Всё самое интересное из сети

Так и я пытаюсь влезть в джинсы....

Справился с задачей несмотря ни на что

- КРАСОТА- СТРАШНАЯ СИЛА!... И КОМУ ЖЕ ТАКАЯ ДОСТАНЕТСЯ?...

Что упало, то устало.

Мама Эдуарда, Ольга Николаевна переживала за сына и заботилась о нём. Очень сильно заботилась. Жила она одна. Точнее, до свадьбы они жили с Эдиком, а потом, когда он привёл Алину знакомиться с матерью (к слову сказать, Алина ей чрезвычайно понравилась), то Ольга Николаевна, улыбаясь, торжественно объявила о том, что у неё есть квартира, доставшаяся ей по наследству от старшей сестры, которая стоит пустая. Когда-то она её сдавала, а потом решила, что хватит, потому что она превратилась «в Бог знает, что», сделала там ремонт и с тех пор она стояла закрытая, ожидала, пока Эдик женится. И она будет рада, если молодые там поселятся. При этих словах Эдуард смутился и проговорил что-то о том, что давно бы хотел там жить отдельно, но… Ольга Николаевна перебила сына и заявила, что негоже было одному там куковать! Нужен был кто-то, кто налаживал бы там быт. А ей одной на две квартиры не разорваться и потому хорошо, что Эдик пока жил с ней и был присмотрен. Но теперь! Теперь у него появилась та, кому со спокойной душой мать может передать дорогого сына! — Я очень рада, моя девочка, что сын выбрал тебя в невесты! Очень ты мне понравилась, — улыбалась будущая свекровь, глядя на Алину, и смахивала слезу. Чем уж так она понравилась маме Эдика Алина не очень понимала, но была рада, что у них с будущей свекровью всё так сразу заладилось. Через месяц они с Эдиком поженились. Квартира была обставлена, и всё что нужно, там имелось: кухня, холодильник, стиральная машина, в комнате стояли кровать, комод и телевизор. Оставалось только перевезти некоторые личные вещи, и Алины, и Эдика, что они и сделали. Мама неусыпно контролировала процесс. Она была очень энергичная женщина. В один из дней после работы она прибежала домой, приготовила еду и помчалась на помощь молодым. Взяв с собой еду. В автобусе с банками, в которых был налит борщ и много всего ещё, ехать было неудобно. Но две остановки — это не так уж много,— сочла Ольга Николаевна и героически отправилась на помощь. — Вот, дорогие мои. Наготовила, всё привезла, кушайте на здоровье! — разрумянившаяся с мороза свекровь выкладывала из сумки обед. Алина два часа «колдовала» на кухне, ей очень хотелось приготовить жаркое и голубцы. Она старалась, оставалось совсем немного подождать, и ужин был бы готов. Муж ожидал ужин, сидя перед телевизором. Шёл третий день их семейной жизни. Они вместе сходили в магазин, купили продуктов, решили, что из них готовить, Эдик даже помог Алине почистить лук и картошку, а потом, когда Алина сказала, что дальше справится сама, пошёл смотреть телевизор. Но тут раздался звонок в дверь. Приехала Ольга Николаевна. И всё привезла. Эдик, который поспешил открыть ей дверь, сначала опешил, а потом обрадовался. Ведь он изрядно проголодался. Свекровь по-хозяйски прошла на кухню, достала тарелки, налила из банки борщ, поставила греться в микроволновку. Достала хлеб и ещё салат в пластиковом лотке. — Всё, как ты привык, сынок, кушай, — улыбалась Ольга Николаевна. Алина, которая так и застыла с крышкой от кастрюли в руке, смотрела на всё это, раскрыв рот от удивления. — А… я… вот… жаркое. Оно сейчас будет готово, с минуты на минуту, — растерянно проговорила она. — Ничего, девочка, — свекровь повернулась к ней, отвлёкшись от раскладывания перед сыном продуктов, — Потом поедите, завтра! Я же знаю, как тяжело вначале. Вот, помочь решила. До Алининого жаркого и голубцов дело не дошло. В «бездонной» сумке свекрови оказалось столько еды, что Эдик плотно поел дважды за вечер, да ещё и на завтра осталось. «Как он только допёрла это всё?» — удивлялась про себя Алина и глотала слёзы. Было очень обидно. Да. Дома она тоже не всегда готовила. Жила она с родителями и чаще всего готовила мама. А она помогала. И тут, наконец, Алина решила, что настало время самой браться за дело. Может быть, это и было долго. Но Эдик… Он не поддержал её. Хотя, что он мог сделать? Да и свекровь ничем не обидела её. Она же, вроде, из благих побуждений… Алина сама ела свою стряпню. А потом Ольга Николаевна привезла ещё. И в выходной она заявилась, ни свет, ни заря, горя желанием помочь молодым с уборкой. — Я только вчера мыла пол, Ольга Николаевна, — растерянно проговорила Алина, поджимая босые ноги. Она выскочила из