55-й истребительный полк, встретивший начало Великой Отечественной на южном участке фронта, к концу войны станет одной из самых титулованных частей ВВС Красной Армии. Он получит гвардейское звание и почетные наименования, с 587 воздушными победами войдёт по этому показателю в тройку самых результативных полков, а в списке его асов, возглавляемом А.И. Покрышкиным и Г.А. Речкаловым, будет почти два десятка одних только Героев Советского Союза. Но начало этого славного пути выдалось очень трудным. Как сложился первый день войны для Покрышкинского полка?«На южном участке фронта за несколько дней до войны командование Одесского военного округа проверяло боевую готовность своих войск и авиации. Авиационные части были перебазированы на полевые аэродромы, на которых самолеты были рассредоточены и замаскированы. Лётный состав находился в повышенной боевой готовности. Штаб ВВС военного округа… был переведен из Одессы в Тирасполь. Эти мероприятия позволили успешно отразить воздушное нападение. Противник вывел из строя шесть наших самолетов, а сам потерял 30…»Подобные утверждения растиражированы в многочисленных публикациях о начале Великой Отечественной войны и со временем стали хрестоматийными. Так ли это было на самом деле? Накануне «Барбароссы»Главную ударную силу люфтваффе на южном участке фронта составляли соединения 4-го авиакорпуса V воздушного флота – истребительная эскадра JG 77 (116 Bf 109E и Bf 109F, из них 61 исправный) и бомбардировочная эскадра KG 27 (87 He 111P и He 111H, из них 73 исправных). Немецкие экипажи имели проверенную в боях, надежную технику, располагали специализированными боеприпасами SD-2 и SD-50 для атак самолетов на аэродромах, ранее приобрели великолепную лётную и тактическую подготовку, а также серьезный боевой опыт.Кроме того, для командования V воздушного флота были огромным подспорьем союзники, Королевские ВВС Румынии. Использование румынских авиачастей на второстепенных направлениях позволяло сковать советские ВВС в Бессарабии и высвободить части люфтваффе для действий на направлении главного удара.Задачи на первую фазу вторжения перед немецкими лётчиками были поставлены серьезные. Они должны были уничтожить советскую истребительную и штурмовую авиацию на огромном пространстве между Станиславом (Ивано-Франковск), Проскуровом, Винницей, Дубоссарами и Васлуем (город в 55 км южнее Ясс). В связи с этим, действовать предполагалось на трёх направлениях: основными силами против ВВС КОВО на Черновицком и Каменец-Подольском, и небольшими силами (одна истребительная группа и одна бомбардировочная эскадрилья) – против ВВС ОдВО в направлении на Бельцы. Румынские ВВС нацеливались на Кишинёв и Одессу.С советской стороны противостоять асам люфтваффе в районе Бельцев предстояло 55-му истребительному авиаполку 20-й смешанной авиадивизии ВВС Одесского военного округа. Согласно данным об учебно-боевой подготовке за 1940 год, 55-й ИАП выглядел крепким середнячком, налетав к 15 октября 3830 часов (9586 посадок). Также было проведено 535 стрельб по конусу (результативных — 264), 490 одиночных учебных воздушных боев. Однако запрет полётов на самолетах И-16 с моторами М-63, последующее перевооружение всего полка на И-153 «Чайка» и переброска в Бельцы негативно отразились на боеспособности. В итоговом годовом отчете ВВС ОдВО отмечалось:«…55-й истребительный полк: боеспособность полка только на 25% – одной эскадрильей может выполнить боевые задачи в средних метеоусловиях…»Ситуацию усугубило то, что осенью 1940-го и весной 1941 года полтора десятка опытных командиров полка (комэски, их заместители, командиры звеньев) убыли во вновь формируемые части, а на их должности были выдвинуты наиболее подготовленные рядовые летчики – в их числе, к примеру, был будущий самый титулованный ас полка и Трижды Герой Советского Союза старший лейтенант А.И. Покрышкин.К началу января 1941 года после ряда перевооружений полк оказался полностью укомплектованным бипланами И-153 вместо прежней смеси И-16, И-153 и И-15бис – правда, лётчики двух эскадрилий из четырёх на «Чайках» ещё не летали.

