрела на детей, которые ожидали ее в коридоре, и проглотила непрошенные слезы. Не стоило показывать детям свою слабость. Потому она улыбнулась и направилась к ним. - Покажете, где ваша комната для занятий? - спросила она. Дети не ответили, а молча пошли вперед, даже не оглядываясь. Что поделать, придется налаживать контакт. - Я покажу, - вызвалась миссис Томпсон. Девушка шла по галерее и смотрела на картины и портреты, висевшие на стенах. Что и говорить, у дома была богатая история и на украшение интерьера тут не скупились: на потолке была позолоченная лепнина в виде венков из цветов и фруктов, с райскими птицами на веточках. Сквозь окна, в обрамлении тяжелых вишневых портьер, проникал дневной свет, а вечером галереи освещались бронзовыми светильниками. Бордовые ковровые дорожки с коротким плотным ворсом и причудливыми узорами сочетались по цвету с портьерами. Все в доме дышало стариной. Стены из серого камня, высокие окна с витражами, длинные коридоры с гуляющими по ним сквозняками. Джулия была уверена - умей этот дом говорить, он бы поведал много любопытного о своих хозяевах. Экономка и наследники рода Вейн вели девушку по широким залам со стрельчатыми арками, будто желали запутать. Они миновали большой зал с начищенным как зеркало паркетом, креслами, камином и прекрасными портретами, так похожими на те, что висели в галерее. Джулия на минуту задержалась у одного, на котором художник изобразил красивого мужчину с аристократическими чертами лица, одетого в темную одежду, невероятно прекрасную женщину с милой улыбкой, в светлом платье, которая положила изящные руки на плечи двух детей. - Мисс, не отставайте, - позвал Генри, пряча улыбку. Дети провели гувернантку мимо библиотеки, из приоткрытых дверей которой виднелись книжные шкафы, достающие почти до потолка. Джулия прямо почувствовала сладковатый аромат старых страниц, и просто мечтала попасть туда. Дети в сопровождении экономки шли вперед, не останавливаясь, и новой гувернантке пришлось прибавить шагу, чтобы не заблудиться среди бесконечных комнат и коридоров. - Такое впечатление, что мне устроили экскурсию по дому, - пробормотала Джулия, проходя рядом с кухней, из которой доносились аппетитные запахи. Кажется, там готовила жена садовника или сторожа? А впрочем, какая разница? Не суть важно. Обойдя добрую половину дома, Джулия наконец очутилась возле двери, выкрашенной в белый цвет. Дети отошли в сторону и позволили гувернантке войти первой. Девушку насторожила такая покорность и любезность, она с опаской толкнула дверь, внутренне сжалась, ожидая подвоха. Но опасения были напрасны - с нею ничего не случилось. Миссис Томпсон усмехнулась, глядя на то, как новая гувернантка осторожно входит в комнату. - Вы уверены, что справитесь? - насмешливо спросила она. - Все-таки, до вас здесь работали семь гувернанток. - Они все ушли, - добавила Эшли громким шепотом. - Не ушли, а позорно сбежали, - поправил ее брат. - И эта сбежит. - Ошибаетесь, дорогой друг. Такого удовольствия я вам не доставлю. С этими словами Джулия решительно направилась к столу, стоявшему напротив двух парт. Брат с сестрой переглянулись, вошли в комнату и чинно расселись по своим местам, изображая паинек. А миссис Томпсон, наблюдая такую идиллию, сказала, что теперь с легким сердцем может удалиться. Джулия посмотрела в окно, из которого открывался вид на сад. Хорошо, что не на подъездную дорожку. Так ничто не будет отвлекать детей. В комнате, как и в библиотеке, стояли ряды полок, занятых книгами. А позади учительского стола с письменными принадлежностями, висела карта страны и алфавит с красочными картинками. К удивлению девушки, дети сидели чинно и приготовились слушать урок. - Сегодня будет не привычный вам урок, - сказала Джулия. - Начнем наши занятия со знакомства. Еще я хотела бы узнать, что вы проходили с прежней гувернанткой. И взглянуть на ваши учебники. - Хоть сегодня обойдемся без противной арифметики, - обрадовался Генри. - Возможно. Но это только сегодня. А завтра будем заниматься, как положено, чтобы вы наверстали упущенное и ... - Зачем? Вряд ли вам удастся заставить нас, мисс, - сказала Эшли. - Мы терпеть не можем уроки. Все предметы скучные. Не понимаю, зачем мне нужна математика? Или изучение природы? Леди не нужны эти знания. - Кто вбил в ваши головы подобную чушь? - поразилась Джулия. - Все наши гувернантки говорили, что леди достаточно петь, играть на фортепиано и довольно сносно читать. Моя задача быть красивой, уметь вышивать, рисовать и танцевать. Все остальное должен учить Генри. - Значит, писать вы тоже не желаете? - поинтересовалась девушка. - Я учила буквы, и немного читаю. А писать не обязательно. - Странное заявление, мисс Вейн, - Джулия старалась говорить с девочкой как можно мягче. - Можно не уметь писать и читать. Но что, если однажды придется послать письмо, скажем, вашему дяде или будущему жениху? - Для этого есть секретарь, - важно заявила девочка и посмотрела на гувернантку так, будто та говорила глупости. - Тогда Генри будет образованнее вас, я правильно понимаю? - с улыбкой уточнила девушка. - И пусть. - Эшли пожала плечами. - Он же мальчишка. И вообще, от избытка ума девочки дурнеют. Джулия не знала, сердиться ей или смеяться на такое заявление. Кто внушил ей такие глупые мысли? По мнению Эшли выходило, что все умные женщины - дурнушки, которые носят скучные платья и совершенно не умеют веселиться. - А как же дамы, портреты которых я видела в холле? - спросила Джулия. - Мне кажется, они умели не только читать и писать, но и занимали высокое положение в обществе. Разве плохо в будущем стать похожей на одну из тех дам? Эшли на минуту задумалась. Слова гувернантки не были лишены смысла. Но девочка не желала показывать, что она права. - У них были слуги, много слуг, - ответила девочка. - И жили они очень давно. Джулия понимала, что девочка говорила так нарочно, чтобы позлить неприятную ей особу. На самом деле, Эшли уже отличалась от сверстников живым умом и сообразительностью, и даже превосходила в этом брата. Но излишняя упертость и предвзятое отношение к новым людям, появляющимся в их жизни, заставляли Эшли показывать себя не с лучшей стороны. - Нельзя всю жизнь надеяться на слуг, мисс Вейн. Я здесь для того, чтобы научить вас быть самостоятельности. Поверьте, я не желаю зла ни вам, ни мастеру Генри, и очень надеюсь, что со временем мы подружимся. - Наш дядя говорит, что нельзя дружить с прислугой, - Эшли очаровательно улыбнулась. - Очень странные рассуждения, - Джулия с сомнением взглянула на девочку и ее брата. - А я рад, что вы пришли, и не придется отправляться в приют, - просто сказал он. И Джулия была счастлива, что хоть один из воспитанников проявил уважение. Девушка достала из ящика письменного стола записки, оставленные кем-то и пробежала по ним глазами. Буквы были такими же, как и в ее мире, с этим проблем не возникло. Девушка очень надеялась найти еще что-нибудь, что больше охарактеризовало бы ее учеников. Но не обнаружила ничего, кроме тетрадей и книг. Зато заметила, что в ящике стола царил беспорядок. Был ли хаос делом рук детей, или гувернантки не следили за порядком? - Мне бы хотелось взглянуть на ваши тетради, - сказала Джулия, на сей раз обращаясь к Генри. - Если мы сегодня не станем заниматься, зачем просто так сидеть в комнате? - спросила Эшли. - Мы с Генри собирались погулять. - И мое появление нарушило ваши планы? Джулия улыбнулась, вспоминая свое детство, когда не хотелось сидеть в классе, а время тянулось бесконечно долго. В первый день девушка не собиралась давить на детей. Следовало приглядеться к ним получше, изучить характер. Но после все встанет на свои места. Джулия не хотела потакать капризам девочки и намеревалась серьезно поговорить с их дядей, когда тот вернется в Сайлент Рок. Иначе какой толк будет от гувернантки, если дети начнут диктовать условия? - Интересно, что на это скажет мисс Томпсон? - спросила Джулия, наводя порядок на своем столе. - Ничего. Она привыкла, что няни и гувернантки сбегают из этого дома, - ответил на сей раз Генри. - Я останусь с вами надолго, - пообещала Джулия, скорее самой себе, недели детям. Эшли