Герои Оренбуржья
Святой в форме вермахта или " Белая роза ".
Русская душа Александра Шмореля
Отец Александра Шмореля, доктор Гуго Карлович, был выходцем из немецкой купеческой семьи. Мать, Наталья Петровна Введенская, была русской. Александр Шморель родился в 1917 году в Оренбурге и был крещён в русской православной церкви. Его дед по матери был православным священником. В 1918 году его мать умерла от тифа. Отец второй раз женился на дочери владельца пивоваренного завода Елизавете Егоровне Гофман, и в 1921 году переехал в Германию и осел в Мюнхене — тогда Александру было два года.
Его брат Эрих (1921) и сестра Наталья (1925) родились уже в Мюнхене. Частым гостем семьи Шморелей в Мюнхене был Леонид Осипович Пастернак с детьми.
Александр Шморель одинаково хорошо говорил и по-русски, и по-немецки, однако он всегда ощущал себя русским человеком, подчеркивал, что он — русский по матери и его воспитала русская няня Феодосия Лапшина
Отец Александра Шмореля, доктор Гуго Карлович, был выходцем из немецкой купеческой семьи. Мать, Наталья Петровна Введенская, была русской. Александр Шморель родился в 1917 году в Оренбурге и был крещён в русской православной церкви. Его дед по матери был православным священником. В 1918 году его мать умерла от тифа. Отец второй раз женился на дочери владельца пивоваренного завода Елизавете Егоровне Гофман, и в 1921 году переехал в Германию и осел в Мюнхене — тогда Александру было два года.
Его брат Эрих (1921) и сестра Наталья (1925) родились уже в Мюнхене. Частым гостем семьи Шморелей в Мюнхене был Леонид Осипович Пастернак с детьми.
Александр Шморель одинаково хорошо говорил и по-русски, и по-немецки, однако он всегда ощущал себя русским человеком, подчеркивал, что он — русский по матери и его воспитала русская няня Феодосия Лапшина
В 1921 году Шморели уехали в Германию и взяли няню Шурика — крестьянку Феодосию Лапшину. Именно эта простая русская женщина воспитала Александра и родившихся уже в Мюнхене Эриха и Наташу Шморель. Няня Феодосия водила детей в русскую церковь. Это благодаря ей в семье праздновали православное Рождество 7 января и Пасху с неизменными куличами и крашенными яйцами.
Благодаря русской няне Саша с детства полюбил народные сказки и сохранял любовь к России и её культуре, рассказы о далёкой России засели глубоко в его подсознании. Отец-протестант и мачеха-католичка не запрещали няне воспитывать мальчика в православной традиции. В Германии Александр Шморель был активным прихожанином Мюнхенского православного прихода и учился в воскресной школе.
Благодаря русской няне Саша с детства полюбил народные сказки и сохранял любовь к России и её культуре, рассказы о далёкой России засели глубоко в его подсознании. Отец-протестант и мачеха-католичка не запрещали няне воспитывать мальчика в православной традиции. В Германии Александр Шморель был активным прихожанином Мюнхенского православного прихода и учился в воскресной школе.
русская няня Феодосия Лапшина
Антифашистская группа «Белая роза» в Мюнхене
Ганс и Софи Шолль, Александр Шморель, Кристоф Пробст — лидеры студенческой антифашистской организации «Белая роза» — стали одним из символов антифашистского движения Сопротивления в Германии времён Третьего рейха.
Антифашистская группа студентов медицинского факультета Мюнхенского университета сформировалась весной 1942 года, когда Ганс Шолль и Александр Шморель подружились. Их объединяла любовь к музыке, литературе, политике. Они зачитывались Гёте и Достоевским, ходили на концерты Генделя и на воскресную мессу, молились и читали св. Августина… но вдруг оказалось, что все это ни к чему. Софии Шоль пишет:
«Мы и наши друзья были такие разные, в чем, казалось, и кроется богатство человеческой личности, и вот оказалось, что именно в этом и есть главная опасность для нации, для национальной идеи. Как-то незаметно нас всех поставили под знамена, научили маршировать, ходить строем, не возражать и коллективно думать.
