Мистические и интересные истории

Душа куклы... Максим обнял жену и с любовью поглядел на неё. Потом притянул её к себе и поцеловал. Вера не сопротивлялась. Она была рада, что у них наконец появилось собственное жильё. Она теперь в полной мере сможет почувствовать себя хозяйкой. Не надо было больше отдавать деньги незнакомым людям, оплачивая чужую квартиру. Теперь у неё была своя, где она сможет делать всё что захочет. -Ну и как тебе? — спросил Максим, отстраняясь от жены. Та улыбнулась и кивнула. -Мне здесь нравится. -Я очень рад. Максим снова поцеловал Веру, но та отстранилась и схватив его за руку, повела по квартире. -Вот в этой комнате у нас будет стоять спальня и обязательно в вишнёвых тонах, -говорила она радостно. -А над кроватью, мы повесим огромную картину. Ниже будет бра, чтобы можно почитать перед сном. Напротив поставим телевизор. Они перешли в другую, более большую по размеру комнату. -Здесь будет диван с креслами. Там журнальный столик, а в углу твой компьютер. -Нормально, -наигранно возмутился Максим. -Меня значит в угол, как нашкодившего пацана? — Будешь плохо себя вести, то я тебя тогда отшлёпаю. -Я согласен, -улыбнулся муж. -Может начнёшь шлёпать прямо сейчас? — Дождись хотя бы вечера. Но Максим не хотел ждать сумерек. Он обнял жену и прижал её к себе. Та не сопротивлялась. Но идиллию нарушил звонок в дверь, который раздался неожиданно. Макс чертыхнулся и направился в коридор. -Это наверное привезли вещи. Так и оказалось. На пороге стояли грузчики, которым Максим дал команду заносить их вещи. Время потекло стремительно и они не успели оглянуться, как наступил вечер. Максим было предложил ночевать в квартире, но Вера отказалась. -Давай завтра сначала соберем мебель, а потом уже будем ночевать. Мне честно говоря, не слишком хочется спать на полу. -А я думал, что ты сгораешь от нетерпения, -удивился он. -Так и есть, -заверила Вера. -Но я хочу спать в нормальных условиях, а не как бомж. Мы сегодня ещё переночуем на квартире, а уже завтра здесь. Максиму ничего не осталось, как согласится с супругой. Он принялся надевать куртку, но его взгляд вдруг упал на зеркало, которое было размером в человеческий рост. Оно досталось им от прежних хозяев. -Что будем делать с ним? Вера подошла и поглядела на своё отражение. Поправила причёску и улыбнулась сама себе. -Да ничего пока. Потом его можно снять, когда станем обставлять эту комнату. -И что ты здесь планируешь? — поинтересовался он. Вера взглянула на мужа и её глаза засветились надеждой. -Я хочу здесь сделать детскую для нашего будущего ребёнка. Она взяла руки Максима и положила их к себе на слегка округлый животик. Ещё шесть месяцев и их станет трое. (Трое!), -повторил мысленно Максим. Он до конца не верил, что вскоре у него будет сын, или дочь. Возможно это будет ощущаться, когда ребёнок родится, но не сейчас. Пока не было никаких отцовских чувств. -Ладно. Пойдём, а то уже поздно, -сказала Вера и покинула квартиру. Максим кивнул и направился вслед за женой. * * * На следующий день, прямо с утра, Максим и Вера отправились на свою новую квартиру. Они даже не поехали в офис, так им хотелось побыстрее закончить с переездом. Благо, что никаких проблем из за работы не возникало. Максим руководил собственной фирмой, а супруга работала там в качестве бухгалтера. Сначала они ели сводили концы с концами, но через год, дела вдруг поползли в гору и они смогли накопить деньги на хорошую трёхкомнатную квартиру, пускай и не в новом доме. Но у других и этого не было. Не каждая молодая семья в России, могла позволить купить себе жильё. Они вошли в квартиру и сразу принялись за работу. Вера отправилась разбирать вещи, а Максим стал собирать мебель. На помощь пришли и друзья, которые приехали позже. Общими усилиями, им удалось более менее сделать почти всё, если не считая различных мелочей. -Вот и всё, -проговорил Максим, открывая бутылку с шампанским и разливая по бокалам. -Сегодняшнюю ночь, мы будем ночевать здесь. Он чокнулся с женой и друзьями и они выпили. Потом товарищи заспешили по домам, так как час уже был поздний. Максим проводил их, а потом вернулся обратно в комнату. Там Вера стелила постель. -Тогда я пока в душ, -сказал Максим. Супруга кивнула, перебивая подушки. -Давай, а потом я. Максим нажал на кнопку и свет потух. Комната погрузилась в темноту. Только слабый свет уличных фонарей проникал в квартиру, разгоняя тени по углам. Да ещё луна время от времени заглядывала в окна, когда её не закрывали тяжёлые дождевые тучи. -Ну и как ощущения? — поинтересовался Максим. Вера пожала плечами и повернулась к мужу. -Трудно сказать. Необычно. -И всё? — удивился он на эти слова. -Я честно говоря, ожидал гораздо больше эмоций. -Ты знаешь Максим, я слегка устала за сегодня. Глаза так и закрываются. -Да, я понимаю. Он погладил супругу по плечу, а потом откинулся на подушке. Долго лежал и смотрел в белый потолок. Слышал как жена уснула и её дыхание стало спокойным. Максиму всегда было трудно засыпать на новом месте, но теперь эта квартира будет его постоянным домом и он должен привыкнуть. Хотя и не легко. Сон отказывался приходить к нему. Он уже считал, но ничего не помогало. Тогда запрокинув руки за голову, просто стал смотреть в окно, на проплывающие тучи. И не заметил как погрузился в сон. Он открыл глаза и прислушался. Максим так и не понял, что его заставило проснутся. Какое-то время просто таращился в пустоту, но через несколько мгновений понял. Это был звук, который исходил непонятно откуда. Максим слегка приподнялся на локтях и попытался определить источник шума. (Стоны? — подумал он. -Но откуда они идут?) Максим улёгся обратно, но звуки мешали ему спать. Тогда он поднялся и с осторожностью покинул спальню. Ему не хотелось разбудить Веру. Она и так устала и ей в её нынешнем положение, надо как можно больше отдыхать. (Да где же стонут?), -с раздражением, подумал он. Максим зашёл на кухню и огляделся. Потом подошёл к окну и выглянул. Двор был пуст, но звуки доносились не с улицы. Это было гораздо ближе. Он развернулся и стал ходить из комнаты в комнату, не включая свет. Зашёл в будущую детскую и остановился на пороге. Прислушался. Звук стал гораздо громче, но всё также был неясен. Казалось, что стонут из за стены. (Точно, -пронеслась у него в голове мысль. -Наверное это у соседей за стеною) Он перестал даже дышать, пытаясь утвердится в своём предположение, но в этот момент стоны затихли. Максим ещё постоял, ожидая, что услышит их снова, но ничего не было. Тогда пожав плечами, он развернулся и направился обратно в спальню. Утром Вера осталась дома, а Максим решил поехать в офис. Там надо было сделать кое-какие дела. Он и думать забыл о тех самых ночных стонах, которые его разбудили. Дела на фирме, полностью завладели им с головою. Там он пробыл почти до вечера. Вернулся же Максим около семи. К его приходу, Вера успела много сделать по дому. По мимо отличного ужина, она разгребла их вещи и раскладывала по шкафам и комодам. Теперь в квартире царил почти идеальный порядок. -Зачем ты? — спросил он с лёгкой укоризной в голосе. -Я бы приехал и сделал бы всё что нужно. Тебе слишком нельзя напрягаться. -Да ладно, -отмахнулась она. -Мне не сложно. Да и это для меня удовольствие. После ужина, они направились в спальню. Там Максим не дал Вере заскучать. Он выключил свет и придвинулся к ней, ложа ладонь на грудь. Потом их тела соединились, а губы соприкоснулись в сладком поцелуи. Он стянул с Веры ночнушку, оставив беззащитной перед собою. Какое-то время водил ладонью по обнажённому телу, останавливаясь на бёдрах, поднимаясь выше и снова задерживаясь, но уже на округлом животике и грудях. Вера прижалась к нему в нетерпение и он не стал заставлять её долго ждать. Максим проснулся как и прошлой ночью. Бросил косой взгляд на часы. На них было начало второго. Прислушался и уже через секунду услышал знакомый стон. Он чертыхнулся и повернулся на другой бок. (Да что они там делают), -со злостью, подумал он. Он лежал и слушал стоны. Даже определил, что они принадлежат ребёнку и скорее всего девочки. Когда на часах было почти два, то стоны вдруг в миг оборвались и больше в эту ночь не беспокоили