кровати, услышав дверной звонок, едва успев накинуть халат. Эдик сладко спал. Не открывать дверь было нельзя. У Ольги Николаевны имелись свои ключи и она, когда однажды на неделе они не услышали звонок, просто воспользовалась ими. И ни сколько не смутилась, обнаружив Алину и Эдика в спальне. Благо дверь была прикрыта, они услышали шум в прихожей, и Алина успела накинуть на себя одеяло… — Сегодня я его вымою, как следует. Смотри, разводы есть. Надо другое средство использовать. Не горюй, девочка, Москва не сразу строилась. Я тебя научу, — говорила Ольга Николаевна и наливала воду в таз. — А детки когда будут, ещё чище пол надо будет мыть. Они же всё время по полу ползают, — назидательно говорила свекровь. Всё это жутко напрягало. Однако факт оставался фактом: квартира эта принадлежала свекрови. И она могла в любой момент появляться там. Имела полное право. Так твердила себе Алина, заведомо понимая, что ни к чему хорошему всё это не приведёт. Однако Эдик вовсе не смущался внезапных визитов матери и, похоже, неудобств они ему не доставляли… — Я не могу её выгнать. Алин, я всё понимаю, но съём как-то знаешь, не вариант. Деньги платить… Есть своя квартира, жить бы да радоваться! — Не радуюсь я. Совсем, — перебила Алина. Честно говоря, Эдуард не сразу понял, что конкретно не устраивает Алину. «Женские заморочки, — думал он. — Как у них всё сложно…» А потом Алина всё-таки смогла донести до супруга, что ей неприятно такое положение вещей. И визиты свекрови напрягают, и помощь её тоже. Алина предлагала уехать отсюда и снимать квартиру. И желательно подальше от Ольги Николаевны. — Прости, но иначе дело может дойти до развода, — заявила супруга. Эдуард почесал затылок и задумался. Мать по-прежнему приезжала почти каждый день. Она готовила, убиралась, мыла посуду. Ничего плохого, вроде. Но, глядя на расстроенную вконец Алину, он обещал подумать… Думал он долго. Видя, что от мужа помощи не предвидится, Алина решила действовать хитростью. — Ольга Николаевна! Я так рада, что и у вас отпуск, наконец, наступил! — Алина разговаривала со свекровью по телефону. — Привезите, пожалуйста, завтра утром блинчики с мясом для Эдика, а мне с творогом. А ещё котлет на обед. И щи. Всё же так вкусно, как у вас, у меня не получается… Нам так повезло, что вы у нас такая замечательная! Спасибо вам большое! Ой, чуть не забыла, Эдик просит ещё салатик. Он ведь привык. У меня не так выходит, видно я режу овощи по-другому, а у вас, ну, чудо просто, как вкусно! Целую, обнимаю, вас. Ждём! Алина положила телефон на тумбочку и, улыбаясь, откинулась на подушку. «Хорошо-то как! — думала она, сладко потягиваясь. — Ничего готовить не надо. Всё принесут в лучшем виде. Убираться тоже не надо! Красота…» — Эдик. Это что такое? Так не пойдёт. Поговори с Алиной. Я не девочка, бегать с сумками. Всему есть предел, — Ольга Николаевна тут же перезвонила сыну. Эдик шёл по улице. Он ходил в магазин и как раз возвращался домой. Стоя у подъезда, он, улыбаясь, выслушивал мамины претензии. — Алина испортилась прямо. Я её не узнаю! Была девочка хорошая, а теперь обнаглела. Ты уж ей объясни, что у меня есть и свои заботы, кроме того, чтобы помогать криворуким новоиспечённым жёнам. Блинчики ей! С творогом! Пусть сама готовит! Чёрт те что такое!!! Мать в сердцах бросила трубку. Эдик убрал смартфон в карман, достал домофонный ключ и открыл дверь подъезда. — Ну, Алинка, ну хитрюга! — тихонько приговаривал он, улыбаясь. *** — Вот негодник! — сетовала Ольга Николаевна, спустя месяц, во время телефонного разговора с сыном. — Тут лужи, там лужи. Диван погрыз, штору пожевал… Продавец обещал, что собака послушная и проблем с ней не будет… Ну и что делать? Хотя, сама я в это ввязалась, кого винить теперь… Свекровь позвонила и заявила, что завела себе щенка. В том, что ей было очень одиноко без сына, и она не знала, куда себя деть, она никому не признавалась. Но «обслуживать» молодую семью больше не хотела и потому стала думать, чем себя занять. Вот и придумала. — Молодец, мамуля, — отвечал Эдуард. — С собакой весело! Тебе скучать некогда будет. — А кто говорит, что я скучаю? — возразила мать. — Смотри, Алинку там не обижай, она хорошая. Приеду — проверю! Ольга Николаевна рассмеялась, и, услышав тишину в трубке (потому что Эдик ошарашенно замолк) добавила: — Не бойся, пошутила я! Нужны вы мне! У меня теперь есть, чем заняться! Эдик облегчённо выдохнул и, улыбнувшись, обнял супругу, которая находилась рядом и слышала разговор через динамик телефона. Алина улыбнулась в ответ и прижалась к мужу. У них было всё хорошо. Автор: Жанна Шинелева Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