Этот И-153 — единственный самолет 55-го ИАП, чей внешний вид можно считать полностью установленным на 1941 год. На самолете летал и потерпел в марте 1941 года аварию пилот 3-й эскадрильи младший лейтенант Григорий Андреевич Речкалов (художник Игорь Злобин) Подтянуть учебно-боевую подготовку удалось только в апреле. В этом месяце достиг пиковых показателей налёт (630 часов, из них 487 – на И-153), была проведена 131 стрельба по конусу (результативных 104) и 123 учебных воздушных боя. С завода в этом месяце поступили в ящиках 40 новеньких МиГ-3, а для переучивания лётчиков, ранее летавших только на истребителях-бипланах, прибыли восемь И-16 тип 24 из соседнего 146-го ИАП, а также три стареньких И-16 тип 5 из ремонта. Лётчики приступили к отработке взлета и посадки.Первыми на УТИ-4 был вывезен личный состав 1-й и 2-й эскадрилий, ранее уже летавших на И-16, и к концу месяца лётчики восстановили технику взлёта и посадки. Переучиванием руководили командир полка майор В.П. Иванов, инспектор по технике пилотирования старший лейтенант Ф.Н. Курилов и исполнявший обязанности командира 1-й эскадрильи капитан Ф.В. Атрашкевич, которые переучились на «МиГи» в 146-м ИАП, причем в Бельцы Иванов и Атрашкевич вернулись на двух МиГ-1.В мае были получены еще 20 МиГ-3, после чего полк был полностью укомплектован новыми самолетами. К 15 мая 55-й ИАП перебазировался на 130 км на восток, за Днестр, в лагерь на аэродром Маяки (30 км южнее города Котовска). Большая часть И-153 была оставлена в Бельцах и постепенно передавалась в 299-й ШАП – формально к 20 июня за 55-м ИАП оставалось лишь девять И-153 в Маяках.

Увы, но до сих пор не удалось полностью достоверно восстановить внешний вид ни одного из 60 «МиГов» 55-го авиаполка. Об этом истребителе тоже можно сказать лишь то, что он потерян примерно там, где воевал летом 1941 года полк — в Молдавии или южной Украине В результате активного переучивания к 22 июня в 55-м ИАП было 42 летчика, выпущенных на МиГ-3. В лидерах была 1-я эскадрилья, и как только личный состав освоил взлёт и посадку на МиГ-3, ее сразу перебросили в Бельцы на боевое дежурство.В конце мая — начале июня немцы и румыны активизировали полеты разведчиков над приграничными районами. Для противодействия на полевой аэродром Пырлица было переброшено звено МиГ-3 младшего лейтенанта В.А. Фигичева из 1-й эскадрильи, а на площадку Валя-Маре (Булдурешты) – звено И-153 младшего лейтенанта Г.А. Кондратюка из 3-й эскадрильи. Обе площадки располагались в районе пограничного городка Унгены, в 60 км южнее Бельцев.В целом, 55-й ИАП был далек до полной боеготовности. Даже 1-я эскадрилья была лишь частично боеспособной: её летчики еще не выполняли на МиГ-3 воздушных стрельб и учебных боев. Таким образом, на Бельцевском направлении немецким летчикам могли противостоять очень ограниченные силы, и у люфтваффе было серьезное численное превосходство. К тому же, работа с аэродрома Бельцы была осложнена начатым весной 1941 года строительством бетонных взлётно-посадочных полос.