его. -Ты не слышала, как ночью стонали? — поинтересовался у Веры Максим, когда они сидели утром на кухне и пили кофе. -Я только слышала наши стоны, -ответила она и улыбнулась. На лице мужа, тоже появилась улыбка. Он во всех подробностях помнил, что происходило вчера в их спальне перед сном. И ему чёрт возьми это нравилось. Он бы с огромным удовольствием делал бы такое каждый вечер. -Я говорю о других стонах, -произнёс он, делая глоток обжигающей жидкости. -Вторую ночь подряд слышу, как за стенкой стонет какой-то ребёнок. -Ну может ребёнок болеет? — предположила Вера. Максим пожал плечами. Всё могло быть на самом деле и не исключалось такое. Возможно действительно ребёнок болел чем либо и поэтому стонал, а может быть и нечто другое. -Ты сегодня едешь на работу? — поинтересовалась Вера, решив сменить тему. Максим отрицательно затряс головой. -Нет. Решил взять выходной. Да и сегодня пятница, там справятся и без меня. А почему ты спрашиваешь? — Хотела предложить отправится по магазинам, в поисках мебели для детской. Хочу выбрать кроватку и купить некоторые вещи. -Твоя мама говорит, что покупать до рождения ребёнка, это плохая примета. -Глупости, -отмахнулась супруга. -Ты же знаешь, я не верю в приметы. -Вера и не верит? — поддразнил её он. До обеда они ездили по городу и выбирали мебель для детской. Когда возвращались домой, Максим чувствовал, что ноги у него гудят от напряжения. Он не представлял, как женщины могут целыми днями ходить по магазинам и не чувствовать усталости. Он себя честно сказать, ощущал развалиной. Но не смотря на это, Вера так и не выбрала кроватку и пообещала, что завтра их ждёт новый поход по другим магазинам. Максим тихо охнул, но ничего не сказал. Он был готов терпеть ради любимой супруги, дабы та была довольна. -Максим, -позвала Вера. -Вынеси пожалуйста мусор, а я пока займусь обедом. Максим оторвался от просмотра новостей по телевизору и взял ведро. Надев кроссовки, вышел во двор и направился к бакам. С отвращением увидел, что в мусоре копошатся несколько крыс, которые не бросились бежать, даже когда он приблизился. Они просто оскалили свои жёлтые зубы и уставились внимательным взглядом на приближение человека. -А ну пошли вон! — шикнул он на них. Крысы даже не пошевелились, всё также глядя глазами бусинками на него. Тогда Максим поднял камень и швырнул в бак. Тот с грохотом ударился о стену и только тогда зверьки бросились бежать. -Развелось вас тут, -недовольно буркнул он, выбрасывая мусор. Максим уже подходил к подъезду, когда дверь открылась и появилась полная женщина с добрым лицом. Она держала на руках маленькую кошечку, которую по-видимому вышла выгуливать. Максим поздоровался и хотел уже пройти мимо, но женщина его окликнула и поинтересовалась. -Это вы новый жилец из сороковой? Максиму ничего не оставалось как кивнуть и после этого на него посыпались расспросы. Он стойко отвечал на них, но даже не смотря на болтливость женщины, она ему нравилась. В ней чувствовалась доброта. У некоторых людей, такое написано на лице. Они наверное распространяли вокруг себя хорошую энергию, что народ к таким людям тянулся. В конце концов болтливость соседки по площадке иссякла и Максим уже хотел войти в подъезд, но тут вспомнил о ночных стонах. Он решил поинтересоваться у неё о соседях, через стенку и о их ребёнке. -Скажите Марья Ивановна, -начал Максим и поставил ведро около ног. -Я уже вторую ночь подряд слышу детские стоны, которые звучат по ночам. И вот, хотел узнать у вас о соседях, что живут через стенку во втором подъезде. Жена предположила, что там девочка возможно больная чем либо и поэтому стонет. Марья Ивановна как-то странно взглянула на Максима и её губы слегка приоткрылись. -Стоны говоришь? — переспросила она задумчиво. Максим утвердительно кивнул, глядя как пухлая рука гладит головку кошечки. -У соседей, что живут через стенку, нет детей. Там живут двое пожилых людей. Правда иногда к ним приезжают внуки, но сейчас я точно знаю, что они в другом городе. -Да? Но тогда, что это может быть? Марья Ивановна оглянулась по сторонам, как заговорщик, а потом слегка наклонила голову, а её глаза расширились. -Я так понимаю, что прежние хозяева при продаже квартиры тебе ничего не сказали? — Не сказали что? — А ну да, -вспомнила соседка. -Они же сидят, а продавал вам Бориса брат. -Так что нам должны были сказать при продаже? — Напомнил Максим. -Дело в том, что около года назад, там произошла страшная, просто чудовищная история. У Прохоровых, что жили до вас, была маленькая дочка. Ей было вроде как лет семь, может восемь. Сама эта семья была из пьющих. Борис заливал глаза с самого утра, а потом к нему присоединилась и Ольга. К вечеру, они уже с трудом держались на ногах. У них постоянно происходили ссоры, драки между собутыльниками. -А куда же смотрел участковый? — поинтересовался Максим. Он отлично знал такие ситуации. У него в детстве был друг у которого в семье происходило нечто подобное. Родители жили в нищете, продавая всё ради выпивки. В конце концов отец друга умер и мать его завязала и смогла взять себя в руки. -Да какой там участковый, -махнула она рукой. -Приходил несколько раз к ним, а потом плюнул и перестал обращать внимание на жалобы. Это потом уже его уволили со службы и там ещё что-то. Но я толком не знаю. Марья Ивановна перевела дыхание и снова огляделась по сторонам. На площадке бегало несколько мальчишек, а возле третьего подъезда, мужчина мыл свой автомобиль. Дальше молодая мамаша прогуливалась с коляской, а на лавке в последнем подъезде сидело трое старушек. -Я не знаю, что там произошло во всех подробностях, но в конце концов, выяснилось, что они уморили голодом свою дочку. Она пробыла в комнате с неделю без еды и воды и умерла. Потом ещё тело пролежало несколько дней, пока запах не стал распространятся аж на площадку. Их конечно арестовали, а тело девочки похоронили. Благо, что приехал Олег, родной брат Борьки. Потом их судили и посадили, но девочки то, от этого не легче. Загубили бедняжку. И главное, что никто даже не догадывался об этом. Максим был в шоке. Он не ожидал, что в их квартире раньше умерла девочка и такой ещё страшной смертью. Для себя решил, что ничего не станет говорить Вере. Мало ли как она воспримет эту новость. Но в конце концов всё равно узнает, но это будет позже. -И вот, -продолжала свой рассказ соседка. -Олег после того как посадили Прохоровых, заселился сюда со своей семьёй. Он был парнем довольно весёлым, а я смотрю, что он ходит какой-то хмурой. Спрашиваю его. Ну он мне и рассказал, что по ночам слышит какие-то стоны и вроде бы они похожи на детские. Он как и ты думал, что за стеной больной ребёнок. Но потом при следующих встречах, стал утверждать, что это Танечка. Так звали умершую девочку. В конце концов Олежка не выдержал и решил продать квартиру. Я честно говоря ему особо не верила, но после того как ты рассказал, уже и не знаю, что и думать. * * * Максим вернулся домой в задумчивости и также молча ел обед. Вера несколько раз спросила в чём дело, но он отшутился, не решаясь рассказать, что здесь произошло. Вера носила в себе их ребёнка и не надо было знать о той трагедии, которая развернулась в стенах этой квартиры. После обеда супруга уселась за просмотр сериалов, а Максим за компьютер. Он подключился к интернету и стал делать кое какие дела фирмы. Так время пролетело до вечера и пришло время укладываться спать. Вера как всегда уснула быстро, а вот Максиму не спалось. Он мысленно возвращался к той истории, которую рассказала ему Марья Ивановна. У него просто в голове не укладывалось, как родители могут наплевательски относиться к собственному ребёнку. И таких вот семей, довольно много и никто ничего не делает для улучшения жизни детей в неблагополучных семьях. На экране показывают одно, но на самом деле ничего не делают. А если ребёнка поместят в детский дом, разве ему там будет лучше? С такими вот мыслями Максим и уснул. На часах было как и вчера, начало второго ночи. Максим отчётливо слышал детские стоны. Теперь он знал, что они исходят из их квартиры, а не из соседней, как думал раньше. На этот раз вставать было страшно. Неведомое пугало похлеще чем