-Здравствуй, папа! - Здравствуй, сын! С днем рождения тебя! - Спасибо, папа! - Справляете? - Да, - и почему-то стало стыдно. – Папа, приехали бы с мамой. Я машину за вами пришлю. - Тимофей, нам уже семьдесят. - Может деньги на что-то нужны? - Сын, какие деньги? Ты нам каждый месяц по сто тысяч посылаешь. Куда нам с матерью, - и после короткой паузы. – Ты сам бы, сынок, приехал. Давно уже не был. Мы уже и не помним, как ты выглядишь. Мама твоя телефон отбирает… - Сыночек, с днём рождения тебя! - Здравствуй, мама! Что ты плачешь? - Давно тебя не видела. Умру, так и не увижу. - Мама, ну, что ты говоришь, - а самому страшно стало. - Тимоша, ты приехал бы в гости, хоть ненадолго. - Мама, приеду, обязательно приеду. *** Отпраздновали день рождения, а у Тимофея Фёдоровича разговор с родителями из головы всё не выходил: «Им ведь по шестьдесят девять лет. Последний раз к маме ездил на шестьдесят лет, а маме весной уже семьдесят, а папе ещё раньше, в ноябре». Подошла супруга: - Что такой задумчивый! - Таня, я у родителей давно не был. Хочу съездить. - Тимофей, о чем ты говоришь? Мы же с детьми на море собирались. - Какие они дети? Дочери – семнадцать, а сыну – четырнадцать. - Но ведь они ждут. - Так, Таня, поезжай со Светланой на море. Ярослава отправляй к своим родителям, или в какой-нибудь лагерь по его желанию, а я завтра на неделю-другую к родителям в родную деревню уезжаю. - А если дети… - Пусть едут, куда хотят! *** На том и порешили. Малая родина была хоть и не близко, но и не далеко, немногим больше тысячи километром. Сел на свой «крузак» и поехал. *** Родной посёлок стал каким-то контрастным что ли. Старые дома соседствовали с новыми коттеджами. Вот и родной дом. Мелькнула мысль: «Сколько раз предлагал отцу построить коттедж, не хочет. Говорит: мы с матерью в этом более полувека прожили, дом ещё крепкий. Согласился только на новые баню и гараж. Забор, конечно, хороший поставили. Вон и они. Ждут. Постарели». Остановил машину, выскочил, бросился к ним: - Мама! – обнял, прижал к себе. – Ну что ты плачешь? - Я от радости, сынок. - Папа! Как ты. - Нормально. На долго приехал? - На неделю. - Это хорошо! А то тогда к матери на шестьдесят лет всего на день приехал, даже не переночевал. - Всё, папа, исправлюсь. А сам подумал: «Всём кажется, что у богатых свободного времени хоть отбавляй. Да, где там? Приходится и в выходные пахать. Выпадет денёчек свободный, жене и детям надо посвятить. Хорошо хоть сейчас дети выросли. Ладно, это раньше так было. Сейчас всё утряслось, недельку в офисе и без меня обойдутся». *** Зашли в дом. Словно в детство вернулся. Мама уже на стол накрыла, окрошку разливает. Хотя не в детство, а в юность – отец на стол бутылку с чем-то вишнёвым выставил. После второй или третьей разговоры пошли. - А дружки мои где? – с ностальгией в голосе спросил Тимофей у отца. - Юрка Фомичёв у нас участковым работает. - Да, ты что? Какой из Юрки милиционер? - Так поэтому он до сих пор капитан и участковый, - отец одобрительно покачал головой. – Добрый он человек и совсем не карьерист. - А Валерка Меркушев? - Тоже здесь. Пьяница твой Валерка. - В смысле? - Тимофей даже не понял. - В прямом. Болтается по посёлку, ищет, кто бы подал или угостил. Сын у него военный, где-то служит. Дочь замуж вышла и в город уехала. Недавно мать к себе забрала. Твой Валерка теперь свободный человек, ходит по посёлку королём, а Юрка спасает его постоянно. - Да-а-а, дела! – только и промолвил Тимофей. - Всё, отец, хватит болтать, - Юлия Алексеевна с любовью посмотрела на своего сына. – Он всю ночь не спал, пусть отдохнёт, ещё наговоритесь. - Всё, Тимоха, иди отдыхай! *** Он лёг на кровать, на которой спал ещё в детстве: «Как это здорово, когда тебя зовут не Тимофей Фёдорович, а Тимоха или сынок. Лежать на своей старой кровати…» Глаза невольно слиплись, и он заснул. *** Проснулся под вечер. Мама тут же на стол накрыла. - Папа, может, что помочь по хозяйству? – спросил за ужином. - Тимофей, ты нас и так деньгами разбаловал. Ко мне чуть ли ни каждый день подходят: «Вам огород перекопать, вам дрова перерубить». С деньгами в нашей деревне у всех негусто, а ты нам каждый месяц по сто тысяч на карточку переводишь. Мы с матерью, как бары живём. - Отдыхай, отдыхай