Самое интересное из сети

Нина посмотрела в прихожей в зеркало, поправила сбившуюся причёску и открыла дверь. На пороге стоял Николай, друг и коллега Алексея. - Здравствуй, Нина. - Здравствуй, Коля. А Алексей ещё не пришёл с работы, - сказала она. - Знаю. Я, в общем-то, к тебе. – Николай переминался с ноги на ногу. - Проходи. – Нина и отступила в сторону, впуская Николая. Он снял пальто, повесил его на крючок вешалки, шарф сунул в рукав. Потом скинул ботинки. Нина смотрела на него, думая, что могло привести его к ней. Уж не случилось ли что с Алексеем? Николай одёрнул пиджак и посмотрел на Нину, ожидая приглашения пройти в комнату. - Проходи на кухню, - сказала Нина. Как известно, лучше всего вести беседы на кухне. Николай прошёл первым и сел за стол. Нина подошла к плите и включила конфорку под чайником. Он тут же зашумел. - Чай или кофе? – спросила Нина, оглянувшись к Николаю. - От чая не откажусь, - сказал он. Нина достала из шкафа чашку. Вазочка с конфетами и печеньем уже стояла на столе. Неостывший чайник почти сразу закипел, предупредив об этом звонким свистом. Нина налила в чашку чай и пододвинула к Николаю вазочку с конфетами. Села напротив. - А ты не будешь за компанию? – спросил Николай, явно чувствуя себя не в своей тарелке. - Ты ведь не просто так пришёл. Что-то случилось? С Алексеем? – вместо ответа спросила Нина. - Жив и здоров твой Алексей.- Николай опустил глаза, делая вид, что выбирает конфету. - Рассказывай, - нетерпеливо попросила Нина. - Давно хотел тебе сказать… - Николай взял конфету и стал разглядывать фантик. - Ты женщина видная, умная, хозяйка что надо… - начал Николай, разворачивая конфету. - Не хотел вмешиваться в вашу семью. Но вынужден открыть тебе глаза на Алексея, - Николай положил в рот конфету и стал жевать. - Ну? Мне клещами из тебя тащить? – Нина теряла терпение. - В общем, мне неприятно тебе говорить… - Николай с шумом отхлебнул из чашки. - Говори, - с нажимом сказала Нина. - У Алексея есть любовница, - выпалил Николай и закашлялся, подавившись конфетой. Нина привстала, перегнулась через стол и постучала Николая по спине. Потом села и засмеялась. - Ты не поняла, что я сказал? Не веришь? Или знала? – расстроенно спросил Николай. - Уф, а я-то подумала, что что-то страшное случилось, - отсмеявшись, сказала Нина. Теперь настала очередь Николая удивляться. - Ну и что? Алексей мужик видный, в самом соку, - сказала Нина. - А тебе какая забота? Вы же вроде как друзья, а друзья не предают. Сам-то, сколько раз на сторону ходил? – Нина холодно смотрела на Николая. - Свою семью просрал, так теперь пришёл мою разрушить? – возмущенно сказала Нина и даже встала из-за стола. - Я пришёл открыть тебе глаза. Ты для него всё делаешь. Готовишь, стираешь, пироги печёшь. Сама – лучше не бывает. А он не ценит тебя, - пролепетал Николай, раскрасневшись то ли от смущения, то ли от горячего чая. -Попил? А теперь уходи. Алексей вот-вот придёт, - резко сказала Нина. - Я пойду, только ты подумай над моими словами. Хорошо подумай. Предупреждён, значит… - Иди, иди, благодетель, - поторопила его Нина. Николай быстро ретировался в прихожую. Завертел головой в поисках обувной ложки. Не найдя, с кряхтением наклонился и стал надевать ботинки. Нина стояла, скрестив на груди руки и прислонившись плечом к дверному косяку. Смотрела холодно и нетерпеливо. Николай кое-как обулся, сорвал с вешалки пальто и подошёл к двери. Долго возился с замком, наконец, отпер дверь и вышел на площадку. За ним по полу тянулся шарф, свесившийся из рукава пальто. Он обернулся, хотел что-то сказать, но Нина захлопнула перед ним дверь. Она вернулась на кухню, поставила чашку с недопитым чаем в мойку и тяжело опустилась на стул. С Алексеем они познакомились в драмтеатре. В антракте в буфет выстроилась очередь. Нина с подругой пристроились в самом хвосте. - Ужас, как пить хочется. Думаешь, успеем? – заволновалась подруга. - Стой здесь, - сказала Нина и пошла в начало очереди. Перед самым прилавком увидела двух парней. Нина подошла к ним и тихо просила купить ей бутылку воды. Один из парней согласно кивнул. Он попросил воду у буфетчицы и отдал пластиковую бутылку Нине, отказавшись от предложенных ею денег. Нина поблагодарила его и отошла к подруге. Девушки встали у стены и по очереди пили прямо из бутылки. Пробираясь на своё место в зале, Алексей вертел головой, высматривая Нину. Их взгляды встретились, и Нина смущённо опустила глаза. Весь второй акт Алексей то и дело оглядывался на неё. Когда после спектакля Нина с подругой вышли на улицу, парни уже ждали их у выхода. - Понравился спектакль? – спросил тот, что купил Нине воду. - Да, - сказала она. - Я Алексей, а это Сергей, мой друг. Девушки тоже представились. Они шли по пустеющим улицам. Дневная жара спала, на город опустились прохладные сумерки. Сначала шли все вместе, обсуждая спектакль. Потом разделились по парам. Алексей уже два года работал после окончания института, а Нина только что окончила педагогический. Она не могла сказать, о чём они говорили в ту первую встречу. Но хорошо запомнила чувство радости, волнения и счастья, которые испытывала, идя по вечернему городу рядом с Алексеем. У подружки с Сергеем ничего не получилось, а Алексей и Нина больше не расставались. Весной они сыграли свадьбу. Им дали комнату в семейном общежитии от предприятия, где работал Алексей. Через год у них родился сын, а ещё через два дочка. Руководство выделило им в этом же общежитии двухкомнатную квартиру с маленькой кухней. Это было счастье. Очереди на получение бесплатных квартир ушли в прошлое, но зато разрешили приватизировать комнаты в общежитии. Что они и сделали. Потом продали жильё в общежитии, и не без помощи родителей купили большую квартиру. Они были молоды, легко преодолевали трудности, ссорились и мирились, и были счастливы. Казалось, так будет всегда. Сын после института уехал работать в Москву. Строил карьеру, не спешил обзаводиться семьёй. А вот дочь вышла замуж рано, будучи студенткой. Не захотела жить с родителями, снимали с мужем квартиру, обзаводиться детьми не спешили. Застывшим взглядом Нина смотрела в одну точку. Они с Алексеем давно притёрлись друг к другу, стали одним целым. Дети выросли, живут самостоятельно. Теперь жить и жить. Молодые ещё, пятидесяти нет. Но пришёл Николай и всё разрушил. Позавидовал их счастью. Им многие завидовали. Друзья разводились, женились снова, а Нина с Алексеем были счастливы вместе. Николай развёлся с женой лет десять назад. Раньше дружили семьями. Зоя, жена Николая, была бойкой и весёлой. Она нравилась Нине. Но после развода не захотела видеть в их доме Николая с разными женщинами. Он и к Нине подбивал клинья. Она раз и навсегда отшила его. «Может, помнит обиду и мстит? А может, не было ничего? Откуда Николай знает? Свечку держал? Флирт, симпатия – это ещё не измена. А даже, если и было что? Ну увлёкся мужик кем-то, не факт, что серьёзно. Нет, нельзя рубить с плеча. Мне ведь тоже нравится внимание мужчин. А отец одной ученицы недавно признался в любви. Но это игра, флирт, а не измена. Нет, я не позволю разрушить нашу семью. А дети? Они любят отца. Я ведь не смогу без него жить. Не представляю как. Столько лет вместе…» И Нина приняла решение не говорить ничего Алексею, не показывать вида, что что-то знает или подозревает. Пока. А дальше будет видно. Нина приготовила ужин на скорую руку, как раз к приходу Алексея. Всё, как всегда, ничего необычного, кроме неприятного разговора с Николаем. Есть не хотелось. Нина поковыряла вилкой картошку и отставила тарелку в сторону. - Ты в порядке? – спросил Алексей. - Да, просто устала. Алексей поблагодарил за ужин, ушёл в комнату. Вскоре до Нины донёсся звук работающего телевизора. Она вымыла посуду, села за стол и окинула взглядом уютную кухню, стены которой за много лет видели слезы радости и печали, слышали крики ссор и слова примирения. А сколько детских секретов слышали эти стены? И всё? Разве можно всё это перечеркнуть, забыть, выбросить из жизни и заметь чем-то или кем-то другим? Несколько дней Нина боролась с собой, пыталась убедить себя, что всё в их жизни по-прежнему. Алексей вёл себя, как