Русский Юмор

Ты мне не мать

– Мам, я же чувствую, что ты устала. По голосу даже слышно. Что случилось?
Юлия прижала телефон плечом к уху, одновременно пытаясь стянуть рабочие кроксы, которые за двенадцать часов намертво прилипли к ногам.
– Юленька, я больше не могу. – Голос Валентины Михайловны дрожал, срывался на судорожные всхлипы. – Максимка сегодня опять из школы сбежал. Классная звонила, я бегала по всему району, искала его... Сердце так колотилось, думала – все, скорую вызывать придется.
– Нашла?
– На стройке сидел. С какими-то... – мать запнулась, подбирая слово, – с какими-то оболтусами. Я кричала на него, а он смотрит так... Как будто я ему никто. Как чужой...
Юлия наконец справилась с обувью и откинулась на спинку кресла. Тело ныло – восемь часов над операционным столом, потом еще четыре на обходе. Веки слипались, но материнские слезы действовали лучше любого кофе.
– Мам, может, ему психолога найти? Или репетитора какого-нибудь, чтобы занял его после школы?
– Какого психолога, Юля? Я с ним справиться не могу. Он меня не слушает. Вообще. Я для него – старуха, которая только и делает, что ноет. Он мне так и сказал сегодня. В глаза, представляешь...
Юлия закрыла глаза, массируя переносицу. За окном моросил дождь – мелкий, противный, бесконечный. Такой же бесконечной казалась и эта история с племянником.
– Я позвоню Кате, – сказала она наконец. – Поговорю с ней.
– Звони, – мать всхлипнула, – только толку? Она же... Она же не приедет.
Юлия попрощалась и положила трубку на колени. Экран погас, отразив ее лицо – бледное, с темными кругами под глазами, с морщинкой между бровей, которая за последние два года стала постоянной.
Три года…
...Екатерина уехала почти три года назад – в ноябре, когда Максимке едва исполнилось девять. Контракт в какой-то международной компании, офис в Праге, потом в Берлине. Каждые полгода новый договор, новые горизонты, новая жизнь. А сын? Сын остался в Саратове, в родительской трешке на Чернышевского.
Юлия помнила, как Катя улетала. Чемодан цвета фуксии, белозубая улыбка, обещания созваниваться каждый день. «Мам, пап, это же шанс всей жизни! Я вас не брошу, буду прилетать постоянно!»
Постоянно оказалось дважды в год. Две недели летом, когда Катя бегала по квартире загорелой европейской птицей, привезя Максиму дорогие кроссовки и последний айфон. Две недели зимой, под Новый год, когда она заваливала всех подарками, хохотала за праздничным столом и исчезала третьего января первым же рейсом....читать полностью 

Цена отказа

Кристина медленно шла по длинному коридору офиса, и каждый шаг давался ей с трудом, будто ноги налились свинцом. Она чувствовала на себе взгляды коллег: кто‑то смотрел с любопытством, кто‑то с осуждением, а кто‑то просто отводил глаза, делая вид, что по уши занят работой. Слухи… Слухи. Слухи!
А во всем ведь виноват он, Игорь! Если бы не его навязчивые ухаживания, не его наглость и вера в собственную вседозволенность, она бы сейчас не страдала!
“Как он узнал мой адрес? – в сотый раз спрашивала себя Кристина, ускоряя шаг. – Кто ему сказал? Почему все делают вид, что это нормально?”
А ведь сначала Игорь просто бросал на неё заинтересованные взгляды через весь зал совещаний. Тогда это казалось даже лестным – молодой, успешный, племянник самого директора. Потом появились цветы – каждое утро, аккуратно упакованные и с запиской без подписи. Кристина ещё тогда почувствовала неладное, но не придала значения. Затем начались сообщения в мессенджере – сначала невинные комплименты, потом всё более откровенные предложения, а потом и прямые угрозы…
– Люба, – выдохнула Кристина, влетая в кабинет и захлопывая за собой дверь так резко, что та чуть не слетела с петель. – Я больше не могу!
Девушка подняла глаза, мгновенно оценив состояние подруги: бледное лицо, дрожащие руки, расширенные от тревоги зрачки, чуть подрагивающие губы. Она молча отодвинула бумаги и жестом пригласила сесть, а в глазах её мелькнуло искреннее беспокойство.
– Этот Игорь… – Кристина опустилась на стул, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. – Я уже просто с ума схожу! Вчера курьер привёз кольцо! Я в ужасе! Он от меня никак не отстает!
Она достала из сумки телефон и показала подруге переписку – наглые намёки чередовались с угрозами, а последнее сообщение гласило: “Ты никуда не денешься. Лучше согласись по-хорошему”.
Люба нахмурилась, пробежав глазами сообщения, и её лицо исказилось от гнева:
– И что директор? Ты же говорила, что собиралась к нему идти?
– Да, я сегодня утром к нему ходила, – Кристина закрыла лицо руками, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. – А он только усмехнулся и сказал: “Ну что такого? Парень влюблён, пусть ухаживает”. Представляешь? А я через месяц выхожу замуж за Лёшу! И с каждым днем мне становится все труднее и труднее объяснять ему происходящее! А знаешь что еще наш уважаемый директор заявил? “Кристина, ну что вы драматизируете? Игорь – перспективный сотрудник, а вы слишком остро реагируете. Будьте с ним повежливее – может, и повышение получите”.
Люба сжала губы – она знала, что Виктор Павлович всегда покрывал своего племянника. В её глазах читалась решимость:
– Это беспредел, Крис. Мы что‑нибудь придумаем.
В этот момент дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула секретарша Лена – миниатюрная блондинка с вечно испуганным выражением лица. Её глаза расширились, когда она увидела состояние Кристины.
– Кристина, тебя директор вызывает. Немедленно, – произнесла она тихим голосом, как-то странно поглядывая на девушку.
Кристина побледнела ещё сильнее, в груди защемило так, что стало трудно дышать.
– Пойдём со мной, – решительно сказала Люба, вставая и беря подругу за руку. – Я не позволю, чтобы с тобой так обращались...читать полностью 