сынок! - Юлия Алексеевна поставила перед ним горячие пирожки с деревенским молоком. - Тогда я по посёлку прогуляюсь, - сообщил Тимофей, заталкивая в рот пол пирожка. *** Когда-то давно, лет тридцать назад, шёл он по родному посёлку и не успевал здороваться, а сейчас ни одной знакомой личности. Встречные глядят с любопытством и проходят мимо. Вот и родной магазин. Кругом больших магазинов полно, а этот так и остался. «Зайти что ли?» - мелькнула мысль. - Эй, мужик! – раздался окрик. – Дай стольник! В тени магазина стояла какая-то непонятная личность мужского пола. Тимофей Фёдорович на здоровье не жаловался, к тому же, посёлок всё ещё родным считал, поэтому ответил с улыбкой: - Ты это серьёзно? - Ещё как, – подошёл и схватил за грудки. А Тимофей, словно в свою деревенскую юность вернулся, где драки были обычным развлечение. Ударил, тут же получил в ответ, довольно сильно, ударил ещё и вдруг… рука мужика застыла в воздухе. - Тимоха?! – удивлённо прошептал он. - Валерка?! – произнёс не менее удивлённо, хлопнул того по плечу. - Ты откуда? - В гости приехал. Мог бы и по нормальному встретить. - Да я тебя сразу не узнал. Радостные восклицания прервала подъехавшая «нива». Из неё выскочил полицейский, дернул Валерку за плечо: - Совсем одурел, - и повернувшись Тимофею, вежливо произнёс. – Извините! - Уж ни Юрка ли это Фомичёв? – услышал в ответ. Серьёзное лицо полицейского расплылось в улыбке: - Тимоха?! Откуда? - В гости приехал, а у вас здесь… - Надо это дело отметить. Пошли ко мне, - тут же предложил Валерий. – Я как раз с утра рыбы наловил, почистил. Пожарим… Осёкся, тяжело вздохнув, но Тимофей хлопнул его по плечу: - Магазин-то рядом. Зашли, Валерий перехватил взгляд продавщицы и своего друга полицейского и спросил: - Нинка, ты позвонила? - А что ты драку с чужим человеком затеял, - стрельнула глазами и удивлённо воскликнула. – Тимофей?! - Здравствуй, Нина! - Опять подрались? И все рассмеялись. - Ладно, Нина, - Тимофей оглядел полки. – Давай нам вон тот напиток! - Так он почти две тысячи стоит. - Вот и давай парочку, а лучше три. Что лишний раз бегать? И закусить, конечно. *** Вернулся Тимофей домой за полночь, в сопровождение друга, участкового. Глянув на его лицо, мать воскликнула: - Опять с Валеркой подрался? - Мама, мы с ним уже лет тридцать не дрались. - Тётя Юля, это они сразу друг друга не узнали, - объяснил участковый. – Всё, Тимоха, ложись спать! *** Проснулся утром. Голова болит. Вышел на кухню в спортивном костюме, свои модные джинсы просто не нашёл. - На квасок холодный! – протянула мать большую кружку. Выпил. - Ох, хорошо! Мама, ты не обижаешься? - Не обижаюсь, не обижаюсь! В дом зашёл отец. Увидев сына, пьющего квас, покачал головой: - Хорошо вы вчера наотмечались. - Папа, поехали завтра на рыбалку! Валерка обещал такое место показать! Я лет тридцать на рыбалке не был. - Поехали, только на моей машине. - А почему не на моей? – удивился сын. – У неё и проходимость лучше твоей «нивы». - Нет. Больно она у тебя красивая. - Ну, как хочешь. С улицы послышался свист. - Твой Валерка уже свистит, - проворчала мать, открыла окно. – Заходи! Что свистишь? Тот зашёл, поздоровался. Хозяйка налила квасу: - На пей! И хватит Тимофея моего спаивать. - Тётя Юля, мы немного встречу отметили, - произнёс, оторвавшись на секунду от кружки. - Мам, а где мои джинсы? - Грязные они, я их постирала. В спортивном костюме походишь, здесь тебе не город. - Мы хотели в свою школу зайти, посмотреть. - Там всё равно никого нет. *** Вышли, позвонили Юрию. - Подождите меня возле футбольной площадки, - ответил тот. – Сейчас подъеду. *** На площадке для мини футбола пятеро мальчишек гоняли мяч. - Как мы в детстве, - произнёс Валерий с ностальгическими нотками в голос. - Слушай, а давай поиграем! – загорелся Тимофей. - Ты, что серьёзно? - Конечно, вон и Юра едет. Валерий пожал плечами, что было понято, как согласие: - Эй, ребята, - крикнул Тимофей. – Может сыграем в футбол? - С вами, что ли? – во взглядах парней чувствовалось превосходство. Возле площадки остановилась полицейская «нива», и азарт в глазах парней погас. - Это наш игрок, - продолжил Тимофей. – Вон того пацана нам отдаёте на ворота. - Что здесь затевается, - вышел из машины Юрий. - В футбол будем играть. Ты в защите. Эй, парни! Два тайма по пятнадцать минут. - Согласны! – ответил один из парней! *** Эта была настоящая битва. Закончившая со счётом два – два. Сровнял счёт на