и Генри поднялись со своих мест и вышли за дверь, а Джулии пришлось их догонять. Нет, это никуда не годилось! Через пару минут девушка упустила их из виду. И это был ее первый рабочий день. Так не хотелось получить выговор от экономки. Довольно того, что ей позволили остаться в доме и не потребовали документы. "Все потому, что никто не желает тут работать", - подумала Джулия. Дети оказались сущими дьяволятами, особенно Эшли. Девушка шла быстрым шагом, той же дорогой, которой ее вели в классную комнату. - Генри! Эшли! - позвала она, и на минуту замедлила шаг. - Куда подевались эти негодники? Тут краем глаза она заметила тень, а потом услышала тихий смех. Раздавался он из-за приоткрытой двери библиотеки. - Ах, вот где вы прячетесь! - сказала Джулия, нарочно повышая голос. - Попались! Она подошла к библиотеке, толкнула тяжелую дверь и сделала три шага вперед. За дверью никого не было. Ни смехом, ни шорохом, дети ничем не выдали своего присутствия. Джулия нервно оглянулась - никого! Хотела выйти из библиотеки, но тут с полки упала книга, тем самым привлекая внимание и заставляя задержаться. Конечно же, девушка не смогла оставить книгу на полу, потому метнулась к полкам, подняла фолиант и взглянула на обложку. В руках она держала "Большую книгу заклинаний" и была ужасно удивлена, что такая литература находилась в свободном доступе. Девушке стало любопытно и она полистала страницы, совсем забыв о том, куда шла. Миссис Томпсон застала ее врасплох, когда проходила мимо библиотеки. - Мисс Метнер, что вы тут забыли? - строго спросила экономка и встала в дверях, подбоченясь. Джулия резко захлопнула книгу, поставила ее на первое, попавшееся на глаза, свободное место и боком протиснулась в проем, извиняясь за это перед женщиной. - Кажется, вы должны были следить за Генри и Эшли, если память мне не изменяет. И где же дети? - Они вышли из классной комнаты. Мне показалось, что дети забежали сюда, - ответила Джулия. - К тому же, разве это не общая библиотека? - Нет, мисс Метнер, этой библиотекой пользуется только мистер Вейн. И сюда запрещено входить! - воскликнула экономка и приложила руку к сердцу. - Вам доверили самое драгоценное - жизни маленьких крошек. Кто знает, что взбредет в их невинные головы? Давайте поищем их вместе. Миссис Томпсон еще раз сердито взглянула на гувернантку и вышла в галерею. Вместе с Джулией они спустились на первый этаж и вышли из дома. Детей увидели не сразу, да и то издали. Эшли стояла у ворот, а Генри пытался вскарабкаться наверх, чтобы перелезть через ограду. - Эшли! Генри! Немедленно вернитесь! - крикнула экономка, испытав ужас. Девочка убрала руки от решетки, а Генри неловко спустился на землю. Оба обернулись на голос и на их лицах застыло недовольное выражение - досада от того, что им помешали. Бедные крошки... Как же. Слепая любовь застила глаза миссис Томпсон. Хотя Джулия восхищалась тем, как беспрекословно ребятишки выполняли указания этой женщины. Чтобы заставить их слушаться, гувернантке придется сломать не одно копье. Пока экономка отчитывала отпрысков семьи Вейн за то, что те снова взялись за старое, Джулия решила спросить их про библиотеку. - Нас там не было, - отпирался Генри, и казалось, он не лгал. - Тогда кто же там смеялся? - настаивала Джулия. - Должно быть, призраки, - усмехнулась своей шутке Эшли, но улыбка вышла мрачной, будто девочка знала, о чем говорила. - Что, испугались, мисс? Экономка фыркнула и взяла девочку под руку. - Не слушайте ее, мисс Метнер. Детям в этом возрасте свойственно сочинять небылицы. Особенно, если дом находится по соседству с таким местом. - Женщина оглянулась на ворота, за которыми виднелись надгробия. Миссис Томпсон вела девочку и объясняла, как это неразумно отдаляться от дома и пытаться перелезть через высокие ворота. Она бранила и охранника, которого почему-то не оказалось на месте. Джулия шла рядом с Генри, который выглядел не таким уверенным, как сестра, и в душе теплилась надежда на то, что до сердца мальчика еще можно достучаться. Начинать надо было именно с него, а Эшли подтянется