всякие зомби и вампиры из фильмов. Но он всё же пересилил себя и откинул в сторону одеяло. Бросил быстрый взгляд на Веру и замер. Жены рядом не было. Её половина пустовала. (Может отправилась в туалет, -подумалось ему. -Но тогда она обязательно должна была услышать эти стоны) Максим спешно покинул спальню и прошёл через коридор. В туалете и ванной свет не горел. Как впрочем и на кухне. Поглядел по привычке за окно, за которым шёл мелкий дождь. Максим развернулся и направился в гостиную. Там никого не было. Оставалась только одна комната. Их детская и та, где от голода умерла девочка. (Вера не могла покинуть квартиру в такой час, а значит она только там. Если бы что-то случилось, она бы обязательно разбудила меня) Дверь в детскую была закрыта и Максим положил ладонь на ручку. Потом через мгновение нажал и та с тихим щелчком отварилась. На середине комнаты увидел жену, которая стояла в ночной рубашке и смотрела в зеркало. Её черты лица были неподвижны. Казалось, что стоит не живой человек, а просто статуя. -Вера, -тихо позвал он жену. Та даже не повернулась в его сторону, продолжая смотреть не мигающим взглядом на поверхность зеркало, где видела своё отражение. Только грудь слабо вздымалась из под ночнушки. (Господи, что это?), -подумал он, когда взглянул в зеркало, дабы увидеть отражение жены. Веры не было, а была скудно обставленная детская комната, где на полу лежал очень худой ребёнок с грязными волосами, исхудавшим лицом и горящими глазами. Именно по глазам Максим понял, что ребёнок жив. В них ещё теплилась некая жилка, по которой можно было определить. Но она была слишком слаба, подобно паутинке, который любой порыв ветра может порвать. -Она похожа на куклу, -вдруг тихо проговорила Вера. -Знаешь, те, что с фарфоровым лицом. У меня такие были в детстве. Я очень любила с ними играть, но мама не разрешала, говоря, что я могу их разбить. Максим не стал спрашивать, что супруга делает глубокой ночью в комнате. Сейчас было не время. Может быть потом, но не сейчас. Он не мог оторвать взгляда от изображения, которое показывало зеркало. Оно казалось до боли реальным и казалось, что стоит протянуть руку и сможешь дотронутся до девочки. А тем временем ребёнок перестал издавать слабые стоны и взглянул прямо на Максима. В глазах застыла боль и ещё мольба о помощи. (Она меня видет?), -пронеслось у него в голове. Максим медленно приблизился к поверхности зеркало и уставился через него на комнату, в которой без сил, лежал ребёнок. -Ей надо помочь, -жалобно попросила Вера. -Если не мы, то она умрёт. Максим не стал говорить, что Таня итак уже умерла с год назад, а это какая-то иллюзия, которую проецировало зеркало. Да и время сейчас было рассказывать историю девочки, которая долгое время умирала голодной смертью. Максим вытянул перед собою руку и отметил, что она дрожит. И это не удивительно при таких обстоятельствах. А ещё он осознал, что больше не испытывает страха, который жил в нём раньше. Он вдруг понял, что девочка не причинит ему и Вере никакого вреда. Она просто взглядом просила о помощи и только. (Но чем мы можем ей помочь?) Он протянул руку дальше и коснулся зеркало. Ожидал почувствовать твёрдую поверхность, но пальцы прошли дальше, а от прикосновения пошли круги в разные стороны, как по воде. Максим обернулся к жене, но та даже не смотрела на него. Её взгляд был всё также прикован к исхудавшему телу девочки. Из глаз по щекам текли слёзы. Тогда Максим просунул руку дальше, а потом и остальное тело. Через мгновение он уже находился по другую сторону. (Это не вероятно!) Максим обернулся и увидел Веру. Её глаза расширились от изумления. Она сделала быстрый шаг, но вдруг замерла, глядя на мужа с мольбою. Губы что-то шептали, но слов было не разобрать. Максим повернулся к лежавшей девочки. В комнате царил полумрак, а по углам шевелились тёмные тени. Они что-то злобно бормотали, но пока не приближались. -Не бойся их, -выдохнула Таня. -Они могут истязать только мёртвых, а живых боятся. Тени не причинят тебе никакого вреда. Максим не решительно шагнул и взял девочку на руки. -Что мне делать? — спросил он. -Просто вынеси меня на ту сторону. Он утвердительно кивнул. Вес ребёнка казался смешным. Он с лёгкостью держал её и даже не напрягаясь. Приглядевшись, увидел на лице маленькую родинку. -Как ты здесь оказалась? Девочка выдохнула, собираясь с силами. -Когда я умерла, -начала она. -То перепутала выходы. За место тоннеля, ушла в зеркало. Они друг с другом очень похожи. Никто не накинул занавес на зеркало, чтобы не путать. Порою иногда такое происходит и тогда души некоторых, обитают в зеркалах. И вот, я тоже здесь оказалась по ошибки и только по тому, что никто не закрыл зеркало, дабы я смогла спокойно уйти. (Да. Она действительно похожа на куклу. Вера права), -подумал он. Максим держа ребёнка на руках, перешагнул и снова очутился по другую сторону, в реальном мире. Оглянулся и увидел метнувшиеся тени из углов, которые злобно шипели. Им больше некого истязать. Душа смогла выбраться из их цепких лап. Максим перевёл взгляд на Таню и увидел, как она смотрит под потолок. На её лице появилась радостная улыбка. Казалось, что боль полностью исчезла, оставшись в зеркале. -Дом, -прошептала она. -Меня там ждут. Девочка вдруг стала таять и исчезать буквально на глазах. Она превратилась в золотистый дымок, который выпорхнул из его рук. Золотистый вихрь покружил, а потом вдруг окутал Веру. Жена засветилась ярким сиянием. Это продолжалось всего лишь мгновение, а потом золотистый свет померк и вышел из неё. То что раньше было ребёнком, сейчас вспорхнуло под потолок и исчезло. -Вот и всё, -сказал Максим и обнял жену. Вера уткнулась ему в плечо и крепко обняла. -Мы обязательно будем хорошими родителями, -проговорила она, не поднимая лица. -Да, по другому быть и не может, -ответил он. Он ласково провёл по волосам Веры, а потом поднял взгляд в верх, но там ничего кроме потолка не было. Но только на одно мгновение ему показалось, что он снова увидел золотистый вихрь. Максим улыбнулся и обнял крепче супругу. (Нет. Только показалось)... из интернета

Расческа После школы я твердо решила, что жизнь нужно менять: из родного поселка переехала в город, поступила в институт на заочное обучение, устроилась работать секретарем. Денег на съем отдельной квартиры не хватило, зато для комнаты в общежитии оказалось вполне достаточно. Обилие соседей меня совсем не раздражало, тем более, что почти все они были людьми вполне адекватными. За стенкой жила семья - Варвара (женщина лет сорока), ее престарелая мать и сын-школьник. Варя и ее сынок были добрыми соседями. Если нужна была помощь, я всегда обращалась к ним, и они не отказывали. Бабушку же я совсем не знала. Она серьезно болела и не вставала с постели. Говорят, у нее были сильные боли. Через тонкую стену круглые сутки доносились ее жуткие страдальческие стоны. Особенно страшно было слушать их по ночам... Случай, о котором я расскажу, запомнился мне на всю жизнь. Произошел он как раз ночью. Я проснулась и сразу обратила внимание на необычную тишину. В соседней комнате никто не стонал и это было странно. Неужели несчастной старой женщине удалось спокойно заснуть? В комнате было безумно душно, захотелось открыть окно. Я приподнялась на кровати, окончательно открыла заспанные глаза и уже собралась опустить ноги на пол. Но вдруг обнаружила, что в комнате я не одна. Возле моей кровати у ног стояла молодая девушка. Несмотря на полную темноту в комнате, я видела ее очень хорошо. Простые черты лица, длинная коса, ничем не примечательная одежда какого-то сероватого цвета... - Э-э... а вы кто? - спросила я, безуспешно пытаясь узнать в гостье кого-нибудь из соседей. Девушка молчала. Хочу отметить, что, несмотря на всю нестандартность ситуации, мне в тот момент совсем не было страшно. Молодая особа не походила ни на духа, ни на нечисть. От нее не исходило призрачного света, у нее не горели глаза, шерсти и клыков я также не заметила... И все же - откуда она взялась? Кто вообще ее сюда звал? Нахалка же вместо объяснения протянула ко мне правую руку. В руке я заметила какой-то предмет. Честно сказать, встревожилась немного - мало