последней минуте Валерий. Таким счастливым он не был давно. Были и потери. Один мальчишка порвал кроссовки, а Тимофей спортивные штаны на коленке. - Так, - скомандовал он. – Магазин одежды в поселке есть? - Да. - Идемте за кроссовками. *** Себе и своей команде Тимофей купил спортивные костюмы, а мальчишкам кроссовки, самые лучшие. Школу посетили после обеда. *** А вечером поехали вчетвером на рыбалку с ночёвкой. Валера не обманул, и рыбалка была отличная. А уха какая! Тимофей уже и забыл, когда такую в последний раз ел. Ещё и домой рыбы наловили. Вернулись уставшие, но счастливые и сразу спать завалились. *** Проснулся Тимофей, отдел спортивный костюм. Мать хозяйничала на кухне: - Я вашу рыбу пожарила, - и крикнула мужу. – Федя, вставай! Умылся сын, вернулся на кухню и только тут заметил, что на нём первый его спортивный костюм, который он порвал вчера на футболе, а на коленке аккуратная заплатка. На его лице мелькнуло удивление: он и в заплатанной одежде? - Сынок, я тебе штаны постирала и зашила, - раздался голос мамы, словно из детства. - Спасибо, родная! – обнял и поцеловал свою маму. *** Дни пролетали незаметно. Тимофей понимал, что пора собираться домой. Тут в голову мысль пришла: «Надо Валерке помочь. Что же он так будет по посёлку ходить, да деньги у знакомых выпрашивать?». Пошёл за советом к своему второму другу: - Юра, мне уезжать пора. Всё думаю, что с Валеркой делать? Ты ему работу бы нашёл. - Находил. Он больше двух-трёх месяцев ни на одной работе не держится. Сойдись ему с нормальной женщиной надо, может остепенится. - Слушай, я заметил, что они с Нинкой друг к другу неравнодушны, - Тимофей улыбнулся. – Или мне показалось? Она ведь тоже не замужем. - Не показалось. Вот только она всё принца ищет. Ведь она крутая, у неё свой магазинчик, а Валерка на принца, что-то не похож. - Юр, я ещё на день-другой здесь задержусь. Попробую привести Валерку в порядок, а ты найди ему работу, - Тимофей загадочно улыбнулся. – И пойдём Нинку сватать. - Давай попробуем, - но не выдержал и рассмеялся. – Но только сватать без меня. - Ладно, с этим я и сам справлюсь. *** Сказано – сделано, и на следующее утро Тимофей направился к своему другу. - Валера, разговор есть. - А что ты какой-то официальный? - Ты за ум браться собираешься? - Хотелось бы, - тяжело вздохнул и стало понятно, что он и сам об этом думал. - Жениться тебе надо. - На ком? – друг едва не рассмеялся. - На Нинке. Валера перестал смеяться и задумался: - Нинка за меня не пойдёт. Она всё из себя красавицу строит. - А ты что не красавиц? Вспомни, как за нами девчонки бегали. - Когда это было? Тогда мы молодыми были, а сейчас нам уже под полтинник. - Так и Нинка раньше молодой была, а сейчас и ей под полтинник. - Тимоха, скажи напрямую: Что ты надумал? - Сейчас идём в парикмахерскую. Затем в магазин, покупаем тебе костюм. Топим у моего отца баню, моемся. Вечером идём Нинку сватать. - Но… - Никаких «но». *** Пока Валеру стригли в парикмахерской. Тимофей зашёл в тот самый магазинчик. Народу с утра совсем никого, одна лишь хозяйка за прилавком: - Привет, Нина! - Привет! - У меня к тебе разговор. - Даже так, - в голосе женщины послышалась заинтересованность. - Ты как относишься к Валерке? - В смысле? - Он тебе нравится? - Нравился когда-то, когда не пил и на человека похож был, - подозрительно посмотрела на Тимофея. – А к чему ты это разговор затеял? - Мы с Валерием сватать тебя придём. На добрую минуту Нина решилась дара речи, затем покрутила пальцем у виска: - Вы что совсем? - Сегодня вечером в семь жди! – произнёс серьёзным голосом и направился к двери. *** После того как постриглись и купили костюм направились в дом к родителям Тимофея. Проходя мимо магазина Нины, обратили внимания, что он закрыт. *** Истопили баню помылись и стали собираться. Юлия Алексеевна, узнав куда они собираются, тут же включилась в приготовление, одновременно рассказывая о «невесте»: - Она женщина хорошая и зажиточная, но немного вредная. Два раза замужем была. Ты, Валера, это знаешь, но мужья почему-то с ней не уживались. Ты ей ещё в юности нравился, но вы тогда с Тимофеем были такие крутые, что нормальные девчонки к вам боялись подойти. Оглядела «жениха», поправила рубашку: - Вон какой ты сейчас красавиц, Нинка точно не устоит. Я вам там пакет собрала. С пустыми руками сватать не ходят. Ой, я цветы же хотела вам срезать! - и бросилась в палисадник. - Тимоха, что мы через весь посёлок пойдём