потом. Когда женщины с детьми поравнялись с домом, из-за деревьев показался охранник, который вез тележку с нагруженным на нее мусором. Миссис Томпсон не отказала себе в удовольствии отчитать мужчину и напомнить, что входит в его обязанности. А так же упомянуть о невероятной доброте и щедрости хозяина. На что получила в ответ жалобу на отсутствие в доме лишних рук и садовника. Если Вейны так щедры, почему не наймут парочку рабочих, чтобы каждый занимался своим делом? Или это дом такой, что никто не желает связываться с Вейнами? - Поговори мне еще, - проворчала экономка и погрозила ему пальцем. Дети, привыкшие к шутливым перепалкам взрослых, только улыбнулись и вошли в дом. А гувернантка подумала, что это отличная возможность побольше узнать о доме, его обитателях и мрачных тайнах. Кто, если не слуги, знают все о хозяевах и делятся сплетнями в темных коридорах? Обедали дети и гувернантка по-отдельности. Миссис Томпсон объяснила, что девушка должна привыкать к порядкам, заведенным в домах, подобных этому. Слуги едят отдельно, на кухне, господа в столовой или гостиной. Но так как гувернантка стоит на порядок выше остальной прислуги, она вольна обедать в ученической или в собственной комнате. - Поем в классе, - решила Джулия и пожелала детям приятного аппетита. Удивляться правилам, заведенным в Дарк-Хаусе, девушка не стала. Достаточно было вспомнить их собственную семью, где няня и домработница ели на кухне. Их никогда не приглашали за стол, даже по праздникам, будто прислуга считалась людьми второго сорта. И как Джулия нагрубила своей няне, когда та попросила у нее кусочек именинного торта, только попробовать, а девочка наговорила той много колкостей... Это было так давно, но навсегда застряло в памяти, и сейчас история повторяется. Джулия находилась на месте той няни, а Эшли на месте Джулии. "Поем на кухне", - передумала девушка и спустилась на первый этаж. Кухню найти оказалось не сложно - оттуда доносились аппетитные запахи. Приятная дородная женщина с румянцем во всю щеку, в сером платье, белом переднике и чепце, хлопотала у большой плиты, выложенной камнем и напоминавшей печь. Девушка вежливо поздоровалась и представилась. На что женщина ответила, что новости по дому распространяются быстро и она слышала о новой гувернантке, но не завидует ее участи. - Вам не справиться с ними, - вздохнула кухарка, вытирая мягкой тряпкой поверхность стола. - Эти дети неистощимы на выдумки и пакости, а слушаются только нашу экономку, да и то не всегда. Вы еще не раз пожалеете о своем решении остаться. Джулия села за стол, и перед ней появилась тарелка с супом и добрый ломоть ноздреватого хлеба с сыром. Не смотря на то, что в кухне было тепло, от тарелки тянулся пар. - Мы бы ушли из Дарк-Хауса, но не хотим возвращаться в деревню. Да и платят тут хорошо, хоть и работы много. Женщина, которая назвалась Кейт, сновала по кухне и делала все очень быстро. Джулии только успевала следить за нею. Каждое движение было выверено, отточено, а блюда были выше всяких похвал. То, что первое и второе имели кисло-сладкий вкус, придавало им пикантности. - Что-то не так? - удивилась Кейт, заметив, как гувернантка пробует сливочный суп. - Все очень вкусно, - с улыбкой заверила девушка. - Просто там, откуда я родом, в первые и вторые блюда добавляют соль. - Это где же так заведено? - у Кейт округлились глаза. - И как, это съедобно? - Вполне. А в десерты и чай кладут сахар. - Чудеса! - только и смогла сказать кухарка. А Джулия наслаждалась произведенным эффектом. Кейт покачала головой и задумчиво посмотрела на кастрюлю. - Сколько лет живу на свете, а о таком не слыхала. Может, стоит попробовать? Только не знаю, понравится ли новая еда детям. А в особенности, мистеру Вейну. - Он что, такой строгий? - насторожилась Джулия и приготовилась почерпнуть из разговора больше полезной информации. Кухарка отзывалась о хозяине особняка как о довольно странном человеке. - А в чем заключается эта странность? - Возможно, я не совсем правильно выразилась. - Кейт поняла свою оплошность и захотела исправиться. - Мистер