ли что, но потом узнала в предмете... обыкновенную расческу. - Зачем мне это? Девушка, вы, может, дверью ошиблись? Но молодая женщина явно была настроена решительно. Она сделала широкий шаг к изголовью моей кровати и сунула мне свой «подарочек» почти под самый нос. Разозленная, я уже было хотела взять у нее эту несчастную расческу (лишь бы успокоилась и ушла), но тут в моей голове зазвучало что-то вроде внутреннего голоса, который совершенно четко произнес: «Не бери!». Я отодвинулась назад и прижалась к стенке. И тут мою безмолвную гостью будто подменили. Ее невозмутимое лицо исказилось в злобной гримасе. Она затряслась как припадочная и резким движением бросила расческу на кровать. Здесь мне уже стало не по себе. Чего дальше ждать от этой ненормальной? А вдруг возьмет да покалечит меня! Вскочив на ноги, я кинулась к двери. Она была заперта. Разумеется - ведь я всегда запираю ее перед сном. Как я раньше об этом не подумала? Я развернулась, готовая к нападению. Комната была пуста. Трясущейся рукой я нащупала на стене выключатель и зажгла свет. Да, действительно никого. Я принялась обыскивать постель в поисках злополучной расчески, но ни на кровати, ни под ней ее не оказалось. Но ведь она была, я же видела, как она упала поверх моего одеяла! О дальнейшем спокойном сне, естественно, и думать было нечего. Я сидела со включенным светом, мечтая о скором наступлении утра. Когда оно, наконец, настало, я отперла дверь и побежала к Варваре. Та открыла мне с заплаканными глазами. «Мама сегодня ночью умерла», - сообщила она. В своей комнате я не могла ночевать неделю, пришлось жить у подруги. Но после моего возвращения туда ничего необъяснимого больше не происходило. В том месте я прожила потом чуть больше года, после этого переехала к будущему мужу. Что случилось в ту ночь и было ли это связано со смертью моей больной соседки - до сих пор понятия не имею. А что произошло бы, возьми я у ночной гостьи ее «подарочек» - один Бог знает... из интернета

Кошка живет и после смерти Многие народы не безосновательно считают, что кошка – это единственное на планете живое существо, которое потребляет в пищу отрицательную энергию Земли и может жить параллельно в двух, а то и больше измерениях, играет с домовым, и оберегает наш дом от «непрошенных гостей». Кошки после смерти, чаще всего оказываются призраками и приходят как к своим друзьям, так и врагам. В качестве примера, того, что кошка уберегла от неминуемой гибели свою хозяйку, приведем историю, случившуюся в 1947 году. Окончив медицинский университет, коренная москвичка Галина, получив назначение, уехала жить и работать в город Ашхабад. Жить новоиспеченного врача отправили на окраину города в небольшой глиняный дом, где из всей мебели был стол, стул да кровать. Для того, чтобы скрасить одиночество, женщина подобрала на улице черную, как деготь кошку и стала звать ее Багирой. Галина очень любила кошку, и та отвечала ей взаимностью. В один из дней в дом заползла змея и Багира не раздумывая напала на нее. Змея укусила кошку, но дальше нападать на хозяйку дома не стала и уползла, Багира же от полученной дозы яда умерла. Однажды ночью, по прошествии одного года после случая с Багирой, Галина услышала мяуканье погибшей кошки в непосредственной близости от своего уха, проснувшись и вновь прислушавшись, Галина услышала мяуканье у себя под окном со стороны улицы. Выйдя на улицу и начав звать кошку, хозяйка почувствовала, что земля стала уходить у нее из-под ног и в следующую секунду раздался страшный грохот и ее дом сложился как карточный домик, — это было началом землетрясения, в котором погибло огромное количество людей. Но бывают случаи, когда духи котов ведут себя с точностью до наоборот и становятся убийцами людей. Однажды школьники из Санкт-Петербурга Виктор и Семен, поймали на улице бездомного кота, которого ради шутки сбросили в лестничный проем с 14 этажа многоэтажки, но кот оказался живучим, и мучители добили истекающего кровью кота палкой. Прошло две недели после произошедшего, друзья-живодеры стояли на платформе в ожидании пригородного поезда, как неожиданно в нескольких метрах от них появился убитый парнями кот, который начал приближаться к ребятам, быстро увеличиваясь в размерах, после чего прыгнул в их сторону. Семен, испугавшись отскочил и попал прямо под поезд. Не обижайте кошек, ведь никто не знает до конца, как устроен их мир. из интернета

Родной отец Было, наверно, около двух часов ночи, когда раздался тяжелый и долгий стук в дверь, я хоть и крепко сплю, но всё же услышала его. Пришлось встать, проходя мимо гостиной, я заглянула туда, мама мирно спала с каким-то мужчиной - очередным собутыльником. Эта картина вызывала отвращение во мне, маму я любила, но мне порядком осточертели эти её вечера. Как бы я ни пыталась, она всё равно "липнет" к бутылке. От размышлений меня отвлек снова этот стук, и, ругая ночного гостя про себя, я подошла к двери и немного со злобой в голосе спросила: - Кто там? - Мать дома? - А вам чего надо-то? Вы время видели? - Я за ней пришел. Хватит ей пить уже. - Спит она, как все нормальные люди в это время, - тут я додумалась посмотреть в глазок, видимо из-за сонного состояния плохо соображала, на лестничной площадке стоял солидный мужчина в чёрной куртке и джинсах. - Передайте ей, что завтра зайду за ней. - А зовут-то вас как? - Игорь Николаевич, ладно, Ромашка, иди спать, - и он удалился. Странно, с чего бы ему меня Ромашкой называть? Вдумываться я не стала, так как ужасно хотела уже завалиться на койку и спать. Днём мама проводила собутыльника и села пить чай. Растрёпанная, с красными глазами и мешками под ними... В эти моменты хотелось взять её за плечи и потрясти, чтобы мозги на место встали, ведь ей теперь ничего не нужно, кроме как выпить и поругаться со мной. - Мам, - я присела к ней за стол, - сегодня ночью мужчина приходил, тебя спрашивал. Ты никого ещё не ждала? - Нет, - она даже не посмотрела на меня... Стыдно ей было, когда наконец начинала трезветь и понимать, что катится к чертям её жизнь. - Он обещал сегодня зайти за тобой. Странный он какой-то, этот... Как его... Игорь Николаевич. - Игорь Николаевич, - повторила она чуть еле слышно. Было ясно, что ей совсем нет дел до этого ночного гостя. - Ну да. Представляешь, ещё меня Ромашкой назвал, хотя я давно не маленький ребёнок, - я посмеялась, но мамино выражение лица заставило меня удивиться, её словно током ударило, - Мамуль, ты чего? Она, не допив чай, вышла из кухни, было слышно, как она рыщет в шкафу, вскоре я увидела, что она искала. Это был пыльный и толстенный альбом для фотографий. Положив его на стол, она начала судорожно перебирать страницы и наконец спросила: - Этот? - Да! Точно, у него ж ещё седина на правом виске была! А кто он? Друг или бывший? - Твой отец... - Но... Как? - у меня пошли мурашки. Дело в том, что отца моего убили, когда мне и годика не было. Убили за паршивые три тысячи, телефон и обручальное кольцо. Мои мысли метались в голове как тасманские дьяволы, то и дело сталкиваясь друг с другом. Может, спросонья показалось... Или действительно папа был тогда за дверью. - А... А почему Ромашкой назвал? - прервала я молчание. - Он единственный, кто так называл тебя... Машка-ромашка... Он безумно любил тебя, как и меня, - со слезами она удалилась в гостиную, я решила её пока не тревожить. Папа так и не пришёл, но на следующий день я видела, как мама выносит все бутылки, даже не открытые, перестала приглашать мужчин и наконец взялась за свою жизнь. Я же, узнав где находится могилка отца, съездила к нему. Стало стыдно, что я ни разу не была у него... Положила ему букет ромашек и поцеловала его фотографию на кресте. - Спасибо тебе, пап. Если бы не ты... - я заплакала. Мне тогда показалось, что кто-то словно приобнял, хотя нет, я чувствовала его дыхание... - Пап, я люблю тебя, но твоей Ромашке пора на работу, я буду навещать тебя, обещаю. Я навещала и навещаю могилу отца, как и обещала ему. Мама нашла мужчину, он интеллигентный и вообще хороший мужчина, как раз для семейной жизни. Мама даже говорила, что он чем-то ей напоминает моего отца, а однажды он назвал меня Ромашкой...