обычно. Если и задерживался после работы, то ненадолго, всегда звонил и предупреждал. Однажды она не выдержала и поехала к мужу. Зачем? И сама не знала. Дети ведут себя по-разному дома, в школе и на улице. Может, и мужчины так же? Тогда она всё поймёт или, наконец, успокоится. Отменила последний урок к радости учеников и поехала к Алексею на работу. - Нина? Почему ты приехала? Что-то случилось? – беспокойно всполошился Алексей, когда увидел в офисе жену. - Нет, просто отменили уроки. Ты уже обедал? - Да. Только что, - ответил Алексей, всё ещё не оправившись от сюрприза. - А я думала, что пообедаем вместе. Я заходила в магазин, тут недалеко. Хотела платье себе новое выбрать на день рождения. – На секунду в глазах Алексея мелькнуло чувство вины. Или Нине это только показалось? «Он забыл о моём дне рождения», - догадалась она. - Вот и забежала к тебе. Что хочешь на ужин? – торопливо спросила, пытаясь скрыть за словами своё волнение. Ответить Алексей не успел. В кабинет заглянула молодая невысокая женщина. На долю секунды их с Ниной взгляды встретились. «Это она», - промелькнуло в голове Нины. - Вы заняты, Алексей Викторович? Я зайду позднее, - женщина закрыла за собой дверь. Нина сразу сникла. - Я пойду. Не буду тебе мешать, - сказала она и направилась к двери. - Нина! - окликнул её Алексей, но она махнула ему рукой и вышла из кабинета. Нина шла по коридору и ругала себя, что приехала. - Подождите! – раздался голос за её спиной. Нина остановилась и оглянулась. Её догоняла та самая молодая женщина, что заглядывала в кабинет Алексея. - Вы же Нина, жена Алексея… Викторовича, - не спросила, а сказала она. Нина молчала и ждала. - Я хотела поговорить с вами. В соседнем доме есть кафе, мы часто там обедаем. Наши сотрудники, - поправилась женщина. В кафе почти все столики был свободные. Обеденный перерыв давно закончился, а до вечерних свиданий было ещё далеко. Они сели за дальний столик в глубине зала. Нина специально не разглядывала женщину, но заметила яркую помаду на губах, тщательно подведённые чёрным карандашом глаза. Вишнёвая кофта с глубоким вырезом красиво обтягивала пышную грудь. Полнота была ей к лицу. - Заказать кофе? – спросила она. - Нет. Я вас слушаю, - сказала Нина. - Я представляла вас другой, - произнесла женщина. - Какой? - Вы же учительница? Думала, вы нервная, жёсткая. Сухарь, одним словом. А вы симпатичная. Вам неприятно будет услышать, но я люблю Алексея. Я как увидела его… - А он вас? – перебила её Нина. Она растерянно моргнула, не ожидала такого вопроса. - Я знаю, у вас двое детей, вы двадцать пять лет вместе. Но дети уже взрослые, у дочери своя семья. Видите, я много знаю о вас. Со временем чувства остывают, мужчины ищут их на стороне. Отпустите его, - с отчаянием вдруг сказала женщина. Нина не ожидала такого поворота. - Я не держу. Но, как вы правильно заметили, у нас семья, дети, которые любят своего отца. Вы думаете, что можете прийти и забрать его, будто он вещь? А если он окажется не тем, кого вы себе придумали? Он храпит по ночам, любит вкусно поесть, чтобы к его приходу был готов обед или ужин. А когда болеет, становится капризным, как ребёнок, лежит и умирает при малейшем подъёме температуры и насморке. Нина достала из сумочки несколько фотографий. Года три назад она попала в больницу с тяжёлой формой ковида. Болезнь не изученная, кто знает, как всё обернётся? Взяла с собой эти снимки, как напоминание, что её ждут, она нужна и должна обязательно поправиться. Так и получилось. С тех пор носила их всегда с собой, как талисман. - Вот, посмотрите. Это мы на море. Разве Алексей выглядит несчастным? Смотрите, как дети обнимают его. И вы решили, что всё это он забудет, выбросит из своей жизни ради вашего пышного тела? Не все женатые мужчины уходят из семьи, а если и уходят, то часто возвращаются назад. Ничего у вас не выйдет. Счастье нужно заслужить, терпеливо вырастить, как капризный цветок. Не получится стать счастливой, отняв его у другой. – Нина встала из-за столика. - Вы ошибаетесь. Я не держу его. Если захочет, пусть уходит к вам. Но он не уйдёт, – сказала Нина и направилась к выходу, чувствуя спиной взгляд соперницы. Ей хотелось сорваться и скорее убежать отсюда, но она медленно, не оглядываясь, шла через весь зал. «Я не смогу без него. Я не хочу жить без него. Просыпаться и засыпать одной, есть, пить и ходить на работу... Зачем? Я не смогу…» - повторяла она про себя всю дорогу до дома, глотая слёзы. Дома, не раздеваясь, она подошла к шкафу и стала рыться в нём. Нашла помаду и чёрный карандаш. Перед зеркалом в прихожей накрасила губы и нарисовала неровные стрелки у глаз. Ужаснулась своему виду. Ей всё это не шло, как той, другой. Она даже не спросила, как её зовут. Какая разница? Нина вернулась в комнату, легла на диван и уставилась в потолок. - Нина, почему ты лежишь в пальто? Ты заболела? – Алексей подошёл и склонился над ней. – Что ты сделала с собой? Тебе не идёт. Он ушёл, но вскоре вернулся с мокрым полотенцем и стал стирать косметику с её лица. - Не надо, отстань… Мне больно, - Нина села, замахала руками, отбиваясь от Алексея. Пару раз она ударила его по лицу. Алексей отбросил полотенце, крепко прижал к себе упирающуюся Нину. Она обмякла. Словно прорвав плотину, из глаз её хлынули слёзы. Она вздрагивала от рыданий, прижималась к Алексею, повторяя снова и снова: - Я не смогу без тебя. Не хочу… Не хочу жить… Когда рыдания стихли, Алексей снял с неё пальто и полусапожки, уложил на диван, и накрыл пледом. Несколько дней они оба избегали говорить об этом. А в воскресенье друг за другом приехали дети. С утра Нина и Алексей вместе готовили, накрывали на стол в большой комнате, в центре которого красовался огромный букет красных роз, подаренный ранним утром Алексеем. Когда сели за стол, разлили вино, сын встал с бокалом вина. - Мам, ты всегда спрашивала меня, когда я женюсь. Отвечаю сейчас - когда встречу такую, как ты. Ты лучшая мама и женщина на свете. - Согласен, - поднялся с бокалом вина зять. – Я люблю Светлану, но решил жениться на ней, когда узнал вас, Нина Михайловна. За вас! Желаю вам здоровья и счастья на долге годы. - Спасибо, мальчики, - Нина протянула к ним свой бокал. Последней Нина чокнулась с Алексеем. - Мам, мы не стали покупать всякую ерунду, сбросились и решили подарить вот это. - Сын поставил на стол пустой бокал, достал из кармана пиджака конверт и протянул Нине. - Что это? – она осторожно открыла его и достала два авиабилета. - Мы дарим вам с папой поездку на Канары. Там круглый год весна. Мы всё рассчитали. У тебя будут зимние каникулы, а отцу придётся договориться на счёт отпуска на работе. Отказы не принимаются. Хоть раз в жизни вы должны отдохнуть по-человечески. Алексей пожал плечами и невинно улыбнулся, мол, для него это тоже сюрприз. Потом, проводив гостей, Алексей с Ниной убирали со стола, мыли посуду. - Я знаю про ваш разговор с Надеждой, - неожиданно сказал Алексей. Нина замерла с салатником в руках. Между нами ничего не было. Я давно замечал, что она ко мне неравнодушна. Однажды она попросила починить ей дверь. Я пришёл к ней, но с дверью оказалось всё в порядке. Тогда она сказала, что давно любит меня, стала раздеваться… Я уже стар для таких игр. Не увольняться же мне из-за неё. И никуда я не собираюсь от тебя уходить. - Правда? – Нина внимательно посмотрела на мужа. - Николай только и ждёт, чтобы я оставил тебя. Ничего у них не выйдет. Сын прав, ты самая лучшая. Алексей забрал у неё салатник, поставил его на стол и обнял Нину... «Жена не шкаф, подвинется», — говорит вероятная любовница, пытаясь втиснуться между каменной стеной и полной семейных ценностей стенкой» Елена Ермолова «- Знаете, каков единственный способ понять, насколько вы любите человека? - Нет. - Потерять его» Жоэль Диккер «Правда о деле Гарри Квеберта» Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

