Где, где? В Караганде!

– Алло, это управление образования? Мне нужна информация, почему мой ребёнок не попал в садик. Я сидела на кухне с телефоном в одной руке и квитанцией о постановке в очередь в другой. Очередь мы заняли, когда Алисе был год. Сейчас ей три. Мест нет. – Ваша очередь ещё не подошла, – ответил усталый женский голос в трубке. – Ждите. Вам позвонят. – Как не подошла? Мы три года ждали! В соседнем садике, в «Солнышке», группа набрана. Мне соседка сказала. Почему моего ребёнка нет в списке, а группа полная? В трубке помолчали. Потом: – Группа набрана. Мест больше нет. Ждите следующего набора. И бросили трубку. Я сидела и смотрела на телефон. В соседнем садике, до которого от нашего дома пять минут пешком, набрана группа. А моя дочь не попала. Я записалась три года назад. Три года назад. И не попала. Вечером я пошла к «Солнышку». У входа стояли мамы и бабушки, ждали детей. Я подошла к знакомой – Ленке с пятого этажа. Её сын ходил в этот садик. – Лен, привет. Слушай, а у вас в группе много новых

– Алло, это управление образования? Мне нужна информация, почему мой ребёнок не попал в садик. Я сидела на кухне с телефоном в одной руке и квитанцией о постановке в очередь в другой. Очередь мы заняли, когда Алисе был год. Сейчас ей три. Мест нет. – Ваша очередь ещё не подошла, – ответил усталый женский голос в трубке. – Ждите. Вам позвонят. – Как не подошла? Мы три года ждали! В соседнем садике, в «Солнышке», группа набрана. Мне соседка сказала. Почему моего ребёнка нет в списке, а группа полная? В трубке помолчали. Потом: – Группа набрана. Мест больше нет. Ждите следующего набора. И бросили трубку. Я сидела и смотрела на телефон. В соседнем садике, до которого от нашего дома пять минут пешком, набрана группа. А моя дочь не попала. Я записалась три года назад. Три года назад. И не попала. Вечером я пошла к «Солнышку». У входа стояли мамы и бабушки, ждали детей. Я подошла к знакомой – Ленке с пятого этажа. Её сын ходил в этот садик. – Лен, привет. Слушай, а у вас в группе много новых