Сумки. Шитье, выкройки, вышивка

Шьем джинсовую сумочку с цветком Нам понадобится: около 1,5 м джинсовой ткани ножницы, нитки, иголка, булавки плоские кисти и акриловая краска для ткани белого цвета около 1 м подкладочной ткани. В самом начале хочу отметить, что диаметры круга и размеры лепестков полностью зависят от вашего желания. Итак, раскраиваем джинс для основания сумки - два прямоугольника желаемого размера, с припусками на швы. Таким же образом готовим подкладку. Отдельно вырезаем 44 круга диаметром 10 см, 43 из которых режем пополам и один оставляем целым - итого 87 заготовок-лепестков. Первую партию лепестков пришиваем по кругу, как показано на фото. Начиная со следующего ряда все лепестки немного стягиваем нитью и только после этого пристрачиваем. Таким образом, чередуя лицо-оборот джинсовой ткани, создаем основу цветка, оставляя небольшое отверстие посередине. Получившееся отверстие декорируем целым кругом, стягивая его у основания, как показано на фото. Сухой кистью, слегка смоченной в белом акриле, проходимся по рельефам светлых лепестков, придавая тем самым цветку дополнительный объем и подчеркивая фактуру материала. Осталось сшить сумку - обработать подкладку, сделать ручки и... носить с удовольствием!

Внук провёл у бабушки лето. Смотрит, как мама долго собирается в магазин и говорит: – Ну ты и кулёма! – Кто, кто? – Мать в изумлении смотрит на сына. – Кто я, Серёжа? – Горе ты моё луковое, – Серёжа ковыряет в носу. – Шибче, шибче надо собираться. Зенки протрите. – Отец, ты слышал? – кричит мать. Заходит папа, на ходу завязывая галстук. – Ну и что тут у вас? – Серёжа перешёл на бабушкин язык, – сообщает мать. – Говорит как инопланетянин. – Бабушкину феню значит освоил, – делает выводы отец. – Ну, Серёжа, что ты ещё знаешь? – Не ерепенься. Стул пришпандорь. Не бухти. Посикунчики будете? Вы что там вошкаетесь? – сообщает Серёжа изображая при этом шаркающую бабушку. – Синеньких накушались? – Каких ещё синеньких? – мать в изумлении смотрит на сына. – Синенькие – это баклажаны, – переводит с бабушкиного языка отец. – А ещё помню, она нас с братом фашистами называла, когда мы окно разбили. – А меня мелким шкодником, – сообщает Серёжа. – Когда на лисапеде восьмерку сделал. – На чём, на чём? – удивлённая мама перестаёт перед зеркалом красить губы. – На лисапеде, – поясняет папа. – Вразумела? – Хоть ты на эту бабушкину феню-офеню не переходи, – говорит мама. – Серёжа, а как у тебя сейчас настроение и всё такое? – Если лихоманки не будет, бог даст до шести доживу, – сообщает Серёжа. Папа медленно сползает по стенке и громко-громко при этом хохочет. (с) Д. Зотиков

Муж сбежал, бросив на меня УМИРАЮЩУЮ мать. В последнюю минуту она сжала мою руку и еле слышно выдохнула: «Копай… под ящиком с картошкой». Я... Муж сбежал, бросив на меня УМИРАЮЩУЮ мать. В последнюю минуту она сжала мою руку и еле слышно выдохнула: «Копай… под ящиком с картошкой». Я отмахнулась, думала бред. А когда подняла доски… Земля ушла у меня из-под ног. Я сначала даже не поняла, что она сказала. Слова были тихие, срывающиеся, как будто ветер уносил их прямо с её губ. — Копай… под ящиком с картошкой… Я кивнула, просто чтобы она успокоилась. Решила — бредит. Последние часы, тяжёлое дыхание, пустой взгляд… Я только крепче сжала её руку. А через несколько минут её не стало. Дом сразу стал чужим. Тихим. Пустым. И в этой тишине вдруг эхом вернулась её фраза. «Под ящиком с картошкой…» Я пыталась не думать об этом. Правда пыталась. Но вечер наступил слишком быстро, и в какой-то момент я уже стояла в подвале с фонариком в руке. Там пахло сыростью и старой землёй. Всё как всегда. Ящик с картошкой стоял в углу — тяжёлый, набитый доверху. — Глупости… — прошептала я сама себе. Но руки уже двигались. Я вытащила картошку, отодвинула ящик… Под ним были доски. Старые, потемневшие. Никогда раньше я их не замечала. Сердце вдруг забилось быстрее. Я поддела одну доску. Она поддалась слишком легко. Под ней была земля. Рыхлая. Как будто её копали… недавно. У меня похолодели пальцы.... читать полностью