со цветами? – «жених» явно чувствовал себя не в своей тарелке. - Мы на моей машине поедем, - Тимофей достал из кармана деньги. – Вот полста тысяч на мелкие расходы. - Ты, чего? - Бери! Не обеднею. *** - О-о-о! – только и могла промолвить Нина. Она ожидала, что в качестве жениха появится неопрятный мужчина, постоянно мелькавший возле её магазина, а появился, вернее, прибыл на шикарной машине, постриженный и побритый красавец, словно из её снов, да ещё в приличном костюме и с букетом. - Нина, тебе! – протянул цветы. - Спасибо! Проходите! Сейчас цветы в вазу поставлю. Судя по тому, что из кухни пахло, чем-то вкусным, их визит был ожидаем. Сели за стол. - Первый тост за мной! – тут же встал Тимофей. – Чтобы вы были счастливы вместе! Не успели немного закусить, как вновь он встал из-за стола: - Ладно, я пошёл! - Уже? – Нина была удивлена, но самую малость. - Всё остальное Валерий тебе наедине скажет. *** - Тимофей, что ты так быстро? – удивлённо спросила мать. - Мама, им не восемнадцать, а сорок восемь. Я лучше дома с вами побуду. - Сынок, ты, когда уезжаешь? - Послезавтра утром. Завтра весь день дома буду. Я на эту неделю, словно в свою юность вернулся, - невольно рассмеялся. – И с Валеркой подрался, и в футбол поиграл. С отцом на рыбалку сходил, твоих пирожков поел. - Сынок, почаще бы приезжал. - В ноябре приеду на юбилей папы, всю семью привезу. Посмотрите, какие большие у вас внуки. Потом весной на твой юбилей приедем. Готовьте кровати! *** Он уезжал рано утром. Кроме родителей, пришли провожать Юрий и Валерий с Ниной. - Я приеду осенью, обязательно приеду! Обнял маму и отца, пожал руки друзьям. Сел в машину, и та плавно тронулась с места. Он возвращался туда, где его дом, где жена, дочь, сын. Где вновь станет Тимофеем Фёдоровичем, строгим начальником. Но теперь он твёрдо знал, что приедет сюда осенью и весной и каждый год. Ведь до тех пор, пока живы родители, он хоть ненадолго, но сможет возвращаться в своё детство. (Автор Рассказы Стрельца)

— Врач сказала в отдельную, – повторила медсестра. Я успокоилась. А когда очутилась на кровати, ощутила полное умиротворение уже только от того, что никуда не надо идти, что я уже никому ничего не должна, и вся ответственность моя сошла на нет. Я ощущала странную отстраненность от окружающего мира, и мне было абсолютно все равно, что в нем происходит. Меня ничего и никто не интересовал. Я обрела право на отдых. И это было хорошо. Я осталась наедине с собой, со своей душой, со своей жизнью. Только Я и Я. Ушли проблемы, ушла суета и важные вопросы. Вся эта беготня за сиюминутным показалась настолько мелкой по сравнению с Вечностью, с Жизнью и Смертью, с тем неизведанным, что ждет там, за небытием… И тогда забурлила вокруг настоящая Жизнь! Оказывается, это так здорово: пение птиц по утрам, солнечный луч, ползущий по стене над кроватью, золотистые листья дерева, машущего мне в окно, глубинно-синее осеннее небо, шумы просыпающегося города – сигналы машин, спешащее цоканье каблучков по асфальту, шуршание падающих листьев… — Ну и пусть, — сказала я себе. – Но ведь поняла же. И у тебя есть еще пара дней, чтобы насладиться ею и полюбить ее всем сердцем. Охватившее меня ощущение свободы и счастья требовало выхода, и я обратилась к Богу, ведь он был ко мне уже ближе всех. — Господи! – радовалась я. – Спасибо тебе за то, что ты дал мне возможность понять, как прекрасна Жизнь, и полюбить ее. Пусть перед смертью, но я узнала, как замечательно жить! Меня заполняло состояние спокойного счастья, умиротворения, свободы и звенящей высоты одновременно. Мир звенел и переливался золотым светом божественной Любви. Я ощущала эти мощные волны ее энергии. Казалось, Любовь стала плотной и в то же время мягкой и прозрачной, как океанская волна. Она заполнила все пространство вокруг, даже воздух стал тяжелым и не сразу проходил в легкие, а втекал медленной, пульсирующей водой. Мне казалось, все, что я видела, заполнялось этим золотым светом и энергией. Я Любила! И это было слиянием мощи органной музыки Баха и летящей ввысь мелодии скрипки. Отдельная палата и диагноз «острый лейкоз четвертой степени», а также признанное врачом необратимое состояние организма имели свои преимущества. К умирающим пускали всех и в любое время. Родным предложили вызывать близких на похороны, и ко мне потянулась прощаться вереница скорбящих родственников. Я понимала их трудности: о чем говорить с умирающим человеком? Который, тем