Отомстила Эту историю рассказала моей маме соседка тётя Люба. Тёте Любе 62 года, у неё есть муж и двое детей. Младшему 21, он страдает психическим заболеванием (кажется, синдромом Дауна). Когда родители на работе, за сыном присматривает сиделка. Но пару дней назад она не смогла прийти - заболела, и сына впервые за несколько лет оставили дома одного. Вечером, когда родители вернулись с работы, сына дома не было. Обойдя всех соседей, отец отправился на поиски, а тётя Люба осталась дома - ей стало плохо с сердцем. Мама решила посидеть с ней, несмотря на то, что они никогда толком не общались (наши соседи - довольно замкнутые люди со странностями). Тётя Люба несла всякую чепуху про какую-то расплату «за свой поганый язык» и в конце концов поведала маме историю, которая случилась 20 лет назад (как раз перед нашим переездом в этот дом). Раньше в однушке, в которой теперь живём мы, жила пожилая гадалка с сыном, его женой и десятилетней дочкой. Как-то раз сын полез чинить проводку, и его ударило током насмерть. Всё это случилось на глазах у дочки, у неё случился шок. Маленькая Танечка перестала разговаривать, стала пугливой, а когда пугалась - впадала в ступор (могла очень долго стоять неподвижно, глядя в одну точку). Врачи сказали, что только время покажет, сможет ли ребёнок снова заговорить. Вдова не вынесла двойного горя и через месяц удрала с новым ухажером, оставив дочку на попечение бабушки. В то время тётя Люба ждала второго ребёнка. Как она признаётся, тогда характер у неё был не сахар - она часто ругалась с соседями, скандалила с подростками и в целом была постоянно недовольна жизнью, а поздняя беременность усугубила негативные черты характера. Но с бабой Галей они ладили и частенько сообща гоняли курящих подростков из подъезда и ходили друг к другу в гости. До определённого момента. Однажды тётя Люба, будучи на 7-ом месяце беременности, возвращалась из магазина домой и увидела такую картину: на коврике возле её двери сидел чёрный котёнок и лакал молоко из блюдца, а рядом на корточках сидела Танечка и гладила его. Мило, не правда ли? Вот только тётю Любу эта сцена не привела в умиление, поскольку она успела заметить, что этот мерзкий бездомный котёнок нагадил ей на коврик. Любовь к животным не была отличительной чертой характера тёти Любы, поэтому она, недолго думая, потянулась к котёнку с руганью и не самыми добрыми намерениями. Танечка заслонила животное, но она отпихнула её со словами: «Отойди, дебилка, я вам покажу как гадить!», схватила котёнка за шкирку и швырнула в лестничный пролёт. Таня, как обычно, онемела от испуга и осталась бы сидеть у соседских дверей до прихода бабушки, но другая соседка (которая стала свидетелем этой сцены и пыталась сделать замечание разбушевавшейся тёте Любе) увела её к себе. Странно, но баба Галя продолжала дружить с тётей Любой. Может, не узнала о происшедшем? Или простила беременную подругу. Так или иначе, всё было хорошо. Прошёл месяц, и баба Галя в очередной раз позвала соседку на чай вместе с её 19-летней дочерью. Баба Галя была приветлива как никогда, и Люба решила извиниться перед ней за внучку. «Что было - то было, но ничего ты сейчас уже не изменишь,» - очень странно ответила баба Галя. Странным был также вкус чая, тётя Люба поначалу хотела узнать из чего он сварен, но потом как-то неудобно стало, гостьи быстро распрощались с соседкой и ушли домой. В назначенный срок у Любы родился мальчик с отклонениями, хотя беременность протекала хорошо. Не стану описывать эмоции родителей, и так понятно, что им было нелегко принять такую новость. А когда тётя Люба выписалась из роддома, к ней заглянула баба Галя. «Ну что, и твой тоже дебил? Будет вместе с моей дебилкой играть! А потом и доча твоя такого же родит, если вообще родить кого-нибудь сможет!» - ехидно закончила соседка… После ухода бабы Гали у тёти Любы случилась истерика, несколько дней она мечтала подкараулить соседку и выцарапать ей глаза, муж не выпускал её из дома, а потом баба Галя переехала и в её квартире поселились мы. На момент переезда я была совсем маленькой, из рассказа мамы знаю, что баба Галя нагадала мне кучу денег и красавца-мужа и отдала старые игрушки Танечки, но мои родители их выкинули, как и все вещи гадалки. Помню улыбающуюся Танечку, которая всё-таки пришла в себя от шока и снова заговорила (баба Галя рассказывала, что её котёнок умер, взяв болезнь на себя). После случившегося тётя Люба замкнулась в себе. Она уже почти не общается с соседями, всё своё свободное время они с мужем посвящают заботам о сыне. А ещё тётя Люба полюбила животных, у неё живёт большая чёрная кошка, крыса и попугайчик. Кстати, именно с кошками связана единственная странность нашей квартиры. Если в подъезд забегает бездомная кошка, то она обязательно садится возле нашей двери, мяукает, прыгает на ручку двери - просится в квартиру. Бывало, что кошки врывались к нам домой, с диким ором бегая по квартире. Нередко и соседские домашние питомцы (в том числе с других этажей) тоже рвутся к нам или спят у нашей двери на полу, игнорируя соседский коврик. Может, это никак не связано с мистикой, а может наоборот - я не знаю… Сын тёти Любы нашелся быстро - он сидел в чужом дворе, на лавочке, жив и здоров. На следующий день тётя Люба зашла к моей маме и угостила её пирогом в знак благодарности за поддержку. Кстати, её дочь так и не смогла родить ребёнка - врачи поставили диагноз "бесплодие". Она мечтает усыновить малыша, но муж против. А мораль истории такова: будьте осторожны в своих словах и поступках - мало ли кого вы можете обидеть, а расплата может быть очень жестокой. из интернета

Переселение души Черная полоса в жизни Анны наступила после рождения дочери Светланы. Муж Николай стал жертвой хулиганского нападения. Он погиб, защищая дом от хулиганов. Чудовищная, несправедливая, нелепая смерть превратила любящую жену и мать в убитую горем вдову. Понадобилось время, чтобы оправиться от удара. Анна вновь вышла замуж, родила еще одну дочь, Машу. Но мечтала о сыне, в память своей первой большой любви. Но этим планам не суждено было сбыться. Вскоре после вторых родов была операция и приговор врачей – детей больше не будет. Анна успокоилась и уже не ждала никаких чудес. Но произошло событие, которое перевернуло ее жизнь. Началось с того, что старшая дочь Светлана попала в больницу. Светлану в детском отделении хорошо знали и медсестры, и врачи. С трехлетнего возраста она здесь лечилась месяцами. И вот в 14 лет новый приступ – головные боли, нарушение кровообращения: дали о себе знать родовые травмы. Однажды в палату вошла медсестра с маленьким мальчиком на руках: «Светик, посмотри за Димой пять минут». Дима, годовалый малыш – неухоженный, отстающий в психическом развитии - попал в больницу в семь месяцев и провел в детском отделении полгода. Должна была решиться его дальнейшая судьба... С тех пор, как Светлана увидела Диму, они были неразлучны. Еду, которую приносила ей мама, она всегда делила с ним. Привязанность была настолько сильной, что однажды девочка попросила: «Мама, давай заберем Димочку, он ведь никому не нужен». - Ну, давай посмотрим на твоего друга, — улыбнулась мама. Когда Света привела в палату ребенка, женщина оторопела. Глазами годовалого ребенка на нее смотрел ее покойный муж Николай... «Не плачь, мы еще встретимся!» – вспомнила услышанный однажды во сне его голос. У нее перехватило дыхание. Несколько минут она не могла ни о чем думать. Она смотрела на ребенка. Выразительные детские глаза словно заглядывали в душу. Мальчик действительно, как две капли воды, походил на ее погибшего мужа. А когда она узнала историю Димки, была еще больше потрясена. От ребенка отказалась мать, оставив его умирать в запертом доме. Плачущего мальчика случайно нашел сосед и отвез в больницу. Так больничная палата стала ему домом. Анна сразу поняла – она усыновит малыша во что бы то ни стало. Тем временем Светлану выписали из больницы, но она продолжала ходить на процедуры. Встречаться с Димочкой ей запретили, чтобы не травмировать психику ребенка, - он очень тосковал по своей «попечительнице» и плакал ночами. Каждая встреча со Светой заканчивалась истерикой. Врачи стали беспокоиться и за состояние девочки – с ее диагнозом нельзя волноваться. Когда Анна сообщила своей матери о том, что приведет в дом ребенка, та запричитала: - Ты же инвалид, тебе бы своих девчат на ноги поставить. Я согласия не дам! Себя пожалей. Но Анна - человек волевой, и разубедить ее не смог никто. Она не считала, что совершает подвиг или приносит себя в жертву. Наоборот, благодарила судьбу за преподнесенный подарок. …Как-то вечером Анна