Мы любили Германию так сильно, что никогда не задавали себе вопросов, “за что и почему” мы любим нашу родину? С приходом Гитлера нас стали учить и объяснять “как и за что” мы должны любить нашу родину».
За трёхмесячное пребывание на фронте товарищи по учёбе в университете увидели оккупацию, зверства, не только укрепило их веру в правильность своих антифашистских идеи.
Вокруг Александра Шмореля и Шолля сплотились и другие студенты: сестра Шолля Софи, Вилли Граф, Кристоф Пробст. Чуть позже им удалось привлечь к своей деятельности и профессора философии Курта Хубера.
Всех объединяли христианские принципы жизни и вера в Бога. Ганс и Софи Шоль были протестанты, Вилли Граф — католик, Александр Шморель — православный и русский по матери, Кристоф Пробс был верующим, но некрещеным. Накануне казни он попросил о крещении, но ему было в этом отказано.
«Белая роза» не была организацией в полном смысле слова — она представляла собой группу единомышленников, которых связывала личная дружба и готовность сопротивляться фашистскому режиму.
Круг единомышленников группы «Белая роза» постоянно расширялся. Одним из них стал профессор Курт Хубер, известный своими критическими высказываниями в адрес гитлеровского режима. В своем кругу молодые люди нашли отдушину от угнетающей атмосферы войны и фашистской диктатуры, но вместе с тем выросла готовность действовать против внешнего разрушения страны и внутреннего морального разложения ума и совести людей.
После поражения фашистского вермахта под Сталинградом Александр Шморель вместе с Вилли Графом по ночам стали наносить на стенах домов лозунги «Долой Гитлера!» (нем. Nieder mit Hitler!) и «Свобода!» (нем. Freiheit) и прочие.
Ганс и Софи Шолль, Александр Шморель, Кристоф Пробст — лидеры студенческой антифашистской организации «Белая роза» — стали одним из символов антифашистского движения Сопротивления в Германии времён Третьего рейха.
Антифашистская группа студентов медицинского факультета Мюнхенского университета сформировалась весной 1942 года, когда Ганс Шолль и Александр Шморель подружились. Их объединяла любовь к музыке, литературе, политике. Они зачитывались Гёте и Достоевским, ходили на концерты Генделя и на воскресную мессу, молились и читали св. Августина… но вдруг оказалось, что все это ни к чему. Софии Шоль пишет:
«Мы и наши друзья были такие разные, в чем, казалось, и кроется богатство человеческой личности, и вот оказалось, что именно в этом и есть главная опасность для нации, для национальной идеи. Как-то незаметно нас всех поставили под знамена, научили маршировать, ходить строем, не возражать и коллективно думать.
Мы любили Германию так сильно, что никогда не задавали себе вопросов, “за что и почему” мы любим нашу родину? С приходом Гитлера нас стали учить и объяснять “как и за что” мы должны любить нашу родину».
За трёхмесячное пребывание на фронте товарищи по учёбе в университете увидели оккупацию, зверства, не только укрепило их веру в правильность своих антифашистских идеи.
Вокруг Александра Шмореля и Шолля сплотились и другие студенты: сестра Шолля Софи, Вилли Граф, Кристоф Пробст. Чуть позже им удалось привлечь к своей деятельности и профессора философии Курта Хубера.
Всех объединяли христианские принципы жизни и вера в Бога. Ганс и Софи Шоль были протестанты, Вилли Граф — католик, Александр Шморель — православный и русский по матери, Кристоф Пробс был верующим, но некрещеным. Накануне казни он попросил о крещении, но ему было в этом отказано.
«Белая роза» не была организацией в полном смысле слова — она представляла собой группу единомышленников, которых связывала личная дружба и готовность сопротивляться фашистскому режиму.
