Мин яраткан шигырьләр

Москва начала уезжать. Без оркестров и прощальных речей. Люди уходят и больше не возвращаются жить в этот дорогой аттракцион. Не верите? Давайте посмотрим. Начнём с пенсионеров. Огромная армия людей старше шестидесяти буквально сбежала из Москвы. Остались в основном те, у кого нет возможности уехать. Схема простая: живут в загородных домах самого разного уровня — от старых дач до добротных коттеджей. Либо продают оставшуюся от родителей, тёток и дядек квартиру и покупают жильё где-нибудь в Звенигороде. Конечно, пенсия, московская доплата, медицинская страховка и прочие столичные радости остаются. Но жить в Москве? Увольте. Для пенсионера это всё чаще дорогая и некомфортная история: бесконечные стройки, уплотнительная застройка, каменные джунгли по принципу «окно в окно». Кроме того, большие проблемы возникают с автомобилем. Гаражи сносят, парковаться зачастую негде либо приходится платить. Камеры повсюду, штрафы сыплются без остановки. И дело не только в деньгах. Всё это давит психолог

Когда пришло известие о гибели Лермонтова, Николай I произнёс фразу, которую потом долго старались не вспоминать вслух: «Собаке — собачья смерть». И лишь поймав укоризненный взгляд великой княгини, добавил: «Господа, получено известие, что тот, кто мог заменить Пушкина, убит». Это не оговорка. Это характеристика. Высший свет Петербурга воспринял новость примерно так же. «Туда ему и дорога» — такова была общая реакция людей, которые лично знали поэта. Не злодея, не преступника — поэта, которого сегодня изучают в школе, чьи стихи цитируют наизусть. Что же нужно было сделать, чтобы заслужить подобное? Михаил Лермонтов родился в 1814 году в Москве. Мать умерла, когда ему было три года. Отца властная бабушка Елизавета Арсеньева фактически отстранила от воспитания сына, а потом и вовсе поставила условие: либо она оставляет внуку всё своё состояние, либо он живёт с отцом. Отец отступил. Мальчик остался с бабушкой — окружённый заботой, деньгами и совершенно без границ. Он рос болезненным, но с