более, об этом знает. Мне было смешно смотреть на их растерянные лица. Я радовалась: когда бы я еще увидела их всех! А больше всего на свете мне хотелось поделиться любовью к Жизни – ну разве можно не быть от этого счастливым! Я веселила родных и друзей, как могла: рассказывала анекдоты, истории из жизни. Все, слава богу, хохотали, и прощание проходило в атмосфере радости и довольства. Примерно на третий день мне надоело лежать, я начала гулять по палате, сидеть у окна. За сим занятием и застала меня врач, сначала закатив истерику по поводу того, что мне нельзя вставать. Я искренне удивилась: — Это что-то изменит? — Нет, — теперь растерялась врач. – Но вы не можете ходить. — Почему? — У вас анализы трупа. Вы и жить не можете, а вставать начали. Прошел отведенный мне максимум – четыре дня. Я не умирала, а с аппетитом лопала колбасу и бананы. Мне было хорошо. А врачу было плохо: она ничего не понимала. Анализы не менялись, кровь капала едва розоватого цвета, а я начала выходить в холл смотреть телевизор. Врача было жалко. Любовь требовала радости окружающих. — Доктор, а какими вы бы хотели видеть эти анализы? — Ну, хотя бы такие. – Она быстро написала мне на листочке какие-то буквы и цифры. Я ничего не поняла, но внимательно прочитала. Врач посмотрела на меня, что-то пробормотала и ушла. В девять утра она ворвалась ко мне в палату с криком: — Как вы это делаете?! — Что я делаю? — Анализы! Они такие, как я вам написала. — А-а! Откуда я знаю? Да и какая, на фиг, разница? Лафа кончилась. Меня перевели в общую палату. Родственники уже попрощались и ходить перестали. В палате находились еще пять женщин. Они лежали, уткнувшись в стену, и мрачно, молча и активно умирали. Я выдержала три часа. Моя Любовь начала задыхаться. Надо было что-то срочно делать. Выкатив из-под кровати арбуз, я затащила его на стол, нарезала и громко сообщила: — Арбуз снимает тошноту после химиотерапии. По палате поплыл запах свежего снега. К столу неуверенно подтянулись остальные. — И правда снимает? — Угу, — со знанием дела подтвердила я, подумав: «А хрен его знает». Арбуз сочно захрустел. — И правда, прошло, — сказала та, что лежала у окна и ходила на костылях. — И у меня… И у меня… — радостно подтвердили остальные. — Вот, — удовлетворенно закивала я в ответ. – Как-то случай у меня один был… А анекдот про это знаешь? В два часа ночи в палату заглянула медсестра и возмутилась: — Вы когда ржать перестанете? Вы же всему этажу спать не даете! Через три дня врач нерешительно попросила меня: — А вы не могли бы перейти в другую палату? — Зачем? — В этой палате у всех улучшилось состояние. А в соседней много тяжелых. — Нет! – закричали мои соседки. – Не отпустим. Не отпустили… Только в нашу палату потянулись соседи, просто посидеть, поболтать, посмеяться. И я понимала почему.Просто в нашей палате жила Любовь. Она окутывала каждого золотистой волной, и всем становилось уютно и спокойно. Особенно мне нравилась девочка-башкирка лет шестнадцати в белом платочке, завязанном на затылке узелком. Торчащие в разные стороны концы платочка делали ее похожей на зайчонка. У нее был рак лимфоузлов, и мне казалось, что она не умеет улыбаться. А через неделю я увидела, какая у нее обаятельная и застенчивая улыбка. А когда она сказала, что лекарство начало действовать и она выздоравливает, мы устроили праздник, накрыв шикарный стол. Венчали его бутылки с кумысом, от которого мы быстро забалдели, а потом перешли к танцам. Пришедший на шум дежурный врач ошалело смотрел на нас, после сказал: — Я тридцать лет здесь работаю, но такое вижу первый раз. Развернулся и ушел. Мы долго смеялись, вспоминая выражение его лица. Было хорошо. Я читала книжки, писала стихи, смотрела в окно, общалась с соседками, гуляла по коридору и так любила все, что видела: книгу, компот, соседку, машину во дворе за окном, старое дерево. Мне кололи витамины. Надо же было что-то колоть. Врач со мной почти не разговаривала, только странно косилась, проходя мимо, и через три недели тихо сказала: — Гемоглобин у вас на 20 единиц выше нормы здорового человека. Не надо его больше повышать. Казалось, она за что-то сердится на меня. По идее, получалось, что она дура и ошиблась с диагнозом, но быть этого никак не могло, и она это тоже знала. А однажды она мне пожаловалась: — Я не могу вам подтвердить диагноз. Ведь вы выздоравливаете, хотя вас никто не лечит. А этого не может быть. — А какой у меня диагноз? — Я