Круг единомышленников группы «Белая роза» постоянно расширялся. Одним из них стал профессор Курт Хубер, известный своими критическими высказываниями в адрес гитлеровского режима. В своем кругу молодые люди нашли отдушину от угнетающей атмосферы войны и фашистской диктатуры, но вместе с тем выросла готовность действовать против внешнего разрушения страны и внутреннего морального разложения ума и совести людей.
После поражения фашистского вермахта под Сталинградом Александр Шморель вместе с Вилли Графом по ночам стали наносить на стенах домов лозунги «Долой Гитлера!» (нем. Nieder mit Hitler!) и «Свобода!» (нем. Freiheit) и прочие.
" Белая роза "
Листовки с цитатами из классиков
Весной 1942 года Ганс Шоль нашёл в своём почтовом ящике листовку с проповедью Мюнстерского католического епископа фон Галена, открыто выступающего против нацистов. Так родилась идея именно листовками призывать людей к сопротивлению.
За оружие студенты не брались, они старались словом достучаться до сознания сограждан и объяснить им, что всё происходящее ведёт страну к гибели. Вместе они начали сочинять и распространять листовки, стараясь пробудить нацию, указать на неправильные действия нацистского правительства. Тысячи жителей городов Германии (Берлина, Франкфурта, Мюнхена и других) получали по почте антифашистские листовки, призывающие к сопротивлению фашистскому режиму.
Задача состояла в том, чтобы немецкая интеллигенция осознала положение, в котором пребывает Германия, поняла, какую опасность гитлеровский режим несёт стране и всему миру.
Несколько слов следует сказать и о содержании листовок, которые печатали члены «Белой розы». В нынешней Германии тексты этих листовок являются лучшим образцом антифашистской литературы. Все воззвания ребят написаны очень грамотным языком и серьёзным гражданским стилем обращения к народу. В листовках, помимо примеров многочисленных преступлений нацистов, фактов из повседневной жизни Рейха, приводились цитаты Гёте, Шиллера, Лао-Цзы.
Тексты листовок будили сознание, взывали к совести.
Первый текст листовки «Белой розы» с цитатами из немецкого поэта XIX века Готфрида Келлера звучал так:
«Опустевшая земля проросла бурьяном, народ пребывает в состоянии позора, преступники торжествуют. Слишком поздно мы вспомнили утраченные истины: все добрые люди рассеялись, а имя злым легион».
«Студенты! На нас смотрит немецкий народ! По Гете, у германской нации трагическая суть, её судьба во многом подобна судьбе греков и евреев. Сейчас немцы подобны толпе безвольных трусливых людей, послушных воле любого хозяина, они готовы к тому, чтобы их согнали в стадо и повели в бездну. Они уже наполовину в этой пропасти. Сегодня в результате постоянного насилия власти над совестью каждый человек молчит или лжёт».
«Горе постигло дома русских, польских, немецких крестьян, некому утешить плачущих матерей. Гитлер отнял у них самое дорогое, подверг их детей абсурдной смерти и продолжает нагло их обманывать. Каждое слово, произносимое Гитлером, есть ложь. Когда он говорит “мир” — он думает о войне.
Когда, богохульствуя, Гитлер ссылается на Всемогущего, он думает о силах зла, о падшем ангеле и о сатане. Его рот есть зловонная адова пасть, его мощь обращена на погибель».
18 февраля 1943 года брат и сестра Шолль пришли в здание Мюнхенского университета и перед лекциями разложили свои листовки пачками в аудиториях. Несколько сотен экземпляров Софи Шолль сбросила в холл университета со второго этажа. В этот момент её увидел сторож и вызвал гестапо. Во время задержания у Ганса Шолля при себе оказался черновик листовки, написанный Кристофом Пробстом, который он попытался проглотить. Естественно, ему никто не дал этого сделать. По почерку имя автора было быстро установлено.
Весной 1942 года Ганс Шоль нашёл в своём почтовом ящике листовку с проповедью Мюнстерского католического епископа фон Галена, открыто выступающего против нацистов. Так родилась идея именно листовками призывать людей к сопротивлению.