попросила мать: «Будешь доить корову, оставь молока». Пенсионерка бросилась в дом: «Что, взяла все-таки? И где ж он?» Дима робко выглянул из комнаты, и бабушка расплакалась. Ей, вырастившей пятерых детей, было трудно понять, как при живых родственниках можно бросить такую кроху? С тех пор он стал ее любимым внуком, тринадцатым по счету. Через несколько месяцев Анна смогла оформить опекунство, без права выплаты пособия. Этот момент был принципиальным для Анны - чтобы не было разговоров: мол, взяла ребенка ради денег. Три года Анна не могла до конца оформить усыновление Димы – были формальные препятствия. Для лишения родительских прав пришлось долго искать нерадивых родителей ребенка и судится с ними. Специалисты отдела опеки, видя привязанность Димы к новой семье, всеми силами старались помочь... Мальчик с трудом привыкал к новой домашней жизни. У Анны хватило сил и терпения пережить этот сложный период. Ей казалось, что глазами Димы на нее смотрит Николай. Постепенно малыш стал доверять новой семье, успокоился и стал по-настоящему родным ребенком. Анна наблюдает за сыном и говорит, что с возрастом он все больше становится похож на Николая. Она дала ему фамилию и отчество погибшего мужа и знает, что ответить, если сын однажды спросит – почему папа умер за 16 лет до его рождения. из интернета

Никогда не заговаривайте с котами Темноты Яна не боялась никогда. Но вот сегодня, возвращаясь с посиделок у подруги, брела по темной Тверской и невольно сжимала в кармане пальто электрошокер. Ведь кто его знает, кого на дороге встретишь - хорошо, если просто человек, от человека можно отговориться или, на худой конец, сбежать. А если стая собак? Вот тут-то жди беды... Погруженная в свои размышления, девушка брела по Тверской к дому, внимательно глядя под ноги, чтобы не поскользнуться на осенней наледи. И потому она не сразу заметила, что за ней по пятам, почти вжимаясь в стену, следует огромный толстый черный кот. В мистическую чепуху Яна не верила никогда, потому не очень удивилась нежданному попутчику. "Наверное, выкинул кто... - подумала она. - А он все еще доверяет людям, помощи от них ждет..." Будучи скептиком и реалистом, девушка, однако, не была черства душой и искренне жалела бездомных животных - вот только к себе не могла взять, ибо жила в коммуналке. Не раздумывая долго, Яна остановилась, сняла с плеч рюкзак (кот внимательно и чуть настороженно следил за ее действиями сверкающими, как неоновая реклама, зелеными глазами) и, вынув из него сверток, стала разматывать оный. В свертке были бутерброды с колбасой - Яна взяла их, чтоб перекусить после пар, но как-то забыла. "Вот и пригодились!" - с радостью подумала она, отряхивая кусок колбасы от налипших хлебных крошек и протягивая его коту. Каково же было ее изумление, когда кот встал на задние лапы и, взяв кусок в переднюю, начал жевать, при этом буркнув нечто, похожее на "спсиба". - Ч-что?... - пробормотала девушка, помотав головой. Но двуногий говорящий кот исчезать и не думал. - Спасибо, говорю. - повторил он, усаживаясь как все нормальные кошки и пронзительно глядя на девушку. - С утра ничего не ел. - Ну... э... пожалуйста. - отозвалась Яна, в панике оглядываясь. Какое-то красное строение с как бы колоннами по левую руку и коричневое трехэтажное по правую. До Патриарших как бы далеко, да и дом-музей Булгакова тоже не близко... Тем не менее, ирония ситуации заставила ее рассмеяться. Смех вышел слегка истеричным - она и сама это понимала. Кот смотрел на нее со спокойной иронией. - Меня Яна зовут, не Маргарита. - пытаясь унять смех, сказала девушка. - А Сатаны нет. - Приятно познакомиться. Только я не могу назвать свое имя - у меня его нет. - кот поклонился с необычной грацией для столь жирной туши. - Только не надо меня "Бегемот" называть. Я очень Михаила Афонасьевича уважаю, но вот имечко мне он выбрал не ахти. Да и кроме того: я-то участвовал в эпизоде с погоней и трамваем, а дальше уже - без меня. Насчет Сатаны - это не ко мне вопрос. Я не столь знатен, чтобы меня заметил Князь. - Тогда кто же ты? - спросила Яна. Наверное, она просто осталась у подруги из-за позднего времени и сейчас видит необыкновенно реалистичный сон. Во сне все возможно, и этим надо наслаждаться. - Просто городской призрак. - пожал плечами кот. - Приобрел вот славу благодаря талантливому человеку. С того дня я принял решение, что если кто-либо проходит по нечетной стороне Тверской после полуночи в направлении Маяковской - я сопровождаю его и присматриваю, чтобы с прохожим не случилось беды. Весьма скромная благодарность за дарованное мне бессмертие. Но я же - только кот, возможности у меня скромные. - Вот как... Как занятно. Никогда не видела призраков прежде. - Яна все-таки надела рюкзак обратно на плечи и они с неожиданным спутником продолжили путь. - Ты просто не хотела видеть, - заметил кот иронично. - Люди любят игнорировать то, что их мозги не в силах осмыслить. А ведь даже самые простые, обычные кошки после смерти еще какое-то время остаются бесплотным духом в доме хозяев. - Правда?! - воскликнула Яна. Слова кота всколыхнули застарелую боль: с самого детства у нее была кошка - огромная рыжая крысоловка по кличке Маня. Когда ей пришлось переехать в Москву из родного города, чтобы учиться в престижном ВУЗе, она попросила родителей заботиться о Мане. Но когда она приехала на первые же каникулы, родители рассказали ей, что Маня умерла через несколько часов после ее отъезда: машина задавила. Но, отдыхая в родительском доме, Яна еще некоторое время слышала мягкий стук лапок и шум, с которым кошки сворачиваются в клубок ко сну. - Чистая правда. - успокоил кот. - Мне ли не знать. Кошки всегда возвращаются. Кстати, о призраках. Если хочешь повстречать еще кошачьи духи, приходи как-нибудь к Тверской в то же время, на ту же сторону. Ну хотя бы с духом настоящего Бегемота познакомлю. А мы пришли - вон горит буква "М". Извини, во дворы не пойду - нельзя мне с Тверской уходить. Но с тобой ничего не случиться, уж поверь. До встречи. - До встречи. - растерянно, но благодарно пробормотала Яна. Она присела на корточки, мягко пожала кошачью лапку. - Спасибо тебе, Черный кот. Надеюсь, мы еще как-нибудь увидимся. Затем девушка поднялась и побрела к своему дому. Но если бы она обернулась, то заметила бы, что ей вслед смотрят двое - огромный черный котище и маленькая по сравнению с ним, мускулистая рыжая кошка. - Спасибо, мессир. - сказала рыжая. - Я так боюсь за нее каждый раз... - Не стоит. - отозвался тот. - Я буду приглядывать за ней тут в этом облике и в других местах, когда получиться. Иногда Господин выбирает себе странных супруг - а я лишь охраняю их. из интернета

Не забудь меня... Здравствуйте! Хотелось бы поделиться с вами странной и загадочной историей, произошедшей со мной чуть более года назад. Вот скажите, кем вы считаете свою кошку или собаку? Игрушкой? Другом? Родным существом, готовым утешить вас в трудную минуту? Как это и не печально, а люди часто считают своего питомца всего лишь плюшевым зверьком, глупым созданием, способным лишь есть, да играть. И на смерть домашнего любимца часто уделяют "дежурную" долю внимания. Погрустить, похоронить и - забыть. А они нас помнят и любят. Даже после смерти... Немногим больше года назад я сильно заболела. И вот уже пять дней столбик градусника держался у отметки "39". Сил не было даже пошевелиться. Вниманию, которое мне уделяли в эти дни могла бы позавидовать даже принцесса. Любой каприз немедленно исполнялся. На прикроватной тумбочке стояли два блюда с конфетами и фруктами, под тумбочкой высилась угрожающая гора моих любимых иронических детективов и глянцевых журналов. Лишь одно моё желание не могло быть исполнено. Мой второй кот Дымок, когда я болела, всегда лежал около меня, и мне сразу становилось лучше, спадала температура. А моя нынешняя кошка так не делала... В одну ночь мне стало совсем плохо. Становилось то жарко, то холодно, тошнило, болела голова, когда же я засыпала, мне начинали сниться кошмары. Наконец я заснула. На этот раз безо всяких снов. А проснулось от того, что около меня лежало что- то пушистое и тёплое. От удивления я онемела - на кровати лежал Дымок! Он словно улыбался мне своими круглыми рыжими глазами. Потом коротко мурлыкнул, спрыгнул с кровати и пошёл к коридору. Затем он оглянулся - можете не верить, но ни в чьём взгляде я не видела столько доброты и печали одновременно. Чуть постояв так, он повернулся обратно и растворился в темноте. На утро, мне стало гораздо легче, а вскоре я выздоровела совсем... И всё- таки, как жаль, что люди не умеют любить так, как животные любят своих хозяев!