Вернулась из отпуска на день раньше, а там меня ждал «сюрприз» от мужа

— Паше-то сказала, что раньше приедешь?
— Зачем, мам? Хочу сделать ему сюрприз. Возьму любимый тортик, винишко.
— Ну романтики! Ну молодцы!
Я была в отпуске, гостила у мамы в соседней области. А тут дядя Гриша, мамин брат, сказал, что едет в наш город по делам. Правда, на день раньше, чем у меня был поезд. Я подумала, почему бы не поехать с ним? Билет на поезд сдам, деньги сэкономлю. Да и веселей на машине. Дядя Гриша у нас юморной, с ним скучно не бывает.
Мужу Паше, как и решила, не сказала. Просто в нашей жизни так давно не было романтики, что я уцепилась за эту возможность.
Но в пути у дяди Гриши случился форс-мажор. Машина сломалась. Благо, остановились неравнодушные люди и дотащили нас до ближайшего сервиса. Но, вместо того, чтобы приехать к ужину, как я планировала, мы подъехали к нашему дому только к десяти часам вечера.
— Спасибо, дядя Гриша! — поблагодарила я его перед тем, как выйти из машины. — Может, давай хоть на бензин скинусь?
— Успокойся, Мария! — отмахнулся дядя. — ничего не надо! Не на себе же вёз?
— А ты куда на ночь глядя? Может у нас заночуешь?
— Что ты? Там зять меня ждёт. Пол-литра в морозилку поставил. Он же мне не простит! Да и ехать тут всего ничего.
— Ну, бывай, дядь Гриш! Ещё раз большое тебе спасибо!
Дядя Гриша уехал, а я зашла в магазин, чтобы купить тортик и вино. Взяв всё это, я пошагала по двору к своему подъезду, волоча за собой свой багаж.
Поднимаясь на этаж, я представляла, как сначала удивится, а потом обрадуется Пашка. Мы не виделись целых две недели, а тут такой сюрприз.
Но, как оказалось, сюрприз ждал не Пашу, а меня.
Я неслышно открыла дверь ключом, и на цыпочках вошла, приподняв чемодан, чтобы его колёсики не шумели по полу. Медленно закрыла дверь, скинула пальто и бесшумно пошагала по коридору. Свет горел в спальне. Видимо, Паша готовился ко сну или просто читал книгу в кровати, как он любит.
И тут услышала голоса. Остановилась, боясь издать неосторожный звук и выдать себя. Голоса действительно были, мне не показалось. Приглушённый Пашин бас и чей-то ещё голос — женский, до боли знакомый мне.
Я не могла поверить своим ушам. Это была Ленка — наша хорошая общая знакомая. Сколько вечеров мы провели вместе, когда она была ещё замужем за Давидом. Мы что-то там собирались, выпивали, играли во всякие весёлые игры. Потом они развелись, Давид переехал в столицу, а с Леной мы продолжали общаться, хотя не так активно, как раньше....Читать полностью