Вейн чудесный человек. Он очень умный, много путешествует и пользуется уважением как среди аристократов, так и среди простых людей. - А чем мистер Вейн занимается? - спросила Джулия, стараясь придать голосу безразличие. - Уж не знаю, чем, но состоит лорд Вейн на службе у Его Величества. - О, - только и смогла сказать Джулия. Старинный особняк, кладбище за воротами, библиотека, в которую вход простым смертным заказан. Картина вырисовывалась преинтересная. - С мистером Вейном не соскучишься. Никогда не поймешь с первого раза, шутит он или говорит всерьез. Еще он любит тишину, но дети... От них так много шума. Женщина вздохнула, представляя, как будет сердиться хозяин из-за выходок сорванцов. - Зачем тогда было обременять себя и поселять племянников в этом доме? И что-то я не вижу, как мистер Вейн спешит вернуться домой, - съязвила Джулия. Она не совсем понимала такое отношение дяди к детям родственников. И еще ее волновал сам особняк, потому девушка спросила кухарку, что та думает по этому поводу? Кейт с большим удовольствием поделилась слухами, которые ходили по округе вот уже четверть века. О склепе, который находится на кладбище, и никто не знает, кто там покоится. Еще одна странность - дом, он хранит в себе тайны. Да и земля тут особенная. Неподалеку от леса есть озеро, очень глубокое. Незадолго до того, как пропасть, там видели одну из гувернанток. - Гувернантка пропала? Разве не все они увольнялись? - Джулия побледнела. Может, все это слухи, беспочвенные сплетни? - Нет, одна бесследно исчезла. Что сами понимаете, не принесло дому популярности. Да еще легенда, связанная с озером... Но самое удивительное - это племянники лорда Вейна. Мать их была леди, а отец... - Ах, вот вы где! - рассказ кухарки оборвался на самом интересном месте. - Мисс Метнер, я думала, вы обедаете в учебной комнате. А ты, Кейт, как всегда болтаешь лишнее. Родители наших крошек оба были аристократами, и не нам обсуждать господ, неблагодарное это дело. Я зачем пришла? Там проверяющие заявились, из опеки. Придется пройти со мной, мисс Метнер. - Ох, да поможет вам Всевышний! - воскликнула испуганная кухарка и бросилась собирать угощение для неприятных гостей. Джулию тоже не обрадовала новость. Что-то быстро нагрянула проверка, прямо как в ее мире. Будто хотели подловить на чем-то. Но девушка приняла единственное верное решение: она будет отстаивать интересы детей до конца. #ТайнаДома

🙏 ❄💖☦Дорогие читатели, мои друзья! ☦💖❄🙏 В этот Крещенский день хочу пожелать Вам и Вашим близким всего самого наилучшего. Пусть этот Светлый праздник очистит Вашу жизнь от всех тревог, обид и тяжёлых мыслей и сделают её светлее. Добро и Свет всегда побеждают. И впереди Вас обязательно ждёт что-то поистине хорошее.

Дорогие мои и любимые душой читатели! Сегодня чудесный праздник — старый Новый год. А так же, продолжаются Святки, или, как их называли в народе - Святые вечера. Сегодня можно воспользоваться шансом и повторно прошептать свои самые сокровенные желания, задуманные в новогоднюю ночь, и тогда они непременно сбудутся. И я Вам желаю снова много здоровья, огромного счастья и такого же благополучия! От всей души, я хочу, чтобы в Вашей жизни как можно чаще происходили маленькие и большие чудеса! Пусть улыбки и добрые встречи, яркие эмоции и тихая радость будут Вашими частыми гостями! Пусть не найдется время для грусти, а всегда находится время для творчества, приятных бесед с любимыми. Желаю успехов и удачи в Новом году! Пускай в этом году за каждым поворотом судьбы Вас подстерегают только приятные сюрпризы. Желаю забыть всё плохое. Желаю простить всех обидчиков. Желаю по старой традиции включить гирлянду, зажечь свечу, налить шампанского и загадать заветное желание. И пусть всё непременно сбудется. Пусть впереди ждет много приятных сюрпризов, больших путешествий, успешных дел. Тем, кто одинок, желаю любви, добра, душевного тепла и радости. Тем, кто хворает - крепкого здоровья. Мечтающим о пополнении семейства - дом, полный счастливых детских голосов. Тем, кто ждет - возвращения любимых и родных.