- Себе готовила и тебе заодно налила, - оправдывалась Нина. - Автоматически всё произошло, голова другим забита, прости. Но Михаил не умел прощать, он ставил свои интересы на первое место и вообще считал, что делает жену счастливой только своим присутствием в её жизни. Когда-то в молодости он был другим, но потом Нина разбаловала его своей готовностью все проблемы решать и быстро исполнять прихоти. Он настолько в себя поверил, что даже о разводе задумался. Ему надоела вечно замороченная бытовыми проблемами жена, а новая коллега Танечка казалась светом в окошке. Ей было пятьдесят два года, четыре года назад она развелась и теперь казалась настоящей красоткой. Нина была всего на три года старше, но больше походила на даму, потерявшую не только былые формы, но и азарт к жизни. - Мне кажется, нам нужно пожить отдельно, а то ругаться стали часто, - заявил как-то Михаил жене. - Я пока на дачу переберусь, потом будет видно. Нина недавно от дочери вернулась, которой помогала сидеть с маленьким ребёнком и не особенно хорошо себя чувствовала, чтобы разбираться. Михаил и раньше такие номера выкидывал, а она всё списывала на тонкую душевную организацию, оправдания ему искала и потом принимала дома с шикарно накрытым столом. И в этот раз ждала, что супруг вернётся через неделю, но он не торопился. - Так зазнобу твой Мишка нашёл, неужели непонятно? - сердилась на Нину сестра. - Я вообще не понимаю, как можно быть такой доверчивой, как ты? - Да мы столько лет женаты, двоих детей вырастили и возраст уже не тот, чтобы по девицам скакать, - не верила Нина. Она мужа каждый день дома ждала и вкусные угощения готовила. После возвращения лишних вопросов задавать не планировала. Всё думала, что Михаил на даче рыбачит, спит в гамаке и с местными мужиками сплетничает. Не догадывалась Нина, что Мишенька её по свиданиям бегает со своей Татьяной и даже решил круто изменить жизнь. - Я хочу развестись, - сказал он как-то обыденно и равнодушно, словно выпил стакан воды. - А детям что скажем? - больше всего переживала Нина. - Они взрослые, всё поймут, я не считаю нужным принуждать себя жить вместе только ради детей и внуков. - Значит, тебе себя принуждать приходится? - пыталась не заплакать Нина. - Но ты же сама понимаешь, что мы давно жили по инерции, словно чужие люди, - продолжал Михаил. - Зачем лишать себя последней возможности на счастье? Нина расплакалась только после ухода мужа и даже не знала, что детям сказать. Первые дни было особенно тяжело, потому что привыкла о нём заботиться и не умела ничего для себя делать. К шагам прислушивалась и считала, что всё происходящее напоминает дурной сон, который не заканчивается. А Михаил не страдал, он вообще рассчитывал новую жизнь с Татьяной начать. Предложил ей сойтись, а она не стала сопротивляться, только сразу условие поставила. - Давай будем честными, - предлагала женщина. - В нашем возрасте говорить о любви глупо. Я привыкла жить в своё удовольствие и не готова возиться с проблемами. - Что ты хочешь этим сказать? - не понимал Михаил. - Хочу уточниться относительно состояния твоего здоровья, потому что для меня это важно, - рассуждала Татьяна. - Пойми правильно, если ты нажил за всю жизни хвори, а теперь решил мне проблемы доставлять, то так не получится. Михаил даже не обиделся, ведь он такими горящими глазами на женщину смотрел. После спокойной и податливой Нины Татьяна казалась пламенем, это ему в ней и нравилось. Несмотря на всю странность разговора, обещал избраннице пройти медицинское обследование и даже в шутку сказал, что предоставит справку. Хотя в глубине души, Михаил и сам понимал, что давно пора показаться доктору, мужчина имел значительный лишний вес и самочувствие в последнее время оставляло желать лучшего. Видимо, это было заметно уже и со стороны, раз Таня такой разговор завела. - У вас диабет второго типа, - говорил ему доктор после получения анализов. – Не волнуйтесь, болезнь распространенная, но вам придётся изменить образ жизни. - Как это? - не понимал мужчина. - Я стану инвалидом? Я плохое самочувствие просто на нервы списывал. - Конечно же, нет, - тут же успокаивал доктор. - Купите глюкометр, будете питаться продуктами с низким гликемическим индексом, постоянно контролировать показание сахара в крови и принимать лекарство. Михаил расстроился не из-за своего состояния, а из-за возможной реакции Татьяны. Уже представлял, как она станет ворчать, что придётся готовить диетические блюда и покупать специальные продукты. - Прости, но мне не хочется тратить силы и время на возню на кухне и высчитывать тебе всё по этим таблицам, - сразу скривилась она, как услышала новость. - И вообще, это коварная болезнь, так что давай не будем пока торопиться с совместным проживанием. Михаил вернулся на дачу один, начитался в интернете информации о своём заболевании, испугался и запаниковал. Самостоятельно не получалось высчитывать хлебные единицы и вообще готовить нормально мужчина не умел. Решил к Нине домой вернуться, опуская подробности истории с Татьяной и причинами своего решения. Она приняла спокойно, а когда о болезни узнала, стала внимательно за рационом мужа следить. Из дома пропали все потенциально вредные продукты, и Михаил питался, согласно предписанию врача. Нина напоминала таблетки вовремя принимать и даже из большого списка ограничений умудрялась готовить вкусные блюда. Миша заботу жены принимал, считая её нормой, а сам Татьяне периодически звонил. Жена как-то услышала их разговор и практически потеряла дар речи. - Но мы же можем встречаться, проводить время и просто общаться, - говорил Михаил. - В принципе, можно, только я бы хотела от тебя получать помощь по хозяйству, сам понимаешь, я женщина одинокая. - Танюша не вопрос! Прибью и починю всё, что скажешь! – радовался Миша. - Но сейчас у меня такая ситуация, что и материальная поддержка не помешала бы, - отвечала женщина. - Я согласен, - радовался он, словно ребенок. - А жена твоя тоже согласна? - не сдавалась Татьяна. - Да моя жена только и годится что для стирки, уборки и готовки, - самоуверенно рассуждал Михаил. - Ну да, а ещё я могу измерять тебе сахар в крови, артериальное давление и уровень кислорода, - не смолчала Нина, заходя в комнату. Потом Михаил что-то долго ей рассказывал, Нина застыла в кресле и слово не могла сказать. Только попросила, чтобы супруг поскорей опять на дачу уехал и оставил её в покое. - Мама, ну зачем ты так с отцом? - спрашивала потом по телефону дочь. - Я только узнала, что у него диабет и нужна поддержка, а вы из-за глупости ругаетесь. - Мать, так нельзя, - отчитывал её потом сын. - Батя рассказал о своем заболевании и о вашей глупой ссоре на ровном месте. - Это всё, что он рассказал? - устало интересовалась Нина. - Ещё что-то бормотал о недопонимании и твоей принципиальности, - отвечал сын. - Но вы же взрослые люди, сами должны разобраться. Нина и разобралась, подав документы на развод. Михаил всем рассказывал, что жена его за порог выставила, как только о болезни узнала и возиться с больным мужем не захотела. Нина только детям правду рассказала, призывая самостоятельно формировать отношение к ситуации. Не собиралась она их против отца настраивать, но и дальше терпеть его выходки не собиралась. Она так долго пыталась быть удобной и полезной, что потеряла чувство собственного достоинства, а потом устала и сломалась. - Не глупи, давай вместе век доживать, - позвонил Михаил за пару дней до даты развода. - Я был немного неправ, ты тоже, но не стоит на склоне жизни становиться посмешищем с этими разводами и страстями. - А я больше не хочу с тобой вместе доживать, а люди пусть думают, что хотят, - отвечала Нина. – Ты же сам говорил, что глупо лишать себя последней возможности на счастье. Не поддалась она на уговоры детей и родственников, в глазах которых выглядела бессовестной женщиной, бросившей больного мужа после стольких лет жизни. Она первый раз выбирала себя и не хотела за этот выбор оправдываться, решив просто отпустить ситуацию. Михаилу приходилось учиться самостоятельно за собой ухаживать, потому что Татьяне он не был нужен. Нина после развода на море поехала, первый раз за много лет, одна, ради себя, а не в качестве приложения к кому-то. Друзья, кому не сложно, оставьте 1 цветочек 💐 в коментах, чтобы я вас всех видела 😍 Иногда одного маленького смайлика достаточно, чтобы поддержать автора и группу😊 Я всегда благодарна вашеи‌ поддержке лаи‌ком ❤ ❤ ❤