еще не придумала, — тихо ответила она и ушла. Когда меня выписывали, врач призналась: — Так жалко, что вы уходите, у нас еще много тяжелых. Из нашей палаты выписались все. А по отделению смертность в этом месяце сократилась на 30 процентов. Жизнь продолжалась. Только взгляд на нее становился другим. Казалось, что я начала смотреть на мир сверху, и потому изменился масштаб обзора происходящего. А смысл жизни оказался таким простым и доступным. Надо просто научиться любить, и тогда твои возможности станут безграничными, а все желания сбудутся, если ты, конечно, будешь эти желания формировать с любовью. И никого не будешь обманывать, не станешь завидовать, обижаться и желать кому-то зла. Так все просто и так все сложно. Ведь это правда, что Бог есть Любовь. Надо только успеть это вспомнить… Автор: Людмила Ламонова

Потом соседи из деревни позвонили внукам и сообщили, что бабушка сильно заболела. Инсульт. И надо ехать поскорее. Но была весна, распутица, лёд, грязь, снег, дождь. Дороги там не было нормальной. На машине ехать рискованно. И дети, и внуки решили подождать немного. А пока помолиться за бабушку, конечно. Они же любили ее. А этот Андрей сел на электричку. Он продал куртку соседу по общежитию, денег не было. Ну вот, поехал на электричке, потом на автобусе, потом шагал по грязи два часа. Без куртки. И вот так приехал-пришёл к бабушке в больницу. И ничего не принёс, с пустыми руками приехал. Но этими руками перестилал постель и судно выносил. И ночевал в доме, а потом снова шёл в больницу. Старушка выздоровела. А потом приехали дети и внуки с подарками, когда дорога стала нормальная. А Андрей уехал; родственники его не очень любили. И они пили чай, ели пирожки и спорили, кто больше любит бабушку. Только бабушка молчала. И подальше спрятала завещание; она дом на Андрея записала. Она кое-что поняла про любовь… автор: Анна Кирьянова Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

Прошел месяц, но они так и не смогли найти покупателя. Им пришлось взять кругленькую сумму в банке, чтобы купить новый дом, так и не продав старый… Бывшая жена позвонила ему где-то через месяц узнать как дела. Он рассказал ей о проблемах с продажей дома, не особо вдаваясь в детали. Она сказала, что скучает по своему старому дому ужасно и хотела бы выкупить его. Мужик быстренько согласился на цену, которая была десятой частью стоимости дома. Неделю спустя, довольный мужик стоял и ухмылялся, наблюдая за тем, как грузчики упаковывали его вещи, чтобы перевезти их в новый дом… Все, включая карнизы для занавесок... Если история пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно

Больше всего я хотел поскорее уйти из дома, уйти от матери. Да и что она могла мне дать? Я усердно учился в школе, потом, чтобы продолжить образование, переехал в столицу. Начал работать, женился, обзавелся своим домом. Вскоре появились дети. Жизнь улыбалась мне. И я гордился тем, что всего достиг сам. О матери я не вспоминал. Но однажды она приехала в столицу и пришла в мой дом. Дети не знали, что это их бабушка, они вообще не знали, что у них есть бабушка, и начали смеяться над ней. Ведь моя мать была так безобразна. Давняя обида захлестнула меня. Опять она! Теперь хочет опозорить меня перед детьми и женой?! «Что тебе здесь надо? Решила напугать моих детей?» — шипел я, выталкивая ее за дверь. Она промолчала. Прошло несколько лет. Я добился еще больших успехов. И когда из школы пришло приглашение на собрание выпускников, решил поехать. Теперь мне нечего было стыдиться. Встреча прошла весело. Перед отъездом решил побродить по городу и сам не знаю как вышел к своему старому дому. Соседи узнали меня, сказали, что моя мать умерла, и передали ее письмо. Я не особенно огорчился, да и письмо сначала хотел выбросить не читая. Но все-таки вскрыл. «Здравствуй, сынок. Прости меня за все. За то, что не смогла обеспечить тебе счастливое детство. За то, что тебе приходилось стыдиться меня. За то, что без разрешения приехала в твой дом. У тебя красивые дети и я вовсе не хотела их пугать. Они так похожи на тебя. Береги их. Ты, конечно, не помнишь этого, но когда ты был совсем маленьким, с тобой случилось несчастье, и ты потерял глаз. Я отдала тебе свой. Больше я ничем не могла тебе помочь. Ты всего добился сам. А я просто любила тебя, радовалась твоим успехам и гордилась тобой. И была счастлива. Твоя мама». Если статья пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно