Фонд Ройзмана

Фонд Ройзмана

Charitable organization, Yekaterinburg, Russia
У Евгении две приёмные дочери — в семье они появились три года назад. Девочки были очень запущенные: не знали, где правая, где левая рука, не могли отгадать самую простую загадку. Света в семь лет не знала, что такое снег, Соня умела считать только до трёх. Пока Соня и Света адаптировались к новой жизни — переходили в хорошую школу, осторожно знакомились с членами семьи, Евгения и супруг учились понимать мотивы поведения девочек и правильно реагировать на их поступки. Всё это время и до сих пор
День начался с хороших новостей — сбор для Стаса закрыт! Вместе с вами мы собрали всю необходимую сумму и сможем оплатить покупку коляски — теперь мама мальчика сможет спокойно ходить с ним на осмотры к врачам. Еще мы купим запас питательных смесей для Стаса и гастростомы, с помощью которых мальчик может есть. Спасибо, что вы помогаете! У нас всё получается благодаря вам. Фото: Аня Марченкова.
Саше — 16, она давняя подопечная Фонда Ройзмана. У Саши — спинальная мышечная атрофия 2 типа, генетическое заболевание, при котором человек постепенно теряет способность управлять собственными мышцами. Саша с детства всё время проводит с мамой: Татьяна — всегда рядом: она знает, как правильно дочь поднять, посадить в машину, в коляску. Самостоятельно передвигаться девушка действительно не может: у её прогулочной коляски нет электроуправления (руки Саши недостаточно уверенные и послушные, чтобы к
Саше — 16, она давняя подопечная Фонда Ройзмана. У Саши — спинальная мышечная атрофия 2 типа, генетическое заболевание, при котором человек постепенно теряет способность управлять собственными мышцами. Саша с детства всё время проводит с мамой: Татьяна — всегда рядом: она знает, как правильно дочь поднять, посадить в машину, в коляску. Самостоятельно передвигаться девушка действительно не может: у её прогулочной коляски нет электроуправления (руки Саши недостаточно уверенные и послушные, чтобы к
Друзья, завтра в офисе Фонда Ройзмана (Толмачёва, 11) будет работать общественная приёмная Евгения Ройзмана (с 10:00 до последнего посетителя). Если что, приходите ©
«Снаряды рвались с ужасающей силой, от грохота болела голова, было темно в глазах, дым застилал всё и ежеминутно думалось, что лопнут барабанные перепонки. В нескольких шагах от меня разорвался шестидюймовый снаряд и меня так ударило воздухом, что я думал, что хлынет кровь изо рта и носа, но обошлось благополучно» Это воспоминания младшего унтер-офицера Штукатурова — участника Первой мировой войны. Ему, как и миллионам других солдат пришлось столкнуться с новой реальностью сражений — впервые на
Стасу — шестнадцать, но он похож на мальчика лет одиннадцати. В три месяца он перенёс гнойный менингоэнцефалит, тогда же врачи сказали родителям мальчика: «Такие дети не живут больше двух лет». Стас выжил, родные окружили его любовью и заботой. У мальчика несколько сложных диагнозов, за ним нужен особый уход — много времени он с мамой проводит на приёмах у врачей. Стас больше не может сидеть — из-за частичной атрофии мышц у него прогрессирует сколиоз — мальчик не выходит из дома на прогулки, его
«И с 2003 года ни разу не привлекался. Всё время работал, регистрировался как нужно, меня почему и не депортировали на Украину. Иной раз заплатишь, чтобы документы сделать. А как? Куда я только не ходил, чтобы российское гражданство сделать — и в ФМС, и всё. А мне они: то докажи, что это твоя мать, то докажи, что ты русский. В итоге не сделали ничего». Валере — пятьдесят, он живёт в приюте для бездомных «Дари Добро». Вместе с семьей он жил в Луганской области, в девяностые приехал на заработки
Друзья, завтра в офисе Фонда Ройзмана (Толмачёва, 11) будет работать общественная приёмная Евгения Ройзмана (с 10:00 до последнего посетителя). Если что, приходите ©
Наталья родилась с ДЦП. В три года она потеряла маму, в четыре — остальную семью. Девушка росла в детском доме. Там не было ни игрушек, ни красок, ни карандашей. Наташа очень хотела рисовать и вместо кисточек использовала веточки, найденные во время прогулок. Рисование — это важная часть Натальи и сейчас. Она пишет картины держа кисть в зубах — по-другому у неё не получается. Не рисовать она тоже не может — для неё это единственное спасение в пансионате для престарелых и людей с инвалидностью.
Show more
About page
Помогаем людям!
Address:
Толмачева, 11