«Пошла за мукой, вернувшись, вынимала ключи у подъезда — деньги-то, наверное, и проронила». НО! Деньги брать отказалась наотрез! Оказалось, за пару часов я уже шестой (!!!) «нашел» бабулины деньги! Люди, я вас люблю за то, что вы такие!!! Если история пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно

– Здесь и мой угол есть, по закону мне положенный. – Ишь, – Марина убрала руку и прижалась к стене, пропуская дочь, – когда уходила, дверью хлопала, не спрашивала, чем я за твой угол платить буду. – Мама! – Юлька скинула обувь. Плечи дочери невольно вздрогнули. Мать вспомнила, что дочь всегда, перед тем как разрыдаться, вскидывала плечи. Сдержалась. Так хотелось обнять, прижать и сказать, что всё позади. Нельзя. Нужно быть строгой до последнего. Не слушает же никогда. Дочь прошла в свою комнату и прикрыла дверь. Мать это задело ещё больше: “Свой угол. Зачем она так. Ну и ладно, пусть живёт”. С момента ухода ничего в комнате дочери не изменилось. Мать лишь делала уборку. Утро встретило солнцем и радостным чириканьем. Марина распахнула окно и впервые за долгое время свободно вздохнула. Как гора с плеч. Юлька открыла дверь в свою комнату и долго ещё не выходила. За утренним кофе обе молчали. Опухшие от слёз глаза дочери рисовали на её лице “пучеглазика”. Мать сдерживалась, а так хотела услышать, как и чем жила дочь все эти пять лет. Юлька умылась, собралась и молча ушла. – Не время. Не время разговоров. А когда время? – думала мать. Всё время не время. Так и с мужем случилось, исполнилось дочери восемнадцать, школа позади, впереди светлое будущее и что? Муж собрал чемодан и ушёл. Просто ушёл, не к какой-то там бабе, а просто ушёл. И на простой разговор времени не нашлось. Через год ушла дочь. В институте встретила парня, собрала сумки и ушла. Марина сидела за кухонным столом и думала, почему с ней это произошло и зачем. Всё же в этом мире зачем. А ответов на вопросы не было. Часики на руке спешили. Пора на работу. Дочь всё так же молча жила в своей комнате уже третий день. Марина в гостиной. А ведь очень давно она порывалась сделать из комнаты дочери себе спальню, даже спальный гарнитур присмотрела. Сдержалась. Всё надеялась, что дочь вернётся. Все пять лет надеялась. Как чувствовала, что любовь у дочери не сложиться. Так и вышло. Первой начать разговор мать боялась. Боялась спугнуть дочь. Слишком тонкой была нить соединяющая их сейчас. Юля сделала первый шаг сама. – Мам, ты была права, – тихо сказала за ужином дочь. – Х-х, – подумала мать, но вслух не сказала, – я так и знала! – Он оказался под*лецом. Бесплатная прислуга – очень удобный вариант сожительства. Без обязательств, без всего, понимаешь… он не собирался на мне жениться. Ему не нужен был ребёнок, и я сделала аборт. Юля молчала, молчала и мать. Говорить что-то сейчас было не к месту. – Мне стало так одиноко. Я стала чувствовать себя ненужной и сказала Коле об этом. А он знаешь что… сказал, что не любит меня и если меня что-то не устраивает, я могу идти на все четыре стороны. Он смеялся мне в лицо… представляешь? Юлька запрокинула голову, и плечи её вздрогнули. Марина тут же встала и подошла к дочери. Обняла сразу, без сомнений и задержек. Ей так хотелось кричать в голос. И рыдать с дочерью на пару. Столько накопилось за пять лет. “А я тебе говорила, что все мужики одного хотят, а ты мне не верила. Вот! Я была права”, – повторяла про себя мать. Ей так хотелось выть от ощущения потери. Бабушкой, она могла уже стать бабушкой и качать внука или внучку. Слушать мерное сопение ребёночка. Покупать ползунки и погремушки. Но Марина молчала. Она принялась благодарить Бога, что вернул девочку домой. Пусть поздно, но дочь поняла, осознала. – Знаешь что? – мать чуть отстранилась от дочери, – а давай сходим сегодня в кино, сто лет не была нигде. Дочь захлопала мокрыми ресницами. – Поздно уже. – А нам на ночлег не проситься. У нас же есть свой угол, – шутила мать. – Хорошо, что ты вернулась ко мне. Знай, я всегда тебя жду. С хорошими вестями, с плохими новостями. Я жду. И буду ждать вечно.

Именно здесь, на лавочках, криво примостившихся под окнами старого деревенского магазинчика, обсуждались, а иной раз решались судьбы местных жителей. Нежелание последних быть под прицелом цепких глаз и подробных обсуждений их личной жизни в расчёт не бралось. Мимо ротозеев, кучей высыпавших из райпо, лёгкой походкой прошла белокурая девушка по имени Василиса, в простеньком ситцевом платье, которое безумно ей шло. Длинными локонами красавицы играл летний ветерок, а васильковые глаза излучали радость и любовь к миру. Девушка повернулась к группе застывших женщин и сказала: - Добрый день! Рада вас видеть, я так соскучилась по Новосёлкам. Как хорошо вернуться в родные места! Заходите в гости. Через пару минут Василиса скрылась за зеленой гущей деревьев. - Привет, зайду! - выкрикнул какой-то парнишка и тут же отхватил звонкий подзатыльник от матери. - Я те зайду! Это же Лесная, с этой семейкой связываться опасно. Понял меня? - отчеканила мать. - А чего такого-то? Вроде нормальная девушка, - обиженно промямлил паренёк, потирая затылок. - Ведьма она! Нормальная, как же! В следующий раз, как пойдёт мимо, в глаза ей не смотри, приворожит, чего доброго, - пояснила Романиха, самая мудрая из всех собравшихся. *** Романихе было за восемьдесят, она ещё была бодра и сама копала картошку, никому не доверяя свои грядки. Среди местных она пользовалась уважением и безграничным доверием. Именно Романиха однажды объявила «охоту на ведьм» в своей деревне, сведя со свету мать Василисы. Тогда десятилетняя Василиса осталась сиротой. Бабушка Матрёна взяла над ней опеку, и стали они жить вместе. Отца Василиса не помнила: сгинул в топях, когда ей только исполнился годик. Тогда Романиха всем сказала, что мужики в проклятой семейке колдуний не водятся, мол, быстро помирают. И прозвала всех женщин семьи Беловых «лесные», что на деревенский лад означало - ведьмы. - Как посмотрит иной мужик на такую лесную девку, так и сохнет потом по ней всю жизнь, - рассказывала Романиха людям, - вот раньше был у меня жених Никита Белов. И надо же было на краю деревушки поселиться этой Матрёне! Вот и «присушила» эта Лесная моего Никитушку. Женился на ней, Варвару народил, а потом сгинул мой сокол на бурной речке. Это всё Матрёна виновата! Я эту Варьку ихнюю терпеть не могла, такой же ведьмой с детства была! Ни одна собака на неё не лаяла, другие ребята в школе всю заразу соберут, переболеют, а ей хоть бы что! Знай, смеётся да веселится! А замуж выскочила, так и зятька Матрёна в могилу свела! Говорю вам, ведьмы они! А местные бабы крестились и не пускали дочерей водиться с Василисой, которая к тому времени уже пошла в первый класс. Девочка тянулась к детям, но те боялись не только подойти к дому Беловых, но и дружить со странной Василисой, которая любовалась каждым цветочком и разговаривала с бабочками, радуясь миру, словно разгадала какую-то его тайну. Бабушка Матрёна хорошо знала травы, а потому могла лечить ими практически любую болезнь. Эти знания она передала и дочери своей Варваре, заодно приобщая и маленькую внучку Василису. Самым интересным для Василисы было добывать цветы лунной травы, раскрывающие свои лепестки только при свете Луны. Вот и собиралась все трое в лес в полнолуние за ценными голубыми бутонами, чем ещё больше пугали маленькое население Новосёлок, которому, однако, это не мешало приходить к бабе Матрёне за помощью. Когда от горя и травли людей умерла мать Василисы, то и Матрёна продержалась недолго. Василису забрали в детский дом. Никто, в том числе и родственники, не захотел взять опеку над сиротой и оставить ребёнка в родной деревне. И вот она вернулась в родные сердцу места. Дом словно ждал хозяйку и радостно скрипел половицами под ногами Василисы. Девушка помнила каждый уголок и каждую вещь в комнате. Всё оставалось на своих местах, только покрылось слоем пыли, да мыши кое-где прогрызли пол. У Василисы ушло три дня на уборку дома и двора. Но это её не пугало. Василисе хотелось поскорее привести всё в порядок. Бабушкины травы так и висели на стене ограды. Василиса задела