За оружие студенты не брались, они старались словом достучаться до сознания сограждан и объяснить им, что всё происходящее ведёт страну к гибели. Вместе они начали сочинять и распространять листовки, стараясь пробудить нацию, указать на неправильные действия нацистского правительства. Тысячи жителей городов Германии (Берлина, Франкфурта, Мюнхена и других) получали по почте антифашистские листовки, призывающие к сопротивлению фашистскому режиму.
Задача состояла в том, чтобы немецкая интеллигенция осознала положение, в котором пребывает Германия, поняла, какую опасность гитлеровский режим несёт стране и всему миру.
Несколько слов следует сказать и о содержании листовок, которые печатали члены «Белой розы». В нынешней Германии тексты этих листовок являются лучшим образцом антифашистской литературы. Все воззвания ребят написаны очень грамотным языком и серьёзным гражданским стилем обращения к народу. В листовках, помимо примеров многочисленных преступлений нацистов, фактов из повседневной жизни Рейха, приводились цитаты Гёте, Шиллера, Лао-Цзы.
Тексты листовок будили сознание, взывали к совести.
Первый текст листовки «Белой розы» с цитатами из немецкого поэта XIX века Готфрида Келлера звучал так:
«Опустевшая земля проросла бурьяном, народ пребывает в состоянии позора, преступники торжествуют. Слишком поздно мы вспомнили утраченные истины: все добрые люди рассеялись, а имя злым легион».
«Студенты! На нас смотрит немецкий народ! По Гете, у германской нации трагическая суть, её судьба во многом подобна судьбе греков и евреев. Сейчас немцы подобны толпе безвольных трусливых людей, послушных воле любого хозяина, они готовы к тому, чтобы их согнали в стадо и повели в бездну. Они уже наполовину в этой пропасти. Сегодня в результате постоянного насилия власти над совестью каждый человек молчит или лжёт».
«Горе постигло дома русских, польских, немецких крестьян, некому утешить плачущих матерей. Гитлер отнял у них самое дорогое, подверг их детей абсурдной смерти и продолжает нагло их обманывать. Каждое слово, произносимое Гитлером, есть ложь. Когда он говорит “мир” — он думает о войне.
Когда, богохульствуя, Гитлер ссылается на Всемогущего, он думает о силах зла, о падшем ангеле и о сатане. Его рот есть зловонная адова пасть, его мощь обращена на погибель».
18 февраля 1943 года брат и сестра Шолль пришли в здание Мюнхенского университета и перед лекциями разложили свои листовки пачками в аудиториях. Несколько сотен экземпляров Софи Шолль сбросила в холл университета со второго этажа. В этот момент её увидел сторож и вызвал гестапо. Во время задержания у Ганса Шолля при себе оказался черновик листовки, написанный Кристофом Пробстом, который он попытался проглотить. Естественно, ему никто не дал этого сделать. По почерку имя автора было быстро установлено.
Александр Шморель
Из письма родителям перед казнью 13 июля 1943 года:
««Мои дорогие папа и мама!
Ничего не поделаешь. Сегодня по Божьей воле мне суждено завершить земную жизнь, чтобы перейти в другую, которая никогда не закончится и в которой мы все снова встретимся. Пусть эта встреча будет вашим утешением и вашей надеждой. К сожалению, для вас этот удар тяжелее, чем для меня, потому что я ухожу с сознанием, что служил моим искренним убеждениям и правому делу. Это позволяет мне со спокойной совестью ожидать смертного часа.
Помните о миллионах молодых людей, расстающихся с жизнью там, на поле битвы. Их судьба — моя судьба. Огромный сердечный привет всем моим дорогим! В особенности Наташе, Эриху, няне, тёте Тоне, Марии, Аленушке и Андрею.
Через несколько часов я окажусь в ином, лучшем мире, у мамы. Я не забуду вас и буду молить Господа об утешении и покое для вас. Я буду ждать вас!
Об одном прошу Вас: не забывайте Бога!
Ваш Шурик.»
Ничего не поделаешь. Сегодня по Божьей воле мне суждено завершить земную жизнь, чтобы перейти в другую, которая никогда не закончится и в которой мы все снова встретимся. Пусть эта встреча будет вашим утешением и вашей надеждой. К сожалению, для вас этот удар тяжелее, чем для меня, потому что я ухожу с сознанием, что служил моим искренним убеждениям и правому делу. Это позволяет мне со спокойной совестью ожидать смертного часа.
Помните о миллионах молодых людей, расстающихся с жизнью там, на поле битвы. Их судьба — моя судьба. Огромный сердечный привет всем моим дорогим! В особенности Наташе, Эриху, няне, тёте Тоне, Марии, Аленушке и Андрею.
Через несколько часов я окажусь в ином, лучшем мире, у мамы. Я не забуду вас и буду молить Господа об утешении и покое для вас. Я буду ждать вас!
Об одном прошу Вас: не забывайте Бога!
Ваш Шурик.»
Александр " Мюнхенский "
к лику святых Русской православной церковью за рубежом.
В начале 90-х годов XX века по инициативе архиепископа Берлинского и Германского Марка (РПЦЗ) была инициирована процедура канонизации Александра Шмореля. 11 июля 1994 года решением Архиерейского Собора он был прославлен в Германской епархии Русской православной церкви за границей как местночтимый святой.4 февраля 2012 года процедура канонизации была завершена в Мюнхене в торжественной церемонии в сослужении с архиереями Московского Патриархата РПЦ и Шморель (Александр Мюнхенский) причислен к лику святых Русской православной церковью за рубежом.
Памятник Александру Шморелю установлен в Оренбурге
Памятник Александру Шморелю установлен в Оренбурге
Памятник Александру Шморелю установлен в Оренбурге 30 сентября 2020 года. Идею установить памятник предложил почетный гражданин Оренбурга, профессор Илья Каган и руководитель благотворительного фонда «Евразия» Игорь Храмов. Бюст, изготовленный из бронзы скульптором Александром Сукмановым, установили перед корпусом Оренбургского государственного медицинского университета на Парковом проспекте. За бюстом установлена двусторонняя мозаичная икона с ликом новомученика.
Александр Гугович Шморель «Мюнхенский» (1917-1943) — уроженец Оренбурга, выходец из немецко-русской семьи медиков, учился на врача в Мюнхенском университете. В возрасте 4-х лет переехал вместе с семьей в Германию. В годы Второй мировой войны стал одним из создателей подпольной студенческой группы сопротивления нацизму «Белая роза». За распространение антигитлеровских листовок участников «Белой розы» в 1943 году Александра и его товарища с Курта Хубера казнили в Мюнхене на гильотине. В 2012 году Русская православная церковь причислила Шмореля к лику святых.
Александр Гугович Шморель «Мюнхенский» (1917-1943) — уроженец Оренбурга, выходец из немецко-русской семьи медиков, учился на врача в Мюнхенском университете. В возрасте 4-х лет переехал вместе с семьей в Германию. В годы Второй мировой войны стал одним из создателей подпольной студенческой группы сопротивления нацизму «Белая роза». За распространение антигитлеровских листовок участников «Белой розы» в 1943 году Александра и его товарища с Курта Хубера казнили в Мюнхене на гильотине. В 2012 году Русская православная церковь причислила Шмореля к лику святых.
Александр " Мюнхенский "
"Я люблю в России вечные степи, простор, леса и горы, над которыми не властен человек. Люблю русских, всё русское, чего никогда не отнять, без чего человек не является таковым. Их сердце и душа, которые невозможно понять умом, а можно только угадать и почувствовать, которые являются их богатством — богатством, которое никогда не удастся отнять. И даже если нам не представится возможность взглянуть в глаза этим людям, то они улыбаются нам со страниц романов и рассказов Гоголя, Тургенева, Чехова, Толстого, Лермонтова, Достоевского…»
Александр Гугович Шморель «Мюнхенский»
#СветланаКудаАлександр Гугович Шморель «Мюнхенский»
Comments 5