К сожалению, аэрофотоснимков аэродрома Бельцы, сделанных близко к 22 июня 1941 года, найти пока не удалось. Это фото сделано «Юнкерсом» из дальнеразведывательной эскадрильи 3.(F)/121 уже в июле 1944 года, когда на аэродроме базировались советские бомбардировщики или разведчики Пе-2 и «Бостон». В центральной и правой части снимка видны следы земляных работ, начатых весной 1941 года Положение усугублялось и тем, что к утру 22 июня в Бельцах осталось только семь лётчиков 1-й эскадрильи: отсутствовали комэск капитан Ф.В. Атрашкевич, командир звена лейтенант К.Е. Селиверстов и два звена в полном составе. Звено младшего лейтенанта Фигичева все еще базировалось на аэродроме Пырлица, а звено старшего лейтенанта Покрышкина перегоняло МиГ-3 и находилось в Григориополе, в 130 км от Бельцев. Увы, немцы не собирались ждать полной боеготовности ВВС Красной Армии, и утром 22 июня самолеты люфтваффе стартовали для атаки советских аэродромов. Части 20-й САД были подняты по тревоге в 03:00, получили приказ рассредоточить самолеты и находиться в готовности №2. Первый удар Согласно советским и немецким документам, аэродром Бельцы подвергся атаке шести «хейнкелей» под прикрытием 12 «мессершмиттов» в 05:10 по московскому времени. Из дневного доклада №1 штаба IV авиационного корпуса люфтваффе от 22 июня 1941 года:«III./KG 27 шестью He 111, штаб JG 77 тремя Bf 109 и II./JG 77 в составе 22 Bf 109 с 02:39 до 06:55 атаковали аэродром у цели №101378. Были атакованы цели №101378, 102105 и склад горючего у цели №101378.Визуальное наблюдение: цель №101378 – 25 одномоторных и 3 двухмоторных. Цель №101378 – 20 самолётов уничтожены и горят. Склад горючего у цели №101378 горит.Противодействие истребителей: у цели №101378 сбит один «Рата». Зенитная защита: тяжёлые и лёгкие зенитные орудия у цели №101378…»С советской стороны наиболее подробно события утра описаны в оперативной сводке №2 штаба ВВС 9-й Армии к 22:00 22 июня 1941 года:«…В 05:10 группа 18 бомбардировщиков атаковала аэродром Бельцы. На земле уничтожено три самолета МиГ-3, взорван бензосклад, убито 2, ранено 1…»Довольно подробно описывает бой в своих мемуарах А.И. Покрышкин, ссылаясь на рассказы очевидцев:«Перед рассветом поступил сигнал боевой тревоги. На аэродроме было всего семь летчиков первой эскадрильи. А на рассвете на аэродром вышел разведчик «Хеншель-126». На перехват его мгновенно поднялось звено Миронова. Действовали летчики мастерски. Они сбили разведчика. Возвращаясь на аэродром, встретили западнее Бельцы большую группу бомбардировщиков. Ю-88 прикрывали «мессершмитты». С ними уже вели бой четыре наших летчика. Дрались смело. Но соотношение в количестве было явно в пользу врага. Удар по аэродрому семерка не смогла отразить. Бомбардировщики сбросили бомбы на стоянки, по бензоскладу…»Второй по регалиям летчик 55-го ИАП дважды Герой Советского Союза Г.А. Речкалов, в тот момент летчик 3-й эскадрильи, передает слова непосредственно капитана Ф.В. Атрашкевича:«…Передай Матвееву (майор А.Н. Матвеев, начальник штаба полка – прим.авт.), что из дивизии никакой задачи на подъем дежурных истребителей не ставилось, было приказано только рассредоточиться и ждать распоряжений. При первом налете наши ребята взлетали под бомбами…»События развивались так. Около 03:00, получив приказ из штаба дивизии, 1-я эскадрилья 55-го ИАП была приведена в готовность №2, самолёты рассредоточены по аэродрому. Около 04:30–05:00 звено младшего лейтенанта К.И. Миронова было поднято на перехват одиночного разведчика. Естественно, ни о каком уничтожении самолета, вторгнувшегося на советскую территорию, приказа не было – напротив, в соответствии с директивой №1 противника необходимо было либо принудить к посадке, либо вытеснить на сопредельную территорию. Открывать огонь разрешалось только в ответ на стрельбу противника.