их, и ей на ладони посыпалась труха. Более десятка лет прошло с тех пор, как она, рыдающая и убитая горем девочка, покидала родные стены. Воспоминания нахлынули горькой волной, но Василиса не дала себе утонуть в них. Теперь она выросла и стала фельдшером, как мечтала бабушка Матрёна. Из раздумий Василису выдернуло настойчивое мяуканье. С голубятни на неё смотрел худой и чёрный, как смоль, кот. - Спускайся, котик, - позвала Василиса, - не бойся. Ох, какой ты тощий! Тебе жить негде? Оставайся, у меня в доме мышей полным-полно! А ещё я тебе за работу молочка давать буду. Кот, как по команде, словно ждал приглашения, быстро спустился по старой деревянной лестнице и подошёл к Василисе, изучающе поглядывая. Одни глаз у него был зелёный, а другой - голубой. - А ты красавец, - восхитилась Василиса, - неужели не нашлось никого, кто бы смог тебя приютить? Кот уже терся о ноги Василисы, признавая её своей хозяйкой. - Меня тоже никто не хотел брать, - сочувственно сказала девушка, - так что я тебя понимаю. Значит, встретились два одиночества? Пошли в дом. Кот чинно прошествовал за Василисой, задрав хвост трубой. Уже через пять минут он жадно лакал молоко из блюдца, одновременно прислушиваясь к мышиной возне под полом. Василиса сидела за столом и пила чай из любимой бабушкиной чашки. - А давай, я назову тебя Вороном? - спросила Василиса кота, - зря, что ли на голубятне жил? К тому же у меня будет свой собственный Ворон, только кот. Кот сидел и облизывал молочные усы. Он был совсем не против нового имени, тем более, что раньше его никак не звали. Он выживал на улице один, а теперь Ворон был кому-то нужен. Василиса почесала кота за ухом, и он довольно замурчал. - Ну что, пошли осматривать хозяйство, - сказала Василиса и надела резиновые сапоги и толстые рукавицы, - огород крапивой да лопухами зарос. У нас работы много. Девушка взяла «литовку», неумело наточила её брусочком, вспоминая, как это делала бабушка, и отправилась воевать с сорняками. Позади неё шествовал Ворон. Мимо дома Василисы лавировали любопытные кумушки, делая вид, что гуляют. Заметив, что Василиса тащит большую охапку крапивы, да ещё при этом разговаривает с чёрным котом, деревенские бабоньки переглядывались, шептались, а иные крестились. Далее результаты оперативных наблюдений моментально поступили в информационный штаб Романихи. - Говорила я вам: ведьма она! А вы сумлевались! Вот откуда у неё взялась чёрная кошка? А крапива ей на что? Как пить дать, на кладбище ворожить пойдёт! Помяните моё слово! Говорят, фельдшерицей Васька работать приехала. После учебы её назначили сюда. Будто нам одного Ивана Петровича мало. - Так он и так без отпуска работает, с тех пор, как Людмила в город уехала, - попыталась спорить молодая женщина Лена, держа на руках весёлого краснощекого карапуза, который никак не хотел спокойно сидеть на руках. - Ну, так выслали бы кого другого, - не унималась Романиха, - а не эту соплячку! Попомните меня, когда она всю деревню сглазит! Только успела Романиха договорить, как возле её дома показалась Василиса, за которой гордо топал чёрный кот. - Здравствуйте! - сказала девушка. В её руках был большой букет полевых цветов. Василиса прошла мимо, а замершие от неожиданности сплетницы, вытаращив глаза, наблюдали за ней до тех пор, пока она не скрылась за поворотом. - А ну, Игорёк, сгоняй на велике, посмотри, куда Васька пошла. Тока незаметно! - приказала Романиха. Игорёк посмотрел на мать, стоящую рядом. Но та побоялась идти против самой влиятельной женщины деревни и кивнула ему. В душе она боялась за сына: вдруг Лесная на него порчу наведёт. Поэтому она напряжённо ждала, когда вернётся мальчик. Через десять минут Игорёк принёс весть: - На кладбище она пошла! Ещё цветов разных в поле рвала. Лица кумушек вытянулись от страха и удивления, а потом все услышали ожидаемое: - Ну, я же вам говорила: ворожить она пошла! Надо бы Ивана Петровича предупредить, какую он змею собирается пригреть. Романиха торжествующе смотрела на всех, подперев руки в боки. *** - Здравствуй, мамочка. Здравствуй, бабуля, - Василиса положила цветы на заросшие холмики двух могил, - как вы любите: ромашки и колокольчики. Надо бы тут тоже порядок навести. Ну вот, я и вернулась. Буду работать здесь фельдшером, как ты и мечтала, бабушка. У меня всё хорошо, вон, уже пушистый друг появился. Кот сидел рядом с Василисой и терпеливо ждал, когда они пойдут обратно. Это место ему решительно не нравилось. К тому же, он чувствовал скорбь хозяйки. На обратном пути обычно словоохотливая Василиса молчала, а кот теперь бежал впереди, оглядываясь на девушку. - Да иду я, иду, - с грустью сказала Василиса, - не торопись, в магазин ещё надо заглянуть. Вечером в райповском магазине было полно народу. Поздоровавшись со всеми - таков деревенский этикет - Василиса встала в очередь. Но каково же было её удивление, когда толпа расступилась перед ней, как море перед Моисеем. А у прилавка на неё смотрела испуганная продавщица, до которой буквально несколько минут назад дошли слухи о ведьме и кладбище. - Лесная, Лесная пришла, - прокатился еле слышный шепоток. Наступила звенящая тишина. Кажется, если бы сейчас Василиса сказала: «Бу!», то посетители бы выбежали, ломая двери. Продавщица дрожащими руками отпустила товары Василисе, а потом с облегчением выдохнула, когда та вышла. Сразу после того, как за ней закрылись двери, Василиса услышала рокот голосов. - Наверное, тебя обсуждают, - услышала Василиса за спиной мужской голос. Она обернулась. Перед ней стоял высокий молодой мужчина лет тридцати и улыбался. В уголках его глаз образовались маленькие морщинки-лучики. Василиса сразу поняла, что этот человек не как все. Его взгляд был прямым и добрым. - Может быть, - ответила она, - а ты откуда знаешь, что меня? - Ещё бы не знать, не каждый день к нам фельдшер из города приезжает, к тому же, такой, что держит в страхе всю деревню, - засмеялся парень, - кстати, меня зовут Иван, я тут хирургом работаю, а ещё терапевтом и педиатром в одном лице. Словом, один я тут врач и очень рад, что мне выслали тебя на помощь. А тебя зовут Василиса, я знаю. - Так это ты - Иван Петрович? - удивилась Василиса, - а я так и не зашла познакомиться, извини, много дел по дому было. Как-никак, больше десяти лет без хозяев простоял. Через три дня у меня кончается отпуск. Но я зайду в фельдшерский пункт уже завтра. Хочу всё заранее посмотреть, как и что. - Давай сумку, тяжёлая ведь, - вместо ответа сказал Иван, - слушай, почему тебя называют «лесная»? - А ты, наверное, городской? - улыбнулась Василиса. - Ага, - кивнул Иван и с лёгкостью подхватил набитую до отказа авоську. - Сразу видно, - сказала Василиса, - поэтому и не боишься, а то смотри, как заколдую-заколдую! Сначала они смеялись, но, когда Василиса рассказала Ивану про свою жизнь, то ему стало не до смеха. - До чего же люди тёмные! - воскликнул он, - верят во всякую чепуху! Сами пользовались знаниями твоей бабушки и тут же кидали в неё камни! И это в двадцать первом веке! - Не обращай внимания, хотя это тяжело, - вздохнула Василиса, - а вот и мой дом, зайдёшь в гости? А то мне ещё надо Ворона кормить. Иван, задрав голову к небу, спросил: - Ничего себе! У тебя есть свой ворон? А он сейчас тебя видит? - А как же, вон, в окошко смотрит, - сказала Василиса. Заметив чёрного кота в окне, Иван понял, кого имела в виду девушка, и расхохотался: - Вот так байки и рождаются. Кот Ворон - оригинально. Иван провёл у Василисы весь вечер: помог спилить сухое дерево, заменил сгнившие деревянные ступеньки, починил велосипед, а потом они наслаждались ужином и много болтали, как настоящие друзья. А по деревне пополз слух, что Лесная приворожила доктора. Поэтому, когда через три дня Василиса вышла на работу, то не обнаружила привычной очереди из страждущих. В больничном коридоре не было ни души. - Ничего не понимаю, сегодня же должен быть медосмотр, - развёл руками Иван. - Это из-за меня, - нахмурилась Василиса, - люди боятся колдовства и несуществующих драконов. - Пошли чай пить, - сказал Иван, - не хотят - не надо. Так продолжалось три дня, пока в больницу не вбежала та самая Лена с тяжело