В хижине охотника,в угрюмой тайге, Нервная буря,мне пела песни за окном! Гасло слабое пламя в затухающем очаге, Тщетно пытаясь согреть последним теплом, "О Повелитель Вечной ночи помоги мне! Спаси от бури и смерти злой в лесу глухом! Не покидай,не брось одного в белой пурге! Мое холодное тело словно скованно льдом!" Он сказал:"Иди по сугробам во тьме!" И я побрёл со страхом,а в горле ком, В ярости сжимал охотничий нож в руке! Трясясь от стужи,пинал снег сапогом! Вдруг слышу звон колоколов вдалеке! "Я не упал,я победил,рядом мой дом! Сквозь ураган,обессиленный,в тоске! Среди врагов и зверей,ведомый Отцом!"

Медсестра Работала я однажды медсестрой в психбольнице. Продлилось это не так долго, и я вскоре ушла оттуда. Само собой, понятно, почему: психбольница — не самое жизнерадостное место. Не буду здесь описывать все те «прелести», на которые я насмотрелась, не об этом я здесь хочу рассказать. А рассказать я собираюсь об одном пациенте. Из уважения я не стану здесь раскрывать его настоящего имени. Пусть его будут звать Аркадий. Аркадий привлёк моё внимание ещё в мой первый рабочий день. Он не был похож на остальных пациентов — ни на зэков, косивших под умалишённых, ни на шизофреников, бормотавших себе под нос бессвязный бред, ни уж тем более на доведённых до состояния растений бедных больных, которые могут лишь целыми днями смотреть опустошёнными взглядами на белую стену. Аркадий выглядел обыкновенным человеком, измученным, но сохранившим рассудок. В медкарте значилось, что ему всего двадцать девять лет, но выглядел он скорее на тридцать девять. Его речь, поступки, взгляд не выказывали признаков психической патологии. Мне стало интересно, за что его могли упрятать сюда, и от медсестёр я узнала, что Аркадий когда-то убил троих человек, включая свою собственную сестру, причём весьма изощрёнными способами, за что был признан невменяемым, и отправлен сюда на веки вечные влачить жалкое существование среди полуживых оболочек, некогда бывших людьми. Я была поражена — как такой абсолютно разумный на вид человек мог быть кровавым убийцей? Увидев Аркадия на улице, я бы не могла и мысли допустить о таком. Несмотря на то, что я знала о прошлом Аркадия, я не могла избавиться от чувства жалости к нему. Я никогда не была наивной, но всё равно моё подсознание не могло допустить мысли о том, что Аркадий прервал жизни троих человек. Однажды у меня завязался с Аркадием диалог, о котором я до сих пор вспоминаю с содроганием. Тогда я пришла к нему в палату, чтобы сделать укол. — Здравствуйте, — сказала я с порога. — Аркадий, оголите ваше плечо, доктор назначил укол. Аркадий молча повиновался. Это было довольно странно, если взять в расчёт, что Аркадий, по крайней мере формально, сумасшедший. Обычно другие пациенты часто закатывали дикие истерики, и без помощи двух санитаров с бицепсами, подобными размерам талии слона, никакой процедуры провести было нельзя. Однако с Аркадием никогда ничего такого не было, и я даже заходила к нему одна со шприцом, при этом не боясь, что шприц окажется у меня в горле. Когда я закончила, Аркадий сказал: — Спасибо. И спасибо за ваше обращение. — О чём вы? — удивилась я. — Вы называете меня по имени и обращаетесь ко мне на «вы». Другие работники обычно обращаются ко мне: «Эй, ты!», а между собой называют не иначе, как «живодёр» и «мясник». Голос его был усталым и полным безразличия. Казалось, ему было совершенно всё равно на всё то, о чём он сейчас рассказал. На меня накатил приступ жалости. Несмотря на мой десятилетний стаж работы медсестры, я ещё не растратила окончательно крупицы человеколюбия. Я присела на край кровати Аркадия и задала ему вопрос, терзавший меня долгое время: — Вы действительно убили четырёх человек? Аркадий помолчал, а затем сказал: — Я уже точно не знаю. — Понятно, — разочарованно сказала я. В тот момент я решила, что ошиблась, и Аркадий действительно умалишённый. — Я знаю, что вы подумали. Собственно, этого и следовало ожидать, если учесть, где мы находимся. Быть может, вы и правы, но я всё ещё хочу верить, что вы, и доктора, и даже я, не знаем, что именно тогда случилось… Аркадий смотрел в сторону, произнося эти слова, и даже не смотрел в мою сторону. — А как вы думаете? — спросила я. — Я и не знаю, что думать, — Аркадий грустно улыбнулся и пожал плечами. Я боялась, что мой интерес может вызвать у Аркадия приступ агрессии. Всё-таки разум требовал, чтобы я была осторожна с пациентом психбольницы, но интуиция настойчиво мне говорила, что с Аркадием-то всё в порядке. Доверившись интуиции, я задала Аркадию вопрос: — А что случилось тогда? — Я не могу рассказать об этом человеку, с которым я на «вы», — Аркадий впервые посмотрел на меня и улыбнулся. — Хорошо. Теперь ты мне расскажешь, что произошло тогда? — Я буду только рад рассказать об этом кому-нибудь. Я не жду, что ты поверишь в эту историю, вероятно, ты решишь, что здесь мне самое место. Но знаешь… что-то внутри мне подсказывает, что тебе я могу рассказать об этом. По-моему, ты хороший человек и не станешь судить обо мне так, как судят остальные. В общем, слушай... У меня была младшая сестра. Наши родители умерли, когда мне только-только исполнилось восемнадцать, а ей восемь. Не буду вдаваться в подробности этой грустной истории, важно тут только то, что мы остались одни. Из беззаботного детства я резко попал в суровый мир взрослых, абсолютно один, обременённый маленькой сестрой. Но нет, я не жалуюсь на неё. После смерти родителей она стала для меня единственным близким человеком, она стала для меня всем. Приходилось учиться жить по-взрослому. Следующие пять лет я не жалел себя. Днём я учился, а вечером работал, чтобы иметь хоть какой-то минимум денег на жизнь. Приходилось экономить на всём, особенно я экономил на себе, и делал это в пользу сестры. Однажды я просидел неделю без еды, лишь бы иметь возможность подарить сестрёнке плитку шоколада на день рождения. Сестра не могла помочь мне, но мне было достаточно лишь её детской улыбки. Думаю, ты и сама понимаешь, что тогда со мной творилось. Нервы были на пределе, спать приходилось лишь в редкие свободные минуты. Минуты! Да, понимаю, ты как медик удивляешься, как я не сошёл с ума ещё тогда. Лишь несгибаемая воля и счастье моей сестры спасли меня тогда. Рассказ Аркадия прервался его коротким смешком, а затем он продолжил: — Так мы и жили, пока я не нашёл достойную работу после окончания института. Казалось, теперь мы заживём нормальной жизнью. Я уже строил планы на будущее и не подозревал, что всему моему иллюзорному счастью грозит катастрофа. А пришла эта катастрофа в виде небольшой листовки, висевшей на столбе. Моя сестра заметила её, когда мы с ней шли с покупками из магазина. «Ой, смотри! В наш город приехал цирк!» — сказала она тогда. Я удивился так же, как и ты сейчас. Мне всегда казалось, что бродячие цирки бывают только в зарубежных фильмах, а не на просторах нашей России-матушки. Аркадий вновь прервал свой рассказ, и закрыл глаза руками, но я успела заметить тяжёлую слезу, текущую по его щеке. — Извини, — произнёс он, всхлипывая, — я не могу спокойно вспоминать её голос. Знаешь, она ещё так ласково ко мне обращалась «братик», даже когда стала постарше. — Не надо рассказывать, если это доставляет тебе страдания, — как можно мягче сказала я. — Нет, прошу, выслушай! Я должен выговориться, умоляю. Я не стала усугублять его муки отказом и согласилась продолжить слушать. — Я тогда спросил у неё: «Хочешь сходить?» — и она тут же согласилась. На самом деле, когда я спрашивал её, то надеялся, что она откажется, потому что я страшно не люблю цирки. Они всегда на меня наводили какой-то ужас, но ради сестры я пересилил себя и согласился пойти. Цирк расположился за городом, в лесном массиве. Вначале мы доехали на электричке, а потом прошлись по лесу пешком. Тогда было лето, погода стояла замечательная, был вечер, и поэтому мы испытали только удовольствие от лесной прогулки. У цирка мне пришлось приложить немалую силу воли, чтобы подавить все негативные эмоции, которые вызывал у меня один вид шапито. Сестрёнка же, напротив, была полна радости. Сколько ей лет тогда было? А, шестнадцать. Да, шестнадцатилетняя девчонка, любящая цирки. Мы прошли внутрь, сели на скамейку и стали ждать начала шоу. За несколько минут до начала всем пришедшим выдали небольшие красные бумажки, где была написана какая-то цифра. У меня и у сестры цифра была одинаковой — четыре. Представление началось, и на сцену вышел конферансье, напомнивший мне чем-то Джокера из комиксов. Забавно, не правда ли? — улыбнулся Аркадий. — Всё шоу длилось около двух часов. В конце на сцену вновь вышел этот недоджокер и сказал, что цирк проводит конкурс, и все должны сейчас посмотреть на свои бумажки, которые получили до начала представления. Затем конферансье сказал, что все те, на чьих бумажках написана цифра четыре, являются победителями в отборочном туре и должны немедленно выйти на сцену для участия в конкурсе. Мне это сразу не понравилось, и я хотел уйти, но сестра была так рада и так хотела поучаствовать, что я вновь подавил весь свой негатив и даже улыбнулся, выходя на сцену. Кроме нас, вышли ещё два человека. Нас построили в ряд, и конферансье объявил, что для каждого участника придуман свой конкурс. Конферансье подошёл к первому из нашего ряда — то был мужчина лет тридцати, — и объявил, что для него конкурс — поедание пирожных на время. Под аплодисменты несколько клоунов вынесли на сцену стол, стул и огромную тарелку со множеством кремовых пирожных. Конкурсант тут же принялся поедать пирожные, а конферансье перешёл к следующему участнику — молодой девушке, чей конкурс заключался в том, что ей завязывают глаза и поочерёдно подводят разных животных, чтобы они лизнули её руки. Девушка должна угадывать этих животных. Всё это зрелище раздражало меня сильнее и сильнее с каждым мгновением. Я совершенно не хотел участвовать в этих конкурсах и вообще там находиться. Аркадий вздохнул и продолжил: — Возможно, стоило тогда просто схватить сестру и бежать оттуда. После девушки настал черёд моей сестры. Она должна была танцевать в кругу девушек, танцующих с лентами, при этом она должна была не запутаться в этих лентах. Затем этот чёртов конферансье подошёл ко мне, но не успел он открыть рта, как я тут же сказал ему, практически прорычал: «Отойди от меня, ублюдок!». Ведущий не растерялся, а лишь пошутил, что мне надо вымыть рот с мылом — это и будет мой конкурс. Ко мне подошли два клоуна и хотели взять меня за плечи, но я вырвался. Моя злость вышла из-под контроля. Я захотел выйти на воздух, чтобы успокоиться, но клоуны загораживали мне путь. Они пытались поймать меня и выполнить поручение конферансье, но я яростно растолкал их и выбежал из-под шапито, споткнулся и упал прямо на землю. Представление начиналось в шесть вечера, а закончиться должно было в восемь, но, оказавшись на улице, я понял, что уже глубокая ночь. Время пролетело совершенно незаметно! Мы с сестрой могли не успеть на электричку, поэтому я развернулся, чтобы вернуться в шапито, но его там уже не было! Аркадий больше не мог сдерживать слёзы. Он опустил голову в ладони, и палату заполнили его всхлипы. Лишь после того, как я вколола ему успокоительное, он сумел остановить рыдания. Я решила, что непрофессионально с моей стороны так мучить человека, и сказала ему лечь спать, но Аркадий практически молил меня дослушать его, и, сама не зная почему, я согласилась. — Шапито пропало, а на его месте я увидел лишь несколько больших факелов, освещавших… о, Господи, — Аркадий вновь закрыл руками лицо. — Я знаю, ты не поверишь, что такое вообще возможно, но тогда там, среди факелов, я увидел толпу полуразложившихся трупов вместо цирковых актёров. Кости торчали из их гнилой плоти, в которой роились черви. Теперь я увидел, что мужчину, который ел пирожные на время, кормили вовсе не пирожными. Эти… трупы отрывали куски плоти от самих себя и засовывали в рот тому человеку, а он с жадностью проглатывал отвратительные куски. С девушкой всё обстояло наоборот — живые полускелетированные останки сами поедали её, а она лишь смеялась и говорила: «Ой, вот это вроде собачка! Ха-ха-ха, а это, наверно, козочка!». Вначале я испытал лишь шок, но когда взгляд мой добрался до сестры, то холодные лапы страха сжали моё истово бьющееся сердце и бросили его в чёрные воды отчаяния. Моя сестра, любимая, единственная, ради которой я жил последние восемь лет, лежала мёртвая на земле, а эти твари полосовали её тело огромными ножами. Когда я увидел это, мой разум растворился, взор затуманился и, не ощущая собственного тела, я свалился на землю. Очнувшись утром, я сразу же побежал сообщать о случившемся в полицию. Я рассказал им всё, как видел. Каким же я был глупцом! Я не мог даже подумать о том, как мои слова воспримут полицейские. Представляю, как это выглядело со стороны: какой-то ошалелый парень приводит полицейских к трём трупам и говорит, что этих людей убила труппа гнилых циркачей! Надо ли рассказывать, что убийцей признали меня, да ещё и невменяемым, хотя, наверно, это только и к лучшему — говорят, здесь лучше, чем на зоне. Аркадий посмотрел своими усталыми глазами в мои, и сказал: — Вот теперь ты и знаешь, как я здесь оказался. Я не нашла, что ему сказать, поэтому лишь ласково погладила его по плечу и предложила отдохнуть. Когда я вышла из его палаты, ко мне подошла главная медсестра и спросила, почему я так долго возилась с Аркадием. — Да мы с ним немного разговорились, — ответила я. — О чём это? — подозрительно спросила старшая медсестра. — Да так, о всяком… — туманно сказала я. — Странно… Видимо, понравилась ты ему, ни с кем он обычно не говорит. Я не стала узнавать что-либо ещё об Аркадии ни у него самого, ни у кого-то другого. Я проработала в той больнице ещё несколько месяцев, и на протяжении этого времени мы с Аркадием почти подружились. Прошло уже несколько месяцев после того, как я сменила больницу. Больше я не имею дела с пациентами психиатрических лечебниц, но я всё ещё возвращаюсь в своей памяти к Аркадию и размышляю над его историей — бред ли это сумасшедшего? Мой разум не может в это поверить, но, если не считать этой истории, то у Аркадия больше нет симптомов сумасшествия. Не знаю, правда это или нет, но с тех пор я стараюсь избегать цирков. Так, на всякий случай… из интернета