«Мессершмитты» Bf 109E различных субмодификаций из авиагруппы II./JG 77, Молдавия, лето 1941 года. Средняя машина с белым бортовым №4 несет на внешней подвеске 96 упомянутых выше осколочных бомб SD-2 (художник Игорь Злобин) Есть вероятность, что нечто подобное и произошло: в ответ на стрельбу немецкого разведчика советские летчики открыли огонь, однако самолет противника сбит не был, и после пересечения реки Прут советские истребители прекратили преследование, так как не имели права перелетать границу. Вероятно, впоследствии в разговорах летчиков этот эпизод трансформировался в сбитый «хеншель». Официально победа не зафиксирована, хотя у немцев есть предположительно пострадавший в этом эпизоде разведчик: в районе пограничного села Скуляны получил боевые повреждения Hs 126 (W.Nr. 3401) из эскадрильи 5(H)/13, один из членов экипажа был ранен.Пока дежурное звено отвлеклось на разведчика, около 05:10 шестерка He 111 сбросила бомбы на аэродром, а «мессершмитты» начали штурмовку. Оставшиеся летчики 1-й эскадрильи начали взлетать, причем МиГ-3 адъютанта эскадрильи лейтенанта С.Я. Овчинникова, видимо, стартовавший первым, скапотировал на взлете. Самолет был полностью разбит, но летчик не пострадал, а его эффектный «кульбит» впоследствии был отмечен во всех воспоминаниях летчиков 55-го ИАП.Авария, видимо, вызвала задержку на старте, и остальным «МиГам» взлететь удалось лишь после того, как немцы проштурмовали аэродром и начали отходить на запад. Воздушный бой, который пришлось вести только четырем молодым пилотам, складывался тяжело: противник превосходил их троекратно. Позднее в наградном листе младшего лейтенанта И.П. Макарова этот эпизод описан в красках:«В воздушном бою четырех МиГ-3 против 12 Ме-109 Макаров проявил исключительный героизм; обладая отличной техникой пилотирования, неоднократно являлся на помощь товарищам и спасал их от, казалось бы, явной гибели…»Видимо, переломить ситуацию в свою пользу советским летчикам удалось только после возвращения с перехвата разведчика звена Миронова. Немцам было уже не до побед: они долгое время находились в воздухе, потратили большую часть боезапаса и горючего, а потому ретировались на румынскую территорию.

Уничтоженные на аэродроме Бельцы бипланы Поликарпова — слева И-153 «Чайка», справа И-15бис. Сложно сказать, какие повреждения нанесены им воздушными налетами (и нанесены ли вообще), а какие — скучающими вражескими солдатами В результате первой атаки немцам удалось нанести эффективный бомбовой удар. Были уничтожены три МиГ-3, получила повреждения часть И-153, которые не успели перегнать летчики 299-го ШАП. Самой большой потерей был склад ГСМ, с которым сгорело 90 тонн бензина. Оперативная заправка самолетов стала невозможной, а это грозило потерями при повторных налетах.Собственно, упрекнуть лётчиков 1-й эскадрильи не в чем: как совершенно справедливо отметил капитан Атрашкевич, никаких конкретных указаний на отражение налетов из штаба дивизии не было, а после бомбоштурмового удара молодые неопытные летчики сумели взлететь и дать немцам серьезный бой. Несмотря на тройное превосходство врага ни один советский самолет не был сбит. Первая победа, первая потеря После налета 1-я эскадрилья запросила помощи у штаба полка, и на усиление довольно оперативно была отправлена девятка МиГ-3, собранная из летчиков 2-й и частично 3-й эскадрильи и ведомая старшим политруком Ф.И. Барышниковым. Однако, как только эта группа приземлилась в Бельцах, на аэродром обрушился новый штурмовой удар. Летчик 2-й эскадрильи, будущий Герой Советского Союза В.П. Карпович, вспоминал:«При подлете к аэродрому, расположенному с восточной стороны села Сингурены, взору представилась необычайная картина последствий первых бомбовых ударов врага с воздуха… Было около семи часов утра… Послышался нарастающий звенящий гул, и в доли секунды на стоянки обрушился шквал пулеметно-пушечного огня, раздался глухой стук и треск снарядов и пуль. Теперь-то мы и пожалели, что так близко друг от друга расставили самолеты, «мессы» одной очередью поражали сразу несколько истребителей…»Описываемый налет на Бельцы около 07:00, видимо, являлся неудачным повторным ударом. Десять «мессершмиттов», скорее всего, должны были подойти к советскому аэродрому около 05:20 утра и завершить начатое первой группой. Что-то у немцев не задалось, и вылет пришлось перенести на полтора часа, но в итоге получилось тоже неплохо: они отработали как на полигоне и без помех ушли.