дышащим годовалым малышом в руках: - Доктор, помогите! Он синеет! - Что случилось? - навстречу ей вышла Василиса, - Иван Петрович в райцентр уехал, но скоро будет. Проходите, кладите мальчика, я его осмотрю. Лена, увидев Василису, испуганно попятилась, но, взглянув на задыхающегося сына, зашла в кабинет. Мальчик хрипел, глаза его закатились. - Что он ел? Быстро говорите! Времени нет! - крикнула Василиса, осматривая ребёнка. - Ничего такого, разве что муж дал ему козинак погрызть, - ответила плачущая Лена. - Он был с арахисом? - Да, обычный козинак, а почему ты спрашиваешь? - Некогда объяснять, - сказала Василиса, набирая в шприц лекарство. После укола малыш задышал ровно, щеки его порозовели. - Пойдёмте в палату, мальчика нужно понаблюдать дня два. Иван Петрович приедет, назначит лечение, но больше никаких козинаков, тем более арахиса. - Спасибо тебе, Василиса, ещё бы немного, и лишилась бы я своего Тимочки, - плакала Лена, - прости меня, что не зашла к тебе, не проведала, а ведь я напротив живу, я всё же сестра твоя троюродная. - Ничего, - сказала Василиса, - бывает. Василиса поняла, что ещё на одного друга у неё стало больше. И это была её маленькая победа. *** Вечером к дому Василисы пришли мать Лены - тётка Валентина и муж, что дал малышу опасные орехи. Они принесли полные сумки деревенских деликатесов: домашнюю колбасу, копчёное мясо, творог, масло, сметану и огромный рыбный пирог - словом, целое богатство для скромного бюджета Василисы. - Васенька, племяшка, возьми, прошу тебя, - умоляла тётка Валентина, - спасла ты моего единственного внучка Тимочку. - Да что вы, тётя, не нужно, ведь это моя работа, - отнекивалась Василиса. - Бери, говорят, чай, не богачка, - сказал муж Лены, виновато лохматя затылок, - завтра я тебе дров привезу, чтобы зимой было чем печку топить, а то у тебя гнилушки одни. А потом и ограду поправим, подкосилась вся. - Ой, спасибо! - обрадовалась Василиса, - да вы проходите. Гости нерешительно потоптались на месте, а потом зашли в дом, где обнаружили сидящего на табуретке Ворона. - Вот, жил в доме, оказывается, - сказала Василиса, понимая, что гости борются со страхом, - пришлось его с собой жить позвать, не выгонять же. Первым рассмеялся муж Лены: - Вот тебе и колдунья! С кладбища привела кота, с кладбища! Вот бабы, язык - что помело! За ним захохотала и тётка Валентина: - А панику-то Романиха навела, всех запугала! Ты уж прости меня за всё, Васенька. Вообще за всё. Валентина подошла и обняла племянницу, которую из-за людской молвы побоялась когда-то взять себе. - Я давно всех простила, тётя Валя. - А могилки твоих бабушки и мамы мы завтра с дочерью приберём и покрасим, - сказала Валентина, - сколько можно Бога гневить. Они ещё долго сидели и разговаривали по душам. Наконец-то у Василисы появились родные люди, и пусть лучше поздно, чем никогда. *** На следующий день слух о спасении маленького Тимофея пронёсся по Новосёлкам, как ураган, разметав досужие домыслы Романихи. Никто больше её не слушал. Маленький фельдшерский пункт снова был битком набит пациентами, а молодую фельдшерицу исключительно звали Василисой Афанасьевной. *** Однажды, когда Иван уехал в город, к Василисе прибежала тётка Валентина: - Васенька, беда! Романиха! Я принесла ей молока, как обычно, а она заперлась изнутри ещё с вечера и не открывает. Мужики уже дверь ломают! Поди, померла уж, как-никак ей девятый десяток пошёл. И родных у неё нет. Недолго думая, Василиса схватила чемоданчик и побежала к дому Романихи. Внутри уже были люди. Они обступили старый диванчик, на котором лежала старушка в ночной сорочке. - Бабушка, - позвала её Василиса, - как вы себя чувствуете? Романиха с трудом открыла глаза, и, увидев перед собой Василису, попыталась от неё отмахнуться, словно от наваждения, и что-то промычала. Но руки её не слушались, а лицо перекосило. - Так, вызывайте «скорую», - скомандовала Василиса, - её в город нужно доставить. А сейчас разойдитесь, нечего глазеть. Когда люди вышли, в комнате остались только Романиха, Василиса и тётка Валентина. - А ведь это она на вас всю жизнь людей натравливала и голову мне заморочила, сестру мою Варю, матушку твою, затравила, - вдруг сказала Валентина, - а сейчас ты её спасаешь. - Это моя работа, - ответила Василиса, - да и простила я всех давно. Так жить легче. Василиса измерила старушке давление, сняла электрокардиограмму, поставила укол и начала растирать ей руки. Романиха пришла в себя и уставилась на свою спасительницу. - Это ты, ты, - смогла сказать она, но не успела договорить, как в избу вошли врачи неотложки. - Молодец, всё правильно сделала, - похвалил Василису пожилой доктор, - может, к нам на работу пойдёшь? Нам такие толковые медики нужны. - Нет, я здесь пригожусь, - улыбаясь, ответила Василиса, - а как бабушка наша? - Все будет хорошо, ещё сто лет проживёт, - сказали врачи и увезли Романиху в город. *** - Тебе можно зарубки ставить, - пошутил Иван, - уже второго человека за неделю от смерти отвела. - Скажешь тоже, - ответила Василиса и продолжила заполнять электронные медкарты. Работы было много. *** Василиса не заметила, как прошёл месяц. Вечером, когда она копалась в огороде, её кто-то окликнул. У калитки стояла Романиха. Василиса несмело подошла к ней, ожидая упрёков, но ничего такого не произошло. - Можно, я зайду? - тихо спросила Романиха. - Конечно, бабушка, проходите, - настороженно ответила Василиса. Когда они зашли в дом, она предложила Романихе присесть. Та села на краешек стула. - Этот стул делал твой дед Никита, ты знаешь? У меня точно такие же есть. Он всем тогда их мастерил и бесплатно раздавал. Хороший был человек твой дед, - вздохнув, начала Романиха, - у нас тогда дело к свадьбе шло, а тут твоя бабка Матрёна объявилась. И выбрал Никита в жёны её. Сколько слёз я тогда пролила, только Бог знает. И затаила я на Матрёну злобу. Да такую, что сил не было выносить. Им жизни не давала и сама свою не устроила: так и не вышла замуж, хоть и сватались ко мне добрые парни. А сейчас спрашиваю себя на склоне лет: зачем, зачем мне это было надо? Вот что зависть с людьми делает... Я что пришла-то… Я повиниться перед тобой хочу. Не знаю, будешь ли ты слушать меня, кочерыжку старую, но всё равно скажу: прости меня, Василисушка, за судьбу твою тяжёлую, за мать, мною обиженную, и за те злые речи, что про вас говорила. Вот так. Легче стало. Без камня-то за пазухой и жить не тошно. Пойду я. - Подожди, бабушка, - сказала Василиса, и от этого слова Романиха вздрогнула, - я давно простила тебя. И зла не держу. Что было, то было. Оставайся у меня, если хочешь. Вдвоём веселее, да и присмотр за тобой нужен, ведь инсульт - это не шутки. Василиса обняла старушку, которая обмякла от добрых слов и объятий девушки и прослезилась. - Ты будешь моей внучкой? - спросила Романиха. - Буду, бабушка, только скажи, как тебя на самом деле зовут? Не Романихой же мне тебя называть. - Марией меня звать, - тихо сказала та. - Бабушка Маша, - улыбнулась Василиса, - красиво звучит. Вскоре все узнали, что баба Маша теперь живёт у Василисы, и Романихой её больше никто не звал. --- Автор: Ирина Ашланская. Пишите свое мнение об этом рассказе в комментариях ❄ И ожидайте новый рассказ совсем скоро ⛄

на счет мобильного поступает 1200 рублей и через 5минут следом ммс с фотографией заднего крыла и с сообщением. " Зашпаклевал, покрасил. Хватило. Вот сдача-спасибо" Я ответил "да не за что", а потом весь день ходил с улыбкой как дурачок:) Если история пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно

«Беременная», – эхом повторил про себя Алексей. Улыбка сошла с его лица. Он со страхом смотрел на Катю, словно это была уже не она, а кто-то другой. Улыбка Кати тоже медленно погасла, как люстра в зрительном зале театра перед началом спектакля. Катя сжала в ладони тест на беременность и так же медленно опустила руку. – Ты не рад? – Голос уже дрожал, но уже еле сдерживаемых слёз. – Кать, мы же договаривались, что подождём с детьми, – придя в себя, зло сказал Алексей. – Ты перестала пить таблетки? – Теперь голос его окреп, звенел негодованием в тишине комнаты. – Я забыла выпить один раз, а потом… – Катя опустилась на диван рядом с Алексеем. Он тут же съехал на край, отодвигаясь от неё, словно боялся заразиться. – О чём ты думала? Почему мне не сказала? Неужели тебе хочется возиться с распашонками и подгузниками, не спать по ночам? Ты сама ещё ребёнок. – Алексей встал, нервно заходил по комнате. – Кать, давай всё обсудим, не будем спешить… – Я не буду делать аборт. Он уже есть. Я знаю, чувствую, что это мальчик. Он будет похож на тебя, – сказала Катя. В глазах её блестели слёзы. Её слова пригвоздили Алексея к полу. Катя смотрела на него с отчаянной решимостью. Слезинки побежали по её щекам. Она всхлипнула. – Кать, послушай. Алексей сел с ней рядом, обнял за плечи, притянул к себе. «Криком тут не поможешь. Нужно действовать осторожно, нежной и лаской уговорить её…» Катя сбросила его руку и вскочила с дивана, словно услышала его мысли. – Я. Не. Буду. Делать. Аборт, – чётко произнесла она, выделяя каждое слово. – Кать, я не сказал ничего такого. Я растерялся. Просто не ожидал. Прости, что так отреагировал. Иди ко мне. – Он поймал её руку, притянул её к себе, усадил на колени. – Глупая ты моя. Как же я люблю тебя, – приговаривал он, успокаивая и поглаживая Катю по плечу. – Не плачь, пожалуйста. Тебе нельзя плакать, это вредно для ребёнка. – Ты, правда, рад? – спросила она, вытирая слёзы со щёк. – Ну конечно, – легко ответил Алексей, а сам думал, что впереди ещё девять месяцев, почти год, и всякое может произойти… Вскоре всё стало по-прежнему. Алексей не замечал никаких изменений в Кате. Он уже стал думать, что произошла ошибка. Тесты ведь тоже могут ошибаться? Он что-то такое слышал. Но через месяц у Кати начался токсикоз. Она побледнела, подурнела, почти ничего не ела. Раньше они почти каждый вечер куда-нибудь ходили: то в кино, то встречались с друзьями, то ужинали в кафе. А теперь Катю не вытащить из дома. Она часто лежала, ссылаясь на плохое самочувствие. Про мясо вообще пришлось забыть, от его запаха её мутило. Алексей скучал. Не привык он проводить всё свободное время дома. – Кать, Борьке в субботу день рождения, – виновато сказал Алексей. – Иди один. Я всё равно не смогу и пяти минут высидеть за столом, – буркнула она, не поворачиваясь от стены. Алексей обрадовался. Он надеялся, что Катя откажется, но не думал, что это будет так легко. На дне рождения он наслаждался свободой, шутил, много пил. Домой пришёл поздно. Катя лежала всё в той же позе, отвернувшись к стене. Потом у неё стал расти живот. Она никак не могла улечься удобно, ворочалась, вздыхала, долго выбирала позу для сна, мешая ему спать. Стала плаксивой и капризной, отказывала Алексею в близости. Он злился, его недовольство росло пропорционально росту её живота. – Когда вы поженитесь, наконец? – спросила как-то мама, когда Алексей заехал навестить её. – Пора бы. Чего ты ждёшь? Я хоть и не в восторге от твоей Кати, но чего уж. Имя сыну придумали? – Андрей. В честь Катиного отца. Мам, какая свадьба с животом? – Можно просто расписаться. Я предупреждала тебя… – Вот только не надо мне мозг выносить! Надоело, нигде покоя нет. По дороге домой Алексей зашёл в бар, выпил. Казалось, он только заснул, как Катя начала тормошит его, звать. – Лёш. Лёша! Да проснись же ты. – Что? – сонно спросил он, не открывая глаз. – Мне плохо. Живот тянет и поясницу ломит, – пожаловалась она. Алексей, наконец, разлепил веки и увидел встревоженное Катино лицо. – «Скорую?» – Он сел на кровати, поднял с пола скомканные джинсы, пытаясь достать из кармана телефон. – Я уже звонила. Занято всё время, – поморщившись от приступа боли, сказала Катя. – Так, понятно. – Алексей, наконец, достал телефон, но он оказался разряженным. Схватил лежащий на тумбочке Катин. – Я вызову такси, а ты одевайся пока. Когда Алексей вышел в прихожую, Катя сидела на пуфике в накинутом поверх ночной рубашки плаще. У её ног стояла объёмная сумка. – Документы взяла? Пошли. Они медленно спускались вниз, то и дело останавливаясь. Такси уже стояло у подъезда. – Гони, шеф, в роддом, – скомандовал Алексей, усаживаясь вслед за Катей на заднее сиденье. Катя тяжело дышала, придерживая руками живот. В тесном салоне такси он казался огромным. Она постанывала, прикусив зубами губы. – Потерпи, уже немного осталось, – приговаривал Алексей, пытаясь не показывать своего страха. Наконец, такси остановилось у приёмного отделения. Алексей практически тащил Катю на себе, обхватив её рукой, как санитар раненого на поле боя. – Есть тут кто-нибудь? Помогите! – забарабанил он кулаком в стекло пластиковой двери. – Чего кричишь? – За стеклом показалось заспанное лицо акушерки. Щёлкнул замок. – Входи, милая, – сказала она, впуская Катю и беря у Алексея сумку. – А ты, папаша, иди домой. Вон там номер телефона написан, звони, – и она захлопнула перед его носом дверь. Алексей через стекло видел, как акушерка уводила сгорбленную Катю, державшую свой живот. – Кать!- позвал он, но она не оглянулась. Через четыре часа Катя родила мальчика. Алексей, оглушенный новостью, поехал к матери. – Поздравляю. Ну что, папа, поедем покупать всё необходимое для сына? Потом отпразднуешь, – скомандовала она. Они скупили половину магазина, еле дотащив покупки до такси. Вечером Алексей сидел с друзьями в кафе. Отмечали шумно, пили много. Друзья наперебой делились опытом преодоления трудностей первых месяцев появления в семье младенца. – А что это мы тут празднуем? – раздался за спиной Алексея знакомый голос. На его плечи легли мягкие ладони. – Привет, красавчик, – сказала девушка, склонив голову к его плечу. Пушистые волосы защекотали щёку Алексея. – Наташа? – удивился и обрадовался он. – Эй, поосторожнее, красавица. У него сын родился. Три четыреста! Богатырь. Садись с нами. – Один из друзей протянул Наташе фужер с шампанским. Больше Алексей ничего не помнил. Он открыл глаза, приподнялся с подушки, пытаясь понять, где находится. Комната тут же качнулась, в голове зашумело, и он снова опустился на подушку, закрыл глаза. – Эй, папаша, вставай. – Алексей открыл глаза и увидел рядом с кроватью Наташу. – Я у тебя? А как? – На машине привезла. А надо было к тебе домой ехать? Ну, знаешь, не очень-то хотелось видеть твоё семейное гнёздышко. – А почему я голый? – хрипло спросил Алексей, облизывая пересохшие губы. – Не бойся. Ты остался верен своей Кате, – усмехнулась Наташа. – А раздела зачем? – Вообще-то люди спят без одежды. Я соскучилась, рассчитывала на благодарность. – Она присела на край кровати, наклонилась, потянулась к Алексею губами. Волосы защекотали его обнажённую грудь. Алексей увернулся от её губ, сел. Комната снова закачалась. – Позавтракаешь или так уйдёшь? – хмыкнув, спросила Наташа. Алексей поднял валявшиеся на полу джинсы и начал натягивать их на себя. – Я буду ждать, – сказала Наташа, запирая за ним дверь. Через три дня Алексей с букетом, тёщей и матерью приехал в роддом за Катей. – Бери, папаша, сына, – сказала акушерка, вкладывая ему в руки объемный свёрток. Он ожидал увидеть милое пухлое личико младенца, какие рисуют на плакатах, но увидел лишь маленькое красное и сморщенное в глубине белых кружев. И ничего не почувствовал, кроме удивления и неприязни. До дома доехали спокойно, но как только положили свёрток на кровать, как внутри запищало, замяукало, словно включили заводную игрушку. Три женщины засуетились вокруг корчившегося в одеяле младенца. Алексей почувствовал себя лишним и ненужным. Ночь они с Катей не спали. Измотанная Катя укачивала на руках сына. Но как только она клала его в кроватку, он снова начинал кричать. – Сделай что-нибудь, мне на работу утром, – взмолился Алексей. Так продолжалось каждую ночь. Алексей не мог понять, как из такого крохотного тельца рождаются такие громкие звуки. Он работал, засыпая на ходу, мечтая лишь о том, чтобы выспаться. Катя похудела и больше напоминала призрак, чем счастливую мать. Наступила осень. Разноцветные деревья радовали глаз. Алексей вышел из офиса, вдохнул запах прелых листьев. Домой идти не хотелось. Рядом просигналила и остановилась машина. Стекло опустилось, и Алексей увидел свою бывшую девушку Наташу. – Садись, – скомандовала она. – Выглядишь не очень. Достала