Наша Басимская школа

В мае 1989 года, в глухой ночи стокгольмской гостиницы, молодой хоккеист в спортивной куртке сборной СССР вышел за дверь — и исчез. Его звали Александр Могильный, и он только что стал чемпионом мира. Впереди у него были НХЛ, контракты, иная жизнь. А за спиной — система, в которой он вырос, и которую вот так, молча, бросил. Это был первый настоящий побег — сенсационная измена, которая потрясла советский спорт и открыла новую эпоху. Могильный давно находился в поле зрения Buffalo Sabres, и, по известным сведениям, вышел на контакт с представителями клуба через доверенных лиц. Его уход стал громом среди ясного неба: ни тренеры, ни партнёры по команде ничего не знали. Всё напоминало шпионский роман — конспирация, срочные вылеты, отключённые телефоны. По одной из версий, побег координировался с участием американской стороны, включая возможное содействие посольства. Советские власти были ошеломлены. В газетах — молчание. В кулуарах — тревога. По воспоминаниям, КГБ пытался воздействовать на е