Летчики 55-го ИАП, оставившие свои воспоминания о 22 июня 1941 года. Они не смогли проявить себя в первый день войны, но добыли полку славу в последующих боях. Шесть «Золотых Звезд» на троих: Александр Иванович Покрышкин, Григорий Алексеевич Речкалов, Викентий Павлович Карпович (фото разных лет) В целом, «первый раунд» остался за немецкими летчиками. Им без потерь удалось нанести серьезный урон инфраструктуре аэродрома Бельцы, сжечь склад ГСМ, уничтожить три «МиГа» и повредить еще несколько самолетов. Тем не менее, ни один советский летчик не погиб, на аэродроме оставалось значительное количество исправных самолетов, а штаб полка наращивал силы. Кроме подкрепления из Маяков, в Бельцы вернулось звено Фигичева и прибыл капитан Атрашкевич – всего на аэродроме было собрано около 20 боеспособных экипажей на МиГ-3. Конечно, серьезные трудности создавали ограниченные размеры летного поля и отсутствие необходимого количества ГСМ, но борьба за господство в воздухе над Бельцами была еще впереди.После первых ударов по аэродромам ОдВО, казалось, было необходимо немедленно ответить, но ВВС КА не атаковали аэродромы люфтваффе и продолжали занимать пассивную позицию, давая немцам возможность спокойно готовиться к повторным ударам по советским авиабазам.Только после 10 утра, получив из Москвы разрешение на действия по территории Румынии, командующий ВВС ОдВО генерал-майор Ф.Г. Мичугин поставил задачу на разведку сопредельной территории. Несколько звеньев МиГ-3 55-го ИАП провели разведку аэродромов Яссы, Ботошани, Бакэу и Роман. Один из этих вылетов стал первым для А.И. Покрышкина.Пока советские командиры ждали возвращения разведчиков, противник нанес повторные удары. Истребители из штаба эскадры JG 77, а также штаба и 4-й эскадрильи группы II./JG 77 в 13:30 подошли к аэродрому Бельцы на предельно малой высоте и атаковали стоянки самолетов бомбами SD-2, а потом начали штурмовку пулеметно-пушечным огнем. Летчикам 55-го ИАП вновь пришлось взлетать под огнем по ограниченной полоске летного поля.Надо отдать должное советским летчикам: несколько человек из 1-й эскадрильи (капитан Ф.В. Атрашкевич, младшие лейтенанты В.А. Фигичев, Е.А. Семенов, Г.Т. Шиян, И.П. Макаров и А.М. Суров), смогли взлететь и, не успев набрать высоту, вступить в бой. В течение первых минут им пришлось биться против дюжины врагов и, несмотря на численный перевес противника, сбить один Bf 109E-7 (W.Nr. 1092). Его летчик, офицер штаба эскадры JG 77 лейтенант Хуберт Эбелинг (Lt. Hubert Ebeling) попал в плен. Впрочем, радоваться было рано. Немцы действовали тактически грамотно и, в отличие от утра, реализовали прием повторного удара: примерно к 13:50 к Бельцам подошел второй эшелон в составе эскадрилий 5./JG 77 и 6./JG 77.

Летчики 55-го ИАП, отличившиеся в первый день войны: командир эскадрильи капитан Федор Васильевич Атрашкевич (погиб 29.06.1941), пилот младший лейтенант Григорий Тимофеевич Шиян (погиб 25.07.1941), пилот младший лейтенант Иван Петрович Макаров (не вернулся с задания 07.02.1942), командир звена младший лейтенант Валентин Алексеевич Фигичев, будущий Герой Советского Союза (снимки разного времени, звания и должности приведены на 22 июня 1941 года) Подобная тактика чаще всего безотказно срабатывала от Прибалтики до Молдавии, но не в этот раз. С ходу вступив в бой, немцы на какое-то время смогли переломить ситуацию в свою пользу, и на землю упали два МиГ-3, а самолеты первой ударной группы, у которых заканчивалось горючее, смогли выйти из боя. Но к этому времени в воздухе находилось уже все самолеты 1-й и 2-й эскадрилий 55-го ИАП, и у летчиков JG 77 исчез численный перевес. В итоги им пришлось ретироваться, а «поле боя» осталось за советскими истребителями, которые преследовали врага до границы.