счастливая семейная жизнь? – Не спим, – кивнул Алексей. – Так поедем ко мне, выспишься. Обещаю, приставать не буду, – Наташа звонко рассмеялась. Утром Алексей впервые за последние дни проснулся бодрым и отдохнувшим. Наташа уже приготовила завтрак. – Спасибо, Кать, – сказал он, проглотив с жадностью бутерброды с кофе. – На здоровье, только я Наташа. – А я как тебя назвал? – искренне удивилась Алексей. – Спасибо, я побежал, – он чмокнул бывшую девушку в щёку. – Захочешь выспаться, приходи, – крикнула ему в спину Наташа. Через несколько дней Алесей снова стоял у её двери. – Я знала, что ты приедешь. Ждала. – Прямо в прихожей Наташа нетерпеливо начала его раздевать… Алексей проснулся среди ночи от непривычной тишины. Рядом ровно дышала Наташа. Он повернулся на другой бок и снова уснул. – Я поживу у тебя? – спросил он утром. – Да живи, – ответила Наташа, улыбнувшись. По дороге на работу Алексей думал, как сказать Кате, что не вернётся домой. Он не хотел всего этого. Им было хорошо вдвоём. Это она захотела ребёнка. Он наговорил на телефон, что устал, не может и не хочет так больше жить, и без сожаления отправил Кате аудиосообщение. Однажды они с Наташей по дороге домой застряли в пробке. Светило Солнце, деревья покрылись зелёной дымкой проклюнувшихся молодых листьев. Неподалёку, на детской площадке мужчина подкидывал вверх малыша. Тот заливисто смеялся. Рядом с ними стояла молодая женщина и улыбалась. Она чем-то напомнила Катю. Алексей вдруг вспомнил, как впервые увидел её, как они жили вместе, как она сказала, что ждёт ребёнка и улыбалась счастливо, а потом… Его сын, наверное, тоже подрос, может, пытается ходить, а он всё пропустил. Вдруг его тоже кто-то вот так подкидывает? – Наташ, а почему ты не хочешь детей? – спросил Алексей. В машине повисло напряжённое молчание. – Почему не хочу? Хочу, только не будет у меня детей, – нарушила молчание Наташа. – Ещё в школе сделала неудачный аборт. А говорю так, потому что именно это хотят слышать мужчины. Ты тоже всегда говорил, что не хочешь детей. А потом я увидела вас на улице. Твоя Катя уже с большим животом была. Мне стало так обидно… – Наташа ударила ладонями по рулю. – Захотелось убить тебя. Ты не виноват, и всё же… Почему она, а не я? Почему ты выбрал её? Я после тебя ни с кем не могла встречаться. Хочешь, приду к ней и расскажу про нас? Хочешь, отдам тебе свою машину? – жарко заговорила Наташа, повернувшись к Алексею. – Наташ, не надо. – Вы, мужчины, все эгоисты. А мы, дурёхи влюблённые, подстраиваемся под вас, делаем всё, что вы хотите, а вы всё равно бросаете нас. Твоя Катя молодец, не уступила тебе. Ты ведь хотел заставить её сделать аборт, верно? Да ладно. Знаю, что ты всё ещё любишь её. Понимала, что рано или поздно ты вернёшься к ней. Уходи. Прямо сейчас уходи, – Наташа всхлипнула. – Наташ… – Не рви мне душу. Уйди, прошу тебя! – крикнула она и отвернулась. – Прости. – Алексей вышел, захлопнул за собой дверцу. Поток машин, словно только и ждал этого, тронулся с места, и красная «Ауди» Наташи исчезла из виду. Алексей сначала шёл, потом побежал. Ему казалось, что он не успеет. Пробегая мимо цветочного киоска, увидел в витрине белого медведя и купил его. Перешагивая через две ступени, поднялся на третий этаж. Опустил руку в карман за ключом, но так и не вытащил его. Нажал на кнопку звонка, запоздало сообразив, что может разбудить сына. Щёлкнул замок, дверь открылась, и Алексей увидел Катю. Она изменилась, похорошела, поправилась. Заколола волосы в пышный небрежный пучок на макушке, что очень ей шло. – Можно? – спросил Алексей. Катя не ответила, просто ушла с сыном в комнату. Алексей бросил взгляд на вешалку. На ней висело только Катино пальто. Под вешалкой не было мужских тапок. Алексей разделся и прошёл в комнату. Катя сидела на полу с сыном и строила башню из кубиков. Малыш махал ручкой, кубики рассыпались по полу, а он радостно смеялся. Андрейка увидел медведя и потянулся к нему. – Это тебе. – Алексей сел на пол, протянул сыну медведя. Он не сводил с Кати глаз. Как он мог столько времени жить без неё? Если она его выгонит, он не вынесет. – Кать, прости меня. Я не могу без вас. Катя встала и подошла к окну. Андрейка не удержал равновесия и завалился на бок. Алексей подхватил сына на руки и сделал то, о чём мечтал в течение последнего часа. Он подкинул сына вверх, на долю секунды разжав руки. Андрейка заливисто засмеялся. Во рту белели два маленьких зуба, похожих на кусочки тающего сахара. – Осторожно! – воскликнула Катя. – Не бойся. Я очень любил, когда меня вот так подбрасывал отец. Это едва ли не единственное, что я помню о нём. – Алексей снова подкинул сына вверх, потом прижал к себе и поцеловал. – Ты выйдешь за меня? Я обещаю, что никогда не оставлю вас. Никогда. Катя смотрела то на Андрейку, то на Алексея. В её глазах поблескивали слёзы… «Это слабое искупление. Я знаю, ты не понял бы этих вещей, если бы я тебе сказал всё это, когда ты проснёшься. Но завтра я буду настоящим отцом! Я буду дружить с тобой, страдать, когда ты страдаешь, и смеяться, когда ты смеешься. Я прикушу свой язык, когда с него будет готово сорваться раздражённое слово. Я постоянно буду повторять как заклинание: «Он ведь только мальчик, маленький мальчик!» У. Ливингстон Ларнед «Раскаяние отца» автор: Живые страницы Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

Василий попытался сплавить безухого нашей соседке, но тётя Шура и собака Матрёшка рассмеялись ему в лицо. Два дня кот только пил и спал, на третий унёс со стола бутерброд с колбасой и сожрал его, чавкая, у печи. Булку тоже съел. Разве что чай не успел выпить. Василий, осерчав, выставил наглеца на крыльцо, но вскоре раскаялся и пошёл звать его домой. Кота не было. В саду не было, за баней не было, к соседям не приходил. Вася вернулся домой и обнаружил, что кот безмятежно дрыхнет на кровати. Назвали его Рыло. В первые две недели Рыло ел всё. Он ел белый хлеб и хлеб ржаной, пастилу из яблок и клюкву в сахаре, соленые огурцы и вареную картошку. Он сожрал месячный запас сухарей. Василий, уходя, стал запирать его в комнате, где не было никакой еды, однако вскоре выяснилось, что для кота и для Василия понятие "никакой еды" имеет разный смысл. Рыло добыл связку сушеных грибов и утащил газеты, предназначенные для растопки. Когда хозяин вернулся, кот лежал, опутанный нитками из-под боровиков, словно жирная мохнатая русалка в сетях рыбака, и жевал "Ленинскую смену". Так продолжалось три недели. К концу месяца Василий плюнул, отыскал рюкзак, посмотрел расписание автобусов и поехал в райцентр. Там он закупил мороженой рыбы и куриных потрохов, а для себя – карамель "Гусиные лапки". Вечером перед котом был торжественно поставлен минтай. Рыло поднял брови. На его безухой роже потомственного каторжника отразилось вежливое недоумение. Василий подождал час, подождал два, затем, нечеловечески ругаясь, нарезал коту печёнки. Кот понюхал свой ужин, отложил салфетку, сухо поклонился и ушёл. Чуть позже Вася заметил, как он грызёт в углу карамель. – Вы его не выгнали, Василий? – спросил мой папа, выслушав этот драматичный рассказ. – Не, – флегматично сказал Вася. – Где ещё такого дурня найду! Мораль этой истории проста. Уж если пришёл босиком по снегу в рай, отморозив в дороге уши и хвост, будь мужиком, держись за свою идентичность. Жри карамельки! Автор: Елена Михалкова.

Нарасло много моркови? Вот вам мopковь по-корейски в банках. Простой, вкусный и проверенный рецепт! Ингрeдиенты: - 3 кг мopкови - 0,5 кг лукa, мелко порезать - 2 ст. л. соли - 200 гр. сахара - 100 гр. растительного масла - 100 мл 9% уксуса - 1 пачка приправы для моркови по - корейски (я использую 2 ст.л. молотого кориандра и черный молотый перец - 1 ч.л.) - 2 головки чеснока (пропустить через пресс) Приготовление. Морковь натереть на специальной терке. Добавить лук, чеснок, соль, сахар, специи, растительное масло и уксус. Все хорошенько перемешать и оставить на ночь. Утром разложить морковь плотно по банкам вместе с образовавшимся соком. Стерилизовать в кипящей воде поллитровую банку 10 минут. Затем закатать и перевернуть вверх дном. Получается 7 поллитровых баночек.