Это была первая серьезная победа 55-го ИАП. Немцам не удалось нанести аэродрому полка серьезного урона – они были обращены в бегство, потеряв один «мессершмитт». Пожалуй, в этот день отбиться от двух последовательных атак немецких истребителей не удалось больше ни одному полку на всем советско-германском фронте. Тем не менее, надо признать, что основную роль в срыве практически идеального немецкого плана сыграли не какие-то тактические приемы или прозорливость командования (в конце концов, штурмовку опять прозевали), а личное мужество и мастерство нескольких летчиков 1-й эскадрильи. Они связали боем немецкую ударную группу и позволили дозаправиться и взлететь остальным, причем делали это буквально ценой собственной жизни. Два «Мига» из шести первых взлетевших были потеряны, младший лейтенант Семенов получил ранение, а младший лейтенант Суров погиб. Из политдонесения:«Личный состав 1-й эскадрильи 55-го ИАП под командованием капитана Атрашкевича в течение 20 минут героически дрался с воздушным противником, который по своему количеству превосходил в несколько раз. В этом бою мл. лейтенант Семенов вел бой с четырьмя самолетами противника, но из-за отказа матчасти вынужден был произвести посадку на болото. Тов. Семенов получил ранение…»

Сбит над Молдавией. Румыны изучают разбившийся на вынужденной посадке истребитель МиГ-3 Победу над «ZKB-19», как первое время немцы иногда называли МиГ-3, в 13:55 заявил командир 6./JG 77 обер-лейтенант Вальтер Хокнер (Oblt. Walter Hockner) – видимо, именно он атаковал МиГ-3 Евгения Семенова, который впоследствии списали. У Александра Сурова, судя по рассказам очевидцев, могло закончиться горючее. Якобы, заходя на посадку и уклоняясь при этом от «мессершмиттов», его МиГ-3 зацепил строение и врезался в землю. Потерю посчитали небоевой.С авторством победы над «мессершмиттом» вопросов гораздо больше. Полковые документы 55-го ИАП очень скудны, поэтому черпать информацию приходится из документов дивизии, наградных материалов, а также воспоминаний летчиков полка. Покрышкин во всех изданиях своих мемуаров относит победу на счет Атрашкевича, Карпович отдает ее Сурову. Уверенно можно говорить лишь о том, что «мессер» сбили летчики 1-й эскадрильи, и первая победа 55-го ИАП была групповой. Судя по документам, это были Александр Суров, Евгений Семенов и Григорий Шиян, а по ряду воспоминаний и наградных листов, к этому были причастны и Федор Атрашкевич с Валентином Фигичевым. Вечер трудного дня События второй половины дня довольно бедно описаны и в документах, и в воспоминаниях. Приказ нанести ответный удар по немецким аэродромам так и не поступил – вместо этого летчики 55-го ИАП штурмовали пытавшиеся переправляться через пограничный Прут немецкие войска. Всего за день было выполнено 42 вылета на штурмовку, сброшено 650 кг мелких бомб.Из-за нервозной обстановки около 17:30 старший лейтенант Покрышкин в районе аэродрома Маяки подбил Су-2 из 211-го ББАП своей же дивизии. Над аэродромом бомбардировщики должны были встретиться с эскортом в виде 12 МиГ-3, чтобы идти бомбить переправу у Липкан.

«Мессершмитт» Bf 109E-4/B из эскадрильи 8./JG 77 обер-фельдфебеля Райнхольда Шметцера (Ofw. Reinhold Schmetzer), который 22 июня 1941 года заявил победу в вечернем бою над Бельцами. Вид самолета дан на 20 июля, когда летчик свершил на нем вынужденную посадку. Всего на счету Шметцера было минимум 33 победы. Начав в «авианосной» группе Tr.Gr.186, позднее он воевал на западном фронте в эскадре JG 4 и погиб в бою 7 мая 1944 года (художник Игорь Злобин) Пока ВВС 9-й Армии занимались атаками переправ, немцы упорно продолжали борьбу за господство в воздухе. Около 20:00 группа из 17 «хейнкелей» He 111 вновь отбомбилась по аэродрому и городу Бельцы. Истребители прикрытия из штаба эскадры и группы III./JG 77 (всего 20 «мессершмиттов»), видимо, частью сил сопровождали бомбардировщики, а остальные попытались блокировать аэродром. Подробности налета и последовавшего за ним боя крайне скудны. В своих воспоминаниях Покрышкин приводит рассказ комэска Атрашкевича:«Для самолетов посливали горючее где только было. Прилетели «юнкерсы» третий раз. Задача у них была простая: положить бомбы поперек взлетного поля, чтобы окончательно вывести его из строя. Мы вступили в драку с «мессерами», бились и поглядывали, сколько осталось горючего. Хватило бы добраться до Маяков…»После этого боя в оперативных сводках 20-й САД появились сведения о сбитом бомбардировщике:«В 20:10 20 бомбардировщиков бомбили аэродром Бельцы. По предварительным данным, сбит один бомбардировщик противника. Потерян один наш истребитель».Победы над немецкими бомбардировщиками были засчитаны старшему лейтенанту К.Ф. Ивачеву и младшему лейтенанту И.П. Макарову, хотя в действительности ни один немецкий самолет не был даже поврежден. В свою очередь, немецкие истребители тоже не поскупились на победы: с 19:50 до 20:15 летчики 8./JG 77 и 9./JG 77 заявили аж восемь сбитых советских истребителей при реальной потере 55-м ИАП только одного. К сожалению, погиб один из утренних героев лейтенант Семен Овчинников.На этот раз бой для советских летчиков сложился неудачно: видимо, немцам и в этот раз удалось застать 55-го ИАП врасплох. Вновь взлетать и вести бой пришлось поодиночке, но переломить ход боя немцы в этот раз не позволили. Удивительно, что в такой ситуации был сбит лишь один МиГ-3, но суммарные потери оказались более существенными. В Маяки не долетели самолеты младших лейтенантов А.И. Овсянкина и К.И. Миронова, которые совершили вынужденные посадки «на живот». При этом Константина Миронова, одного из героев утреннего боя, выбросило из кабины, и через два дня он умер от увечий.

Потери 55-го ИАП первого дня войны, летчики 1-й эскадрильи: пилот младший лейтенант Александр Матвеевич Суров. командир звена младший лейтенант Константин Игнатьевич Миронов и адъютант эскадрильи лейтенант Семен Яковлевич Овчинников (снимки разного времени, звания и должности приведены на 22 июня 1941 года)Вечерний воздушный бой был проигран советскими летчиками, что не удивительно, учитывая многочасовое напряжение, в котором они находились, не имея возможности отдохнуть. Немцам удалось главное – своими настойчивыми действиями в течение всего дня они смогли выбить 55-й ИАП с передового аэродрома, и теперь прикрывать и поддерживать советские войска у границы было гораздо труднее. Кроме того, 55-й ИАП понес очень серьезные потери в технике на земле.В советских работах и современных исследованиях зачастую отмечается, что немецкие удары по аэродромам ВВС 9-й Армии не принесли особого эффекта. Это не так: по итогам сражения над Бельцами 55-й ИАП лишился почти 50 самолетов, в основной массе – при штурмовках. Было потеряно 20 МиГ-1 и МиГ-3, из которых пять были сбиты в воздушных боях или разбиты на вынужденных посадках, три уничтожены на земле, а еще 12 повреждены при налетах и сожжены при отступлении. Потери И-153 по разным причинам были еще выше и составили 24 машины (все на земле, несколько самолетов было впоследствии восстановлено). Кроме того, были уничтожены при штурмовке два И-16, два старых И-15бис, один У-2 и использовавшийся как транспортный, но стоявший неисправным ТБ-3.

Использовавшийся в 55-м ИАП как транспортный самолет, этот ТБ-3 к 22 июня 1941 года был в неисправном состоянии. Естественно, что гигантский самолет стал первоочередной целью в большинстве первых налетов на Бельцы, но, судя по фото, сделанным после захвата аэродрома немцами, пережил их в довольно целом виде Потеря трети самолетов поставила полк на грань потери боеспособности. Необходимо учитывать, что у ранних МиГ-3 были большие проблемы с техническим состоянием, а личный состав толком не успел освоить новый истребитель. Так, за первые три недели войны в полку было 20 вынужденных посадок и, в основном, по небоевым причинам. Единственным выходом в этой ситуации был отказ от передачи оставшихся И-153 в 299-й ШАП и использование присланных для учебы И-16 в качестве боевых, что и было сделано. Именно это решение, вкупе с удачным расположением полка в Маяках (то есть, за Днестром), во многом и позволило сохранить его как полноценную боевую единицу.Всего за первый день войны летчики 55-го ИАП выполнили 151 боевой вылет, из них 69 – на прикрытие наземных войск и своего аэродрома, 12 – на сопровождение бомбардировщиков Су-2, 42 – на штурмовку и 28 – на разведку. Они несли потери, но одерживали первые победы, заложив фундамент славной истории одного из самых выдающихся истребительных полков ВВС Красной Армии. Михаил Тимин